Глава 7. Не знал, что я ревнивый

Тогда же:

Влад

Голова… Моя голова…

Она как будто отлита из чугуна, а по ней от всей души фигачат скалкой или битой. Примерно такое ощущение. Это мое наказание за вчерашнее веселье.

Вхожу в зал ресторана и даже не сразу замечаю, что ко мне подходит брать заказ та самая Кареглазка, которую вчера весь вечер искал взглядом.

— Где ж ты вчера была, милая… — бурчу себе под нос.

— Что-что? — переспрашивает она своим милым голоском.

— Жизнь — боль, говорю!

Она вглядывается в мое лицо и вдруг спрашивает заботливо:

— Вам плохо?

— А ты наблюдательная… Никогда не пей коктейли из виски, коньяка и вина, Кареглазка! До добра это не доводит… — важно заявляю ей.

И она вдруг мне улыбается. Так по-доброму, искренне. Давно никто мне так не улыбался. Ей идет, ей просто невероятно идет…

— Подождите минутку, я сейчас! — говорит она и убегает на кухню.

Хочу бежать за ней следом, хоть и понимаю, что глупо. На каких-то несколько секунд даже забываю про свою головную боль.

Тут в зале ресторана появляется Матвей, и улыбка у моего бритоголового друга запредельно широкая.

— Как Мария? Хороша?

— Влад, одна шутка про Машу, и получишь в бубен!

Понимаю, что не шутит, да и не хочется мне с ним ссориться. Машу на него рукой.

— Не хочешь — не рассказывай…

— Ничего не было, мы просто целовались… — зачем-то решается на откровение он.

— С чего тогда лыбишься как последний придурок?

— Я не собирался ее так шустро на лопатки укладывать, я с ней по-нормальному хочу, чтоб надолго…

— Открою тебе один секрет, друг мой! Одно другое не исключает!

— Я тут фишку услышал… В общем, девки если сразу дают, значит, серьезно тебя вообще не рассматривают! Не хочу рисковать, она милая…

— Мария? Милая?! Ты слово «милая» в словаре проверь! По ходу ты не отдупляешь, что оно означает…

И тут возле нашего столика снова появляется Кареглазка, аккуратно ставит передо мной какой-то чудно пахнущий напиток.

— Это вам…

— Что это? — тут же настораживаюсь. — Приворотное зелье?

Девчонка вдруг резко смущается, краснеет, как рак при активной термообработке, и я уже почти согласен, чтобы мне ампутировали мой треклятый язык. Вот часто до добра не доводит, часто…

— Это поможет вам поправиться… — лепечет она, окончательно смутившись.

И тут вдруг в зал вваливается какой-то пузатый кавказец. Важный такой, как будто хозяин. Садится за угловой столик, и моя писаная красотка несется к нему со всех ног.

Я такой прыти ни у одной официантки за все свои двадцать с гаком еще не видел.

Стоит перед ним по стойке смирно, слушает его речи, а мне только и остается, что скрежетать зубами.

Кто он ей? Не похоже, что просто постоялец. Явно хорошо ее знает.

«Вдруг он ее чпокает?» — вгрызается в больной мозг ядовитая мысль.

Примечание:

История Даниэлы описана в книге «Девственница Дана».

Там же подробно рассказывается, что случилось в итоге с дядей Улданом!