Глава 131

Ночь прошла беспокойно. Роберт всё же отключился прямо в кресле в больничном холле. Утром приехали Владик и Юзеф.

— Там у ворот дежурят журналисты. Скандал выходит за пределы футбольной сферы, — Юзеф был обеспокоен, — Но наконец зачесались наши спортивные чиновники! Им всё-таки важна репутация капитана сборной!

Михал сам не ожидал, что PZPN (Польский Футбольный Союз) так активно среагирует на статью в каком-то совершенно не спортивном издании. Особенно после их абсолютного бездействия перед матчем сборной и полной беззубости на послематчевой пресс-конференции. А тут вдруг слова какой-то давно всеми забытой модели о её близких отношениях с вратарем и капитаном вызвали бурную реакцию.

Президент Футбольного союза выступил с заявлением. Он наконец высказал прессе все, что думает об их "помощи" сборной страны перед тяжёлой и принципиальной игрой. И о том, как вела себя польская пресса во время пресс-конференции после победного матча. И о клевете на капитана. Фотографии Тухольского и Кухарского в компании болельщиков в овощной лавке под Варшавой, сделанные совершенно точно вечером после матча, были растиражированы пресс-службой сборной.

Юридическая служба подготовила иск о клевете. Но всего этого Тухольскому казалось мало. Пока это просто слова одних людей против других.

Результат этих слов — сбежавшая за океан обиженная Алиса, мама, которую всё ещё держали в больнице под присмотром врачей. И Михал, метавшийся между всеми.

Из Москвы перезвонил сначала Янек.

— Я тебе отправил информацию. Там полный дрэк (дерьмо). Детям и приличным женщинам я бы такое не показывал. Не знаю, как по вашим законам, но мне кажется, хана этой твоей Анете.

— Она не моя, — глухо отозвался Михал.

— А это таки правильно. Твоя такая не должна быть.

Михалу не хотелось даже открывать архивную папку. Это было, как навозную кучу нырнуть с разбега. Он доверял Яну полностью. Но всё же, если куда-то передавать информацию, то надо точно знать, что именно. Пришлось открыть.

Михала чуть не стошнило. И с этим человеком у него были отношения? Эта девушка хотела войти в его семью? На контрасте с Алисой всё выглядело совсем печально. Одного Михал не мог понять, где и как в голове Анеты снова всплыла их давняя связь? С чего вдруг именно сейчас ей приспичило дать это интервью?

Следующий звонок был от Юли.

— Мишутка, я съездила по адресу. От нас, оказывается, совсем недалеко. Я на свадьбе не успела с ними пообщаться. Оказались милейшим людьми. А самое главное — они на твоей стороне.

— С кем ты пообщалась? — пытался сообразить, но бессонная ночь и нервное напряжение не давали мозгам нормально работать. Одно помнил точно — никакого адреса он Юле не давал.

— С родителями твоей Алисы! Мишута, они золотые люди. Женись уже на ней! Но если она хоть немного похожа на маму, просто тебе точно не будет. Но и скучно тоже, — смеялась Юля, — Веселее только у нас. Наших бабушек переплюнуть — ни у кого плевалка не выросла. Они знаешь где?

— Где? — Михал уже ожидал, что бабушки могли и в Варшаву прилететь. Их энергии хватило бы.

— В Североморске! Поехали с инспекцией! Говорят, построили там всех. Так что разруливай ваш гройсе геволт (большой скандал), пока они не вернулись.

Михал уже перестал удивляться, что в Юлиной речи полно словечек на идиш. Ему они были как раз понятны. Ведь Адам и Юзеф их тоже активно использовали.

Вот теперь, когда у него была информация, можно было думать, как организовать встречу с Алисой.