Глава 53. Укус кобры

Тогда же:

Влад

— Это почему не пойду? — Моя бровь непроизвольно взлетает.

Артём смотрит на меня исподлобья и вдруг выдает:

— Только не говори, что ты узнал ее по хлебу! У тебя что, в языке радар на ее стряпню?!

А ведь и правда радар! Этот ее хлеб, булочки, борщ, Наполеон... Даже Захер, чтоб его… Сколько лет живу, никто меня больше таким тортом так ни разу и не угостил. Да и сама девушка была на удивление вкусной. Вспоминаю, как проводил языком по ее губам, и внутри всё замирает, будто это происходит наяву.

«М-да… Я до сих пор помню вкус ее поцелуев, а ей на меня, небось, плевать! Живет себе спокойно, в ус не дует, хлеб печет…»

Как же сильно меня взбесил поступок Инессы, что я забыл о том, что Лиза живет в Краснодаре, и поперся сюда, как последний дурак? Давно для себя решил: я в этот город ни ногой, чтобы без соблазнов… И главное — я тут меньше суток, а мне в номер уже пожаловал ее хлеб! Каким макаром?!

Братец прав, идти к ней мне уж точно не стоит, только душу бередить. Она у меня и без того будто исполосована кнутом.

— Не собираюсь я никуда идти, — заявляю Артёму. — А ты-то чего переполошился?

— Ну… — развел руками брат. — У вас же с Лизой не сложилось, так? Ты женат на другой…

«Последнее обстоятельство — явление временное! После всего что было, я эту сучку в своем доме точно не оставлю!»

Стоит только подумать о жене, как меня буквально перекашивает от злости.

Артём тем временем продолжает:

— У Лизы сейчас никого нет…

А вот это уже новая для меня информация.

— Откуда знаешь? — тут же интересуюсь. — Был у нее мужчина!

— Ну, видимо, сплыл. Она сама сказала, что одна! — пожимает плечами братец.

«Значит, замуж за того ушастого козла не вышла…» — резюмирую про себя со злорадной улыбкой.

— В общем, я тут подумал... У меня ведь тоже никого нет… — продолжает Артём.

И тут я понимаю, куда он клонит.

— При чем тут вообще ты? — грозно интересуюсь.

— Лиза мне понравилась еще при первой встрече! — наконец признается он. Сразу выставляет руки вперед, чтобы меня успокоить, спешно продолжает: — Но я к ней не лез, пока она жила с тобой! Зато сейчас другие обстоятельства… Я хочу за ней ухаживать! Вдруг у нас с ней что получится…

Слушаю братца и не верю своим ушам.

— Не сложится! — чеканю строго. — Ухажер нашелся… Артём, чтобы близко к ней не подходил, ясно?!

— Ты чего? — тут же насупливается он.

— А ничего! Я к твоим бывшим не суюсь, вот и ты к моим не суйся, ясно?!

«Ишь чего удумал! Ухаживать он будет… Ухаживалка не отросла!»

Хотя они с Лизой одногодки, да и характеры похожи: оба спокойные, добрые, отзывчивые. Однако стоит мне представить Лизу в объятиях этой рыжей оглобли, и лицо перекашивает даже больше, чем от воспоминаний об Инессе. Нет, я такого точно не выдержу.

— Шел бы ты на ресепшен, братец! Там, говорят, уже есть свободные номера… — шипит на меня Артём.

«Обиделся…»

— Что ж, ладно… — Переодеваюсь во вчерашний костюм и ухожу.

Раньше раки на горе обсвистятся, чем я позволю брату ухаживать за девушкой, которую я… люблю? До сих пор? Раньше обожал со всех сторон, потом какое-то время люто ненавидел, затем стремился удержать в памяти только хорошее… чтобы окончательно не свихнуться. Ведь это невыносимое испытание — знать, что тебя бросил самый дорогой на свете человек. Мало того что бросила, так еще и тут же завела интрижку! Видно, чтобы показать мне, насколько мало для нее значил…

Спускаюсь вниз, прошу переселить меня в другой номер и — о чудо! — получаю ключи от суперлюкса. Хорошо бы занести туда вещи, только их-то у меня и нет! Сорвался в чем был… Звоню своему помощнику, прошу организовать мне доставку всего необходимого.

День выдался на редкость ясным, солнечным, идеальным для простой прогулки, на которую у меня, как правило, никогда нет времени. Решаю — сейчас я ее себе точно могу позволить.

Когда выхожу из гостиницы, за мной бесшумной тенью следует мой охранник Дмитрий, лысый детина, почти такой же высокий, как и я.

«Что там было написано на бумажном пакете? Хлебные секреты?»

Проверяю по телефону, действительно ли где-то здесь есть заведение с таким названием, и почти сразу нахожу — располагается в офисном здании через квартал от гостиницы. Это город-миллионник с весьма приличной территорией, а Лиза оказалась в пяти минутах ходьбы от меня! Что это? Судьба? Скорее уж злой рок…

— Ни за что не пойду в эти «Хлебные секреты»… — шепчу себе под нос.

Только ноги, похоже, не согласны. Вопреки приказам несут меня к той самой пекарне.

«Лиза должна обалденно выглядеть, чтобы Артём запал на нее с первого взгляда…»

Уж я знаю вкусы брата — ему подавай только первоклассных девочек.

Не знаю, изменилась ли Кареглазка за эти годы. Поначалу я следил за ее Инстаграмом как маньяк. Но она вела его очень непродолжительное время. Всего два-три месяца … Больше никаких обновлений на том аккаунте я не видел, хотя до сих пор иногда туда заглядываю, чего греха таить.

«Взгляну на нее одним глазком, и всё».

— Останься на улице, — прошу охранника и шагаю внутрь.

«Хлебные секреты» — небольшое уютное заведение с несколькими столиками. Стены, пол и даже потолок здесь обиты деревянными панелями, на столешницах белоснежные скатерти. Такое ощущение, что попал в деревенское кафе.

В зале лишь несколько посетителей, а за кассой никого.

«Может, ее сейчас здесь даже и нет».

Но вскоре в глубине зала хлопает дверь, и из подсобного помещения появляется… Кареглазка собственной персоной! И мне вдруг становится понятно, с чего Артём так резко захотел за ней ухаживать. Я не могу представить девушки краше. Она каким-то неуловимым образом изменилась, и в то же время сохранила ту самую прелесть, которой так сильно зацепила меня когда-то. Снова отрастила волосы, немного покруглела в бедрах, раздалась в груди, стала выглядеть даже более женственной, чем раньше, а личико такое же кукольное.

Смотрю на нее, и мне хочется стонать в голос: «Как же я по тебе соскучился!»

Стою как истукан, пялюсь, а сердце бьется с такой силой, будто ему надоело в груди. Глупый движок, гоняющий кровь по венам, тянется к Лизе, как и всё мое существо.

Тогда же:

Лиза

Осторожно выношу в зал поднос с маковыми булочками. Они еще горячие, умопомрачительно пахнут. Скоро будет обед, и их расхватают, как и другую выпечку, которую я уже успела разложить на витрине.

Вижу, что у кассы есть несколько посетителей. Спешу им улыбнуться и тут замечаю еще одного гостя. Он стоит у самых дверей, но зал пекарни небольшой, поэтому между нами не так уж много метров. Смотрю на его замершее лицо и не понимаю: правда он или это глюк? Так и гадала бы, не попытайся глюк со мной заговорить.

— Привет, Лиза…

В этот самый момент мои руки слабеют, и я роняю поднос. Он звонко ударяется об пол, булочки разлетаются, посетители охают, недоуменно на меня смотрят, а Великан и ухом не ведет. Продолжает смотреть мне прямо в глаза.

Очень скоро я не выдерживаю напряжения:

— Вам всем тут медом намазано, что ли? Хо́дите и хо́дите! Никакого покоя!

Посетители смотрят на меня во все глаза, хмурятся и тут же направляются к выходу.

— Подождите, я не вам… — говорю им вслед, но они уходят.

— Я так понимаю, это ты мне? — усмехается Влад и подходит ближе к кассе.

— Тебе, тебе! — мой голос звенит от возмущения. — Зачем явился? Сначала Юрий Ливанов, потом Артём, теперь ты…

— Юрий Ливанов? — Лицо Влада вдруг резко серьезнеет. — Вот же гнида! Прости, Лиза, кажется, он здесь по моей вине…

«Прости, Лиза?»

Ух ты! Это ж сколько зверей в лесу сдохло, что Влад за что-то просит прощения — и не у кого-нибудь, а у меня!

— Что случилось? — осторожно спрашиваю.

— Да так, ерунда... Кажется, я разворошил осиное гнездо… Но ты не волнуйся, Лизок, с тобой ничего не случится! Я эту гниду найду и порядком накажу за то, что посмел к тебе явиться. А если будут проблемы, позвони, и я всё решу…

С этими словами он кладет на стол возле кассы визитку.

— Спасибо, не надо! Я уже написала заявление в полицию, мне обещали помочь!

— Ну да, полиция же всяко успеет вовремя… — усмехается он.

Бесят меня его улыбочки… Как же бесят! Тоже мне, царь горы, куда без него! Только вот незадача — прожила четыре года нормально... и дальше бы жила.

— Мне не нужна твоя защита, мне вообще ничего от тебя не нужно! — отвечаю строго.

— Да в курсе я, что не нужен тебе! Ты мне это наглядно показала четыре года назад! Отфутболила, как старый ненужный мяч…

Смотрю на его хмурые брови, плотно сжатые губы, даже, кажется, слышу скрип его зубов. И тут на меня снисходит озарение: все эти годы он считал виноватой в нашем разрыве меня! Меня!

Я редко ругаюсь, правда… Практически никогда ни на кого не кричу, но сейчас… Сейчас в меня будто вселяется демон, причем делает это крайне профессионально.

— Значит, я тебя отфутболила, да? Злая Лиза обидела золотого мальчика… А почему я тебя отфутболила, забыл? Ранняя амнезия? А я тебе напомню! Лиза, будешь делать так, как я сказал, — нарочно кривлю губы, — Лиза, будешь работать моей девушкой… Забыл, как предложил мне премию за то, чтобы лучше тебя обслуживала?! Разве что за интим-услуги не стал приплачивать! Фу! Я тебе не шалава, понял?! Хотя именно так ты позволил своим родителям обо мне думать…

— Тебя так это зацепило? — воскликнул он

— Да, представляешь?! Меня волнует, что обо мне думают дорогие мне люди! А ты… ты…

— Успокойся! — перебивает он меня зычным басом. — Выдохни и послушай! Я никогда не относился к тебе, как к шалаве! Никогда! И да, это было очень по-детски и глупо — из-за сиюминутной выгоды не объяснить родителям, что к чему, с самого начала. Я бы сейчас так ни за что не сделал… Если это хоть как-то исправит ситуацию, я рассказал им, что к чему… Да, я обидел тебя и не могу исправить случившегося, только попросить прощения…

— Знаешь что… Засунь свое прощение…

— Считай, засунул! — снова перебивает он меня. — А ты у нас мисс Безгрешность, получается, да? Ты сделала кое-что похуже, Лиза! То, чего я бы никогда не сделал! Только из моей постели выскочила и сразу спуталась с каким-то ушастым говнюком! Быстро ты утешилась после нашего разрыва! Я считаю, что это измена, Лиза!

От такого нелепого обвинения у меня дух захватывает. Пока в буквальном смысле давлюсь воздухом, Влад вдруг заявляет:

— Мне больше нечего тебе сказать! Прощай…

Он разворачивается и уходит, не забыв громко хлопнуть дверью.

«Он считает, что я ему изменила?!»

Буквально подпрыгиваю от возмущения. Вот же сволочь!

Тогда же:

Влад

Едва выхожу из булочной, сразу прошу Дмитрия:

— Позвони Араму, пусть выяснит, где Ливанов! Найти и доложить!

Резко разворачиваюсь в сторону гостиницы, но успеваю сделать всего несколько шагов, как за спиной раздается возмущенный вопль:

— Стоять, Чаадаев!

Оборачиваюсь и вижу Лизу: глаза как блюдца, щеки такие красные, что любой помидор сдохнет от зависти. Кареглазка идет ко мне, трясет кулаками:

— Слушай меня! Я бы никогда, слышишь, никогда тебе не изменила! Да я бы скорее умерла, чем посмотрела на кого-то еще! Я кроме тебя вообще никого не видела, а ты… ты… гад ты! Вот ты кто!

В ее речи больше чувств, чем Инесса показала мне за всё время брака. В этот самый момент понимаю, что сильно поспешил с выводами. В отличие от моей дорогой женушки, этой девчонке на меня определенно не плевать даже сейчас.

— Если хочешь знать, — продолжает свою тираду Лиза, — тогда у меня с Геной еще ничего не было, и я обняла его только для того, чтобы ты увидел! Я сделала это, потому что боялась, что ты силой увезешь меня обратно!

От ее неожиданного признания всё во мне переворачивается. Она продолжает что-то вопить, а у меня в мозгу пульсирует лишь одно: «Не изменяла!»

Значит, любила, значит, был ей дорог?

— Иди сюда!

Резко бросаюсь к ней, обнимаю за плечи.

Она трепещет в моих руках, смотрит на меня своими огромными карими глазищами, словно в душу заглядывает. А меня ведет от ее близости, я будто пьянею. Резко наклоняюсь и накрываю ее рот своим. На какой-то короткий миг мне кажется, что Лиза отвечает на поцелуй, а потом чувствую резкую боль в губе. Невольно охаю, выпускаю дикарку из объятий, и она отпрыгивает на добрый метр.

— Не смей ко мне приближаться! — шипит Кареглазка и исчезает в дверях пекарни.

— Кобра! — возмущаюсь ей вслед.

Разворачиваюсь и натыкаюсь на смешок своего охранника, который тот, конечно же, сразу спешит скрыть: подносит кулак ко рту, притворяется, что кашляет.

— Обалденный поцелуй… — Потираю пострадавшую губу и чувствую во рту металлический привкус крови.