Глава 78

Накануне свадьбы предполагался мальчишник. Михал с Робертом были приглашены, несмотря на то, что они гости со стороны невесты.

Затевалось что-то явно грандиозное. Во дворе дома Янека и Юли строили большой шатер.

Бабушка Маша и бабушка Клара суетились на кухне, готовя угощение. Юля металась между всеми с большим списком в руках. Вычеркивала уже сделанные пункты плана.

— Мария Давидовна, давайте мы это уже поручим специально обученным людям, а вы с Кларой Львовной пойдете отдыхать! — пыталась она как-то разгрузить бабушек.

— Юлечка, кому, скажи, ты тут видишь, это можно доверить? У твоих специалистов руки растут из тухес (задница). Как они нам ими сделают нахес (счастье, радость)? Мы с Кларочкой хотим, чтобы все мальчики таки хорошо покушали и были довольны. А если они покушают от твоих специалистов, то мы завтра будем иметь гройсе цурес (большие неприятности)!

Юля вскинула руки вверх.

— Ой вэй! А если вы сейчас тут уработаетесь, то завтра что мы будем иметь?

Наконец Тухольские познакомились с женихом Александры. Игорь оказался внуком местного детского доктора. Его бабушку и деда прекрасно знали и Беата, и Роберт. Кто ж знал, что соседский мальчик и окажется той самой любовью всей жизни для Сашеньки.

— Знаете, а мы ведь с ними знакомы. Вернее, точно виделись, — у Роберта всегда была отличная память на людей.

— С кем? — удивился Михал.

— С женихом и его лучшим другом. Вот не поверишь, они были в Мюнхене на твоём первом матче. У них ещё девочка была. Беленькая такая. Алиса, кажется.

Михал, к сожалению, не помнил, ни Игоря, ни его друга Алекса, ни девочку Алису.

У Юли удалось узнать, что же именно они под таким большим секретом затеяли. И это стало для Тухольского настоящим шоком.

— Ты знал, что Юдин — афганец? — спросила Юлька.

— Афганец? Разве? Вроде, еврей же? И сам говорит, что неправильный, — не понял её Тухольский.

— Он воевал в Афганистане в составе советских войск.

— Миша? Мы сейчас про одного человека говорим?

— Да. Мы сейчас говорим про Мишу Юдина. Про сержанта Юдина Михаила Израилевича. А его командиром был наш дед Лёша.

Михал кивнул. Пожилого подтянутого мужчину, который на самом деле был тренером Янека по карате, но этой семье его считали отцом и дедом.

— Так вот, дед Лёша рассказал, что во-первых, Мише отдали после службы не все награды. Там неразбериха была. Советские войска выводили из Афганистана. Их группа выходила последней. И приказ куда-то не туда ушёл. А во-вторых, когда он уезжал в Америку, у него изъяли награды.

Михал непонимающе заморгал.

— Как это? Почему? Как такое возможно?

— Возможно было, к сожалению. Такие были правила. Такое время. Но это очень и очень несправедливо!

— Это просто…, — Тухольский поискал подходящее русское слово, — Это чудовищно! Бесчеловечно! Если человек воевал за страну, то какая разница, где он потом будет жить?

— Знаешь, Янек, когда узнал, чуть погром не учинил. Потом они все очень напряглась. И Игорь Сашенькин, и его дед, и муж его сестры. Два адмирала, представляешь? Ездили в архивы. Напрягли какое-то начальство в Министерстве обороны и в ФСБ. И нашли. Все Мишины изъятые ордена. И тот, что не успели вручить.

Михал с трудом мог представить, что небольшого роста жилистый Миша Юдин мог держать в руках не теннисную ракетку, а настоящее боевое оружие. А ещё у него, оказывается, боевые ордена. Их же дают за что-то гораздо серьёзнее, чем выигранный теннисный матч. Или даже турнир.

И впервые за то долгое время, которое он знаком с Янеком и Мишей, задался вопросом, есть ли у его отца позывной. Ведь все эти их прозвища — не просто так, а именно из армии. А Роберт начинал летать именно как военный летчик.

— Пап, а у тебя позывной был?

— Ты про армию? Был, конечно, — Роберт нёс в сторону шатра несколько раскладных стульев.

— Какой?

— Сначала "Танцор", потом поняли, что по радио лучше звучит "Танго", — улыбнулся Роберт.

Михал вместе с остальными помогал ставить мебель и наблюдал.

Интересно всё-таки складывается жизнь. Иногда кажется, что хорошо знаешь человека. Общаешься с ним. Принимаешь его помощь. И вдруг узнаешь, что есть совершенно другая сторона его личности.