Глава 46

Приехали мы достаточно быстро, несмотря на то, что я не спешил. Поэтому уже через пятьдесят минут передавал портье ключи от своей машины, предварительно открыв дверь Алине и помогая ей выбраться.

Мда уж. Нестеров решил неплохо отгрохать свою свадьбу, порадовав тем самым свою уже жену. На самом деле, ник с Ксюхой расписались в обычном Загсе уже несколько дней назад. Чисто вдвоем. Отмечать торжество со всеми друзьями, родственниками и толпой неизвестных мне людей они решили в этом охренительном дворце, двери которого перед нами распахнули двое мужчин, открывая взор на мраморную лестницу, застеленную красным ковром.

Хмыкнул от пестрящего пафоса. Как в кино прям.

Взял Алину под локоть и повел внутрь. Гости еще только собирались, но Аноним в гарнитуру посвятил нас, что основная часть уже в сборе.

Возле гардероба помог Алине снять пальто и…

… сожмурил глаза. Даже гребанные яркие люстры так сильно не ослепили меня, как это сделала Сахарочек.

– Ты… – я никогда не стеснялся говорить девушкам комплименты, но сейчас мне словно палку в глотку затолкали, и я как дебил крякнул.

– Что-то не так? – взволнованно спросила она, поправляя волосы.

– Все не так! – воскликнул. Конечно, блядь не так! Нельзя быть такой невероятной! Ее же все увидят, а я не хочу, чтобы её все видели ТАКОЙ! Услышал в гарнитуре шепоток кого-то из пиздюков: «Вот олень!» – В смысле все так. Ты очень красивая сегодня, – откашлялся я, а потом понял, что опять сморозил хрень. – В смысле ты всегда красивая, но сегодня особенно.

Точно олень. Стыдоба-то какая!

«А я думал у нас Вознесенский мастер комплиментов, но смотри-ка, у Стасона достойный конкурент!» – ржал в ухе Аноним, сбивая меня с мысли.

«Уже жду не дождусь увидеть Сахарочек. Не зря же он там слюнями заливается», – поддерживал хакера Мерч.

А она-то тоже все это слышит. Позорище!

– Спасибо, – смутилась Алина. – Уверена, ты тоже очень хорошо выглядишь.

Да куда уж мне до тебя?!

– Давай их снимем? – потянул я руки к ее очкам, которые она впервые надела за последнее время. Она смутилась еще больше и запаниковала. – Не беспокойся, никто не заметит. – Соврал. Конечно, все увидят, что она слепая, но так похуй. Хочу видеть ее глаза. Я уже так привык к ним. – К тому же, не зря же я так пыхтел над этими стрелками. Несправедливо, если ты будешь их прятать, – попытался немного успокоить ее.

Минуя ступени, с каждой секундой отчетливее были слышны музыка и голоса людей.

– Сколько гостей всего? – спросил в гарнитуру, придерживая Алину за талию.

– Сто восемнадцать. Плюс двадцать репортеров, в том числе фотографы и видеографы. Девятнадцать человек персонала. Твой отец, кстати, тоже здесь. И Покровский.

Не сомневаюсь. Батя Нестерова был начальником службы МВД, и с моим отцом они были хоть и не друзьями, но очевидно, приятелями. Да наши папаши все знали друг друга, так как входили в список главных людей города. И конечно, никто из них не пропустил бы такое торжество.

Было, конечно, невероятно красиво. Ребята не зря сняли этот дворец. Все так и пестрило красотой. Гости сновали туда-сюда, так как официальная часть не началась, и главные виновники торжества еще не появились, поэтому все наслаждались фуршетом. А профессиональные танцоры, которые сейчас танцевали вальс в центре, создавали иллюзию, словно мы были на бале восемнадцатого века.

Сразу вспомнился мультик «Анастасия», который до дыр засматривала Криси, на повторе включая тот самый момент, когда призраки из витражей выпрыгивали парами, кружась в танце. К слову, вальсировать я умел.

– Мы возле столиков слева от входа, здесь все наши. Подруливайте, – зашептал Мерч, и я сквозь гостей увидел знакомую макушку Карамели и Туськи.

Потянул Алину за собой, которая все это время крутила головой вокруг, словно видела все происходящее. Столько запахов, голосов и шума. В этой какафонии ей будет вести себя уверенно достаточно тяжело.

– Привет, народ, – громко, так, что бы услышали все, произнес я, на что вся толпа повернулась ко мне.

– Бля-я-я, Тоха-а-а! – завопил Карамеля, бросаясь на меня. – Ты куда пропал, собака ты сутулая? – запрыгал он возле меня, радуясь, словно не видел целую вечность.

– Дела. Не все ж с тобой бухать и по обезьянникам зависать! – обнял его, вынужденный оторваться от Алинки. И как только он отлип от меня, шагнул обратно к ней, пока остальные не стали на мне виснуть.

– Ребят, знакомьтесь, это Алина, – потянул я ее за талию вперед, представляя всем. Дофига глаз изучающе уставились на нее, а Мерч в сторонке стоял и похихикивал, наблюдая за представшей картиной.

– Ого, вот это красотка! – не стесняясь, завопил опять Карамеля. – Подожди, я ее помню! – осенило парня. – Эта же та девчонка, которую ты чуть не раскатал на светофоре!

Вот же мудак беспардонный. Не мог тактично промолчать?!

Я опасливо покосился на Алину, прочитав в ее взгляде понимание. Она вспомнила тот день, когда она чуть не оказалась под колесами моего автомобиля.

Неловно вышло. Получается, я чуть дважды её не убил.

– Я тоже ее помню. Братиш, да ты не промах. Отхватил себе лакомый кусочек, – поддержал друга Вознесенский, а мне захотелось прибить и этого.

Дальше пошла какая-то вакханалия, потому что ребята все по очереди начали знакомиться с Алиной и некоторые, не стесняясь, лезли к ней обниматься. Туська и Ника однозначно мне подмигнули, показывая тем самым, что они более чем одобряют мой выбор. Рыжая дружественно обняла Алину, как старую знакомую. Они впервые встретились после того рокового дня, когда конопатая пыталась спасти Сахарочек от меня же. Ни одна из них не обмолвилась о тех событиях. Стас в наглую полез к Алине жамкаться, явно припоминая тот день, когда мы все тискали Рыжую в доме его предков. Теперь я понимал, чего он тогда так бесился!

И, слава богу, ни у кого не хватило ума прокомментировать слепоту Алины, тем самым поставив ее в неловкое положение.

– А это Маша, с ней ты еще не знаком, – восторженно произнес Карамеля, обнимая стройную брюнетку, которую я не заметил раньше. – Мы вместе.

Ёп вашу бабушку! Блядские потроха!

– Антон, – протянул я руку для пожатия, охуевая.

Эта же та самая Маша, с которой я трахался в тачке после ночи в клубе, и которую чуть в этой же тачке и не придушил.

Ошарашенно бросил взгляд на Туську, которую обнимал Мерч. Потом перевел взгляд на ничего не понимающего и довольного Карамелю, а далее на не менее ошарашенную Машу.

Конечно, блядь, она меня помнила.

Вот это нежданчик! Хлопал ртом, словно рыба, брошенная на берег, не зная, как вести себя дальше. Мерч сказал, что Тим конкретно так подвис на этой Маше, а у нас еще не было таких ситуаций, когда кто-то из парней трахался с девчонкой, которая кому-то реально нравилась. Никто бы никогда не посмотрел на Рыжую в сексуальном плане, потому что все знали с самого начала, как по ней перся Вознесенский. Никто бы даже не подумал о Насте, так как Леха тосковал из-за безответной любви к ней. Кстати, она где-то здесь была со своим мужем. И никто бы на полном серьезе не полез к Туське, потому что все догадывались, что она безумно влюблена в Карамелю. И пусть сам Тим этого не знал, но все надеялись, что он уже наконец-то прозреет. И что они будут вместе. И тот же Мерч, который пришел как пара с Наташей, не имел на нее никаких видов, а лишь пытался Карамелю потролить. И уж никто точно не подумает посмотреть на Алину, несмотря на то, что я официально не представлял ее своей. Но сам факт, что я пришел с ней, давал всем четко понять, что она под запретом.

Для всех…

Ведь для всех же?

– Алина? – послышался удивленный голос со стороны, и все разом повернулись на звук.

Взгляд уперся в близнецов. Да мать вашу, вы издеваетесь?

Слишком много потрясений за одну минуту. Только этих сейчас не хватало. Я пересекался с ними всего лишь трижды, но каждый раз при встрече сердце пропускало несколько ударов. И сейчас пропустило.

– Твою мать, Алинка! Это реально ты? – радостно завопил на весь зал один из них и, оттолкнув меня от Сахарочка, схватил ее, нагло обнимая и прижимая к себя. Оторвал от пола и закрутил вокруг своей оси. Уверенно так и по-собственнически.

Это, блять, что еще за херня? Руки прочь от нее!