Глава двенадцатая
Хорошо, что в этот момент я не пила коктейль... Хотя за бокал уже взялась. Иначе бы поперхнулась, сто процентов.
Нет, я конечно ожидала после его взглядов и комплиментов, что он может перейти на довольно личные темы, но чтобы вот так?!
Я настолько выпадаю в осадок, услышав это, что буквально застываю на месте. С бокалом в руке.
- Что, простите?
Впечатление, что я сейчас под стол стеку.
- Я говорю: хочу тебя.
Он настолько невозмутим, насколько это, наверное, вообще возможно. Респектабелен, обаятелен, прям, дико уверен в себе.
Ему, наверное, не отказывает никто... Такому трудно отказать. Даже, когда сомневаешься...
Стоп. Он же ничего и не предлагал.
- Эм-м... - связать простые слова в элементарное предложение невероятно трудно. Мысли в голове галдят и суетятся, будто потревоженная птичья стая. - Но... Вы же...
- Я помню, - улыбнувшись одними глазами, говорит он.
- Это... эээ... проверка такая?
- Нет, - он качает головой. - Это просто признание.
Легонько и, надеюсь незаметно для него, кусаю губу.
- Оно ни к чему не обязывает?
- Я в принципе к сексу никого не обязываю, - улыбается он теперь так, что видны красивые светлые зубы.
Диалог получается идиотский, причём только с моей стороны, и я неплохо это осознаю. Предпочла бы не осознавать. Растерялась бы меньше.
Заставляю себя отпить из бокала. Чтобы хоть чем-то себя сейчас занять.
- Вы..., - глядя боссу в глаза, осторожно ставлю бокал на стол, - очень приятный мужчина...
- Но? - насмешливо продолжает он.
- Но я... Я, если честно, растерялась...
- Почему? - он снова серьёзнеет.
Неловко и нервно пожимаю плечами:
- Ну... как-то не ожидала такое услышать... от вас...
Он откидывается на спинку кресла.
- Ну, если совсем откровенно, то это была моя первая осознанная мысль, когда я тебя впервые увидел.
- Даже так? - искренне удивляюсь я.
- Да, - он очаровательно улыбается. - А что тебя так удивляет? Ты - сексуальна. Сексапильна. Красива. Женственна. По моему, такая мужская реакция - совершенно нормальна.
- Но вы же сами говорили, что...
- Я же говорю: я помню.
- В таком случае, зачем же вы сейчас мне это сказали?
Чувствую себя идиоткой, которая из-за своей тупости задаёт одни и те же вопросы. И от этого принимаюсь волноваться ещё сильнее. И вообще... Может сбежать в туалет? Хотя это, наверное, сейчас будет невежливо...
Он снова придвигается к столу и скрещивает пальцы в замок. Смотрит в глаза. Да так, что у меня промеж лопаток бегут волнительные мурашки...
- Хочу, чтобы эту ночь мы провели вместе.
Чем дальше, тем круче... И что мне теперь, спрашивается, делать?!
Вновь берусь за бокал и понимаю, что коктейля в нём осталось буквально на донышке.
- Повторить? - кивнув на него, спрашивает Руслан Викторович.
- Вы хотите меня споить?
Он усмехается:
- Нет, такой цели нет. Я тебя просто хочу. Без "споить".
Если я и была немного хмельна, то сейчас весь хмель, как рукой сняло. Я в мурашках вся, с колотящимся сердцем и с роем мыслей, каждая из которых наполнена паникой.
Быстро допиваю коктейль и ставлю пустой бокал на стол. Точнее, пытаюсь поставить. Потому что из-за неловкого движения, бокал падает на край тарелки с виноградом и с тихим звоном бьётся об него, рассыпавшись на мелкие и крупные осколки и ножку со стеклянным диском.
- Ой...
- Ерунда, - улыбается Руслан Викторович. - Вообще не бери в голову. Считай, что это на счастье.
На счастливый секс, что ли?... Это как вообще?
Нервно смотрю на соседей и встречаюсь взглядом с ярко-раскрашенной блондинкой. Она смотрит на меня так, будто я разбила её бокал, а не ресторанный. Смесь презрения и брезгливости в широко расставленных светло-голубых, будто рыбьих глазах настолько явная, что меня буквально подмывает показать ей язык. Но я этого, разумеется, не делаю. Её то ли мужу, то ли любовнику - абсолютно пофиг. Он вообще, чуть склонившись над столом и торопливо орудуя вилкой, сосредоточенно ест.
Смотреть в глаза Руслану Викторовичу я теперь попросту боюсь.
Чувствую себя откровенно не в своей тарелке.
Но я заставляю себя это сделать. Чтобы ни в коем случае не показаться надменной или спесивой или ещё какой-нибудь такой, какой не являюсь...
И это трудно. Смотреть ему в глаза.
Потому что он - очень мужчина. У него буквально аура такая. Очень мужская. Силой веет. И спокойной решимостью.
Видя, что я совершенно растеряна, он встаёт и, глядя на меня сверху вниз, протягивает мне руку.
- Пойдём потанцуем?
А у меня сердце колотится...