Глава 3. Отпуск

Прошло полгода. Я, наконец, смирилась и успокоилась. Решила, что надо же как-то жить дальше.

Олег продолжал приходить с завидной регулярностью. Я устала отмахиваться от него, как от назойливой мухи. Он как-то умудрился даже стать нужным. То Лариска рассказала ему про оторвавшуюся полку на кухне и он пришёл с инструментами и прикрутил. Потом как-то ещё, пришёл и починил бачек унитаза, опять с подачи Лариски, скорее всего. Несколько раз подвёз меня с тяжёлыми сумками с рынка, за семь лет он успел изучить мой порядок жизни, и знал, когда я хожу на рынок. Случайно ли там оказался? Как-то даже решил вопрос с пьяным соседом снизу, так вовремя оказавшись рядом, когда тот решил устроить со мной разборки. За пол года случаев неожиданной помощи порядком набралось. Лариска зудела мне в уши, чтобы я, наконец, перестала выделываться и выходила за него замуж. Но я не хотела… Мне снился Динэй. Ночь за ночью… И думалось: если не с ним, лучше ни с кем.

Пришло время моего отпуска по графику. Как одинокой и бездетной, мне обычно выпадали холодные месяцы года. Вот и сейчас, на улице лютовал февраль.

Я поехала в деревню возле пещеры. Потянуло. Поехала одна, без Олега, хотя они с Лариской планировали наш с ним совместный отдых. Так что я буквально сбежала.

Вышла из старенького рейсового автобуса на площади рядом с магазином. Растерянно оглянулась. Глубокий снег кругом, только узкая прочищенная колея для автобуса и машин да протоптанные тропинки от дома к дому. Некоторые хозяева почистили площадки у своих жилищ лопатами.

Куда идти? Не брести же по глубокому снегу к пещере…

Возле меня остановилась женщина.

— Вы к кому? — с любопытством спросила она, разглядывая меня с детской непосредственностью.

Я лихорадочно думала, что сказать. Потом осторожно начала:

— Я врач…

— А-а-а, так Вы к Сергею Викторовичу? Я Вас провожу.

Я пошла. А что? Холодно на улице стоять.

Женщина шла впереди по тропинке вдоль домов и безостановочно тарахтела:

— Сергея Викторовича, как нашли в пещерах, два месяца назад, так никак в себя привести не могут. Такая беда! Единственный сын хозяина! Его по голове сильно ударили. Уж хозяин его и на МРТы и на всякие обследования возил, а он никак в себя не приходит, молчит или говорит непонятную белиберду. Такое горе! Единственный сын! Да как, ему бедному, не сойти с ума, если и жену, и дочь бандиты эти убили! Сам чудом жив остался. По голове стукнули и в пещеры подальше занесли, думали, что трупп. Лень было им, видно, мёрзлую землю копать. А он очнулся и вышел. Только не в себе совсем. Отец его костьми лёг, а всех бандюков поймали. Да мало кого живым. У хозяина то нашего связи ещё те! Только здоровье сыну связями не вернёшь…

С такими разговорами мы подошли к большому добротному особняку. Моя провожатая и позвонила, и представила меня открывшему калитку у ворот пожилому мужчине. Тот с надеждой посмотрел на меня и торопливо пригласил в дом. Любопытная женщина осталась на улице.

В комнате, куда меня привели, за столом сидел угрюмый крупный мужчина лет сорока. Он исподлобья зыркнул на меня красивыми зелёными глазищами.

— Сынок! Врач пришёл. — немного заискивающе пояснил ему, стоящий за моей спиной пожилой сопровождающий.

— Кого опять принесло на мою голову! — сердито рыкнул мужчина на знакомом мне языке.

— Откуда Вы? Кто Вы? Вы с Северного королевства? — взволновано стала сыпать вопросами я, кидаясь к нему навстречу.

Он изумлённо присмотрелся, потом взял в ладони моё лицо и заглядывая прямо в душу с надеждой спросил:

— Наташа?

— Наташа…А Вы знаете Динэя?

Но меня уже целовали. И я, закрыв глаза, узнавала…своего мужа.

— Динэй?

— Я.

Пожилой мужчина, наконец, опомнился:

— Доктор, что происходит?