Глава 23

Чем ближе Света подходила к зданию знаменитого музыкального журнала, тем сильнее подкашивались ноги. Тяжесть всего дня внезапно свалилась на ее хрупкую шею. Рыжая была уверена: Вера Петрова не единственная женщина, которой Яр сломал судьбу. Хотя… она глянула на огромный бизнес-центр А-класса. Возможно, он оказал ей услугу. А девственность, да кому нужна эта девственность? Сама Света лишилась ее на втором курсе университета со взрослым мужчиной. Поставила галочку и забыла об этом.

Время близилось к десяти, рыжая даже не знала, что скажет охране и как уговорит пропустить ее в офис в такое время. Она прошла сквозь стеклянные двери в пустынный холл. За большой стойкой ресепшена никого не было, лишь чуть поодаль в небольшой кабинке рядом с турникетами горел тусклый свет. Вдруг Свете стало не по себе. А что, если Петрова уже уехала? Но учитывая, что редакторша приняла звонок в девять, и даже ее секретарь была на месте… с большой долей вероятности она трудоголик. И все еще работает. Тем более завтра выходит номер журнала.

Не успев прокрутить мысль в голове, рыжая постучалась в закрытое окошко. Внутри одиноко сидел грузный охранник. Пока он нехотя откладывал журнал, поднимался с кресла и вяло топал к внезапной посетительнице, она успела состряпать план.

— Здравствуйте! Ох, еле добралась, — сказала, натягивая на лицо ослепительную улыбку, — простите, что так поздно.

— Бизнес-центр работает до десяти. Приходите завтра, — он уже было развернулся, как Света состроила самую страдальческую гримасу, на которую была способна.

— Прошу Вас! Вера Петрова меня убьет! Я так забегалась, что добралась лишь сейчас. Пожалуйста!

Света глядела на охранника глазками кота из Шрека. На миг суровые черты мужчины смягчились.

— Девушка. У меня протокол, понимаете?

— Я понимаю, — рыжая так вошла в роль, что из ее глаз уже были готовы политься слезы, — но я привезла важные заметки для завтрашнего выпуска. Знаете, ведь рок-звезды совершенно не ценят чужое время! Только час назад мне выдали документы. Прошу!

— Понимаю да, — вот оно, девушка явно нащупала слабость толстяка, — у нас здесь тоже вечно творится черти что. Думают, весь мир им должен, потому что сочинили пару жалких песенок.

— Именно! Совершенно никакой совести, — она грустно вздохнула.

— Ну и что мне с вами делать?

— Пропустите! Вы спасете мою карьеру! — Света буквально дожимала этого мужчину, — и завтрашний выпуск The Music. Обещаю больше так не делать. Честно-честно!

Вздохнув, он принял паспорт девушки и пропустил ее внутрь бизнес-центра. Сердце продолжало колотиться даже когда она вошла в лифт, сжимая в пальцах разовый пропуск. Света впервые обманывала человека таким наглым образом. Но иного выхода не было. Поднявшись на тринадцатый этаж, выскочила и рванула по темному коридору к большой стеклянной двери с посеребренной надписью: The Music. Однако прямо на пороге внезапно испугалась. До этого ей двигал азарт, желание выполнить сложную задачу. И вот, осталось уговорить суровую женщину проявить милосердие, как вдруг ноги приросли к полу.

Нужно собраться с духом. Если получится уговорить обиженную редакторшу, Ярослав будет по гроб жизни в долгу. Девушка прошла в небольшой холл. Пол укрывал мягкий серый ковер, место секретаря пустовало. Справа стоял небольшой столик с раскиданными по нему журналами, вдоль стены — несколько стульев и мягкий синий диван. Рыжая прошла прямо к двери с надписью: главный редактор Петрова В.И. Даже сквозь стену она чувствовала жесткую атмосферу, царившую в кабинете. Выдохнув, резко открыла дверь и вошла внутрь.

— Добрый… вечер… — поздоровалась с женщиной, сидящей за столом спиной к большому панорамному окну.

Та сняла очки и уставилась на рыжую.

— Вы, простите, кто? — с удивлением спросила Вера.

— Меня зовут Светлана Дементьева, я звонила Вам час назад, — отчеканила девушка, — мне нужно…

— Ах да, — Петрова сделала вид, будто уже забыла их разговор, — пришла просить за Ярослава. Присаживайся.

Ну, рыжую не прогнали сразу, так что не все потеряно. Широкими шагами преодолела путь до рабочего места главного редактора и плюхнулась напротив. Вера была достаточно молодой, явно уверенной в себе женщиной. Строгий, не допускающий фривольностей образ контрастировал с открытым взглядом нежно-голубых глаз. Света даже на миг засмотрелась на их интересный оттенок.

— Почему ты это делаешь, Света? — женщина прищурилась и поднялась со своего места, — Яр — нарцисс, который творит что хочет. Вместо того чтобы отдыхать с мужем или любимым мужчиной, ты планируешь унижаться, чтобы спасти его шкуру?

— Это так, — вздохнула рыжая, — но моя работа не заканчивается в семь вечера. Она заканчивается тогда, когда все текущие дела закрыты.

— Мне это знакомо, — сказала Петрова, затем достала сигарету, — не против?

— Нет. Привыкла уже. Но Вера, я знаю Вашу историю.

Света видела, как напряглось тело суровой редакторши. Да, она задела больную мозоль.

— Не буду спрашивать, откуда, — Петрова сделала глубокую затяжку.

— Не публикуйте завтрашний материал! — выпалила рыжая, — прошу Вас.

— Почему? — Вера смотрела так пронзительно, что на миг Свете захотелось встать и убежать.

Но она выдержала этот взгляд.

— Потому что остальные не виноваты. Я согласна, Яр Вас очень обидел, растоптал. Ему нет оправдания. Но утопив его карьеру, Вы пустите под откос жизни остальных. Поступите также, как он давным-давно с Вами.

— С чего мне должно быть дело до кого-то еще?

— Вы же меня не выгнали. Значит, все же есть шанс.

— Увы, я давно пережила те чувства, — вздохнула Петрова, — если это все аргументы…

— Да, я спала с Яром, — выпалила рыжая, — и он просто ушел. Оставил меня одну. Я прекрасно понимаю Вашу боль. Но… —

— Тебе его не спасти, — ухмыльнулась Вера, — я впустила тебя лишь потому, что хотела увидеть, на что пойдешь ради этого засранца. Поверь, он рвения не оценит. Уходи, Света.

— Хорошо. Но прежде чем уйду, задам последний вопрос.

— Валяй, — редактор направилась на рабочее место, не глядя на собеседницу.

— В чем провинилась я?

Такого Петрова не ожидала. Захлопала глазами в непонимании, но рыжая не оставляла надежды достучаться до этой женщины. Она видела в ней себя. Только Света прятала свои чувства месяц, а Вера — десяток лет.

— Не понимаю…

— Эта работа для меня — свет в окошке. Каждый вечер я засыпаю под таблетками, — глухо произнесла девушка, — потому что год назад на меня напали и жестоко изнасиловали. Не знаю, кто…

— Мне жаль, но… — голос Петровой предательски сорвался.

— Дослушайте! — Света поняла, что не может сдержать слезы, открываясь совершенно незнакомому человеку, — я до сих пор не могу спать нормально. Но работа с группой Яра спасла меня. Позволила вновь увидеть мир в красках, научила улыбаться и открываться людям. Я нашла друзей. Да, Яр — говнюк. Он сломал немало жизней. Но в чем моя вина? Или Андрея, у которого недавно родился сын? Или Сони, еще даже не успевшей записать первый альбом с группой?

Вера ошарашенно глядела на рыжую. Она будто уменьшилась в размерах, ее плечи опустились, а губы вытянулись в тонкую ниточку. Эта женщина снова превратилась в ту неопытную двадцатилетнюю журналистку, которую обидел взрослый рок-музыкант. Скрывающий душу ледяной кокон пошел жирной трещиной.

— Вы готовы ради собственной отравляющей душу мести пожертвовать мечтами ни в чем не повинных людей? Не лучше ли решить вопрос напрямую с Ярославом? Потребовать извинений? Не мелочно гадить, а встретиться с обидчиком лицом к лицу?

— Света… ты меня просто поразила, — после недолгой паузы Петрова затушила сигарету, — такая пламенная речь. Искренняя. Не хочешь к нам на работу?

Чего? Вот этого рыжая точно не ожидала.

— Нет, спасибо. Я люблю свою работу.

Света встала, вытерла слезы и расправила плечи. Она чувствовала, что все сделала правильно.

— Подумай. Яр тебя не заслуживает. У тебя потрясающая харизма, — улыбнулась редактор, но в уголках голубых глаз заблестели слезы, — Ладно. Я уберу статью о его позоре из завтрашнего номера. Только из-за тебя. И только в этот раз.

— Спасибо, — выдохнула рыжая.

— Но о должности подумай. Возьми мою визитку. Когда надоедят его выходки, набери. Найду тебе вкусное место в журнале.

Петрова поднялась и протянула девушке ламинированную бумагу. Рыжая не хотела брать, но посчитала невежливым отказываться.

— Передай Ярославу, что на этот раз ему повезло. И пусть стыдится, что его задницу спасла хрупкая девушка. До встречи, Света.

Рыжая не могла поверить, что ей удалось. Напускная жесткость Веры рассыпалась, стоило воззвать к человечности. Она — хороший человек. Однако пока Света не ушла, нужно было сказать еще кое-что.

— Яр не плохой, — произнесла девушка, тщательно выбирая слова, — все то, что он творил на протяжении десятилетий, имело под собой причину. Это вина, которая не исчезнет никогда. Поверьте, тот ад, через который он прошел, сломает любого. Яр так с Вами поступил, потому что пытался заглушить собственную боль. Это его не оправдывает, но просто хочу, чтобы Вы знали.

Внезапно Света вспомнила ту ярость, с которой гитарист играл на импровизации в “Асмодее”. Будто на пару минут этот закрытый от всего мира мужчина распахнул перед рыжей сердце. Лишь на короткие пару минут…

— Ты ведь любишь его? — вдруг спросила редактор.

— Наверное… — выдохнула рыжая, затем покинула кабинет Веры Петровой.

* * *

Яр почти всю ночь сверлил взглядом потолок. После новости, что отныне лисичка — часть его команды, не знал, радоваться или злиться. С одной стороны, бестия теперь имеет доступ ко всему, что касается группы. И если вздумает отомстить… но эти мысли не прижились в голове гитариста. Куда более приятным было чувство, что теперь ее сладкие округлости будут почти всегда в его распоряжении.

— Прости, Костик, — усмехнулся он, — видимо не смогу я сдержать данное тебе обещание.

Перед глазами встала картина, как голая Света смотрит в окно своей квартиры. Прошел месяц, а чувство вины вгрызалось в душу Ярослава с утроенной силой. Впервые он так хотел прижать к тебе женщину, защитить от всего и даже от самого себя. Обычно после секса Яр исчезал, не думая о чужих чувствах. А теперь… еще эта беспричинная ревность, которая буквально выжигала его сердце изнутри. Блд! Неужели Лилька оказалась права и умершие чувства гитариста вновь воскресли?

Ночь накануне возвращения к делам группы казалась бесконечной. Ярослав выкинул весь алкоголь из квартиры, дав себе слово пока что завязать. А то сердце уже ни к черту. Его не беспокоило, что карьере может прийти конец из-за публичных выходок во время турне. Почему-то мужчина больше волновался о том, что подумает лисичка, увидев его с другими женщинами. Он и правда помешался на рыжих. Но ни одна из них не могла его удовлетворить, кроме его рыжей кусачки.

— Свеетик, — довольно протянул мужчина, цепляя пальцами ключи от машины, — сегодня мы с тобой пообщаемся.

В “Лесную” Яр приехал около пяти утра. Открыл студию, затем прошел в кабинет к Константину. Ну конечно, менеджер уже работал.

— А я думал, что первым буду, — усмехнулся Яр.

— Ярослав, — Костик снова строил недотрогу, — я рад, что ты без приключений добрался до дома. Поздравляю, в этот раз твоя репутация спасена. Но моей помощнице ты должен.

— Ради бога, — усмехнулся гитарист, — я готов даже продать ей душу и тело.

— Не неси чепухи. Светлана очень ответственная. Правда, она явно пришлась по душе Алексу и это проблема.

Ярослав напрягся. Значит, друг запал на рыжую лисичку? Придется щелкнуть по носу, чтобы не лез, куда не просят.

— Очень непрофессионально, — мужчины вышли из кабинета и направились вниз, в репетиционный зал.

Яр скучал по своей гитаре. В тур с группой Марго брал с собой запасную. Взяв в руки инструмент, закрыл глаза и улыбнулся. Вот теперь чувствует себя на своем месте.

— Поговори с ним как старший. Если он начнет к ней подкатывать, это создаст напряженность в коллективе. Не хочу, чтобы моей ассистентке было некомфортно.

— Как скажешь.

— Ну что, теперь рассказывай, какого черта ты творил, — вздохнул Костик.

У Ярослава не было желания делиться сокровенным, так что он проигнорировал вопрос и принялся настраивать инструмент. Спустя пару часов подтянулся Ян, затем Алекс. Гитарист решил сначала понаблюдать за поведением своего друга, прежде чем вынести предупреждение. Ведь лисичка будет ублажать лишь его и это не подвергалось сомнению. Мужчина знал пару укромных мест, куда предстоит затащить его строптивую девочку. Наверняка будет злиться и кусаться, но гитарист знал, как ее успокоить. Однако…

— Яр! — швырнув сумочку на диванчик, Соня бросилась к своему другу, — я так скучала по тебе.

— Привет, солнышко, — он чмокнул девушку в нос, — эти звери лесные тебя не очень доставали?

— Нет, — она довольно хихикнула, — ты рад, что Света теперь у нас работает?

— Кстати, Яр! — Алекс перегнулся через синтезатор, — а почему наша рыженькая так старалась спасти вчера твою репутацию? Даже ездила в The Music…

От его слов сердце гитариста довольно заурчало. Значит, маленькая кусачая лисичка переживала? Прекрасно. Однако слова клавишника привлекли ненужное внимание.

— Потому что ответственная? Или ты на что-то намекаешь? — зло спросил гитарист.

Между мужчинами повисло напряжение. Его чувствовали все без исключения. Ян успокаивающе похлопал Яра по спине.

— Ну ладно, он просто пошутил неудачно. Не кипятись. Но девушка она и правда талантливая. Не будь я так стар, приударил бы…

Соня пихнула мужчину в плечо. Ярослав лишь вздохнул. Неужели Алекс ревнует? Это точно может создать проблемы. Хорошо, что Константин в этот момент работал у себя, а то от слов клавишника бы точно распсиховался. Яр присел на высокий стул, проводя кончиками пальцев по струнам. Почему-то вспомнил, как также нежно ласкал влажные складочки лисички. И она играла куда лучше, чем любой инструмент. Член мгновенно напомнил о себе.

— Какие люди! — Андрей подошел и мужчины обнялись, — Яр, ну ты удивил вчера. С ума сошел?

— Бывает, — усмехнулся гитарист, как вдруг краем глаза заметил мелькнувшее огненное зарево.

— Ну, я пойду к Косте, — пискнула лисичка и уже было собралась удрать, как Яр нарочито громко проговорил: “А как же поздороваться, Света?”

Девушка застыла в дверях. Ярослав улыбнулся, затем медленно стек со стула и приблизился к ней. Узнал нежный розовый аромат ее шампуня и невольно попытался вдохнуть глубже. Рыжая развернулась и бесстрашно ответила на взгляд мужчины. Затем протянула ладошку.

— Доброе утро, Ярослав.