Глава 60

Всё, что происходило дальше, Тухольский видел будто со стороны. Бушующий стадион. Ликующих товарищей по команде. Расстроенных, опустошенных и измотанных борьбой испанцев.

Внятных мыслей в голове так и не появилось ни пока они наконец обнялись всей командой, ни пока качали тренера. Только кепку из угла ворот он вынимал вполне осознанно.

Награждение тоже прошло как в тумане. Яркий свет прожекторов мешал смотреть на трибуны. Конечно он знал, что там сейчас вся его семья. И хотел разделить с ними эту победу. Поднимая над головой кубок, Тухольский повернулся именно в эту сторону.

В раздевалке от звонков уже разрывался телефон.

— Мих, ну вы, блин, дали нам всем тут нервов! Я чуть не поседел! Как? Как ты их тащил, эти последние три мяча? Ты вообще человек? — орал в трубку Кухарский, — Я вырвусь к тебе на денёк. Обмоем! Хрен с ним, с режимом! Один раз живём! А Лигу чемпионов так вообще один на миллион выигрывает!

Тухольский поймал себя на том, что автоматически делит в уме 20 человек, заявленных от "Баварии" на этот матч на 8,17 миллиардов населения Земли. Выходило, что вообще не на миллион. А гораздо больше. Раз эдак в восемьсот.

— Михал, ещё выход к прессе! Ты как капитан со мной, — позвал обалдевший от эмоций тренер.

— Иду, — Тухольский поднялся. Ноги едва держали.

Ему бы сейчас в горячий душ и на стол к массажисту. Потом лечь и вырубиться. Хотя бы сутки тишины. Но обязанность капитана — выход к прессе. Это часть работы. Ведь они играют не для себя, а для болельщиков.

В небольшом помещении, выделенном для послематчевой пресс-конференции, яблоку негде было упасть. Алиса порадовалась, что озаботилась аккредитацией заранее. Иначе шансов попасть сюда у неё не было бы, несмотря на все самые высокие знакомства деда. Ну, или ей просто нравилось думать, что она настоящая журналистка, а не просто "золотая девочка" из випов.

Впереди перед длинным столом устанавливали свои лохматые микрофоны ведущие мировые спортивные каналы. Именитые журналисты, рядом с которыми и стоять-то было боязно, нетерпеливо поглядывали на двери, ожидая представителей команды-чемпиона.

А Алисе впервые в жизни хотелось сбежать. Слишком сильными и противоречивыми были её эмоции. Ей было страшно увидеть Тухольского не с высоты трибуны, а совсем рядом.

Щеки пылали, в голове был вязкий розовый кисель. Попытки посмотреть в блокнот на подготовленные заранее вопросы провалились. Перед глазами плыло. Она силилась вспомнить, что там было написано. Получалось, что там была глупость несусветная.

Единственное, что Алиса спросила бы сейчас, не больно ли ему от таких падений. И как он пережил гол в свои ворота. И было бы очень желательно, чтобы он ответил это ей лично, глядя в глаза. Никому другому.

Тренер "Баварии" и капитан команды появились из боковой двери. Заняли места за столом. Видно было, что табличку "Михал Тухольский" ваяли "на коленке" в срочном порядке прямо перед пресс-конференцией. Кто ж знал, что "Баварии" придётся менять капитана.

Пресс-конференция началась с традиционной речи тренера выигравшей команды. Он говорил стандартные, положенные в таком случае слова. Благодарил соперников и их тренера за достойную конкуренцию.

Посыпались вопросы. И про травму капитана. И про нового нападающего.

Алисе очень захотелось, чтобы вся эта толпа из коллег просто исчезла. И она могла бы остаться с Тухольским лицом к лицу. Как тогда — много лет назад.