Глава 29

Тимур

На глазах пелена, и резко не хватает кислорода. Становится нечем дышать. Как будто горло сдавило стальными тисками. И вырваться из них получится только с кровью. Раздирая кожу в клочья.

— Что ты здесь делаешь? — я не узнавал своего голоса. Чужой. Далекий.

Как будто снова вернулся назад. В тот кошмар, который едва пережил полтора года назад.

— Хотела посмотреть на ремонт, — Света боялась, глядя на меня огромными глазами. — Ты соврал мне.

— Я не обязан отчитываться, — голос все так же не мой, только взгляд следил за рукой девушки.

Дверь комнаты медленно открывалась, а я так и продолжал стоять столбом. Боялся сделать этот чертов шаг — больше года даже на второй этаж не поднимался, чтобы не поддаться соблазну зайти туда.

Единственная комната в доме, которой ремонт не коснулся. Все осталось как и прежде.

Именно так, когда они еще были живы…

— Туда можно зайти? — Света кивнула в сторону двери, из-за которой уже был виден шкаф, но я резко оборвал:

— Нет.

— Почему? — она продолжала давить на больное, а я едва сдерживался, чтобы не поддаться очередной вспышке агрессии.

Она обязательно будет, если сейчас не остановиться. Уже медленно накрывает меня с головой, но я все еще балансирую на грани. Держусь, чтобы снова не сорваться в пропасть отчаяния.

— Иди вниз, — я, как зачарованный, не отводил взгляда от щели. И шкафа-купе, где в зеркальной двери уже отразился огромный плюшевый тигр.

Нет, нет, нет!

Можно кричать сколько угодно, но боль все равно вернулась. Резко ворвалась в сознание и теперь с неимоверной силой давила на оголенные нервы. Я закрыл глаза, пытаясь выровнять дыхание. Кулаки сжимал, чтобы почувствовать боль физическую. Возможно тогда душевная отпустит.

— Извини, — тихий женский голос, а после такие же тихие шаги по ступенькам.

А я так и пророс к полу, боясь пошевелиться.

Говорят, сильные мужчины не плачут — предпочитают держать боль в себе. Но иногда она рвет с такой силой тебя на части, что ты перестаешь контролировать себя. Я не помню, как громил дом. Как ревел раненым зверем, а потом выл на луну.

Желая лишь одного — вернуть тот чертовый день назад и защитить своих девочек.

А сейчас я расплачиваюсь за свои же грехи…

Открыл глаза, снова натыкаясь на полуоткрытую дверь. А может стоит попробовать прошлое оставить в прошлом? Назад ничего не вернешь, так стоит ли загонять себя в угол? Никто мне не заменит семь, которую я потерял.

Но иногда надо дать себе еще один шанс…

Возможно у меня получится.

«Папа, а ты купишь мне новый велосипед?» — голос маленькой Златы эхом раздавался в пустой комнате, когда я переступил порог.

«Отстань от папы» — смеялась Розалия, глядя на меня своими огромными светло-голубыми глазами.

Бескрайнее небо — в них реально можно утонуть. И несколько лет назад я попал в этот сладкий омут, о чем ни разу не пожалел.

«Папа, я себя хорошо вела» — голос девочки звенел, как колокольчик, когда я дотронулся до игрушек, стоящих не полочке.

Куклы, какие-то детские безделушки, машинки — моя дочь в свои пять лет заявила, что станет гонщиком, когда вырастет. А я пообещал ей подарить крутую машинку. Фотографии в рамках — Розалия на каком-то приеме, Злата на утреннике в детском саду, и они вдвоем. Смеющиеся. Счастливые.

Еще живые…

— Не-ет! — я все-таки не выдержал и заорал, чувствуя, как боль разъедает меня изнутри. Ударил кулаком в стену. Еще раз, еще.

Остановиться не мог, хотя надо. В голове сплошной туман и полное отсутствие тормозов. Знаю, чем это может закончиться — второй раз я возвращаюсь в тот кошмар.

Еще остатком сознания достал из кармана мобильный и набрал номер брата, пачкая телефон кровью.

— Тимур, что…

— Приезжай! — прорычал и швырнул телефон в стену.

А дальше полный провал — эти несколько минут, пока Марата не было, полностью испарились из моей памяти. Я все- таки разгромил часть комнаты, хотя полтора года назад сил хватило сюда только доползти.

Лицо брата, его испуганный взгляд и громкий рык:

— Скорую, живее!

И сознание полностью покинуло меня…