Глава 25

— Реган? Что привело тебя ко мне в поместье? — удивился Кир.

— Как же? Произошел прорыв, наша группа прибыла на место, а там все перевернуто. Даже ближайшие деревья леса вырваны с корнями. А вы, насколько мне доложили, были последними кто уходил оттуда. Так может, объясните мне, что же там произошло? Почти все следы стерты, как магические, так и физические — сказал он сухим голосом.

— Так может, мы поговорим потом? В моем кабинете во дворце? — строго спросил Люц

— Ваше высочество, не хотел отрывать Вас от отдыха, но вы же сами потребуете в скором времени отчет — выкрутился вампир.

Вел диалог он странным образом, его глаза постоянно возвращались ко мне и впивались в меня мертвой хваткой, его взгляд чувствовался всем телом, как будто меня ощупывают. Он стоял, словно принюхиваясь, периодически прикрывая глаза и сжимая кулаки.

— Может, ты перессстанешшшшь обнюхивать мою жену? — прошипел Рош, сильнее прижимая меня к себе.

А я все никак не могла оторвать взгляда от его леденящих красных глаз, красивый холодный мерзкий тип, вот слова приходящие на ум при его разглядывании. И вот прям шестым чувством чую, что нельзя ему доверять, что он мутный какой-то.

— Мне бы поговорить с вами по отдельности! Конечно не касаясь Вас Ваше высочество! — сказал он, полностью игнорируя слова Роша, и продолжая дальше пялиться на меня не отпуская моего взгляда.

— Все, кого ты сейчас видишь, являются членами королевской семьи — невозмутимо ответил Люц, а у этого Регана глаза метнулись в сторону Люца и от удивления из глаз вылезли. Жуткое зрелище!

— Что ж, мне тогда придется просить разрешение у короля на Ваш допрос — скривился Реган и ушел телепортом, даже не попрощавшись.

— Жуткий тип! — передернула я плечами

— Он следователь по прорывам, ему положено быть таким — сказал Кир вздохнув.

Момент откровения и волшебства был полностью утерян, и разрушен леденящими красными глазами. Мне захотелось помыться после его взгляда и обнюхивания.

— У нас есть около часа на то что бы привести себя в порядок, прежде чем нам поступит вызов на допрос — сказал Кир и поднялся с лавочки.

Это послужило двигателем, и мы все выдвинулись в сторону дома. Меня отправили первую себя приводить в порядок, а сами мужчины прошли в кабинет обсуждать сложившуюся ситуацию.

Я быстро сполоснулась под прохладными струями воды, и, зайдя в гардеробную задумалась. Никогда не бывала в таких ситуациях. Как себя вести? Что говорить? Как мне одеться правильно? Блин, может мужей спросить? Хотя, глупо как-то все это будет выглядеть!

Еще немного подумав, и вспомнив все сериалы, которые смотрела про следователей и правоохранительные органы, решила одеться строго. На вешалках нашла брючный костюм темного фиолетового цвета из легкой, но вполне плотной ткани. Под низ надела кружевной синий комплект белья, с лифчиком без бретелек. Пиджак был короткий и приталенный, брюки были чуть укороченные, с боковыми карманами и зауженные к щиколотке. Под пиджак решила одеть черную шелковую маечку на тонких бретелях, с вполне сдержанным декольте. На ноги одела красивые серые лакированные туфли с круглым носом и на высоком устойчивом каблуке.

Когда я вышла в гостиную, меня поймал за руку Давар.

— Лия, пока у нас есть время, давай поговорим. Пожалуйста! — и во взгляде его столько мольбы и надежды, что язык не поворачивается ему отказать. Хотя я бы с удовольствием потянула бы время до нашего разговора, так как еще не до конца знаю какие слова ему сказать, что бы он понял меня.

— Конечно, только я предупрежу мужей — сказала я, кивнув ему.

Зашла в кабинет, в меня сразу впилось семь пар потрясающих глаз. У меня даже дыхание перехватило, я чувствовала каждым участком оголенной кожи, как меня прожигают и раздевают голодными глазами мои мужчины.

— Я хотела вас предупредить, что пойду поговорить с Даваром — сказала я хриплым голосом.

— Конечно любимая, я за тобой приду, как только придет вестник — сказал Хик и начал подниматься ко мне. Я спешно кивнула, и поспешила выйти из кабинета, не дожидаясь его приближения. Не хватало, прям там, посреди кабинета потерять последние мозги, и отдаться на милость всем своим мужьям одновременно. При этой мысли у меня сразу вспыхнули щеки. Неет, к такому я не готова, и, наверное, никогда не буду готова.

— Куда пойдем для разговора? — спросила я Давара.

— Спустимся в малую гостиную — сказал он

— Отличная идея — сказала я, и отправилась уже более уверенно по длинным коридорам, путь я уже знала.

Когда мы зашли в гостиную, на столике стояли два бокала вина. А я закатила глаза, вот же предусмотрительный и всеведущий Вереш, решил немного расслабить обстановку.

Я опустилась в кресло, в котором рыдала несколько дней назад. А сейчас по ощущениям кажется, что вечность прошла. И взяла бокал в руку, вино сейчас действительно не помешает. Сделав глоток, я посмотрела на Давара, который притянул другое кресло поближе ко мне, что бы глаза в глаза и максимально близко, насколько это позволяют приличия.

— Лия, я не отступлюсь от своих слов! Я действительно влюблен в тебя. Там на поле, когда тварь выросла у тебя за плечами, я подумал, что если тебя не станет, моя жизнь тоже прервется. Я не смогу жить без тебя! — сказал он твердо, глядя мне прямо в глаза, ни разу не дрогнувшим голосом.

Я смотрела на него, и не видела того необремененного проблемами веселого задорного мальчишку. Сейчас передо мной сидел молодой мужчина, который взвешивает каждое слово и уверен в своих словах. Как же он повзрослел за эти дни!

— Давар, я даже не знаю с чего начать — произнесла осторожно я, и замолчала ненадолго, собираясь с мыслями, а он сидел, ждал и не торопил меня. — Понимаешь, я воспитана по-другому, у меня другие принципы и устои, которым я вряд ли когда-то изменю, я впитала их с молоком матери. Я до кончиков своих ногтей собственница, и не смогу уже отдать то, что принадлежит мне. Как бы эгоистично это не звучало для тебя.… В мужьях я уверена, я для них единственная.… А у тебя впереди еще встреча с твоей парой…, и ты уйдешь к ней, забыв обо мне.… Для вашего мира это нормально,… но если ты поселишься в моем сердце, я буду потом всю жизнь жить с болью потери и предательства…. Я так не смогу! — попыталась я ему сбивчиво объяснить.

— Я могу вообще не искать свою пару, она мне не нужна — сказал он твердо

— Во первых, это ты сейчас говоришь под влиянием эмоций, а во вторых, ты не можешь знать нужна она тебе или нет, потому что ты ее не встречал — сказала я грустно. Да почему в душе то так погано становиться? С каждым словом, с которым я уговаривала Давара одуматься, мою душу прошивала боль. Я слишком к нему привязалась. И чего уж врать самой себе, он мне действительно нравится. Но я понимаю, что так правильно, лучше перетерпеть сейчас боль, чем потом придется вырывать часть сердца и души.

— Я откажусь от нее, если моя пара не ты, то она мне не нужна. Я хочу заботиться о тебе, любить и оберегать. Я хочу разделить всю свою жизнь с тобой. И прошу не прогонять меня, и дать мне шанс, — я в этот момент на него зло посмотрела, вот как ему донести простые истины, — Неужели я тебе совсем не нравлюсь как мужчина? — спросил он тихо

— Нравишься, даже очень. Но Давар, у меня и так будет десять мужей, я не представляю как им уделить нужное количество внимания, что бы они себя брошенными не чувствовали, а ты ко мне одиннадцатым набиваешься? — спросила я начиная злиться.

— Не злись, я понимаю, что тебе тяжело, я даже помогу тебе в отношениях, у меня даже план уже есть, как это сделать — сказал он, блеснув своими ртутными глазами, — Только не отказывайся от меня, позволь мне быть рядом и доказать, что мне больше никто не нужен — моляще попросил он

И вот как ему отказать? Вот вы бы смогли, когда перед тобой сидит сильный, смелый, красивый молодой воин и буквально вымаливает шанс? А еще ваше предательское сердце от чего-то вдруг зашлось неожиданной аритмией, и в животе свело все от его слов? Вот и я не смогла! В конце концов, я слабая женщина.

— Давар, ты понимаешь, что сделают с тобой мужья, если ты разобьешь мне сердце? — предприняла я последнюю попытку.

— Да, я вполне отдаю себе отчет в этом. И я не хочу становиться тем, кто будет причастен к твоей боли. И если вдруг я встречу свою пару случайно, я лучше лишу себя жизни, чем позволю тебе мучиться от предательства и наблюдения меня разморенным от инстинктов и гормонов — сказал он, сверля меня серьезным взглядом.

— Надеюсь я не пожалею о своем решении — произнесла я тихо, скорее для себя, чем для него.

— Я сделаю все, что бы тебе не пришлось жалеть! — сказал Давар и резко поднявшись с кресла, впился в меня безумным поцелуем, зафиксировав мою голову своей рукой, вжав меня в кресло, не давая даже возможности пошевелиться или взбрыкнуть.

Этот поцелуй отличался от поцелуев моих мужей, он был голодный, страстный. В этом поцелуе мне доказывали что я не пожалею о своем решении, и в этом же поцелуе меня умоляли не отказываться. Он был насыщен настоящими эмоциями, в нем не чувствовалось инстинктов и зова пары, в нем были голые, сводящие с ума эмоции.

***

Когда у меня уже стала кружиться голова от нехватки воздуха и одолевающих меня эмоций Давар отстранился. Мы тяжело дышали, прислонившись, друг к другу лбами.

— Я так долго об этом мечтал — прошептал Давар, проводя по моей щеке кончиками пальцев

— Как теперь об этом сказать остальным? — задала я вопрос

— А нам ничего не надо говорить, мы уже сами все увидели и поняли — раздался голос Хика за моей спиной.

У меня сердце на секунду замерло и пустилось вскачь от резкого выброса адреналина. Я ощутила, как к щекам приливает кровь, а руки начинают подрагивать. Чувствую себя школьницей, застуканной строгими родителями за непотребным занятием. Хотя, тут хуже, тут мужья которые застали меня целующейся с другим.

— Давар, видимо ты очень сильно хочешь на границу! — прорычал Люц.

— Ты что, насильно поцеловал нашу жену? — прорычал Рив и я, выкрутившись из объятий Давара, резко встала с кресла и повернулась к мужьям.

Люц, Кир и Рив стояли и сверкали глазами. У Рива постоянно перетекал зрачок от вытянутого к обычному, и я поняла, что он держит своего зверя из последних сил. Только я хотела сказать, что сама ему разрешила как вмешались мои дриады с вампиром.

— Некки сама разрешила ему себя поцеловать — сказал Хик

— Она очень тепло к нему относится, это еще не любовь, но она уже его не отпустит — сказал Надан

— Успокойте своих зверей, теперь Давар часть нашей семьи — лениво сказал Риф

Я благодарно на них посмотрела. Не знаю, как бы я стала объясняться с ними. Не заметила, как возле меня оказался Рош, он обнял меня со спины и поцеловал в шею.

— Все хорошо! Я рад, что ты не рвешь себе сердце! А побратиму я искренне рад и принимаю его в семью! — сказал он.

— Ребят, простите меня, но я не могу отказаться от Давара, — сказала я, опуская взгляд, — Я пыталась — почти шепотом добавила я.

— Если ты сделаешь ей больно, даже самую малость, я не посмотрю что ты из королевской семьи, разорву тебя и раскидаю твои останки по всей темной стороне — рыкнул Кир, подходя и обнимая меня спереди втягивая мой запах.

— Если я сделаю ей больно, я сам попрошу тебя об этом — ответил ему Давар, смотря прямо в глаза.

— Нам надо спешить, вестник пришел — сказал Хик

И мы прошли порталами во дворец. Вышли мы в длинном коридоре, тут было шумно и суетливо. Все бегали с какими-то бумагами, что-то кричали и передавали друг другу.

К нам сразу подошел высокий статный дриад в возрасте, и, поклонившись, поприветствовал.

— Мне велено разделить вас по разным кабинетам — сказал он, — Ваши высочества вы можете быть свободными — сказал он, смотря на Давара с Люцем.

А я только сейчас поняла, что не знаю что говорить. Мы ведь даже не посоветовались. Привет паника, давно не виделись! Меня взяли за влажную холодную ладошку горячие сухие ладони.

— Все хорошо, мы не сможем ничего скрыть, на допросе присутствуют лучшие дриады — сказал мне Кир, целуя мои руки.

— Я бы хотел присутствовать на допросе своей жены — сказал Люц

— Не положено — ответил дриад, — вы же сами знаете!

— Знаю — скривился Люц и подошел ко мне, — Все хорошо кошечка, не переживай. Я думаю, что тебя быстро отпустят, — он поцеловал меня нежно в губы.

— Пришлите мне вестника, как только мою жену допросят — сказал он, смотря на дриада замораживающей бирюзой своих глаз.

— Все хорошо лапочка, мы тебя будем ждать — сказал Давар и, погладив меня по щеке, коснулся моих губ мимолетным поцелуем.

После чего принцы скрылись в портале. А нас развели по разным кабинетам. Когда меня практически втолкнули в комнату и тут же закрыли двери на замок, мое тело начала бить крупная дрожь, так как я прям, пятой точкой чувствовала, что ничего хорошего меня не ждет.

Я осмотрелась, все как в фильмах, серое помещение, посередине стол и стулья напротив друг друга. А еще пара стульев в углу у двери. Вздохнув, стараясь успокоиться, я присела на стул, который смотрел, прям на дверь и стала прожигать ту взглядом в нервном ожидании.

Сколько я так сидела не знаю, по моим ощущениям часа два, не меньше. Я успела походить по помещению, посидеть на всех стульях, успокоиться и заново себя накрутить и даже беспокойно вздремнуть. Связи с моими мужьями я почему-то сейчас не чувствовала, сколько ни старалась прислушаться, не было ни одной эмоции, как будто они закрылись от меня.

И вот наконец-то дверь открылась, и в нее вошел тот самый вампир, один, без дриада. Я сразу внутренне сжалась, но взгляда не отвела, стараясь не показывать насколько мне страшно.

— Не здравствуй сладкая невида! Я же говорил тебе, что мы еще встретимся — сказал он, растягивая свои тонкие губы в предвкушающей улыбке.

— Где дриад который обязательно должен присутствовать на допросе? — спросила я ровным голосом. Надо же, даже не дрогнул, ты определенно делаешь успехи Лия, продолжай в том же духе!

— Мы обойдемся без него, — сказал он, смерив меня плотоядным взглядом, — хотя если ты привыкла к большой компании, я обещаю что-нибудь придумать — оскалился он.

А у меня в душе все похолодело от двусмысленности фразы. На что она намекает? Какого черта тут происходит?

— Мне так интересно кто же ты, какой расы. А твои бесполезные мужья не говорят, молчат. Все по делу, да по делу. Скучные они у тебя! — сказал он, растягивая слова.

Он подошел ко мне и протянул руку, что бы коснуться моего лица, а я дернулась от него как от прокаженного.

— Что вы себе позволяете? Не смейте трогать меня! — воскликнула я, и мой голос предательски сорвался на визг. Вот и все Лия, недолго можно было праздновать победу над своими эмоциями.

Вампир растянул губы в улыбке, наклонился и с шумом втянул воздух в свои легкие.

— О богиня, какой сладкий аромат, как он возбуждает — сказал он и дернулся в мою сторону своими бедрами уткнувшись мне своим пахом в плечо, — Я как мальчишка готов кончить в штаны от того насколько ты близко.

Я резко соскочила со стула и прижалась к стене, он недовольно зашипел. Потом одним смазанным движением оказался радом со мной, и я поняла, что совершила ошибку, прижавшись к стене. Он перекрыл мне все ходы к отступлению, и его глаза были сейчас чертовски близко.

— Если вы не собираетесь меня допрашивать, то выпустите меня! — потребовала я

— Конечно, конечно! — он сверлил меня своими красными глазами, и я не могла почему-то отвести свой взгляд от них, хотя мне до жути страшно было в них смотреть. В них плескалась похоть, голод и жажда, а еще безумие и смерть.

***

Я с силой отвела взгляд, и повернула голову в сторону двери. Надеюсь, меня уже хватились мужья и сейчас они придут.

— Ждешь, что тебя спасут твои мужики? — язвительно спросил он, — Не надейся, у них сейчас более интересное занятие.

Я, конечно, ему не поверила, но то, что меня правда никто не хватился за столько времени и не поинтересовался даже где я, наводило на определенные мысли, которые я старалась гнать прочь из своей головы.

— К тому же, через несколько секунд нас тут уже не будет — сказал он, и больно схватив меня за волосы, с силой втолкнул в открывшийся портал.

Я вылетела из портала и больно проехалась коленями о каменный пол. Зашипев от боли, я стала оглядываться. Надо искать выход из сложившейся ситуации, надо бежать, но куда? Я в какой-то пещере, повсюду только каменные стены, каменный потолок с небольшим отверстием сверху, видимо, что бы поступал воздух и свет. А еще я заметила дверь, и быстро встав, попыталась к ней подбежать, но была опять схвачена за волосы и притянута к вампиру.

Зашипев от боли, я резко дернулась в его руках, но он только сильнее меня прижал к себе. Я попыталась почувствовать свои комочки магии в груди, и призвать их на помощь, но с ужасом поняла что не чувствую их, вообще. Пустоты не было, но и почувствовать я их не могла. Может я что-то не так делаю от страха?

— Я не могу себя контролировать от твоего запаха, он кружит голову, заставляет голод и жажду просыпаться. Ты даже не представляешь, как я намучился с последней нашей встречи — сказал этот козел и облизал мне шею.

По моему телу побежали толпы отвратительных мурашек, тело трясло от страха крупной дрожью, а почувствовать магию не получалось. Я старалась взять себя в руки, но ничего не выходило.

— Мне все равно, что там с тобой происходило мудак — выплюнула я в воздух со злостью

— Я голодал, после твоего запаха ничего не могло меня насытить, а так же у меня не вставал ни на одну шлюху в этом мире. Ты преследовала меня все это время! — сказал он и прижал мои бедра к своим, и я совей попой почувствовала его стояк.

— Я буду трахать тебя, а потом пить твою кровь! Потом снова трахать тебя, и буду пить твою кровь, трахая тебя! — прошептал он мне в ухо. А у меня ледяные мурашки по спине побежали.

— Ты заплатишь за это жизнью! — прошипела я

— Я оставлю тебе жизнь, может даже, ты родишь мне наследника, или наследницу. Меня так заводит твой запах, и если ты родишь ребенка, совей расы, я буду только рад. Я так же буду пить его кровь, а если это будет девочка, хоть немного похожая на тебя, то у меня буду две постельные грелки рабыни! — заржал этот ненормальный.

— Больной ублюдок, ты сдохнешь в муках! — выплюнула я в ярости.

Он точно тронулся мозгами, он же говорит про своих детей. В этом мире женщина почти священна, а он меня в рабыни записывает. Почему же не могу почувствовать магию? Почему до сих пор не чувствую своих мужей? Надо менять тактику поведения, а то я так его только сильнее завожу.

— Не смеши меня, я сейчас неприкасаемый даже для самой богини — расхохотался этот ненормальный.

Так Лия, надо тянуть время и соображать, что делать. Мне не хочется быть изнасилованной этим мудаком. Драться и бежать бесполезно, надо как-то магию использовать, вот почему я ей до сих пор не научилась пользоваться?

— От чего же? — спросила я дрожавшим голосом. Черт, опять не могу сдержать эмоции, а они ему кайф как будто приносят.

— Это не для твоей маленькой головки, — сказал он и начал мять мою грудь, с остервенением втягивая воздух в легкие.

— Так может, все-таки поделишься, не хорошо девушку сначала заинтересовать, а потом не рассказать — сказала я, борясь с приступами тошноты.

— Если ты себя хорошо будешь вести, то я расскажу, и даже замолвлю за тебя словечко, что бы тебя в качестве моей рабыни оставили — сказал он, и резко дернув волосы влево, провел свои носом по моей шее справа.

— Ахх, не могу сдержаться, ты такая вкусная! Сейчас будет больно! — сказал он оптимистичным голосом и резко впился в мою шею укусом.

Я вскрикнула от ужалившей боли, и замерла, боясь пошевелиться. Он же мне почти в самую артерию впился. Неужели я так и умру, от обескровливания? Ноги стали подкашиваться, силы стремительно меня покидали, а так же начала кружиться голова и темнеть в глазах.

Он отстранился от меня, когда я уже повисла у него на руке не в силах держать собственное тело.

— Какая же ты вкусная, не могу оторваться. А теперь ты меня удовлетворишь, от твоей крови у меня просто каменный стояк — сказал он и, развернув меня к себе, резко ударил по лицу.

Этот удар и послужил тому, что я провалилась в спасательную темноту. Последним что я увидела, были налитые кровью глаза вампира, который стягивал с себя штаны.