Глава 37
— Здравствуй, Светик-семицветик! — и смех мне прямо в ухо.
Только один человек в мире меня так называет. И только ему я позволяю это дурацкое прозвище, хотя терпеть его не могу. Но из уст Игната Доманского это звучит даже больше как комплимент, чем издевка.
А его смех поднимает мое довольно плачевное настроение на несколько позиций вверх.
— Ты поболтать или как? — я делаю глоток остывшего кофе, а после отставляю чашку в сторону.
— Снова завал? — бодрый и довольно загадочный голос мужчины явно свидетельствует о каком-то деле. Вряд ли поболтать позвонил, хотя я не против. Но только не сейчас, когда гора бумаг не уменьшается.
Иногда мне кажется, что какие-то потусторонние силы постоянно добавляют мне работы. Иначе как мистика я не могу это кипу охарактеризовать.
— У меня когда-то было иначе? — теперь усмехаюсь я, так как настроение действительно резко поднимается. — Кто-то постарался, чтобы я без дела не сидела, — тонко намекаю на этого загадочного «доброжелателя», на что слышу в ответ лишь фырканье.
— Ой, не начинай, — мне даже кажется, что Игнат машет рукой. — Можно подумать, тебе не нравится.
— Мне нравится, — соглашаюсь, так как мужской проницательности можно лишь позавидовать. — Но все равно стопка бумаг на моем столе от этого не уменьшается, хоть головой о стену бейся.
— Биться точно не надо, — Игнат, по ходу, издевается, но я пропускаю его ехидство мимо ушей. — Лучше на выходные к нам приезжай со Стасиком. Так и быть, детей беру на себя, а вас с Алисой отпущу на шоппинг.
— На целый день! — на ходу пытаюсь поймать удачу за хвост, но мне в ответтут же прилетает:
— Не наглей!
И снова смешок, но я все равно довольна. Отпустит, куда денется, хотя Игнат Доманский — дикий и безумный ревнивец. Он не просто влюблен в Алису.
Он от нее просто без ума, если не сказать похлеще. Иногда даже завидно, хотя изначально их о ношения нельзя было назвать простыми. Большая разница в возрасте, юношеский максимализм моей подруги в ее восемнадцать, молодость и небольшой жизненный опыт — все это и многое другое повлияло на их длительное расставание. К тому же, Игнат уж слишком давил на Алису.
Ну кто в восемнадцать не проявляет характер? Даже если это и выглядит довольно глупо со стороны. Тебе кажется, что ты взрослая, и только с годами, а так же с приобретенным жизненным опытом приходит осознание того, как по-идиотски ты себя вела.
— Будешь много умничать, вообще под утро вернемся, — продолжаю я наш веселый диалог. — Ещё и Катюху прихватим, так что детский сад из троих непосед тебе обеспечен, дорогой.
— Когда-нибудь я тебя придушу, дорогая, — ворчит Игнат, а я улыбаюсь.
Он в всегда так говорит, когда я его подкалываю. Но еще ни разу не реализовал свои угрозы. То придушу, то по попе ремнем пройдусь — я это слышу раз в неделю минимум. Хоть бы разочек продемонстрировал!
— Алиса тебе этого не простит, — веский аргумент, после которого Игнат всегда остывает. Даже в лице меняется, когда слышит имя любимой супруги.
Никогда в жизни я не встречала такую любовь.
А вообще я считаю, что Игнат Доманский — идеальный мужчина. Не знаю, почему Алиска так долго от него бегала, но до знакомства с мужчиной я имела о нем представление лишь со сов подруги. Конечно же, мы с Катей мелкую поддерживали, но кардинально поменяли свое мнение об Игнате после знакомства с ним.
Хороший человек, заботливый муж, великолепный бизнесмен — можно очень долго перечислять все его достоинства. К тому же, крестный отец моему сыну. Вот с кого надо брать пр мер подрастающему поколению!
Кстати, Стасик от крестного без ума, а тот в ответ никогда не делит детей, когда они вместе. Если хвалит, то обоих. Ну и наказывает тоже обоих малышей, но мой сын никогда не возражает. Каждое слово Игната ловит, впитывая информацию, как губка. Наверное, поэтому и слишком 3мный и рассудительный в свои четыре года.
О таком отце для своего сына я втайне мечтаю. Жаль, что пока это остается исключительно мечтой…
— Ладно, с шоппингом разберемся в субботу, а пока у меня к тебе дело, — Игнат переходит на серьезный тон. — У меня очень важная встреча сегодня вечером, и мне нужна твоя помощь.
Игнат — очень крупный инвестор, поэтому важные встречи у него поставлены на поток. Отдельный кабинет, обслуживание на высшем уровне — в принципе, ничего нового.
Однако именно сегодня небольшой форс-мажор, о чем Игнат, по ходу, напрочь забыл. Сам просил, сам теперь запамятовал — с его занятостью это вполне обычная вещь.
— В двух кабинетах еще идет ремонт, а два других заняты, — выдаю на одном дыхании. — Сам же просил за друзей, вот они третий день к ряду совещаются.
— Твою мать! — резко выдает Игнат, но мой мозг активно ищет альтернативные варианты.
— Могу предложить тебе дальний столик, — прикидываю, насколько удобно им там будет. — Он в углу, музыку практически не слышно. Да и вы за высокими спинками диванов не видны. Поставим охрану, чтобы вам никто не помешал.
Игнат не любит проводить встречи общем зале — слишком много желающих с ним пообщаться, а он радражется, когда кто-то его отвлекает от дел.
— Идеально! — выдает мужчина, а в голосе слышатся довольные нотки. — Я на тебя надеюсь.
Вот не может, чтобы не поумничать напоследок. Ну когда я его подводила-то?
Прощаемся до вечера, и я вызываю к себе администратора. Все уже давно изучили вкусы Игната Валерьевича, поэтому трудностей в принципе быть не может. Но все равно я сама встречу гостей — Игнат любит лицезреть мою улыбающуюся физиономию.
Я снова погружаюсь в чтение договора, однако ровно в семь часов появляюсь в зале. Аккурат в тот момент, когда Игнат заходит в ресторан. Спутник Доманского заходит следом, но пока его из-за спины моего кума не видно. Мне-то какая разница, с кем встреча у Игната? Главное, чтобы все прошло гладко.
Улыбка на все тридцать два зуба, шаг, второй, и я замираю на месте как вкопанная. Ноги резко становятся ватными, а тело каменеет.
Когда спутник Игната выходит из-за его спины. Дорогой костюм, рука в кармане брюк, безэмоциональное выражение лица — Господи, скажи, что мне это снится. Особенно, когда наши взгляды встречаются.
И мужские глаза прожигают насквозь.
Улыбка резко сползает с моего лица.
Не-ет! Этого не может быть!