Глава 13

Очнулась ото сна, подскакивая с кровати в отведенной мне спальне. За окном светало, а значит до обряда осталось не так уж много времени. День нашего бракосочетания...

Но не свадьба меня волновала, а судьба глупца, что отважился пробраться в замок.

Нерешительно выбежала в коридор, кутаясь в одно лишь одеяло. Нет времени переодеваться, тем более как позвать горничную еще не ясно. Привычный колокольчик не доставили в комнату, а слугам меня представить так и не успели. Но все не то.

- Входи, - послышалось из-за двери прежде, чем успела постучать.

- Прошу прощения, - нерешительно застыла на пороге. – Что вчера произошло? – постаралась подавить эмоций в голосе и замерла. Уже за одну дерзость – спрашивать о бывшем женихе – могла заслужено получить с дюжину плетей. Но оставаться в неведении казалось куда большей пыткой, нежели телесное наказание.

- Присаживайся, - указал на небольшой столик, что оказался уже сервирован на две персоны. Меня ждали - хороший знак.

- А теперь поведай мне обо всем, что тебе было известно о планах парня.

- Да не было особо никакого плана, - спокойно обронила, смотря в одну точку перед собой и бесцельно ковыряясь в тарелке.

- Княжич Краснослов под пытками говорил иначе, - раскованно откинулся на спинку кресла, словно снежный барс после удачной охоты.

- Пытками? Что с Ричи? – ошибка.

Я осознавала каждой клеточкой дурость, которую стоило пресечь на корню. Следовало сделать вид, что мне все равно. Что нас ничего не связывает. Что я прилежная невеста, у которой в мыслях только будущий муж и семья.

Но нет, я вручала топор в безжалостные руки палача, раскрывая свою слабость. Самое страшное, что можно сделать в Северных землях, - это продемонстрировать уязвимость. И как бы гордо и отрешенно не держалась, вопросы выдавали мое волнение с головой. Точно как и вчерашние мольбы.

- Он жив? – после нескольких минут его пронзительного взгляда маска отчужденности окончательно раскололась. Есть ли смысл играть в никому ненужную благодетель, когда я давеча слезно умоляла Магнуса не причинять вреда бывшему возлюбленному? Никакого.

- Пока да, - какое обнадеживающее «пока». Рваный вздох облегчение огласил мрачную тишину. – И либо ты рассказываешь мне все и его судят только за проникновение, либо я казню мальчишку по слову чести.

- Нет, - охнула, прижимая руки к сердцу. – Я все скажу. Что ты хочешь знать?

- Какой был план? - терпеливо повторил, но радостным от победы совсем не выглядел. Наоборот, словно похмурел.

- Мне нужно было выйти к ограде за садом в одиннадцатом часу.

- А после?

- Не знаю, - честно помотала головой. – Он собирался бежать.

- Что с защитой?

- Защитой?

- Он пробрался сквозь охранные заклятья. Твоя работа?

- Нет, - нахмурилась.

И через несколько секунд совсем помрачнела, понимая, что бывший проник в сердце замка, не встретив никакого сопротивления. Я и подумать не могла, что Ричи способен обойти защиту своими силами. Зачем тогда рисковал мной в предыдущие разы?

- Я здесь не при чем, - уверенно добавила.

- Знаю.

- Знаешь? – не поверила его спокойствию. Весь разговор выглядел как покаяние перед страшной карой. Но если мои признания избавят глупца от наказания…Вьюга, кто бы спас меня!

- Ты стояла посреди комнаты совершенно раздетая. Думаю, ты бы подготовилась куда лучше к побегу. И защиту обошла намного филиграней. Вмешательство княжича оказалось столь грубым, что даже охранники ощутили постороннего, - цокнул языком.

Отчего же стража не вмешалась? Если Советник не позволил им стать свидетелями моего греха, то, быть может, не собирается отказываться от женитьбы?

- Что теперь будет?

- С ним?

- Со мной, - кажется, беда от юноши отошла. Пора озаботиться и собственным благополучием.

- Готовься к обряду, - пожал плечами.

- Но в моей комнате ночью был мужчина.

- Не по твоему желанию, - показалось, словно черты собеседника ожесточились. Легкая складка залегла на обычно неприступном лбу. – Надеюсь, ты осознаешь всю важность святого союза? Моя жена не посмеет более вступать ни в какие отношения с другими мужчинами.

- Разумеется, - оскорбилась и слишком смело для своего положения заявила: – Также, как и мой муж.

Встретились взглядами. Мой - неуверенный и серьезный; и его - скупой на эмоции. Будет тяжело с таким нечитаемым человеком.

- Разумеется.

- Перед небесами и духами, перед вьюгой и штилем объявляю ваш союз священным и законным. Живите в любви и гармонии да исполните свой долг супруга и супруги, - проговорил священник, осыпая наши головы зачарованным снегом. Для очищения мыслей, души и тела.

Мы стояли на коленях в ритуальных рясах и держали друг друга за ничем неприкрытые ладони. Его тепло привычно обжигало пальцы - никогда еще я не чувствовала себя такой согретой, как в этот момент единения.

От прозрачного купола, что словно собирал свет небесный, отделилась тонкая белая нить и принялась опоясывать кисти, непонятным узором проскальзывая до ключиц. Там, обернувшись вокруг шеи, потянулась ко второй руке, в конце концов сплетаясь у кончиков пальцев. Вспышка света ослепила, и в следующее мгновенье нить исчезла.

- Матерь Луноликая! – неожиданно выругался священник, эмоционально вскидывая руки. Наши тела по-прежнему чуть светились, а глаза Советника и вовсе сверкали. Верно, мои тоже. Разве так не должно быть? – Кх. Подобного в последние годы видеть мне не приходилось. Вас союз воистину благославлен небесами, - успокоился и отрешено сделал шаг назад, продолжая осыпать сплетенные руки новой порцией снега. – Души приняли друг друга. Так соедините же тела перед луной и звездами.

Не могла сдержать смущения - щеки пылали, даже когда вышли на морозный воздух. За прозрачными куполами храма стремительно исчезали лучи закатного Солнцеликого Отца и в силу вступала Матерь Ночь. Теперь ясно, почему обряд совершался вечером – чтобы не откладывать единение. Связь необходимо было консумировать как можно скорее, чтобы повысить шансы на счастливый брак. Пока магия не отвергла сплетение с чужой материей.

- Пойдем в купальню, - заметил муж мои нерешительные попытки завести диалог. Пока у меня получалось лишь нерешительно приоткрывать рот, но и звука выдавить не получалось, потому я умолкала и выглядела крайне нелепо.

Не знаю, как и заикнуться о снадобьях, что передала матушка накануне, поэтому просто прихватила их с собой.

- Что ты…, - смущенно отвернулась, когда князь одним движением избавился от традиционного костюма.

Теперь понимаю, почему предпочтение отдавали паре слоев плотной ткани. Непривычно, но снять наряд можно в одно движение. Очевидно, для удобства супругов.

- Нам следует привыкнуть друг к другу до единения, - проговорил безучастно, но не жестоко.

Мне померещилась возможность отказаться от унизительного раздевания, но пришлось признать его правоту. Пусть нам отведены несколько минут до… ночи, но попытаться привыкнуть к мужчине можно уже сейчас. Я не смею упускать такую возможность.

Не поднимая головы, скинула рясу и, прикрывая все срамные места, опустилась в воду. Осторожно осмотрелась и к облегчению заметила, что мужчина терпеливо отвернулся. Но что-то непонятное царапнуло изнутри. Глупая мысль«а находит ли он вовсе меня привлекательной?»неожиданно озадачила.

Если в симпатии бывшего возлюбленного я не сомневалась, то сейчас мне внезапно стало необходимо знать если не о душевном расположении, то хотя бы внешнем.

- Я…, - неуверенно подала голос, отчего Верховный слегка повернул в голову, так и не посмотрев на мое тело.

Краска стыда огрела щеки. Какая глупость желать восхищения от незнакомого мужчины. Но как же мне необходимо почувствовать одобрение от собственного мужа, с которым идти рука об руку всю жизнь. Я не выдержу той неприступной холодности и незаинтересованности, что царит в некоторых парах.

Мне нужен любимый, а не человек детей-делатель.

- Я тебя не привлекаю? – все же решилась спросить, переступая через все нормы морали. Но сборника для невинных жен и постельных дел отчего-то в библиотеке не нашлось.

- Привлекаешь, - сухо и совершенно не вожделенно.

- Тогда отчего… почему ты даже не взглянешь на меня?

- Если посмотрю, то до кровати мы не доберемся.

Сконфуженно сдвинула брови, не решаясь приставать с дальнейшими расспросами.

- Мама передала мне настойки, - придвинула к нему снадобья, - от беременности и для… легкости, - неуверенно пробормотала.

Муж, не глядя, забрал оба и стал рассматривать снова с отвернутой головой.

- Микстуру смешай с водой и выпей, - протянул. – А это я использую позже, - отложил мазь.

- Будет сильно больно?

- Я постараюсь не навредить тебе, - серьезно заявил, словно давал обещание.

- Мне посоветовали не сопротивляться, - пугающие напутствия маманьки не дали бы уснуть прошлой ночью, не усыпи меня насильно.

Но теперь, в преддверии неизвестности, страхи, предупреждения, жалостливые взгляды объединились в ядро, выпущенное в самое сердце. Испуганно вздрогнула, боясь представить, что предстоит пережить.

- Эйлинор, - осторожно огладил мое плечо кончиками пальцев, - некоторые мужчины не заботятся о своих женах так, как должно. И делают им больно и в первый, и в последующие разы, оттого женщины и остерегаются за невинных девушек. Но я знаю, что делать, чтобы доставить тебе удовольствие и собираюсь его доставить. Просто доверься.

- Хорошо, - застыла, чувствуя незнакомое тепло, что разливалось из сердцевины живота, от одного его успокаивающего тона. Столь длинного предложения я еще не слышала из его уст, а в такой момент… мне было это необходимо.

- Думаю, пора, - поднялся первый, отчего мой взгляд сумел зацепиться за главное отличие женского и мужского тел. Не смогла оторвать глаз, чувствуя себя исследователем, что нашел иномирца.

Муж не спешил прикрыться, давая мне возможность изучить его тело. А затем медленно повязал полотенце вокруг бедер и раскрыл еще одно, приглашая меня на выход.

Согревающая волна простого заклинания прошла по телу прежде, чем легла в кровать. Абсолютно сухая перевернулась на спину, смущенно прикрывая покрывалом наготу. Нерешительно подняла взгляд на мужчина, что навис сверху и заглянул в глаза.

- Я буду к тебе прикасаться. Везде, - прошептал, с неожиданной негой прикасаясь к моей скуле.

Мысль, что муж теперь имеет право видеть и трогать меня…совершенно везде! Пока не пугала, и уже даже не смущала. Она завораживала.

Всего пару дней назад подобное казалось преступным и недостижимым. А сейчас мы совершенно обнажены. Душевно и телесно.

Кивнула, подбадривая скорее себя, нежели Советника. Тот осторожно проходился по неожиданно чувствительным местам, миллиметр за миллиметром стягивая покрывало вначале к бедрам, а затем и вовсе избавляясь от ненужной ткани.

Движение за движением, ласка за лаской, легкие поцелуи, объятья, прикосновения. И вот долгожданное единение тел. Настолько наполняющее и окрыляющее, что короткая вспышка боли мгновенно стерлась на фоне наслаждения и жара. Сердце готово было выпрыгнуть из груди при каждом уверенном движение, при любом ласковом поглаживании, при жадном чувственном поцелуе.

Непонятные нашептывания, буря в глазах, песнь из уязвимых и откровенных стонов. И вот неожиданная нега снесла все преграды между мирским и вознесенным, погружая меня в доселе неизвестный мир. Словно потеряла сознание на мгновенье, а пришла в себя уже укрытая тяжёлым одеялом и прижатая к горячему торсу.

- Что это было? – с легкой отдышкой, прошептала, чувствуя, как горло болит от слишком громких возгласов.

- Наслаждение, - поцеловал в шею, вызывая табун мурашек. Вздрогнула, когда к бедру прижалась незнакомая ранее часть тела.

- Еще? – нерешительно уточнила.

Неуверена, что выдержу еще один такой наплыв. Понятно, почему супруги предпочитают жить порознь. Не представляю, как с таким головокружительным ощущением оставаться неприкаянной и сдержанной, когда глупая радостная улыбка никак не хочет сползать с лица.

- Как ты себя чувствуешь?

- М, немного саднит, - нерешительно призналась. Может мне не следует ему жаловаться? И просто быть благодарной за то, что он терпелив? Меня точно не от этого восхитительного ощущения предостерегала матушка.

- Что ты…! – тихо взвизгнула, когда мужская ладонь проскользнула меж бедер.

- Спи, - шепот в затылок, легкий холодок в самом сокровенном месте, снимающий боль, и я тут же унеслась в забытие.