Глава третья

Я выбрала самое дальнее кресло в гостиной и забилась в него с ногами, иногда от волнения забывая дышать.

Воздух в комнате сейчас напоминал густой кисель – так насыщен он был скрытым напряжением. Удивительно, что между Шейном и Маркусом еще молнии не летали.

Нет, эта парочка не ругалась. Мужчины просто стояли и напряженно буравили друг друга взглядами. И меня не покидала смутная уверенность, что от смертельного поединка их отделяет всего ничего.

Хм-м… Такое чувство, будто они знают друг друга. Но откуда?

– Шейн, – наконец тяжело обронил Маркус.

– Маркус, – ответил ему блондин.

И опять долгая, выматывающая все нервы пауза. Не выдержав, я принялась лихорадочно грызть ногти, совершенно не представляя, чем закончится это затянувшееся молчаливое противостояние.

Как бы не переубивали друг друга прямо на моих глазах.

– Господа, – в этот момент жалобно пискнул Мор. – Почему бы вам немного не расслабиться? Прежде, чем вы начнете швырять друг в друга чарами, давайте немного поговорим, а?

Шейн раздраженно дернул уголком рта. Маркус одновременно с этим заиграл желваками.

Ох, сдается, эта парочка и впрямь ненавидит друг друга.

– Я понимаю ваши чувства, – продолжил увещевать их Мор. – Но сейчас мы на одной стороне, разве не так? И играем против одного противника.

Еще одна неполная минута тревожного ожидания. И вдруг Шейн первым отвел глаза.

– Мор прав, – глухо сказал он. – Тереза будет только счастлива, если сейчас мы перегрызем друг другу глотки. Образно выражаясь, конечно. Поэтому предлагаю остыть и заключить перемирие.

После чего помедлил – и неожиданно протянул Маркусу руку.

Инквизитор уставился на нее с таким изумлением, как будто ему предложили погладить ядовитую змею.

– Я знаю, сколько у тебя ко мне претензий, – добавил с едва уловимой усмешкой блондин. – Давай ты озвучишь их после того, как мы покончим с Терезой.

– Какое великодушное предложение! – Маркус зло скривился. – Правда, если мне память не изменяет, однажды мы уже заключали подобное соглашение. А в итоге ты обманул меня.

– Согласись, я поступил верно. – Шейн пожал плечами.

Да о чем они вообще толкуют? Что за история такая приключилась в их прошлом?

Маркус тяжело вздохнул. А затем все-таки пожал протянутую ему руку.

По-моему, я даже услышала неприятный хруст костей при этом. Но ни один из мужчин не повел и бровью.

– Перемирие будет временным, – с нажимом проговорил Маркус.

– Естественно. – Шейн усмехнулся.

И мужчины опустили руки.

Я с невольным облегчением выдохнула. Ну вот, одной проблемой меньше.

Но тут же затаила дыхание вновь, когда Маркус обернулся уже ко мне.

Темные глаза инквизитора горели раздраженным огнем, уголки рта недовольно скривились.

– Думала, сбежать от меня сможешь? – прошипел он, сделав шаг навстречу. – Тесса, от меня еще никто и никогда не убегал!

– Да я не… – пролепетала я. Выпалила, ткнув пальцем в притихшего Мора: – Это все он! Это он построил портал! Честное слово, я понятия не имела, что это за гримуар!

Маркус недоверчиво изогнул бровь и искоса глянул на хранителя.

– Тесса не врет, – пробурчал тот. – Она и впрямь не знала, какую книгу держит в руках. Ну а потом я цапнул ее за палец – и она стала новой хозяйкой, потому как по-другому и быть не могло.

– Безумие какое-то! – Маркус покачал головой. – А кого-нибудь другого ты выбрать не мог? Она же совсем девчонка! Наивная и неопытная до безобразия!

– Кого? – мгновенно окрысился Мор. – Ванесса умерла. Я боялся, что Тереза уже на полпути в Глосбург. Мне нужно было немедленно скрыться, сбежать куда-нибудь подальше. И Тесса подходила для этого наилучшим образом.

Я нахмурилась, с величайшим недоумением слушая этот разговор. Чем дольше говорила эта троица, тем сильнее нехорошие мысли терзали меня.

– Так вы все знакомы, что ли? – не выдержав, выпалила я. – Но откуда?

В комнате после моего вопроса воцарилось молчание. Шейн, как-то странно усмехнувшись, вернулся к своему креслу и сел. Очертания Мора дрожали, как будто хранитель собирался в любой миг растаять зеленоватым облачком.

– Что вы ей рассказали? – сухо спросил Маркус.

Он подошел к столику с напитками. Поморщился, посмотрев на мой полный бокал, и я стыдливо потупилась.

Вспомнил, наверное, как позорно я набралась вчера.

О небо! А ведь это действительно было только вчера. А кажется, будто целая вечность с того момента миновала.

– Основное, – глухо проговорил Мор. – Про Терезу и про ее служение богине ночи. Про то, как она убила Таилию и завладела гримуаром. Ну и про Ванессу.

– Она в курсе, кто такой Шейн?

Маркус все-таки выбрал одну из бутылок и открыл ее. По комнате поплыл густой можжевеловой запах какой-то крепкой настойки. Не утруждая себя поисками чистого бокала, Маркус сделал глоток прямо из горлышка. Замер, пристально глядя на Мора.

Судя по всему, тот действительно собирался сбежать от неприятного разговора. К этому моменту хранитель уже стал полупрозрачным, и через него отчетливо просматривалась окружающая обстановка.

– Даже не думай, крысеныш, – с притворной лаской протянул Маркус. – Хуже будет.

– Да я так… – смущенно пробормотал Мор.

– Нет, я понятия не имею о том, кто такой Шейн! – решительно вмешалась я. – Я спросила, демон ли он. А он ответил, что не в прямом смысле. Но я видела, как он меняет обличья!

– И много обличий он тебе показал? – с какой-то очень странной интонацией поинтересовался Маркус, вновь все внимание сосредоточив на Шейне, который в ответ лишь безмятежно улыбнулся.

– Только паука, – буркнула я. – Но мне и этого хватило с головой.

– Паука, стало быть. – Маркус хмыкнул, сделав еще один глоток.

Я с сомнением покосилась на свои ногти. Сдается, воздух в комнате опять густеет, а на душе становится все тревожнее и тревожнее.

– Да, я не выполнил свою часть сделки. – Шейн пожал плечами. – Я не отказался от той силы, что принадлежит мне по праву.

– По всей видимости, и не собираешься отказываться, – практически прошипел Маркус.

Я тоскливо покосилась на дверь. Что-то не нравится мне здесь. Чем дальше – тем больше. Во-первых, я ничего не понимаю в происходящем. А во‑вторых, всерьез опасаюсь, что вот-вот в комнате разразится настоящий смертельный поединок. И то, что Маркус и Шейн вроде как заключили перемирие, меня ни капли не успокаивало. Оно ведь временное, а стало быть, в любой момент рискует быть расторгнутым.

Было очевидно, что бывший инквизитор пребывал в настоящем бешенстве. Он смотрел на Шейна так, что если бы взглядом можно было убивать, то блондин давным-давно пал бы бездыханным на пол. Мое кресло находилось на приличном расстоянии от этой парочки. Но и то я чувствовала, какой упругой волной раздражения и гнева веет от Маркуса.

– В настоящий момент я считаю это неразумным, – тщательно подбирая слова, проговорил Шейн, без малейшего признака страха глядя на Маркуса снизу вверх. – По крайней мере, до тех пор, пока жива Тереза.

– Между прочим, я свою часть сделки выполнил. – Видимо, Маркус относился к числу тех людей, которые в приступе бешенства голос не повышают, а понижают. Вот и теперь он почти шептал. – Я ушел из инквизиции.

– Это твои проблемы. – Шейн хладнокровно усмехнулся. – И раз уж ты об этом заговорил, то я предупреждал тебя о том, что ты поступаешь глупо. Останься ты в магнадзоре – проблем у нас было бы на порядок меньше.

Я не выдержала и тоненько застонала. В висках застучали первые, пока еще несмелые молоточки пробуждающейся мигрени.

О небо! У меня сейчас голова, по-моему, взорвется! В какую интригу я умудрилась вляпаться?

Пожалуй, сейчас я бы с превеликой радостью вернулась к изменщику Бриону. В конце концов, он был не таким уж и плохим парнем. Заботился обо мне, баловал. И не пытался втянуть в нечто смертельно опасное.

– Господа! – в очередной раз взмолился Мор. – Ну хватит, право слово! Я понимаю, Маркус, что у тебя накипело. Однако остынь. Смотрите, вы перепугали Тессу до невозможности!

Мгновенно я оказалась в перекрестии двух взглядов. Спокойного – Шейна и откровенно оценивающего – Маркуса.

– Я не то чтобы боюсь, – почему-то начала я оправдываться, заметив на лице Маркуса знакомую брезгливую мину. – Просто я ничего не понимаю.

Маркус выразительно закатил глаза к потолку.

– Да уж, – пробурчал себе под нос. – Мор, ты болван. Нашел кому гримуар отдать.

Я немедленно оскорбилась до глубины души.

Подумать только, а я еще заигрывала с этим невоспитанным нахалом! Да, он помог мне с Брионом. Но это не значит, что он имеет право меня постоянно оскорблять.

– Знаете что? – звенящим от обиды голосом проговорила я. – Вообще-то я не напрашивалась. И Терезу убивать я не собираюсь. Поэтому отправьте меня домой и ищите себе новую ведьму для великой цели спасения человечества.

После чего встала с твердым намерением отправиться восвояси.

Правда, успела я сделать всего пару шагов, как услышала усталый голос инквизитора:

– Тесса, сядь.

– Не буду! – фыркнула я. – Я уже поняла, что совершенно не подхожу для ваших целей. Да и не нравится мне все это. Поэтому просто оставьте меня в покое – и все.

– Уже слишком поздно, Тесса.

Это прозвучало настолько таинственно и, что скрывать, пугающе, что я не выдержала и все-таки глянула на Маркуса через плечо.

– То есть? – спросила с недоумением.

– У нас нет времени, чтобы искать новую ведьму. – Маркус покачал головой. – Смерть твоей тети доказала, что Тереза стала слишком сильна, раз проклятие сработало без привязки к определенному человеку.

– Кстати, странно, что Тереза не поквиталась прежде с тобой, – с сухим смешком проговорил Шейн. – К тебе-то у нее претензий никак не меньше.

– Я предпринял определенные меры предосторожности, – пробурчал Маркус.

А я вспомнила его дом и то количество защитных заклинаний, которые были установлены на нем.

Что ж, вполне логичный поступок с его стороны, раз он умудрился вызвать неудовольствие верховной ведьмы Грега.

– Маркус, между прочим, в венах Тессы течет кровь рода Гремгольд, – внезапно произнес Мор. – Так что мой выбор не лишен смысла.

– Правда?

Маркус высоко вздернул брови, одарив меня очередным тяжелым взглядом. И на дне его зрачков я с замиранием сердца заметила огонек… злости? разочарования? отвращения? В любом случае – явно какой-то негативной эмоции.

– Ладно, не будем томить девочку. – Шейн в этот момент пожал плечами и тоже встал. С сарказмом спросил, обращаясь к Маркусу: – Ты ей расскажешь? Или предоставишь эту честь мне?

Маркус взболтал бутылку, которую по-прежнему держал в руках, и надолго припал к ней. Сделал несколько жадных глубоких глотков, после чего буквально отшвырнул от себя.

– Тесса, Тереза – моя жена, – глухо проговорил он.

Я беззвучно приоткрыла рот, не в силах выразить своего удивления.

Тереза Гремгольд, верховная ведьма Грега, женщина, приносящая кровавые жертвы богине ночи, – жена инквизитора, некогда возглавляющего ведьмнадзор?

– Да-да, ты не ослышалась. – Маркус скривился так сильно, как будто признание доставило ему физическую боль. – Ты, должно быть, в курсе, что именно я расследовал преступления ведьм-отступниц год назад. Человек я всегда был въедливый. И если бы не Тереза, то наверняка докопался бы до сути. И она это прекрасно понимала. Поэтому сделала все, лишь бы отвлечь мое внимание. – Он криво ухмыльнулся и добавил с нескрываемым сожалением: – Увы, стыдно признаться, но ей не составило это особого труда. Что скрывать очевидное, женщина она очень эффектная и красивая.

Мое сердце почему-то неприятно сжалось от столь откровенного признания инквизитора. Но я постаралась сохранить невозмутимое выражение лица.

Не уверена, что у меня это получилось в достаточной мере, потому что я перехватила язвительную усмешку Шейна, обращенную ко мне. Однако блондин ничего не сказал, а Маркус уже продолжал.

– Наш роман был настолько стремительным и страстным, что я совершенно потерял голову, – негромко сказал он. – Уже позже, вернувшись в Дарес, я перечитал допросы тех ведьм, которых в итоге казнили. И у меня волосы на голове зашевелились от дикого количества нестыковок в их показаниях. Но тогда я в буквальном смысле слова оглох и ослеп. Слышал только то, что нашептывала мне Тереза. И видел только то, что она хотела мне продемонстрировать. Да что там, я даже не помню, как сделал ей предложение. Зато в моей памяти остался тот дикий слепой восторг, когда она ответила мне согласием. И наша первая брачная ночь… О, поверь, никогда в жизни я не испытывал ничего даже близко похожего по уровню страсти и наслаждения.

Усмешка Шейна стала шире и еще ядовитее. И я торопливо опустила голову, пряча выражение лица.

Ну и подумаешь. Мне в любом случае абсолютно плевать на откровения Маркуса.

– Наша первая брачная ночь была и последней, – тихо завершил Маркус, вряд ли догадываясь, насколько мне неприятно слушать его признание.

После чего не сел, а буквально рухнул в ближайшее кресло, закрыв лицо руками и чуть слышно застонав.

– Нет, это не было магией, – ответил Шейн на тот вопрос, который так и крутился на моем языке. – Маркус действительно втюрился по уши.

Как ни странно, но в голосе блондина при этом прозвучала не насмешка, а сочувствие.

– Если бы это была магия – я бы почувствовал, – все так же не отнимая ладоней от лица, проговорил Маркус. – Тесса, мне самому очень больно и неприятно это говорить. Но в данном случае мне нет никакого оправдания. Я был совершенно ослеплен любовью. Превратился в глупого, тупого осла, которому Тереза с легкостью скормила свою ложь.

После чего, не глядя, нащупал бутылку, на дне которой еще плескались остатки настойки. И вновь припал к ней.

Я с сомнением покачала головой.

Да, если бы я выпила хоть треть того, что уже выдул Маркус, то давным-давно позорно отрубилась бы. А у него даже язык не заплетается.

– И почему же ваша первая брачная ночь оказалась последней? – поинтересовалась я, изо всех сил стараясь, чтобы мой голос прозвучал как можно спокойнее и ровнее.

– Потому, что в эту же ночь я попытался его убить, – меланхолично ответил Шейн. – И мне это почти удалось.

И опять я некрасиво раззявила рот от столь удивительных откровений. Правда, спохватившись, тут же его захлопнула.

А ведь я видела шрам на боку Маркуса и еще подумала, что ранение было очень серьезным. Правда, тогда мне показалось, что это произошло не так давно.

– Раны от когтей демона заживают очень долго, – все с той же ленцой сообщил мне Шейн.

– Ты же сам сказал, что не демон, – настороженно протянула я.

– Да неужели? – насмешливо удивился Шейн. – Если мне память не изменяет, а она мне никогда не изменяет, то дословно я сказал, что не демон в общепринятом смысле слова.

После чего вновь самым наглым образом замолчал.

– И-и?.. – вопросительно протянула я, осознав, что продолжения не последует.

– Дело в том, что я… как бы так сформулировать… предшественник Маркуса. – Шейн пару раз прошелся по комнате. Затем остановился напротив меня и скрестил на груди руки.

– Что, ты бывший муж Терезы? – Я не удержалась и фыркнула было от смеха. Правда, тут же посерьезнела, когда увидела, каким гневом полыхнули светлые глаза блондина.

Сдается, я начинаю завидовать Терезе. Я никогда не считала себя дурнушкой и, в общем-то, не страдала от недостатка поклонников. Но я точно ей и в подметки не гожусь.

– Нет, брачными узами мы не были связаны, – пробурчал Шейн. – К счастью для меня. Хотя, не скрою, предложение я ей делал. И не раз. Ради ее благосклонности даже стал тем, кем теперь являюсь!

Последнюю фразу Шейн выпалил с нескрываемым раздражением. Одновременно с этим в его глазах опять полыхнул огонь, потом затаился на дне зрачков ярко-алыми точками, как будто я смотрела на еще не остывшие угли.

Это зрелище и притягивало, и пугало. А еще оно ясно давало понять, что передо мной действительно не человек.

– Демоны тебя раздери, тогда кто ты? – выдохнула я.

– Я маг, который в свое время имел глупость пообещать душу богу хаоса, – сказал Шейн. – Эта была своего рода плата за силу, которая мне в итоге досталась. Но главного условия сделки бог хаоса не выполнил. Тереза не стала моей. Поэтому, собственно, в некотором роде я остался человеком. – Помолчал и вдруг спросил: – Тесса, как по-твоему, сколько мне лет?

Я внимательно посмотрела на блондина. Тот ответил мне спокойной улыбкой. Багровые искры в его глазах уже погасли, и он выглядел совершенно обычным человеком.

Ну… почти.

Хм-м… Вопрос явно с подвохом. Шейн выглядит ровесником Маркуса, а последнему, наверное, чуть больше тридцати. Поэтому пойдем от обратного.

– Сто? – неуверенно предположила я.

Лицо блондина вытянулось в немом удивлении. Кончики рта раздраженно дернулись вниз.

– Двести? – тут же исправилась я.

Под пристальным немигающим взором блондина мне было ну очень неуютно. Почему он так глазеет на меня? Как будто в мыслях уже убил и сейчас раздумывает, куда надлежит спрятать тело.

Гнетущую тишину в комнате внезапно нарушило хихиканье. Маркус, который все это время кусал губы, силясь сохранить как можно более независимый и равнодушный вид, все-таки не выдержал. Сначала издал слабый смешок, а потом и вовсе грохнул хохотом. Спрятал лицо в ладонях, приглушенно всхлипывая от все новых и новых раскатов смеха.

Шейн мгновенно развернулся к инквизитору. Одарил его мрачным взглядом и буквально прошипел:

– Не вижу ничего забавного!

– Шейн, видел бы ты себя сейчас! – Маркус осторожно отнял ладони от лица. С широченной улыбкой уставился на блондина. Поинтересовался с ехидцей: – И что тебя так возмутило в предположении Тессы?

– Неужели я так старо выгляжу? – Шейн, проигнорировав его вопрос, подскочил к зеркалу в дальнем углу комнаты. С сомнением уставился на свое отражение. Затем обернулся, невежливо ткнул в меня указательным пальцем и спросил: – С чего ты решила, будто мне двести?

Да что за муха его укусила? Ишь как взвился на месте. Я думала, только женщины обижаются, когда на кокетливый вопрос о своем возрасте получают нелицеприятный ответ с явным завышением лет.

– Ты сам сказал, что тебе столько лет, что давно плевать на приличия, – честно ответила я. – В принципе, выглядишь ты ровесником Маркуса, даже чуть старше. Но если бы я сказала, что тебе тридцать или сорок, то точно бы ошиблась. Разве нет?

Шейн после этого с нескрываемым облегчением перевел дыхание. В последний раз покосился в зеркало и отошел от него.

– Мне, конечно, не двести лет, – проговорил он сухо. – И даже не сто, а всего семьдесят.

– Ты неплохо сохранился, – елейно проговорила я, решив приободрить Шейна. А то, по-моему, он обиделся на меня.

Вышло, правда, не очень. Маркус опять сдавленно захрюкал, а правый глаз Шейна как-то подозрительно задергался. Блондин на короткий миг зажмурился, несколько раз глубоко втянул в себя воздух, каждый раз при этом выдыхая через рот, а затем хмуро посмотрел на меня.

– Тереза Гремгольд является верховной ведьмой уже тридцать лет, – пробурчал он. – По традиции на церемонию передачи власти всегда приглашаются представители магического надзора. В то время я как раз руководил ведьминским отделением. Приехал в Грег – и в Дарес больше не вернулся. Отправил письмо с заявлением об увольнении по собственному желанию. Конечно, меня пытались переубедить. Помнится, ко мне целая делегация магов явилась, которая пыталась убедиться, точно ли я не попал под влияние каких-нибудь чар. Но после нескольких проверок от меня отстали.

– О, так ты предшественник Маркуса не только в постели верховной ведьмы, – невольно вырвалось у меня. – Но и по работе.

И тут же пожалела, что вообще рот открыла.

Шейн наотмашь полоснул меня возмущенным взглядом. Воздух в гостиной мгновенно похолодел. Удивительно, что снег не пошел. Не отводя от меня глаз, блондин шагнул вперед, недвусмысленно сжав кулаки.

– Шейн, – почти не разжимая губ, обронил Маркус.

Он мгновенно вскочил. В свою очередь, скользнул вперед, встав между мной и блондином.

Несколько минут царило напряженное молчание. Такое густое и плотное, что я дышала через раз. Но наконец блондин издал тихий сдавленный смешок.

– Пожалуй, ты права, – проговорил спокойно. Добавил с едва заметным одобрением: – А в твоих жилах действительно течет кровь рода Гремгольд. До сего момента так вывести меня из себя могла только Тереза.

Сомнительный комплимент, если честно.

Шейн отошел к столику с напитками. Выбрал пузатую бутылку с темно-ореховым содержимым, распечатал ее и, повторяя действия Маркуса, надолго приложился к горлышку. Инквизитор не заставил себя долго ждать, тоже сделав несколько глубоких глотков можжевелового напитка, неторопливо вернувшись в кресло.

Я покрепче сжала губы. Эта парочка глушит крепкий алкоголь будто обычную воду. Как бы не напились на моих глазах.

– Как я понимаю, ты тоже влюбился в Терезу, – подчеркнуто ровно проговорила я, стараясь, чтобы голос ненароком не дрогнул.

Жуть как любопытно, что же такого необычного в верховной ведьме, раз мужчины в нее влюбляются без памяти. Да не абы какие, а сильные маги, инквизиторы, которые по идее должны быть очень устойчивы к действию ведьминских любовных чар.

К слову, я встречалась с Терезой лично лишь однажды – когда она вручала мне диплом о завершении грегской ведьминской школы. И тогда она не произвела на меня особого впечатления. Да, в красоте ей не откажешь. Темноволосая, зеленоглазая, высокая, с прекрасно очерченными скулами и пухлыми губами. Но бросать из-за нее карьеру в магическом надзоре?

А впрочем, я не мужчина, поэтому пристрастна.

– Влюбился… – с какой-то странной интонацией протянул Шейн. – Нет, Тесса, это неправильное слово. Я был одержим ею. Даже миг, проведенный без нее, казался мне вечностью, наполненной одними страданиями. Больше всего на свете я хотел никогда не расставаться с нею. И какое-то время я был счастлив, Тесса. Действительно счастлив.

– До тех пор, пока от тебя не отвязались бывшие коллеги с благородным желанием вправить поехавшие мозги, – заметил Мор.

Хранитель гримуара, все это время мудро помалкивающий, ловким стремительным прыжком перемахнул ко мне на кресло и удобно устроился на моем плече.

– А ведь я пытался тебя предупредить, – с явным неодобрением продолжил Мор. – Прямо рассказать тебе о преступлениях Терезы я не мог. Но отправлял тебе недвусмысленные сны. Однако ты взял и разболтал их содержимое Терезе, после чего мне ой как не поздоровилось.

Шейн дернул щекой. Нервно взболтал содержимое бутылки, которую по-прежнему сжимал в руках.

– Как бы то ни было, но прошло чуть больше года – и Тереза стала все чаще избегать моего общества, – сказал он. – На мое недовольство она постоянно отвечала, что слишком занята. Мол, столько дел в Греге, столько проблем. И ни одного стоящего помощника рядом. И я… Я сделал глупость. Я подумал, что слишком слаб в ее глазах, поэтому она не может поручить мне никаких заданий. Тереза умело подталкивала меня к мысли, что обычный сильный маг рядом ей не нужен. Ей нужен некто иной. Верный соратник, человек с легендарной мощью. А для этого требуется самая малость. Заключить договор с богом хаоса. Я ему – свою душу. Он мне – власть, о которой обычный смертный может лишь мечтать, и Терезу.

– И впрямь глупость. – Я неодобрительно цокнула языком. – Шейн, ты же работал в магическом надзоре. Занимал там далеко не последнюю должность. Как, ну как ты пошел на сделку с тьмой?

Дзынь!

Я испуганно дернулась, когда бутылка в руках Шейна разлетелась на тысячи осколков – с такой силой он сжал пальцы. На белоснежный ковер потоком хлынул алкоголь, густо перемешанный с его кровью. Блондин недовольно махнул рукой, стряхнув остатки стекла на пол. Взглянул на пораненную ладонь – и я с замиранием сердца заметила, как глубокие порезы начали затягиваться прямо на глазах.

– Этот же вопрос я задаю себе лет двадцать, не меньше, – пробормотал он себе под нос.

– Но ты ведь не стал демоном, так? – на всякий случай уточнила я.

– У тебя проблемы с памятью? – резко спросил Шейн. – По-моему, я говорил тебе это уже не раз.

Я обиженно насупилась.

Зачем же грубить? Шейн так ни разу прямо не ответил на вопрос, кто же он. Откуда мне знать, что означают его в высшей степени загадочные намеки? Я никогда в жизни не увлекалась темным колдовством.

– Шейн пока не демон, – внезапно подал голос Маркус, который с любопытством слушал наш разговор. – Основное условие его сделки с богом хаоса не было выполнено. Тереза не стала его женщиной, как он того жаждал. Но и человеком он после этого быть перестал. Приобрел способность изменять свой вид. Получил силу, о которой обычный смертный может только мечтать. А про его способности к регенерации и говорить нечего. Да ты и сама их только что наблюдала.

– Тереза сама проводила этот ритуал, – сказал Шейн. – Естественно, она не хотела терять независимость, поэтому, думаю, слегка подправила некоторые детали обряда. Ее вполне устраивало то, кем я стал в итоге. Пусть и не демон, но сильнее мага в Трибаде нет, а скорее всего – и во всем мире.

Краем глаза я заметила, как Маркус презрительно усмехнулся после столь смелого утверждения, явно не согласный с ним. Но спорить с Шейном он не стал. Вместо этого откинулся на спинку кресла, поспешно спрятав ухмылку.

– Этот дом создал я, Тесса. – Шейн широко развел руки. – Это было наше с Терезой любовное гнездышко. Сюда я переносил ее, когда она снисходила до меня. Добраться сюда можно только порталом. Причем обычный маг не сумеет его построить, если прежде тут не бывал. Да даже если и бывал – это выпьет все его силы. Я не поскупился на заклинания, искажающие реальность. Представить себе не можешь, сколько ночей мы провели здесь. Только вдвоем. В томной неге, наслаждаясь друг другом.

Я почувствовала, как мои щеки потеплели от столь смелых откровений. Голос Шейна звучал так бархатно, с такой чувственной хрипотцой, что мельчайшие волоски на моем теле встали дыбом.

Но куда важнее то, что я увидела, как Маркус скривился после этих слов. Опять откупорил бутылку и надолго припал к ней, почти осушив за раз.

Я поспешно отвела глаза. Ну и подумаешь. Мне-то что за беда от этого?

Шейн тем временем не торопился продолжать. Он замер, отсутствующим взглядом уставившись поверх моей головы. На его губах застыла легкая мечтательная улыбка, как будто в мыслях он вновь переживал эти романтические моменты с Терезой.

От пришедшей в голову загадки меня аж подкинуло в кресле с такой силой, что Мор, удобно примостившийся на моем плече, едва не свалился.

– Эй, ты чего? – прошуршал возмущенно, покрепче вцепляясь коготками в мое платье. – Чего дергаешься, как припадочная?

– Другими словами, Тереза знает про существование этого дома? – спросила я тонким, срывающимся от волнения голоском. – И в любой момент может сюда заявиться? Более того, на мне сейчас ее платье?

Шейн медленно моргнул и посмотрел на меня.

– Думаешь, что Тереза явится сюда? – скептически вопросил он. – Тесса, я очень в этом сомневаюсь. Год назад, когда она принялась охмурять Маркуса, не стесняясь моего присутствия, мы крупно поссорились. И я покинул Грег, заявив, что ноги моей больше там не будет.

– Но прежде едва не располовинил меня, – буркнул Маркус.

– Сам виноват! – огрызнулся Шейн. – Да, за прошедшие годы мои чувства к Терезе остыли. Но ваша свадьба взбесила меня до невозможности! А особенно ваша брачная ночь.

– Сам виноват, – передразнил его Маркус. – Подглядывать не надо было! И, говоря откровенно, тебе дико повезло, что в момент нападения я был… мм… немного не в форме. Иначе наш поединок закончился бы с другим итогом.

– Желаешь повторить? Как вижу, сейчас ты одет, а следовательно, схватка будет честной.

Маркус уже был на ногах, при этом его движения я вообще не заметила. Только что он с ленцой покачивал бутылкой, удобно развалившись в кресле, как вдруг оказался напротив Шейна.

Я мученически возвела глаза к потолку. О небо! По-моему, эта парочка никогда не угомонится в попытках прикончить друг друга.

– Любезнейшие, – вдруг проскрипел Мор. – Вы договорились на время забыть о своих разногласиях. По крайней мере, до тех пор, пока у нас общий враг.

Несколько секунд мужчины буравили друг друга немигающими взглядами, грозно играя желваками. Наконец, словно по команде, одновременно сделали шаг назад.

– Другими словами, Тереза все-таки может заявиться сюда, – поторопилась я вернуться к той теме, которая по вполне понятным причинам волновала меня больше прочего. – Могущественными союзниками не разбрасываются. Вдруг она решит помириться с тобой?

– Крайне маловероятно. – Шейн покачал головой. – Тесса… В общем, после того как я чуть не убил Маркуса, у меня состоялся очень неприятный разговор с Терезой. Я поставил, так сказать, вопрос ребром. Или она выполняет свое обещание и уходит со мной, или же мы навсегда расстаемся.

Шейн вдруг запнулся. На его высоких острых скулах вспыхнул чахоточный румянец, который донельзя странно выглядел на его бледной коже.

– Как понимаю, Тереза отказалась, – прозорливо заметила я.

– Не просто отказалась, – глухо прошептал Шейн, зажмурившись. – Она наговорила мне такого…

Неполную минуту молчал, явно мысленно переживая вновь те события.

– Как бы то ни было, но я понял, что Тереза просто меня использовала, – сухо завершил он. – И я… Я вспылил. Пообещал, что убью ее, если мы когда-нибудь встретимся. После чего покинул Грег.

Последнюю фразу Шейн почти выкрикнул. Осколки бутылки неприятно захрустели под подошвами его сапог, когда он подошел к ближайшему креслу и не сел, а рухнул в него.

– Тебе нечего бояться, Тесса, – презрительно бросил напоследок. – Тереза не сумасшедшая. Она не пойдет на прямой конфликт со мной. Потому как знает, что я уничтожу ее.

– Вот и отлично! – обрадовалась я. – Вот и замечательно! В таком случае зачем вам я? Сами разберитесь с Терезой. Я все равно неумеха и полный профан в магии.

Вскочила со своего места и спросила у Мора, который и не думал покидать моего плеча:

– Ну что, подбросишь до дома? Построй быстренько портал до дома Ванессы.

Мор хихикнул и зеленой молнией перепрыгнул к гримуару. Уселся на обложке, обвив себя длинным чешуйчатым хвостом.

– Тесса, не хотелось бы тебя разочаровывать, но с Терезой покончить придется именно тебе, – сообщил он.

– Но почему? – взвыла я от огорчения. – Какого демона вы ко мне привязались? Тут присутствуют двое обиженных мужчин. Вот пусть они и разбираются с верховной ведьмой, которая, собственно, их и обидела. Лично мне Тереза ничего дурного не сделала…

– Она убила Ванессу, – напомнил мне Мор. – Воспользовалась наведенным проклятием.

– Мне, безусловно, очень жаль тетушку. – Я притворно всхлипнула. – Но я ее никогда в жизни не видела. Да и она хороша. Нечего было гримуар красть.

– А не боишься, что Тереза вновь шарахнет смертельными чарами? – полюбопытствовал на сей раз Маркус. – Гримуар теперь твой. А следовательно, и проклятие достанется тебе.

– Тогда я подожду вас здесь. – Я сразу же опустилась обратно в кресло и смиренно сложила на коленях руки. – Шейн, ты сказал, что этот дом защищен от любого магического воздействия. Вот и славненько. Еды тут много, от голода не умру. Уверена, справитесь вы быстро. – Подумала немного и добавила елейным голосочком: – Команда из вас выйдет преотличная!

Шейн и Маркус переглянулись. Потом дружно уставились на меня. А Мор так и вовсе не отводил от меня пылающих призрачным изумрудным пламенем глазенок.

– А что такого? – удивилась я, без особых проблем ощутив недовольство остальных. – Помнится, и ты, Маркус, и ты, Шейн, весьма скептически отнеслись к моим талантам ведьмы. Не буду мешаться под ногами профессионалов.

– Тесса, как ты не понимаешь! – устало выдохнул Маркус. – Терезу должна убить именно ты.

– А почему? – въедливо поинтересовалась я. – Кто это сказал?

– Иначе тебе не занять место Терезы, – обронил инквизитор.

– Пф-ф! – Я легкомысленно надула щеки. – Обойдусь и без этого счастья.

– А гримуар? – не унимался Маркус. – Он может принадлежать только верховной ведьме!

– Тереза больше двадцати лет обходилась без этой книженции, – напомнила я.

– Книженции? – А это взвыл уже Мор. – Да как ты смеешь?! Это же… Это реликвия! Самая ценная реликвия Грега!

– Слушай, ты сам сказал, что без проблем можешь отказаться от новой хозяйки, если она покажется тебе недостойной, – огрызнулась я. – Вот и откажись. После того как с Терезой будет покончено, пусть тебе организуют смотрины грегских ведьм. И перейдешь к самой достойной из них. Я возражать не собираюсь.

Маркус одним гигантским глотком допил плескавшиеся в бутылке остатки можжевеловой настойки. Сгорбился, вцепившись в густые темные волосы руками, и несколько раз хорошенько их дернул, утомленный спором.

Я так старательно улыбалась, глядя поочередно на всех присутствующих, что от напряжения у меня заныли щеки.

– Тесса, – наконец медленно начал он. Поднял голову и хмуро посмотрел на меня. – Видишь ли, если я или Шейн убьем Терезу, то это будет именно убийством. Пока в глазах общества она абсолютно законопослушная ведьма. И потом, как ты себе это представляешь? Если я заявлюсь в Грег и покончу с ней, то меня на веки вечные кинут в тюрьму. Тут же всплывет тот факт, что мы до сих пор женаты. Все решат, что это убийство из-за ревности.

– Тогда пусть Шейн с ней расправится. – Я пожала плечами. – Он почти демон. С легкостью уйдет от преследования. Спрячется опять в этом доме…

– Я не могу, – почти не разжимая губ, оборвал меня блондин. – Тесса, я… В общем, я дал слово Терезе, что никогда в жизни не причиню ей вреда первым. Конечно, если она нападет на меня, то я буду защищаться. Но Тереза не настолько глупа.

– Спровоцируй ее, – парировала я. – Закрути роман на ее глазах с какой-нибудь хорошенькой девицей. Ведьмы – страшные собственницы. Если она увидит, что ты воспылал чувствами к кому-то другому, то обязательно обозлится. А если застанет вас в пикантной ситуации, то и проклятием шарахнет.

– Откуда такая уверенность? – фыркнул Шейн.

– Я-то своего жениха прокляла, когда увидела, как он с моей лучшей подругой развлекается. – Вздохнула и грустно добавила: – Уже жалею об этом. Брион хоть и подлый изменщик, но ни в какие смертельно опасные авантюры меня не пытался втянуть.

– Ага, всего лишь хотел отправить тебя на пару месяцев в тюрьму, – непрошенно влез Маркус. – А прежде едва не пересчитал тебе все зубы.

Я открыла рот, желая ответить чем-нибудь резким. Да так и застыла, мысленно признав правоту Маркуса.

Ай, да что там спорить! Брион и в самом деле оказался настоящим мерзавцем!

– Даже так? – изумленно переспросил Шейн и недовольно качнул головой. Пробормотал себе под нос, ни к кому, в сущности, не обращаясь: – Жаль, меня рядом не было. А то преподал бы кое-кому парочку уроков этикета.

– Зато я рядом был, – отозвался Маркус.

Шейн медленно растянул губы в улыбке. На первый взгляд совершенно обычной. Вот только кровь в моих жилах почему-то превратилась в жидкий лед.

Полагаю, Бриону дико повезло, что он встретился с Маркусом, а не с Шейном. Даже страшно представить, на что способен блондин в гневе.

– В любом случае мой план сработает, – уверенно проговорила я, торопясь вернуться к начальной теме. – Шейн, поверь, Тереза будет в ярости, если увидит тебя довольного жизнью и влюбленного в кого-то еще. Да она тебя голыми руками попытается разорвать!

– Между прочим, и впрямь интересная идея, – неожиданно проскрипел Мор.

Знакомой молнией перемахнул на плечо к Маркусу. Вцепился острыми коготками в его темную шелковую рубашку, а мордочку буквально втиснул в ухо, что-то нашептывая.

При виде этой картины я нахмурилась.

– Мор, к слову, а почему Маркус тебя видит? – спросила я. – И слышит? Ты уверял меня, что на это способны только ведьмы.

Мор, однако, проигнорировал мой вопрос. Он по-прежнему шептал что-то на ухо инквизитору. И чем дольше вещал хранитель, тем более сосредоточенное лицо становилось у последнего.

Что-то мне это совсем не нравится!

– Любопытно, – наконец резюмировал Маркус. Отставил в сторону бутылку, которая к этому моменту и без того опустела, и о чем-то глубоко задумался.

Мор тем временем перепрыгнул к Шейну на колени. Но шептать ни о чем не стал. А впрочем, я уже убедилась, что эта парочка прекрасно общается мысленно.

– Занимательно, – почти сразу протянул Шейн. – А главное, может сработать.

Под ложечкой неприятно засосало. Понятия не имею, что этот крысеныш им наговорил. Но заранее уверена, что я в восторг от его предложения не приду.

– Да, так и поступим! – неожиданно воскликнул Маркус. Посмотрел на меня и заявил: – Тесса, ты станешь моей любовницей!