Глава 7

Его руки прошлись по моим плечам, скользнули по груди. Даже сквозь ткань футболки, прикосновение обожгло. А соски опять предательски затвердели. В ушах запульсировало, низ живота обдало кипятком.

- Что ты..? – дергаюсь, испугавшись реакций своего тела. Мне не просто нравится этот мужик. Я безумно его хочу.

- Стой смирно! – повторяет команду Игнатов.

Замираю, зажмурив глаза. Дыхание сбилось, каждое касание отзывается табуном мурашек на коже. Руки мужчины прошлись по талии, смяли ягодицы. Низ живота стянуло, как жгутом. Сцепив зубы, изо всех сил стараюсь не выдать своего возбуждения.

Игнатов приседает на корточки. Теперь моя задница прямо напротив его лица. Что это, если не сексуальное домогательство? Отрываюсь от стены, чтобы развернуться.

- Руки на стену! – командует мужчина резким окриком. – Еще одна попытка, и я буду вынужден применить силу, - угрожает он.

Возвращаю ладони на место. Кожа горит везде, где ее касались. Кислорода не хватает. Я уже не пытаюсь сдерживать тяжелого дыхания.

Игнатов прошелся по ногам, обтянутым джинсами. Так мучительно приятно, хоть вой. Даже щиколотки ощупал, гад! Выпрямившись, снова принялся лапать мой зад. Засунул руки в карманы джинс, сначала сзади, потом спереди.

Интересные у него методы соблазнения. Впервые в жизни вижу такую странную прелюдию!

Когда его пальцы стали расстегивать мне джинсы, я не выдержала:

- Прекрати! Ты не имеешь на меня прав! Я не позволю!

Игнатов рывком вжал меня в стену.

- Чего не позволишь, м? – прошипел в ухо.

Кожу обдало жаром. В моих самых потаенных сексуальных фантазиях было приблизительно так, как сейчас. Темная комната, властный сильный мужчина за спиной…

Ох, Анфиса!..

Надо быть гордой, дать ему отпор. У нас, все равно, ничего не выйдет. А Игнатов, рано или поздно окажется в тюрьме. С моей помощью, скорее рано, чем поздно. Насколько аморальным будет, если я сейчас займусь с ним сексом? С преступником, почти уголовником. По десятибальной шкале? На одиннадцать?

Игнатов ловко расстегнул мне джинсы. Томно выдыхаю, уже почти не сдерживая своей реакции.

- Что ты делала в моем кабинете, Лиса? – вопрос Игнатова заставляет вздрогнуть, забыв про все фантазии разом. – Нашла, что искала?

Нет, не нашла ничего, кроме проблем.

Откуда он узнал про обыск? Я была осторожна, ничего не задела. Это точно!

- Я ничего не…, - пытаюсь протестовать. Вру, конечно. И мы оба это понимаем.

- Где вы, девочки, прячете самое ценное? – задает Игнатов вопрос, от которого кожа покрылась мурашками.

Он сам понимает, насколько двусмысленно это сейчас звучит? Думаю, да.

Мужчина стягивает с меня штаны, они повисают в районе колен. Проводит рукой по ягодице, поддевает кружево. Слегка царапает ногтем кожу, проходится по бедру. Не знаю, что конкретно он хочет найти у меня в трусиках, но это явно не то, что можно было спрятать в письменном столе. Да и плавные движения ладони по моей заднице мало похожи на банальный обыск.

Низ живота печет огнем, я инстинктивно подаюсь назад. Упираюсь в ширинку его брюк, трусь попой об его эрекцию. Если это обыск, то такая игра заводит не только меня одну. И сломать этого Супермена будет проще, чем я думала.

Игнатов резко дергается назад, убирает руки с моей задницы. Не говоря ни слова, он быстро выходит из комнаты. Хлопнув дверью так, что с потолка посыпалась штукатурка.

И как понимать этот побег? Как победу или как поражение?

Мне, в любом случае, не помешает ледяной душ. Не знаю, смогу ли вообще уснуть сегодня. А завтра новый день, и снова надо быть начеку. Я почти сутки в доме Игнатова, и не нашла пока ничего, что можно было бы предъявить, как улику.

Что я выяснила за этот день? То, что у мужика все в порядке с эрекцией? Так за это не сажают, я точно помню. Что еще? То, что меня к нему тянет со страшной силой? То же мне преступление! Вообще, не ясно, кто из нас при таких обстоятельствах больший преступник. Он, который, конечно, должен быть в тюрьме? Или я, которая, понимая с кем имеет дело, стонет от прикосновений, как голодная кошка? Что-то мне подсказывает, что тут у нас боевая ничья. Но эту ничью, к сожалению, на погоны не натянешь.

Эх! Вздох мой тоскливый и печальный. Все не так просто, как казалось на первый взгляд.

Подтягиваю джинсы и иду изучать обстановку. В этой комнате я еще не была. А тут есть, на что посмотреть. Если не считать огромной кровати, на которой поместится минимум четверо, есть еще журнальный столик на изящных резных ножках, изумительной красоты кресла и люстра, годящаяся для какого-нибудь дворца, а не заурядной спальни. Неужели, Игнатов выделил мне самую нарядную комнату в доме?

Сердце ускорило бег. Мне, как девочке, приятно, что мужчина старается для меня. Вон, как красиво тут! Разве, так заморачиваются ради просто гостьи?

Однако, при ближайшем рассмотрении, после того, как уплывший разум вернулся на место, все оказалось не таким, как я подумала. В ванной комнате, прилегающей к спальне, нашлись все необходимые средства гигиены, косметика, и даже плойка для завивки волос. Я уж не говорю про гигиенические тампоны в ящике и упаковку презервативов. Откуда все это и для чего, гадать не нужно. Это женская комната, в которую хозяин дома приводит своих баб. И меня, судя по всему, он определил в эту же категорию?

Охо-хо!

А чего ты хотела, Анфиса? Игнатов далеко не мальчик, а ты пялишься на него, как на лакомый кусок мяса. Немудрено, если он принял тебя за разовую шлюху! А ты еще и поддала жарку своими стонами. Вот и получи, не обляпайся!

Щеки вспыхнули вмиг.

Мамочки! Я давала повод?

Угу, сама это знаешь.

Все, больше никаких намеков этому гаду! Я тут по делу. Не будем забывать, кто он, а кто я.