Глава 35

Открыв глаза, Света увидела белый больничный потолок. Размеренный писк приборов напоминал, что она выжила. Рыжей больше не снились кошмары. Они теперь преследовали наяву. Девушка уже неделю лежала в больнице, а врачи боролись за жизнь Яра. Гитарист впал в кому, рана оказалась слишком серьезной. Но пуля чудом не разорвала внутренние органы. Так что шанс выжить у мужчины был.

— Нет! — кричала, обнимая любимого, — Яр, очнись! Боже…

Дыхание гитариста постепенно замедлялось, в сознание он не приходил. Света гнала от себя страшные мысли, старалась не смотреть на его окровавленный живот. Татуировки словно ожили на теле гитариста, поглощая кровь, наказывая за одним им известные грехи. Отец с нарядом полиции появился спустя пару минут и Яру сразу оказали первую помощь. Девушку увезли во второй машине. Последнее, что она запомнила, это тело Быкова, накрытое черным полиэтиленом.

Из мрачных воспоминаний вырвал зашедший с букетом цветов отец. Он осторожно постучал, на лице мелькнула виноватая улыбка.

— Как ты? — присел рядом.

— Я хочу увидеть Яра, — жестко сказала Света.

Взгляд Дементьева резко потемнел.

— Он все еще в коме. Свет, мы же говорили…

— Я хочу его проведать, — буркнула девушка, — а вы мне не даете.

— Ты сначала должна сама встать на ноги. Врач сказал, что не больше часа в день.

Рыжая закусила губу и отвернулась. Ее тянуло к палате, в которой лежал Ярослав. Поначалу, избитая и слабая, она проводила там дни и ночи. Ничего не ела, падала в обмороки. В итоге врач запретил пускать Свету более чем на час. Но тоска рвала сердце девушки на части. Она каждую ночь проводила в слезах. Ведь любимый мужчина отчаянно боролся за жизнь, а рыжая ничем не могла помочь. Оставалось лишь верить в него, ведь теперь у гитариста был смысл вернуться. Отвлекали лишь постоянно навещающие ее друзья из группы, Соня с Поповым приносили Егорку.

В эти моменты Света размышляла, каким бы отцом стал Ярослав. И что она могла бы родить ему ребенка. Впервые в жизни хотела этого… но рыжая не заплакала. Нечем было.

Почему Быков обратил внимание именно на нее?

— Папа, — тихо произнесла девушка, глядя в больничное окно, — почему я? Почему Сережа…

От его имени внутри все переворачивалось. Рыжая до сих пор не могла поверить, что такой положительный, добрый мужчина оказался психопатом. Его красные от ярости глаза, вздувшиеся вены… неужели он ее так сильно ненавидел? За что?

— Увы, он был психически болен. Умело маскировался, вел себя нормально. Мы перерыли его квартиру и не нашли вообще ничего. Но расследование продолжается, может и выясним чего. Но теперь он хотя бы оставил тебя в покое.

— Как вы поняли, что он виноват?

— Ну… позволь мне оставить эту информацию при себе, — отец чмокнул дочь в щеку.

— А Витя? — она перебиралась пальцами одеяло.

— Он погиб. Слишком долго ждал помощи и не дождался. Но благодаря его наводке Ярослав успел тебя спасти.

Голос отца звучал все более тяжело и виновато. Света коснулась его бледной руки.

— Ты ни в чем не виноват. Это все Быков.

— Я должен был раскусить его… мы столько лет работали вместе, — Дементьев закрыл лицо руками, — видимо, пора мне на пенсию.

— Простите, к вам посетитель, — улыбчивая медсестра поставила большой букет в вазу.

— Ну, я пойду к Ярославу, — сказал отец, — передам от тебя привет.

Света поняла, что ее подбородок опять дрожит. В дверях показалась Вера Петрова. С большим сладким букетом.

— Привет, рыженькая помощница, — улыбнулась она, — звоню, звоню тебе. А ты, оказывается в больнице прохлаждаешься. Как себя чувствуешь?

— Не очень. Меня не пускают к Яру, — вдохнула Света.

— Ему сильно досталось. Но этот чертяка борется за жизнь. Слушай… я к тебе по делу.

Рыжая удивленно уставилась на редактора «The Music». Петрова грустно глядела на девушку.

— Вчера хозяину нашего издательства пришел конверт с флэшкой. Там компромат на Яра. Фото, видео, аудиозаписи. Страшные вещи, Света. И это очень плохо.

Сердце девушки похолодело. А Вера продолжила.

— Данные также получили владельцы и других влиятельных изданий. Когда Яр очнется, а я в этом не сомневаюсь, его карьера будет кончена. По крайней мере в этой стране. Он станет персоной нон-грата.

Рыжая схватила себя за волосы. Ну что за напасть?

— И в этот раз, — завершила свой монолог редактор, — тебе его не спасти. Я приехала не только проведать тебя, но и предупредить. Грядет серьезный скандал. Полоскать его будут очень сильно. Готова к этому?

— Я его не брошу, — уверенно произнесла рыжая, — лишь бы очнулся. Но зачем Вы пришли и сказали?

— Ты помогла мне однажды. Теперь моя очередь. Отозвать статью я не смогу, а предупредить в моих силах. Удачи, рыженькая помощница.

Когда Вера покинула палату, Света вскочила и, превозмогая боль, побежала к Ярославу. Он лежал в другом крыле в отделении интенсивно терапии. Рыжую пыталась остановить медсестра. Но она отчаянно хотела увидеть любимого мужчину. Вбежав в палату, услышала лишь размеренный писк приборов. Яр лежал на постели, бледный и осунувшийся. Его грудь едва заметно вздымалась. А рядом стояла женщина с черными волосами, вся покрытая татуировками. Рыжая тихонько подошла и встала рядом.

— Значит, это ты? — брюнетка развернулась и окинула Свету взглядом, полным презрения, — из-за тебя он лежит здесь полумертвый?

— Вы кто? — жестко произнесла девушка, — и что делаете в палате моего мужчины?

Та усмехнулась и коснулась руки Ярослава. Рыжая боролась с желанием выгнать эту стерву.

— Твоего, значит? Понятно. Совсем вкус плохой стал у Яра. Но я здесь не за этим. Кстати, меня зовут Марго.

Марго? Девушка вдруг вспомнила, как эта женщина звонила гитаристу. Любовница? В сердце больно кольнула ревность, но Света быстро взяла себя в руки. Теперь Ярослав принадлежит ей.

— Уходите! — выпалила она, — или я охрану вызову.

— Я пришла попрощаться, — вздохнула брюнетка, — я ведь его любила. А теперь он почти мертв.

— Он жив, — процедила рыжая, сжимая руки в кулаки.

— Если даже он физически выживет, то какая жизнь гитариста без гитары? — взяв сумочку, Марго направилась на выход, — и тебе советую быстрее бежать. Потому что совсем скоро жизнь Яра превратится в ад, он потянет за собой всех, кто ему дорог. Уходи, иначе станешь сопутствующим ущербом.

— Вон! — прорычала рыжая, — и больше не смейте приближаться к моему мужчине.

Марго с жестокой улыбкой вышла из палаты, а Света присела и взяла Яра за руку. Казалось, будто наступил ее предел. Боль рвалась наружу, находя выход в горьких слезах, текущих по бледным щекам. Она поцеловала своего любимого.

— Пожалуйста… вернись ко мне. Я без тебя умру, — вложила в эти слова все чувства, сжимая сухую ладонь гитариста, которая еще недавно так ласково ее обнимала.

Вдруг рыжая ощутила едва слышное касание. Ярослав слегка шевельнул пальцем. Боже! Он очнулся! Девушка рванула прочь в поисках дежурного врача.

* * *

Яр во многих песнях поднимал тему смерти. Всю юность она бродила рядом, грозя крючковатым пальцем. А теперь, похоже, добралась. Но что-то не сходилось. Боль не уходила. Спокойнее не становилось. Гитарист бродил в темноте, пытаясь сориентироваться. Но вдруг увидел яркий свет. И услышал родной голос. Рыжик! Она была единственной душой, ради которой Яр должен был вернуться обратно. И был готов бороться. Ведь бросить свою лисичку одну просто не мог.

И первое, что увидел, помимо слепящего света ламп, это любопытные синие глаза. Лицо Светы покрывали синяки, но сияние вокруг девушки все равно напоминало ангельское. Яр усмехнулся и получил порцию адской боли во всем теле.

— Ты жив, — она заливалась слезами, затем бросилась на мужчину.

Показалось, что все кости хрустнули разом, а в глазах мгновенно потемнело. Но мужчина был счастлив. Рассматривал любимые черты, не в силах оторваться. Где-то что-то говорил врач, но лишь она притягивала все внимание. Его маленькая лисичка.

— Свееетик, — хрипло протянул гитарист, когда они остались одни, — ты в порядке?

— Да, — она вытирала глаза рукавами пуловера, — теперь да.

— Он мертв? — вдруг спросил Яр.

— Угу, — кивнула лисичка, — тебе надо отдыхать. Я приду вечером.

Но мужчина не отпускал ее. Держал тонкие пальчики, не позволяя отстраниться.

— Я люблю тебя, — прошептал едва слышно, — больше всех на свете.

— Я тоже тебя люблю.

— Полежи со мной, — гитарист закашлял, — хотя бы немного.

— Но доктор…

— Насрать. Ты нужна мне, маленькая.

Он с огромным трудом повернулся, и лисичка улеглась под массивный бок. Обнять ее Яр не мог, но поцеловал в затылок. С рыжей спокойно и хорошо. И так будет всегда.

Шли дни, Ярослав постепенно приходил в себя. Только вот его рыжая бестия вела себя странно. Не позволяла читать новости, отняла мобильный. Что творится? Не пускала к нему никого из группы. Выглядела как настоящая фурия, отгоняя от мужчины любых посетителей. Что-то точно не так.

— Лисичка, — спросил спустя неделю, присев на кровати и притянув девушку к себе, — что происходит?

Она испуганно уставилась на мужчину, затем попыталась вырваться. Но Яр уже достаточно окреп, чтобы схватить ее и не отпускать.

— Говори, — сурово прорычал он, — или защекочу.

— Ладно… — рыжая потупилась, — в общем. Яр…

С каждым ее словом мужчина мрачнел. Он знал, что Алекс своего не упустит, но не думал, что так скоро. Очевидно бывший клавишник планировал сорвать выпуск их альбома. Когда лисичка замолчала, смачно поцеловал ее в алые губки.

— Ты зол? — аккуратно спросила она.

— Ну… ты конечно вела себя, как бешеная мамочка, защищающая свое дитя, — Ярослав хохотнул, — но я тебе даже благодарен. Свет…

— М?

— К вечеру вызови группу и Костика. Хочу сделать объявление.

— Ты же не сдашься? — спросила она испуганно.

— Вечером все узнаешь, лисичка, — он погладил ее личико, все еще покрытое ссадинами, но самое красивое на свете.

Весь день гитарист думал. Решение, которое должен принять далось очень тяжело. Дико хотелось выкурить сигарету или выпить, но врач строго настрого запретил. Но больше всего Ярослав волновался за Свету. Ведь предстоит поставить ее перед сложным выбором. И вот, когда сумерки легли на столицу, вся группа, Света и Костик собрались в палате Яра.

— Рад, что ты в порядке, — Ян душевно обнял друга.

— Хорошо, что все здесь, — сказал мужчина, — сегодня я все-таки узнал, что моя карьера закончена. Спасибо лисичке.

Девушка покраснела с головы до ног и спрятала взгляд.

— Но теперь ясно вижу новый путь. С самого основания группы мы с вами были вместе. Пережили очень многое, потеряли самое дорогое. Кутили, бесились и ломали чужие жизни, — он вздохнул, — Алекса я не виню, как и Марго. Их поступок открыл мне глаза.

Небольшая компания заметно напряглась. Гитарист продолжил.

— Я дышал нашей группой почти всю свою жизнь. Думал лишь о музыке, женщинах, развлечениях. Но теперь все изменилось. И я стал тем, кто топит собственное детище.

— Это не так! — выпалила Соня, но Яр жестом остановил ее.

— Так, солнышко. И теперь пора начинать новый этап. Я ухожу из группы.

Поначалу в палате воцарилось молчание. Товарищи переглядывались, не в силах поверить. Рыжая же отвернулась, глядя в окно. Соня опустила глаза и захлюпала.

— Ну не надо влажности, — хохотнул Яр, — сейчас мое имя станет черным пятном на всю жизнь как для Вас, так и для альбома. Со мной у Феникса больше нет шанса воскреснуть. Поэтому я должен уйти.

— Мы можем подать в суд на них, — сказал барабанщик, — как незаконное распространение личных данных или…

— Нет. Алекс прав. Мне пора двигаться дальше. Хочу создать что-то еще, может даже семью, — Яр бросил взгляд на рыжую, — так что завтра приедет юрист и перепишет все, чем владею, включая «Лесную», на Соню. Надеюсь, это поможет отправить вашего с боссом богатыря в престижный ВУЗ.

— Яр, — девушка плакала, — не уходи, пожалуйста. Ты помог мне… позволь…

— Нет. Солнышко, ты вырастила большие красивые крылья. Теперь лети сама. И веди за собой этих оболтусов. Дальше. Клуб «Веста», который я планировал купить… Александр уже оформляет сделку. Андрюх, хочу, чтобы ты сделал из него крутое место. Твоей семье нужна финансовая подушка.

— Спасибо… — сказал друг, опуская глаза.

— Ян, — улыбнулся Ярослав, — студия звукозаписи твоя. И найди себе жену. У меня есть для тебя кандидатура.

Лучший друг грустно улыбнулся. Яр хотел, чтобы он наконец-то обзавелся семьей. Вручив Яну телефон Лильки, ехидно хмыкнул.

— Завтра все это будет оформлено официально. Так что… спасибо вам за все, друзья. Надеюсь, наши пути еще пересекутся. Но пока я должен исчезнуть. И еще, чтобы обязательно записали новый альбом! Иначе головы поотрываю.

Члены группы рванули к Ярославу и начали по очереди его обнимать. Он почувствовал, как на глаза наворачиваются слезы и выпроводил всех, кроме своей лисички и менеджера. К ней у него был отдельный разговор. Рыжая по-прежнему сидела на подоконнике и смотрела в окно. Печальная, ошарашенная и одинокая.

— Иди ко мне, Светик, — улыбнулся Яр.

— И когда ты собирался меня бросить? — с горечью спросила она.

— Я не планирую бросать тебя, — удивился мужчина, затем обратился к Константину, — контракт от норвежцев все еще у тебя?

— Да.

— Привези завтра.

— Как скажешь, — сказал Костя, — Яр, мне жаль, что все так вышло.

— Что ни делается, все к лучшему, — мужчина горько улыбнулся.

Когда Костя ушел, Света не шевелилась.

— Иди сюда, — настойчиво попросил Ярослав, но получил лишь яростный взгляд любимых синих глаз.

Однако девушка все-таки подошла и присела на край кровати.

— Светик. Я ведь не просто так ухожу. — сказал он, перебирая ее пальчики, — так нужно. И так правильно.

— Для кого? — рыжая еле сдерживала слезы.

— Для нас с тобой. Я планирую уехать из страны.

— Что?

— И увезти тебя.

— Но Яр, это очень важное решение… я не…

— Знаю, что прошу слишком много. У тебя здесь друзья, семья, работа и перспективы. А на противоположной чаше весов лишь по уши влюбленный стареющий гитарист с сомнительным прошлым. Но посмею все-таки спросить: ты поедешь со мной в Норвегию?

Ярослав был готов принять любое ее решение. Лисичка опустила глаза и замолчала. И лишь спустя несколько мучительно долгих минут дала свой ответ…