Глава 8

Личная служанка господина Хайна – должность почетная и ответственная. Естественно, прежде чем мне позволили приблизиться «к телу», пришлось сдать своеобразный экзамен. Принимать его собиралась лично госпожа Гао, и, судя по ее настрою, драть с меня будет три шкуры. Она, может, теперь и относится ко мне более уважительно внешне, но внутри для нее я все та же выскочка-новенькая. Самой госпоже Гао было некогда со мной возиться, так что она передала меня Юйлинь, той заносчивой девице, что бесцеремонно будила нас сутки назад. У нее были ко мне какие-то свои, личные счеты. Возможно, юная служанка мечтала прислуживать господину, а облюбованное местечко заняла наглая коза в моем лице. Не то чтобы я туда стремилась, но ей-то не объяснить! Повезло так повезло. За меня взялись по полной программе. Поклоны и приветственные приседания мы отрабатывали до тех пор, пока колени не подогнулись. Вообще-то я только вчера чуть не умерла! Но вокруг всем, похоже, было плевать на мое самочувствие. – Вставай и старайся лучше! – с откровенной насмешкой процедила Юйлинь. – Раз уж тебе оказана высокая честь, соответствуй! – Сейчас, только попью немного… – пропыхтела я, пытаясь встать. Ноги заклинило в полусогнутом состоянии, пришлось ковылять как старой бабке. – Лучше сдайся. Тогда господин Хайн выберет более подходящую служанку! – предложила девушка с показной заботой. – Тебе не придется напрягаться. – Ну да, конечно. На кухне-то рай практически! – фыркнула я, жадно глотая чистую прохладную (аж зубы свело!) воду. – Не дождешься. – Ронни, на выход! – скомандовала со двора госпожа Гао зычным голосом. Я доковыляла до порога и оглядела вереницу работниц с подносами, в таких же серых одеяниях, как мое. – Следуй за остальными и запоминай. Я и последовала. Стояла у стены, глотая тягучую слюну, и смотрела, как дети наворачивают салат из сырых овощей, который только недавно резали там же, где мясо. Ох, раздолье тут гельминтам! Сама я, когда пришло время перекусить вместе с остальными личными служанками, брала только хорошо проваренное и пропеченное. Не хочу рисковать. Вроде бы здесь существует магия и прежняя Ронни что-то слышала о целителях, но кто знает, насколько они хороши в лечении глистов? После еды вернулась обратно к мучительнице и продолжила занятия. Тело механически приседало, складывало руки и держало голову, а мысли крутились, как заведенные. Мне нужно выбраться из хомячьего колеса дел и присмотреться к местным тренировкам. Не хочу делиться магией, хочу сама ею владеть! И плевать на клеймо и что там еще прилагается. Никаких принципиальных изменений внутри я не ощущала. Тот странный всплеск энергии ушел, и как я ни пыталась найти снова теплый шарик в районе солнечного сплетения, ничего не получалось. Но как-то же ее пробуждают? Может, когда господин Хайн будет ее забирать, что-то всколыхнется? Вечера я ждала с содроганием. Этот демон, оборотень и кто там еще собирался меня осушать, как энергетический вампир! И спросить, как это происходит, не у кого. Что-то мне подсказывало, что не стоит распространяться о внезапно обнаруженном даре. Мне и так завидуют. А что в этом случае начнется? В основное здание по уже знакомому маршруту – мимо прудика и сада камней – я шла медленно и неохотно. Ноги гудели после нещадной эксплуатации, в груди давило нехорошее предчувствие. Покои господина Хайна пустовали. Он еще не пришел с вечерней тренировки. Воровато оглядевшись, я выскользнула обратно на улицу. Как раз представился шанс поглазеть на то, как другие развивают дар! От Юйлинь я слышала, что перед сном ученики занимаются раскачкой резерва, что бы это ни означало. Любопытно. Плотно утоптанная площадь сейчас пустовала. Для медитации ученики уходили за территорию школы, на природу, в небольшой сад. Не тот, что за хозяйским флигелем, а дальше, к скале, где росли низкие развесистые деревца и камни густо поросли мхом. Все зеленело и цвело, удивительно бурно для такой ранней весны. Наверное, из-за всплесков магии во время занятий? Для меня в новинку серьезно оперировать подобной терминологией. Но для местных – в порядке вещей. Я прокралась вдоль забора, радуясь тому, что ворота и калитки теперь повсюду меня беспрепятственно пропускают, и выглянула наружу. Около двух сотен человек сидели в расслабленных позах, лицом в сторону заката, и глубоко размеренно дышали. Над головами старших клубились разноцветные искорки. С каждым вдохом они втягивались в тело, а после снова вылетали и принимались резвиться в багровых лучах уходящего солнца. Над младшими ничего не сверкало. Не доросли, наверное. Учитель Хайн сидел в стороне, на пригорке. Лица его мне видно не было, зато золотисто-рыжие огоньки, кружившие над волосами, сразу привлекали внимание. В груди снова тоскливо заныло. Я тоже так хочу! Хотелось выть от несправедливости мироустройства и упертости некоторых отдельных личностей. Что за дурная привычка – решать за меня, как мне лучше? Словно почувствовав мой взгляд, мужчина обернулся и поднялся одним плавным текучим движением. – Продолжайте без меня, – негромко распорядился он. Трое парней, сидевших неподалеку, согласно кивнули, не открывая глаз. Заместители? Учителя? Меня, разумеется, никто и не подумал представлять и знакомить. Господин Хайн прошел мимо, не удостоив и взглядом, в полной уверенности, что я за ним радостно побегу. Ну я и поковыляла, а что мне оставалось? Правда, направились мы в сторону хозяйственных помещений. На склад. Заведовал им дядечка преклонных лет с густой бородой и длинными усами, что сливались на груди в единый клин и достигали пояса. Зато на голове сияла проплешина. – Выдай этой служанке два комплекта запасной одежды и прочие вещи, – распорядился хозяин школы. – Мыло не забудь. – Мыло? – удивился служащий. Я тоже удивилась. Здесь это немалая ценность. Наверное, дороже меня самой стоит. С чего вдруг эдакая щедрость? Господин Хайн лишь кивнул, и больше вопросов не последовало. Мне выдали целый ворох барахла, который предполагалось запаковать внутрь одного из халатов, как в тючок. Нести было неудобно и тяжело, но помощи никто не предложил. Так вот, пыхтя и матерясь про себя, я доволокла обновки до комнат хозяина школы. Не доходя до спальни, господин Хайн остановился и отдернул плотную занавеску. За ней скрывалась небольшая кладовка. Туда влезли бы два-три ведра и швабры, не более. Но в данный момент она пустовала. – Будешь спать здесь, – сообщил мужчина. И пошел дальше, к себе. Я осталась стоять с тюком в объятиях, недоумевая. Если это моя, с позволения сказать, комната, то как будет происходить изъятие магии? Дистанционно? Или с периодичностью раз в неделю? Хоть бы объяснил что. Ну да, не барское это дело, обрисовывать план действий какой-то служанке. Лучше оставить ее в неведении, и потом как снег на голову – сюрприз! Главное, чтобы посреди ночи за порцией силы не явился. Тут и запереться нельзя – занавесочки символические. Вздохнув, я переступила порог комнатушки и принялась обживаться. Над головой обнаружилась угловая полка, вроде антресолей. Туда пошел весь мой скарб. Предварительно рассортировала, чтобы доставать не глядя: слева верхняя одежда, посередине – нижняя, справа – женские мелочи. Повертела в руках брусочек мыла, понюхала. Вкусно. Цветочное и что-то маслянистое, явно сложный и дорогой состав. Тело внезапно многозначительно зачесалось. А почему бы и нет? От других служанок я уже слышала, что на плато есть купальни. Где-то ближе к горе, благо вниз сбегает далеко не один ручеек. Кроме одежды мне выдали тоненький тюфяк, шерстяное одеяло и два комплекта простыней. Вот одну из последних я решила приспособить в качестве полотенца. А что, про этот момент как-то не подумали! Для лица есть, тоже два, но они крошечные, на всю меня точно не хватит. Наверное, рассчитывали, что служанкам мыться не положено. Однако прямых запретов не поступало. Потому я решительно подхватила запасное белье и простыню и побрела на поиски купален. Над школой сгустилась ночь, низкие облака отливали багрянцем и синевой, обещая скорый дождь. Мне стоит поторопиться, а то кроме ванны будет и незапланированный душ. Банный комплекс приятно поразил воображение. Там даже комната для сауны была, с камнями и полками, правда пустая, темная и холодная. Но на будущее можно иметь в виду. Кроме этого, шесть разноуровневых каменных бассейнов, переходящих один в другой, террасами. Три из них – под открытым небом. Эдакая естественная самонаполняющаяся емкость. Два ручья стекали по специальным желобкам, обеспечивая смену воды, а в одном из углублений я заметила забранную мелкой сеткой дыру. Попробовала ногой – тепло. Похоже, естественный подземный источник, вдобавок к внешним. Сначала я долго-долго отмокала в том самом горячем бассейне. Чуть не заснула! Мышцы, уставшие после бесконечных суток, постепенно расслабились и перестали подрагивать. В углу помещения я заметила углубление со сливом. Скамейки, кадушки и черпаки намекали, что с мылом лучше туда, чтобы не пачкать общие бассейны. Так я и поступила. Подмерзла, правда, пока из волос выполоскала пену, зато стала чистой до скрипа. Во всех смыслах. Завернув волосы в простыню, как в гигантский тюрбан, я накинула свежую одежду и наконец-то ощутила себя человеком. Пожалуй, и здесь жить можно. Главное, обратно на кухню не угодить. Магию от меня сегодня так и не потребовали. В спальню к господину Хайну не вызывали. И вообще с той стороны уже давно доносился негромкий солидный храп. Так что не раздумывая более, я упала на тюфяк и отключилась.