Глава 24

– Бля, чувствую жареным скоро запахнет, – пробираясь через толпу полупьяной и возбужденной молодежи, шепнул я Лехе, зная, что меня услышат и Ник и Ксюха.

– Да пиздец. Кто ж зал, что ему припрет на ее гонку прийти. Еще и Карамеля – пиздюк, поддержал его идею, – ответил мне Мерч, а я глянул на воодушевленные спины Стаса, Тима и Туськи.

Окинул взглядом толпу, а потом глянул на линию старта, где мотоциклисты собрались в ожидании начала заезда.

Ну что за жопа? Сидели же нормально. Бухали нашей компашкой, как вдруг Стасону с Тимом резко приперло сгонять на гонку к Рыжей. Видите ли, заканчивает она с карьерой трейсерши, и парни решили проводить ее в свободное пешее. Только вот если с опездолом Карамелей, который ничерта не знал про Рыжую-Бэмби, проблем не было, со Стасом же дело обстояло иначе. Некрасиво как-то выходило.

– Че делать будем? Может, сказать ему? – спросил Ник, и мы вчетвером вновь глянули на Вознесенского.

Ситуация – пиздец. А ведь довели сами до критического состояния.

– Она вроде шлем не снимает в последнее время. Вдруг прокатит и в этот раз, и Стасон не просечет? – неуверенно дал заднюю Мерч, а я покосился на него.

Жучара такой он, конечно. Хитрожопый, охренеть не встать! Хотел красиво выйти из ситуации – и Рыжую не спалить и перед Стасом не облажаться.

И стоит такой, ресницами своими длиннющими, как у бабы, хлопает и на меня пырится. Хлоп-хлоп!

Типа он обычный пацан, и вовсе не прошаренный хакер, который прикрывал своего дерьмого друга – меня – от убийства невинной девушки. Да и секретик Рыжей тоже хранит.

Да я, блин, уверен, у него на каждого из нас досье составлено!

Поражаюсь с него. Все про всех знает. За всеми следит и помалкивает. Ну, точно везде без мыла в жопу пролезет.

Но раскрывать все карты на стол перед ним я пока не собирался и продолжал делать вид, что ни о чем не догадался.

– А если снимет? – спросил.

– Тогда жопа полная. Он точно психанет, – произнес Ник. Уж этот точно дело говорил. Все же Нестеров со Стасом всю жизнь дружат.

– И ебало нам раскрошит, – грустно отозвался Мерч, посматривая на троицу, которая даже понятия не имела, что сейчас может произойти.

Толпа заревела и спустя несколько минут мотоциклисты сорвались с места, при этом Рыжая еще и фору в виде десяти секунд дала своим соперникам. Уверенная девчонка, никогда бы не подумал.

– Ты так и не сказал, откуда знаешь про нее? – издалека подкатил я к Лехе. Интересно, как выкручиваться будет.

– Да на гонки к ней гонял еще с первого курса, – спокойно произнес, даже на секунду не задумавшись над ответом.

Красиво пиздит. А еще красиво скрывает, что в компах шарит лучше, чем я в огнестреле. Вот в жизни бы не подумал. Он же вообще не компьютерный задрот.

Мы стояли около двадцати минут в ожидании, нервно переминаясь с ноги на ногу. Окинул взглядом толпу и выцепил недалеко от старта два знакомых черных мотоцикла. Итак, проверим Леху на вшивость еще разик.

– Это же те самые пани, которые все время с Рыжей? – спросил у него, зная, что этот вопрос мог услышать и рядом стоящие Ник и Ксю, а так же прыгающий на радостях Карамеля. Стас с Туськой стоял немного дальше.

– Ага, – протянул медленно Мерч, косясь на Ника, который тоже отвел подозрительно глаза.

– Кто такие? – продолжил я настаивать.

Друзья реально напряглись.

Че за херня с этими пацанами? Я вновь кинул взгляд на трейсеров, и один из них снял шлем.

Ну, парень как парень, я вообще хер знает кто это. Знаком с ним я лично не был, поэтому вообще не врубался на счет таинственности, которую наводили все вокруг этих двух.

Они все издеваются что ли? Уже почти психанул, как толпа заревела и ломанулась вперед к ограждению, а потом дружно завопила «Рыжая!»

Конечно, она приехала первая. И вот тут-то начался весь пиздец. Потому что на финише она резко тормознула, и к ней ломанулся на всех радостях тот самый парень на моте, а она повисла на нем как обезьянка, предварительно сорвав шлем с головы.

Не прокатило!

Потому что мы все покосились на охуевшее лицо Стаса.

Ну, бля…

Как и предполагалось, Вознесенский вышел на эмоции и послал нас в далекую страну долбоящеров, потому что мы все дружно вместе с Рыжей его все это время наебывали. И я мог прекрасно его понять. Рыжая рванула на мотике за ним, так как он сразу же покинул трэк на тачке, а мы стояли и обтекали от того, что сами же и налажали.

– А вы че в курсе что ли были, что Рыжая – это Бэмби? – офигевший Карамеля до сих пор не мог подобрать челюсть от данных новостей, принимая наше молчание за согласие. – Ну, бля-я-я… Я опять все веселье пропустил, – заскулил он.

– Парни идут к нам, – отозвалась Ксюша, и я увидел, что через толпу к нам пробирается тот самый парень, на котором висела Рыжая, а за ним и второй, но лица я его пока не видел.

– Дерьмо, только этого не хватало, – заворчал Мерч и тут же вцепился мне в плечо. – Ты только не нервничай, ладно? – он суетливо посмотрел на Ника с Ксю, а потом снова на меня.

– А мне-то че нервничать? – вообще не врубился я, подмечая, что парни уже совсем близко.

– Они близнецы, – выдавил нехотя из себя Мерч, а меня словно головой в воду окунули, так как легкие скрутило.

Близнецы…

– Здоров, ребят! – тут же услышал я голос трейсера, и из-за его спины появился точно такой же.

У них даже экип был одинаковый, и они были как две капли воды похожи. Если их переставить местами я бы сразу запутался, кто есть кто.

– Здоров, Ник, – пожали они руку Нестерову, как старые друзья, и по-дружески чмокнули Ксю в щеку.

– Макс!

– Кир!

– Наташа!

– Тим, можно просто Карамеля.

– Леха!

Ребята все по очереди представились, и когда дошла очередь до меня, я не сразу заметил, что один из близнецов уже не одну секунду держит руку в воздухе, ожидая моего рукопожатия. Легкий тычок в спину от Мерча заставил меня выйти из транса.

– Антон, – почти промямлил я, реально растерявшись.

Второй тоже поздоровался со мной.

– Че залип-то? Понравились? – весело спросил один из них, заметив мое замешательство.

– Ты то ж ничего, но прости, мы по девчонкам, так что у тебя шансов нет, – поддержал его шутку брат, от чего вся компашка не удержала смешок.

– Да я…

– Такой здоровяк, и такой стесняша, никогда бы не подумал, – вновь продолжил шутить первый.

– Но ты не переживай, уверен, на такого брутала не только телки текут, но и парни ведутся. Так что еще найдешь свою вторую половинку, – заржали они, а я…

А я реально продолжал как имбецил пялится на них, даже не обращая внимания на их дебильные шутки про «голубую армию». Эту тему я не любил. Нет, не потому что не толерантен. И не потому, что сам был в этом замечен – упаси боже, в своей гетеросексуальности я был уверен на сто процентов. По другим причинам.

И меня реально выводил из строя сам факт, что именно близнецы сейчас шутили о гомосексуальности, даже не предполагая, что срывают комбо, которое окунуло меня в ворот воспоминаний. Старых и не самых приятных.

– Отвалите от него, – влез Карамеля, нахмурив брови.

– Да ладно, Тох. Мы ж пошутили. Без обид, – хлопнул по плечу меня один из них, а я напрягся от его прикосновения. – Говнюк все-таки распсиховался? – перевел он резко тему. – Они, блин, стоят друг друга с Рыжей. Два идиота, чесслово!

И только потом я узнал, что эти близнецы были родными братьями Рыжей. Братьями, блин! В жизни бы не подумал.

Ребята долго болтали, обмениваясь шутками, а так же переживаниями на счет Стаса и Рыжей, а я же неотрывно пялился на них.

Я так давно не видел близнецов вживую.

Мы сутки пытались дозвониться до Вознесенского, который сквозь землю провалился и так и не явился на следующий день на бой к Рыжей. Она расстроенная из-за всего этого проиграла. И если честно, я только в тот момент, когда она опустила руки и лицом стала отхватывать мощные удары соперницы, обратил на нее внимание, так как до этого весь бой пялился на ее братьев, поддерживающих ее возле ринга.

– Ты бы хоть так откровенно на них не пялился, – заржал хакер, когда я поздним вечером ехал домой в сторону дома.

– Поэтому ты уходил от ответа про них? – спросил я, вспоминая, что и Покровский тоже соскочил однажды.

– Прости. Просто лишний раз не хотел тебя нервировать, зная, как ты можешь отреагировать, – замялся он голосом Гузеевой из «Давай поженимся».

Не спрашивайте, откуда я знаю про эту передачу. Этот придурок вчера на моей плазме против моей воли врубил несколько выпусков, заливая: «Отличное же шоу!»

– Ты такой заботливый. Был бы девчонкой, женился бы на тебе, – отшутился я.

– О, прости, не для тебя моя роза цвела!

– Хорош уже со мной, как с барышней кисельной возиться.

– Я то знаю, что ты только снаружи такой суровый, а внутри тебя сидит сопливая девчонка  в розовых колготках, – заржал он.

– Пошел в пизду, – безобидно послал его.

– Не беспокойся, дойду с оргазмом, – произнес он, а я отметил, что это чисто Меркуловкая шутка, которую он часто использует. Хакер, кажется, уже совсем не парился. – Блин, бухнуть охота, – протянул он, а вот тут я отметил, что это уже пошел стиль Карамели.

– Пить вредно. Да и на вещи лучше смотреть трезво.

– Если смотреть на вещи трезво, то хочется выпить, – возразил он мне.

Я нахмурился.

Не, ну Леха тоже выпить любит.

– Ну, че ты опять напыжился? – видимо заметив мое задумчивое лицо через камеру, спросил он. – И в твоей жизни настанет белая полоса.

– Такое ощущение, что мою белую полосу кто-то снюхал, – ответил ему.

– Иногда просто нужно взять и набухаться. Это, конечно, ничего не решит в твоей жизни, но набухаться надо.

– То же мне открытие.

– А то, все свои лучшие открытия я делаю штопором.

Реально Карамелин стиль! Этого хлебом не корми, дай вискарем нагнаться. Хотя…

Походу Леха понял, что стал палиться и решил меня запутать опять. Не прокатит, дружочек.

– Ты нарыл что-нибудь на Леона? – перевел я тему.

– Не особо, но я работаю над этим. Скоро вернется Покровский, нужно будет с ним перетереть. Может у него появилась какая-нибудь информация.

Андрюхи уже несколько недель не было в городе, и он был не в курсе о том, что я натворил дел с Алиной, а так же о том, что нашел физического убийцу Кристины, от которого тянулась ниточка к Леону.

К тому самому, на которого так же копали мой отец, Андрюха и отчим Стаса.

– Слушай, я спросить еще хотел у тебя кое-что… – начал я.

– Ну?

– В деле Кристины нет упоминания о том, что у нее были проткнуты ладони. Как это могли упустить?

Я знал всю собранную информацию по убийству Криси наизусть, и там действительно не было упоминания об этом.

– Я тоже это заметил. Склоняюсь к тому, что криминалисты и патологоанатом были куплены. О таких вещах нелегко умолчать. Но учитывая тот факт, что ее хоронили в закрытом гробу, это однозначно упрощало задачу.  После того видео я сразу обратил на это внимание и решил копнуть на эту тему. Всплыли еще несколько странных жертв по области. Мне пока не удалось сопоставить их в одно дело, но я уверен, что эти убийства похожи.

– Ты хочешь сказать, что Леон серийный убийца? – опешил я.

– Не исключено. И этот пидр еще ни разу нигде не прокололся. Ни одного сраного ДНК. К тому же все дела подчищены, словно все схалтурили.

Меня словно по шарам долбануло.

– Алина…

– Опять ты о ней, – возмутилась Гузеева.

– Да послушай ты! Там в лесу было темно, но я обратил внимание, что на ее обеих ладонях с тыльной стороны были круглые полузажившие шрамы. Тогда мне показалось, будто это шрамы от затушенных об нее сигарет, но сейчас я не уверен…

Гузеева молчала долго, обдумывая.

– Что если она могла стать потенциальной жертвой Леона, но каким-то образом ей удалось спастись? – спросил я, накручивая себя еще больше. – А потом он, как свидетельницу, решил ее заказать. Это же получается, что она единственная, кто могла быть с ним лично знакома, а я… а я… – я запнулся, боясь произнести это слово вслух.

Я убил ее.

– Так, тормози! Тебе не кажется, что не вяжется немного? Он решил ее убрать, воспользовавшись твоими услугами, и тебе же скинул видео с лицом убийцы, зная, что ты найдешь его, и тот непременно выдаст Леона с потрохами перед страхом смерти. Не логично, не находишь? – в хлам разнес он все мои предположения.

Это действительно было бы глупо на месте Леона.

Либо я себя накручиваю, либо она реально когда-то пересекалась с Леоном.

Блять! Да когда же этот пиздец закончится?

– Давай ты сейчас успокоишься и не будешь строить догадки, пока снова не завелся, потому что…. Вот дерьмо! – неожиданно резко завопила Гузеева, отчего я даже подпрыгнул на сиденье от неожиданности. – Блять, у тебя ствол с собой? – забеспокоился хакер, не скрывая своего нервного голоса.

– Да. Он всегда под моим креслом, – на автомате ответил.

– Мы разворачиваемся. Гони как можно быстрее на Извольскую 8, я построю сейчас тебе маршрут на навигаторе и зеленый коридор из светофоров!

– А че случилось-то? – не понял я.

– ГОНИ-И-И! – заорала ведущая истеричным воплем, и я вдавил газ в пол до упора, заметив, что все светофоры стали загораться зеленым, когда я подъезжал к очередному перекрестку.

Глянул мелком на навигатор, который показывал конечную точку через восемь минут.

– Больница Святого Петра? – удивленно спросил я. – Что там? Что происходит вообще?

– Давай-давай, гони, гони, гони! – нервничал хакер. Я второй раз слышал такую тревогу в его голосе. Первый был, когда он умолял меня не убивать Алину.

Тогда я не послушался.

Сейчас я такой ошибки не совершу.

– Бля, че происходит? – в очередной раз спросил у него, уворачиваясь от автомобиля, так как светофор резко загорался, и тачки не успевали тормозить.

– Тормозни с черного входа и возьми ствол с собой, – тараторил он, не переставая нервничать.

Бля, ну что опять за хуйня происходит?

Время уже близилось к часу ночи, и на город давно опустились сумерки.

Больничка оказалась небольшой, а черный ход ее смотрел на какую-то старую пошарпанную кирпичную стену. Быстро тормознул тачку возле неприглядной двери и окинул взглядом территорию. Никого.

Дверь пиликнула, призывно зазывая меня внутрь. Опять хакерские штучки.

Схватил Макарова и юркнул внутрь.

– На счет камер не парься, спускайся вниз. Шевелись, давай!

Я под тусклый свет лампочки стал спускать по лестнице вниз в подвальное помещение, оказавшись в каком-то мрачном длинном коридоре.

Как в фильмах ужасов, где под обычными больницами были скрытые коридоры, в которых пытали людей.

– Направо, до конца коридора, последняя дверь, – нервно произнес он, а я побежал вперед по мрачному помещению, убедившись, что никого нет.

Тишина стояла гробовая. Мимо меня мелькали двери, и я даже предполагать не хотел, что за ними может скрываться.

– Бля, они походу нашли ее. У меня сигналка сработала. Кто-то с зашифрованного айпишника роет инфу на нее и эту больничку. Блять, лишь бы успеть, – бубнил он.

– Кого нашли? Ты объяснить вообще можешь хоть что-нибудь нормально? – сжал я ствол, останавливаясь напротив плотной металлической двери, которая была последней в этом коридоре.

В эту же секунду она так же щелкнула, приглашая меня внутрь. Я дернул ручку двери, аккуратно вглядываясь в темноту помещения. Почти ничего не было видно, и лишь зеленый график на экране дефибриллятора немного давал света. Тишину нарушало медленное и равномерное пиканье прибора.

Мне хватило секунды привыкнуть к темноте и нашарить возле двери выключатель, и когда помещение озарилось ярким светом, глаза сразу выхватили больничную койку, на которой лежала Алина, подключенная к аппарату.