33

Конечно же Князев и послушание — две несовместимые вещи. Вернув моё лицо в исходное положение, он, естественно, выполняет задуманное. Мягкие и горячие губы осыпают мои поцелуями: лёгкими, почти невесомыми, но в то же время распаляющими и не лишёнными желания. Руслан не ведёт себя, как говнюк. Не смотрит на меня с ненавистью и презрением, наоборот: с тоской, которая скорее всего мерещится моему пьяному организму.

В мгновенье ока мой панцирь лопает, обнажая ту самую девочку, что поверила и отдалась наглому старшекурснику. Возвращает нежную Лизу, по уши влюблённую в самого популярного парня в университете, обратившего на неё внимание. Позволяет выйти наружу его Кудрявой.

Пусть все проблемы останутся за дверью этой комнаты и ждут своего часа. А пока… пока пусть они нам не мешают стать прежними.

Уловив, что я расслабилась и перестала зажиматься, а в какой-то момент даже захотела большего, Рус укладывает меня на спину, снимает колготки и нижнее бельё, кидая на пол. Матрас прогибается, когда он забирается следом, нависая сверху. Татуированный не делает попыток, не прикасается ко мне. Ждёт, даёт свыкнуться с мыслью, что мы и правда близки.

— Ты меня сума сводишь, Лиз, — видимо, решает окончательно добить, на этот раз признаниями. — Как представил, что вы здесь трах…

— Перестань, — успеваю прикрыть ладошкой рот, из которого не успели вылететь отвратительные слова. — Я не собиралась заниматься с ним, чем-то подобным.

И снова глаза в глаза, как в былые времена. Только теперь я сама робко расставляю ноги. Приглашаю, открываюсь и жду. Мысленно подаю ему сигнал: «Только с тобой и ни с кем больше».

Его внимательный, цепкий взгляд, полный желания, проходится по моему телу, а вслед за ним и рука, изучающая каждый дюйм. Руслан гладит, жадно трогает, показывает, насколько сильно он скучал.

А потом его взгляд спускается туда. Ладони властно сжимают бёдра, дразняще проходятся по внутренней части, вызывая волну возбуждения, что опоясывает сладкой истомой. Видимо не выдержав игры, которую сам и задумал, Рус капитулирует. Укладывает меня удобнее, нетерпеливо устраиваясь между ног.

В этот раз он входит медленно, но несмотря на это я не сдерживаю волнительный стон. Чувствую каждый миллиметр, заполняющий узкие стенки. Схожу с ума от осознания, что он во мне! Бывший ловит каждый мой вздох, становящийся более тяжёлым от его поступательных толчков.

Нет неловкости и зажатости, хотя прошло столько времени с нашей последней близости. Кажется, это было целую вечность назад. Ностальгия по общему прошлому заставляет прижиматься к качку сильнее. Так, будто хочу срастись с ним, стать единым целым. Тоска по Руслану и месяцам, проведённым вынужденно врозь, вырвалась наружу.

Так близко, но в то же время далеко. Он не мой. Чужой. И я чужая.

Я бы хотела сказать, что в данную минуту пытаюсь не впускать сексуального парня в своё сердце, но это окажется ложью. Руслан давно в нём поселился, никуда не уходил и не собирается.

Руслан вводит член до самого упора, толчки становятся мощнее, а стоны громче. В воздухе витает сладкий запах нашей страсти, опьяняя в разы сильнее. Разум заволокло туманом похоти, но никто не против, наоборот. Я не соображаю, начинаю царапать мужскую спину, не справляясь с волнами, накатывающими по всему телу. Не замечаю, что начала двигать бёдрами, подаваясь навстречу.

В какой-то момент Князев принимается таранить сильнее, сменив угол входа, и я понимаю, он доводит меня до грани намеренно. Просунув руку между телами, находит чувствительную точку, стимулируя её. Я теряюсь от переизбытка эмоций. Хочется вылезти из-под него, иначе боюсь, что не справлюсь с эмоциями, но в то же время разрывает желание молить его не останавливаться.

— Громче, малышка, — будоражащий нервные окончания низкий голос, мощный толчок — и меня всю пронзает стрелой яркого оргазма. Я улетаю куда-то далеко, пока моё лоно сжимается вокруг члена. Движения Руслана становятся рваными, над ухом звучит мужской рык, а через мгновение на мой живот брызгает тёплая жидкость.

«Безответственная, совсем не подумала о защите!» — первая мысль, охлаждающая возбуждённое состояние.

Я лежу, тяжело дыша, но вздрагиваю от упавшего рядом здоровенного тела. Рус сгребает меня в охапку, обнимая.

Замираю, не зная, каким образом стоит реагировать на этот акт нежности. Больше всего на свете мечтаю прижаться и обнять в ответ. Поцеловать в губы, осыпать поцелуями всё лицо, шею, мужскую грудь, закинуть на него ногу. Пробежаться пальцами по прессу, уснуть в объятиях друг друга.

Но проклятая реальность не позволяет этого сделать. Она нависает огромной тучей, угрожает и заставляет представить последствия этого вечера в будущем. Что, если узнает Влас Шведов?

Я жалкая эгоистка, думающая лишь о себе и своих желаниях. Дура, копающая яму для близких людей. Ты должна уберечь Руслана и его семью от Шведовых, а вместо это подставляешь его близостью!

Позволяю себе полежать так ещё минутку, вдыхать такой родной и любимый запах. Ощущать его сердцебиение в груди. Насладиться последним мигом, прежде чем Руслан снова возненавидит меня.

Злясь на саму себя, выбираюсь из захвата рук. Стараясь не смотреть на греческую статую, лежащую на постели, я сползаю с кровати и поднимаю с пола валяющиеся колготки. Вытираю ими сперму с живота, с горящими от неловкости пунцовыми щеками. Быстро надеваю трусики и спускаю юбку, натягивая её ниже. Разорванный корсет уныло валяется на полу, а паника захлёстывает меня всю. Неловко прикрывая грудь, я растерянно осматриваюсь по сторонам. Что, блин, делать теперь? Как я выйду в таком виде?

— Подбросить в общагу? — только услышав хриплый голос, я поднимаю взгляд на его обладателя. Руслан лежит на постели с закинутой за голову рукой. Он не стесняется собственной наготы, расслаблен, но не особо удовлетворён, судя по тому, что член с выпирающими венами в активном состоянии.

Решение проблемы приходит мгновенно, не успеваю взвесить все «за» и «против». Поднимаю с края кровати чёрную футболку бывшего и надеваю без зазрения совести. Порвал мой корсет, значит, расплачивайся и отдавай свою одежду.

Футболка висит на мне, практически прикрывая кожаную юбку по длине. Божечки, ну почему так сложно одеваться под чьим-то взглядом. Я буквально ощущаю, как он смотрит.

На самом деле удивлена, что Руслан не пытается остановить меня. Схватить и продолжить сексуальные утехи. Наверное, он тоже считает, что произошедшее — страшная ошибка. Жалеет о случившемся.

Выходя из комнаты, я останавливаюсь около приоткрытой двери и, повернув голову, выпаливаю, игнорируя внутреннюю агонию:

— Ты не усвоил прошлый урок, Князев, — намекаю на слова о том, что использовала его ради мести Демьяну. — Не приближайся ко мне больше и забудь, что было. У меня жених есть.

Я ненавижу себя за сказанное, понимаю, что это подло и низко, но Руслан обязан возненавидеть Елизавету Астахову как можно сильнее. Для его же блага.