Глава 22

Обзор камеры позволял видеть ее только до колен. Кристина стояла на фоне бетонной неокрашенной стены, а за ее спиной протягивались огромные водосточные трубы, ржавые и пошарканные. Опущенное лицо, на которое упали окровавленные волосы, и такие же опущенные руки говорили о том, что она была замучена почти до потери сознания пытками, но продолжала стоять…

Ее ладони были полностью в крови. И были проткнуты насквозь.

И от каждой тянулась веревка в сторону…

– Ну, давай же, улыбнись, принцесса, – послышался за кадром мужской голос, который принадлежал оператору. В следующую секунду натянулась третья веревка, плотно сжатая вокруг ее шеи, тем самым перекрывая ей кислород. Кристина на мгновение приподняла голову, но снова обессиленно ее опустила. – Порадуй папочку, покричи для него. Ты же знаешь, как он любит крик боли, – вновь послышался омерзительный голос, и неизвестный, являясь настоящим кукловодом, подергал за еще одну веревку, и от этого движения ее правая рука задвигалась. Только измученная и израненная она совсем не реагировала. – Подними голову! – голос за кадром стал раздражаться, и мужчина снова дернул за веревку на ее шее, но не получив желаемого успеха, стал тянуть ее еще сильнее. И в этот раз он натянул ее под подбородком, четко фиксируя лицо Кристины на камеру. – Вот... Так-то лучше. Будь послушной. И в камеру смотри, сука! – злобно взвизгнув, потребовал мучитель и дернул веревки, приводя в действие обе руки девушки. – Открой глаза! – он завопил, как свинья. Но в ответ не получил никакой реакции. Он дернул снова. Еще раз и еще. – Ну, все, сука, ты доигралась! – неизвестный отдалил объектив камеры, предоставляя взгляду ее ноги полностью.

Босыми ногами она стояла на табуретке, на которой уже скопилось немало крови. Камера дернулась, а потом вновь зафиксировалась. Показалась спина незнакомого мужчины, который целеустремленно направился к ее истерзанному телу. Он, резко сократив расстояние до Криси, дернул ее за волосы, наклоняя голову назад. Только сейчас, словно вернувшись из забвения, глаза Кристины резко распахнулись. Она на мгновение взвыла от рвущейся из всего тела боли, которая невыносимыми судорогами сотрясла ее. Кроваво красные глаза устремились в потолок, но она тут же вся собралась и больше не издала ни одного звука. Стиснула зубы от боли и продолжила молчать, что разозлило убийцу еще больше. Он снова дернул одну из веревок прямо возле ее руки, из-за чего лицо Кристины исказила гримаса боли.

Резкая пощечина хлыстнула больше по моему сознанию. И я только сейчас понял, что все это время не дышал.

– Ори, дрянь! – заорал он, и очередной удар пришелся ей по лицу, потом в живот. Еще и еще... И только когда, казалось, мужчина сам выдохнулся, он дал передышку и ей.

Кровь брызнула из ее лица, и непонятно было, откуда она течет больше – из носа, губ, разбитой брови, скулы. И только спустя пару мгновений Криси подняла голову и пристально уставилась на убийцу, впервые смотря ему в глаза.

– Ты должна орать, сука, от боли и просить меня о пощаде! – зашипел он на нее.

– Да пошел ты! – слабая и полная боли ухмылка отразилась на ее лице, и она уже тогда знала, что это ее последние слова, так как именно в этот момент мужчина выбил табуретку из-под ее ног.

Неотрывно смотря в экран телефона, я почти не чувствовал, как по лицу текли одна за другой слезы, проделывая дорожку по щекам, подбородку, а потом, срываясь, падали в неизвестность, пока ее тело содрогалось в посмертных конвульсиях.

Ее распяли…

А после повесили…

Я не чувствовал почти ничего.

Было лишь желание сдохнуть вместо нее.

А потом он повернулся лицом к камере, и я нажала на «стоп», всматриваясь в незнакомое лицо.

– Найди мне его, – прорычал, вытирая катившиеся потоком слезы.

– Антон… – послышался до боли родной мужской голос, но в этом состоянии я даже не пытался понять, кому из моих знакомых он принадлежит.

– Найди мне его! – заорал Анониму, пытаясь не раздавить в ладони телефон.

– Уже…

***

– И долго ты еще будешь тянуть? Ты же знаешь, я могу найти его и сам, – произнес в пустоту.

Я двое суток лежал на кровати и пялился в потолок, не делая абсолютно ничего. Я не спал, не ел, не пил, даже зубы не чистил. Да черт возьми, я вставал только несколько раз, для того, чтобы тупо не зассать кровать. Хотя даже если бы сделал и это, мне было бы плевать.

Мне было на все плевать.

После той записи во мне сломалось окончательно все. В какой-то момент мне показалось, что я даже мстить не хотел. Ее это в любом случае уже не вернет…

– Знаю. Просто хочу, чтобы ты немного успокоился и пришел в себя.

Парень реально был на очке, боясь, что я натворю дел. А я тупо лежал на кровати в одной позе и даже не двигался. И это пугало его еще больше.

После того, как Аноним сказал мне, что по фото мгновенно пробил убийцу, я готов был сорваться, чтобы порезать ублюдка на мелкие ленты. Запытать так, чтобы он умер от болевого шока. Но этот компьютерный пиздюк отказался мне сразу слить его местонахождение. И на самом деле сейчас, когда меня разрывало не от гнева и ярости, а от пустоты и боли, я понимал, что он сделал все верно.

Я уже наворотил дел с Алиной, отказываясь задумываться о последствиях. Для того, что я собирался делать, нужна была холодная голова.

– Я спокоен…

– Ага…и тверд, как просроченный пряник, – отшутился он. – Не заливай. Мы оба знаем, что ты только внешне такой, а внутри медленно сводишь сам себя с ума.

– Ты же понимаешь, что я с ним сделаю? – уточнил у него.

– Конечно, понимаю, – вздохнул он. – И даже не собираюсь тебя останавливать, потому что это бесполезно, но это не значит, что я одобряю это. Тох, ты закапываешь себя. Твое безумие сожрет тебя. Я понимаю, ты пытаешься отомстить и хочешь его смерти. Но я убежден, что убийство под предлогом мести не перестает быть убийством. И когда ты совершаешь первое убийство, то второе дается тебе уже немного легче, не говоря уже о третьем, четвертом и пятом. Это может засосать…

Я прикрыл на мгновение глаза, а он продолжал:

– Это не должно стать для тебя нормой. Тох, ты же классный парень. Отличный друг. Всегда выручишь и придешь на помощи. Хватит закапывать сам себя…

– Ты сказал, что не будешь меня отговаривать, но, кажется, именно это сейчас ты и делаешь.

– Я делаю это не из-за него, – аргументировал хакер. – А из-за тебя. Как бы мне не хотелось этого говорить, но этот ублюдок заслуживает самой мучительной смерти, просто я не хотел бы, что бы руки марал именно ты.

– Думаешь, после того, что я сделал с Алиной, его смерть как-то отпечатается на моем сознании? – немного усмехнулся про себя.

Убить этого ублюдка, предварительно получив все ответы, для меня не составит труда. А вот простить себя же за смерть Алины я уже не смогу.

Я же нашел убийцу Кристины, стараясь не думать о цене. Но не мог не думать…

– Кем бы он ни был, он живой человек. Это как в Гарри Поттере, когда Волан-Де-Морт мочил людей и разрывал свою душу на части… – подкинул он странное сравнение, но смысл в его словах я уловил.

А еще я знал, что Мерч тащится по Поттеру.

– Ты же помнишь, что я служил? Там мой счет был даже не на десятки. Насколько я помню, безносый поделил свою душу только на семь частей,– уточнил у него, намекая на то, что я уже безнадежен.

– Вот именно, поэтому не стоит увеличивать масштабы. Тох… – позвал он меня.

– М?

У меня не было желания продолжать вести этот диалог. Мы оба знали, что хакер в ближайшее время скинет мне все данные на этого мужчину, и я поеду выбивать из него все ответы. А в конце выбью из него смерть.

– Если хочешь, я могу приехать, – неожиданно произнес Аноним. И эти слова за последние пару дней заставили меня оживиться.

Даже так?

– Ты же не хотел святиться, – уточнил у него.

– Не хотел, – согласился тот. – Но я вижу, что с тобой происходит. А я уже двое суток не сплю из-за тебя, и если честно, боюсь, что ты опять хуйни натворишь, если я хоть на минуту оставлю тебя одного. Но сейчас меня безбожно вырубает, и даже спички в глазах не помогают.

А ведь он не врал. Почти двое суток с того момента, как я увидел видео, он все время пиздел без умолку. Я не всегда слушал, что он говорил, но был уверен, что всегда слышал фоном различные голоса, которые он регулярно менял.

Этот парень держался за меня до последнего.

– Ну, так что, мне приехать? – вновь спросил он, так как я слишком затянул с ответом.

– Мы общаемся с тобой в реале? – спросил у него.

– Бывает, – неоднозначно ответил он. Как обычно.

– Тогда не надо…

– Тебе не интересно, кто я? – мне показалось, что я услышал обиду. Детскую такую.

– Поверь, еще как интересно. После вопросов о смерти Кристины ты занимаешь почетное второе место.

– Тогда почему нет? – не понял меня хакер, а я пытался подобрать слова, чтобы ему сказать.

– Я не знаю, как тебе это объяснить, – задумался. – После всего, ты продолжаешь оставаться рядом, и я благодарен тебе за это. Но если я узнаю, кто ты, мне кажется, я уже не смогу общаться с тобой как раньше, особенно, если ты окажешься кем-то из моих лучших друзей. Одно дело знать, что ты где-то есть, и совсем другое, вживую видеть твое разочарование.

– Я не разочарован в тебе, – поспорил он.

– Правда? Даже после того, как я убил Алину? Слепую девушку из интерната с кучей разных заболеваний? – уточнил у него. Я снова сам себя зарывал.

– Не все болезни можно приравнивать к приговору. Некоторые сродни дару, – мутно ответил он. Он вообще старался не говорить о ее смерти. А я наоборот хотел именно об этом говорить.

– Иди спать. Я обещаю, что в этот раз без твоего ведома ничего не стану предпринимать, – после затянувшегося молчания, сказал ему.

– Правда? – с неким недоверием уточнил он.

– Правда. Пиздуй уже, а то ты заебал меня за эти дни, – попытался я отшутиться от него.

– Можно подумать! Да ты тащишься от меня,– воодушевился он. – Если что, у меня теперь за тобой тотальная слежка. Узнаю, что ты вышел за пределы квартиры, отрежу тебе твой большой член. И сходи уже, наконец-то в душ, иначе плесенью покроешься. А потом поспи, тебе тоже не помешает выспаться.

– Я постараюсь, – не стал спорить с ним.

– Спокойной ночи, малыш Тони.

– Спокойной, пиздюк…

***

– Пожалуйста, не надо! – жалобный мужской голос уже давно превратился в собачье поскуливание. Я в очередной раз дернул со всей силы за веревку, отчего та привела в движение проколотую ладонь мужчины.

Та же картина – распятое, только в этот раз мужское тело, и петля вокруг его шеи.

Алина была права. Общаясь со мной всего несколько минут, ей достаточно было понять, что я монстр. Самый настоящий. С каждым разом приводя веревочный механизм в движение все быстрее, жестче и беспощаднее, слышал громкие стоны мужчины и неимоверные крики о пощаде. И на моем лице даже ни один мускул не двигался.

Табуретку, на которой он стоял, уже давно залило кровью. Я снова дернул веревку, и мужик взвыл так, что задрожали стены. Он орал как свинья, а я подумал о том, что Кристина все это терпела молча.

Она всегда была такой – сильной и гордой. До последнего вздоха.

Я уже давно не ездил к ней, потому что знал, что даже за смерть такого ублюдка, она бы осудила меня.

А за смерть Алины вообще возненавидела бы.

Я смотрел на него, на то, как он от страха и боли мочился в данную секунду под себя, и вспоминал все то, что нарыл на него Аноним. Мужик был чертовым ублюдком и садистом, помешанный на насилии и пытках. С явными психическими отклонениями, на счету которого была уже не одна жертва. Он дважды был под прицелом ментов, подозреваемый в жестоких убийствах девушек, но за неимением доказательств выходил сухим.

– Помнишь ее? Четыре года назад? – потушив сигарету, я медленно подошел к нему, поднося телефон к лицу, зная, что он сейчас смотрит на ее казнь.

– Так это все из-за нее? – отплевываясь кровью, пробормотал он.

– Ты помнишь? – дернул я веревку, сжимая зубы от ярости.

– Да! – завопил он от боли. Конечно, он помнил. Такое забыть невозможно.

– За что? – задал самый важный вопрос в своей жизни.

– Я не знаю, – заревел он, давясь соплями, слюнями и кровью. – Я, правда, не знаю! Со мной всегда связывались и говорили, что есть девушка. Когда я пришел в тот подвал, она уже была там в таком состоянии, я сам ничего не делал... – завыл он, с трудом выдавливая из себя слова, – … только добил ее, но я даже понятия не имею, кто она.

В том, что он не врал, я был уверен. После нескольких часов пыток он бы не посмел. Но его ответ меня разрывал на части еще больше, потому что это означало, что истинный убийца не он. Этот отброс общества был просто тем, кто привел приговор в действие, а вот кто его вынес, оставалось загадкой до сих пор.

– Кто с тобой связался?

– Я не знаю, не знаю… Я не видел его. Он просто звонил. Он знал обо мне все. О моих предпочтениях в том числе…

Предпочтения. Интересно он описывает свои садистские наклонности.

– Он представился?

– Да.

– Имя!? – зарычал я.

– Леон...

Каждый раз я думал, что хуже уже быть не может – чтобы в дальнейшем со мной не произошло, чтобы я не натворил или не узнал, казалось, что ничего меня больше не удивит, не доломает и не добьет. Но каждый раз я ошибался.

Я был готов услышать любое имя, но только не это. Как и когда Кристина успела перейти ему дорогу?

Я резко вышел из этого провонявшего мочой и кровью помещения, хватаясь за телефон. Я знал, что он не подслушивает, так как не хотел в этом участвовать, но мы договорились, что я свяжусь с ним сам.

– Ты закончил? – услышал обреченный голос хакера, который, кажется, только и ждал моего звонка.

– Это не он. Вернее он просто закончил дело. Ее заказали…

– Ты узнал кто?

– Леон.

– Малыш, это хуевые новости. На него у нас ничего нет.

– Я знаю, – тяжело выдохнул, потому что… Потому что это означало, что я снова вернулся ни к чему.

Леон был той самой неуловимой легендой, о которой многие слышали, но не были уверены в его реальности. Один ли это человек или целая продуманная мафиозная связка. Где он, кто он? Еще после Ливии, когда мы вернулись с задания домой, начальство уже тогда негодовало, что именно он поставляет оружие исламистам. И прошло столько лет и ничего не изменилось. Он как был неуловимым, так им и остался.

– Нужно решить проблему с трупом, – напряженно произнес Аноним после моего затянувшегося молчания.

– Он еще жив.

– Ты не убил его? – удивленно спросил хакер.

Я крепко сжал кулаки, принимая тяжелое решение для себя.

– Ты сможешь сделать так, чтобы его быстро и пожизненно закрыли в каком-нибудь аду, при этом нигде не всплыло бы мое имя? – наконец-то спросил я.

Этот ублюдок не заслуживал быстрой смерти. Я хотел, чтобы он жил долго, но при этом варился в кипятке.

– Конечно. С той инфой, что у меня есть на него, это не проблема… – облегченно выдохнул хакер. – И у меня есть на примете одно местечко для таких, как он.