Глава семнадцатая

В которой мы добываем себе демона и испытываем терпение лепрекона.

— Головы эльфов заняты глупыми идеями, теориями и планами, — мрачно сказал Ог, болтая ногами над пустотой.

Он сидел, навалившись грудью на планширь фальшборта, меланхолично покуривал трубку, то и дело поглядывая на океан, проползающий в ста ярдах под нами.

— Зачем же ты тогда со мной связался? — спросил я, по крутой дуге отправляя в пасть сидевшего на баке Трехлапого земляной орех.

Зверек подпрыгнул, поймал его на лету и, приземлившись, раззявил рот пуще прежнего, требуя продолжения. В эту игру он мог играть до бесконечности, лишь бы кормили.

— Исключительно из-за обстоятельств, — усмехнулся тот. — Твои махинации привели к тому, что мы стали владельцами «Шершня» за кучу деньжищ.

— Ты не будешь отрицать, что у нас отличный стреколет.

— Не буду. Одна беда — у него нет демона.

— Вот ты заладил, демон, демон… — Я швырнул Трехлапому очередной орешек. — Если я прав, он будет у нас меньше чем через два часа.

— Лучше бы он был, напарник. Иначе я своим нытьем сведу тебя в могилу. Потому что у меня нет идей, откуда нам взять другого, не имея в карманах никакой наличности. Да еще и долг в двести монет висит!

— О долге не беспокойся, — сказала стоявшая у штурвала Джулия. — Время терпит. К тому же, возможно, мы сможем договориться об оплате не деньгами, а услугой.

Ог ухватился за подозрительное слово:

— «Услугой»? О чем это ты?

Джулия обменялась улыбкой с Глауфором, который как раз корректировал курс «Бобового зернышка», меняя показания на каббалистической доске.

— Помогла я вам по-дружески, не сомневайтесь. И если не согласитесь на альтернативное решение вопроса, мы не обидимся. Расплатитесь деньгами. — Она поправила треуголку.

— Мы готовы выслушать твое предложение, капитан, — ответил я за нас двоих, и Трехлапый клацнул пастью, присоединяясь.

— Я привезла с материка груз, сейчас он в тайнике, в трюме. Таможенники Черепашьего слишком ленивы, чтобы проверять всю нашу посудину, — мы отродясь ничего сверхценного не перевозили. Но вот на других островах служаки не настолько беспечны. Там мы чужаки. — Она начала опускать ботик к воде, одновременно продолжая разговор. — Короче, у меня есть горячий товар, который я взялась доставить, но у меня ничего не выходит.

— Мы едва ноги унесли от таможенников, — прогудел Руи, смазывающий маслом шарниры легкой «молнии» у правого борта. — А если не выполним это задание, то на материк нам лучше не возвращаться.

— Что за груз? — полюбопытствовал Ог.

— «Прут света», — многозначительно сказала Джулия.

Я присвистнул — меч, способный разрубить не только любой доспех, но и магическую защиту. Находится в Запрещенном списке артефактов. Такую штуку тяжело провезти.

— Почему ты считаешь, что у нас получится то, что не вышло у вас?

— Потому, что мы торговое судно, а вы — почтовые курьеры. Никто не проверяет курьеров, у вас всегда зеленый свет на полосе.

— Все верно, — согласился Ог. — Вот только пока наша покупка пылится в ангаре, и мы не можем никуда вылететь. А почту вместо нас развозит кто-то другой.

— Вернемся к этому разговору, когда вы окажетесь в небе. Кстати, приближаемся к камням Фагота. Лас, ты помнишь, с какой стороны острова тот стреколет упал в океан?

— Высота была на несколько миль выше, — сказал я, встав и передав чашку с орехами Огу. — И мы заходили с юга. Его следует искать в прибрежной полосе, перед коралловым рифом.

— Погода сегодня хорошая, солнечно и волнения нет, — прищурился Глауфор, стянув с головы лимонно-желтый колпак. — Если так, его должно быть видно. Руи, давай на бушприт и смотри вниз, а я гляну отсюда, может, чего и заметим. Капитан, сделаем круг над камнями?

— Да, — кивнула Джулия. — И, думаю, опустимся до тридцати ярдов. Кто-нибудь, загляните на камбуз и попросите Мигуэля сварить кофе.

Ботик пошел над ярко-голубой водой, обходя скалистый островок по кругу, двигаясь вдоль кромки прибоя, разбивающегося о коралловый барьер, находящийся почти в трех сотнях ярдов от берега. Все расстояние между рифом и прибрежным песком занимала лагуна с отлично проглядывающимся дном.

— Вижу! — через несколько минут закричал гролль, поднимая руку. — Правее на пятьдесят ярдов, и гасите скорость.

Когда Руи махнул, Джулия перевела один из рычагов в нижнее положение, и «Бобовое зернышко», мягко гудя, завис над водой. Я подошел к Огу и вместе с ним, перегнувшись через фальшборт, глянул вниз.

Там, под водой, зарывшись носом в морской песок, лежала черная тень, чем-то напоминающая поврежденный трезубец. За ней тянулся широкий след из разбросанных по дну обломков.

— Что скажешь? — спросил я у напарника.

— Тебе повезло, что я не гремлин. Эти ребята суеверны и ни за что не возьмут в руки предметы, которые принадлежали маргудцам.

— Мы оба не склонны верить в глупые приметы.

— Ловко ты его завалил, — оценил Глауфор.

— Повезло.

— Тебе действительно повезло. Он мог перемолоть «Чаровницу» в порошок, — проворчал орк.

Джулия опустила ботик, и мы сбросили якорь, который с плеском ушел в воду.

— Встали! — через несколько мгновений крикнул гролль капитану.

Ог стащил рубаху через голову.

— Оба будем нырять, — сказал он мне. — Тут сколько до дна? Ярдов семь? Восемь?

— Сейчас померяю, — ответил Руи, забросив лот. — …Семь с четвертью.

Я снял рубашку, оставшись лишь в коротких моряцких штанах, и сказал Огу:

— Подожди. Сперва я. Осмотрюсь, проверю, как и что. Устанешь, потом от тебя никакого толку, а мне может понадобиться твоя сила, если придется отдирать заклепки.

Я натянул очки, купленные у ныряльщиков за губками, рыбкой прыгнул в воду, подплыл к сброшенному с борта канату с узлами. Набрал воздуха, снова нырнул, подняв ноги вертикально вверх, и, оттолкнувшись, начал погружаться.

Вода была соленой, толкала назад, приходилось преодолевать сопротивление, и, если бы не канат, без груза я бы не обошелся. В какой-то момент на барабанные перепонки навалилась тяжесть, в голове зазвенело, но я победил это ощущение дискомфорта, зажав нос и выдохнув через него. В ушах раздались едва слышные щелчки, и тут же стало легче.

«Клык» колдунов лежал чуть в стороне, и тень от ботика на него не падала. Воду насквозь пронзали теплые лучи. Солнечные зайчики ползали по черной шершавой поверхности фюзеляжа. Я проплыл над ним, краем глаза отмечая повреждения, разрушенный во время падения хвост, обгоревшие бока, оторвавшееся крыло, лопнувшие скобы и рваные раны в покореженном металле, оставшиеся от моих огнепчел.

Стеклянный колпак левой кабины разбит, и тело, навалившееся на жезл управления, уже порядком успели объесть рыбы. Крупных акул, по счастью, не было, за риф они, кажется, не заплывали, а мелочь меня не пугала.

Еще несколько мощных гребков — и я оказался возле самого дна, быстро осмотрел корпус и начал всплытие.

После прохладной глубины горячее солнце ослепило меня, и я, не отвечая на вопросы сверху, уцепился за канат и отдышался. Только после этого сказал:

— Демон все еще внутри, я уверен. Если бы сдерживающий контур или Печати разрушились, он бы развалил корпус, а вся носовая и средняя части целы.

— Отлично! — впервые за день воодушевленно ответил Ог.

— Но есть проблема. Он при падении глубоко зарылся брюхом в песок. Придется доставать демона через нос.

— Там броня! Как ты это себе представляешь?

— Джулия, мы сможем взять «Прут света» на время? — спросил я. — Срежем бронепластины и доберемся до нужного отсека, взломав клепки.

— Это может сработать, — кивнула она после секундного колебания.

— Все равно провозимся часа четыре. — Ог сел на край борта, свесив ноги. — Нам надо всплывать и дышать. Мы не крашши.

— Будем работать по очереди, передавая меч друг другу, — предложил я. — Так дело пойдет быстрее.

— Я вам помогу, — вызвался Руи. — Вы силенками не вышли, чтобы бронепластины отрывать.

— Хорошо, — согласился я. — Тогда давайте начнем.

— Эй! Эй! — подскочил Тулл на стуле. — Какого Неба?! Вас мамы не учили, что следует сперва стучать? Быть может, я тут без штанов?

— Не бойся, твое небесно-голубое исподнее меня не сможет шокировать, — ответил Ог, проходя в кабинет владельца Логова следом за мной.

— Смешно, — буркнул тот, широким жестом сгребая в ящик стола горки луидоров.

— Извини, что помешали тебе подсчитывать барыши.

— Эта ваше обычное времяпрепровождение — мешать мне. Чего понадобилось?

Ог залез к нему в бар, вытащил ополовиненную бутылку виски, убрал обратно, продолжил исследование, нашел непочатую. Тулл многозначительно уставился на меня, и я сказал:

— Даже не подумаю его останавливать.

— На него не напасешься. У меня был полный ящик, но в каждый ваш визит я теряю целую бутылку.

— Ты сегодня зол и неприветлив. — Ог вытащил пробку, понюхал виски. — У-у-у… немного яблока, немного дуба. Неплохой купаж. Ну, твое здоровье, Тулл. Чтобы твой горшок всегда был полон золота и его никто не нашел на ромашковом поле.

— Лепреконский горшок с золотом — это дедовский пережиток. Я предпочитаю хранить деньги в банке. Мое настроение уже который день испорчено исключительно из-за вас. — Он ткнул в нас одновременно двумя пальцами. — Во-первых, вы сбили Косматого, а я, между прочим, поставил на его победу в Шестичасовых гонках кучу денег.

— Зачем было ставить на волкодлака? — удивился я. — Он не был лидером.

— Он бы им стал, если бы ты не влез со своими пушками! Я слышал, что у вас были трения, но отчего ты не мог потерпеть до той поры, пока я не заберу у букмекеров свой немалый выигрыш? — Лепрекон состроил гримасу.

— Я не отличаюсь особым терпением, когда меня хотят продырявить.

— Знал бы кто-нибудь об этом раньше… — кисло заметил он. И добавил: — Во-вторых, вы купили «Шершень», который я выставил на аукцион.

— Стреколет принадлежал тебе? — Ог даже о виски забыл.

— Да. Лежал в запасниках на складе больше пяти лет.

— Так радоваться надо. Ты его продал, разбогател на пару тысяч. Чем ты недоволен?

— Достался он мне легко — арестовали его у одного преступника, передали мне, как кредитору. Но он был без демона, и я никак не мог его сбагрить.

— А купить демона не судьба?

— Я фея, что ли, и достаю деньги из воздуха? На кой Небо мне вкладываться? Тут нужна мощная тварь, а гномы высоко ценят свою работу.

— Мы все еще не понимаем причины твоего недовольства, — напомнил я.

— Мои техники считают, что ваш стреколет проклятый, — буркнул Тулл. — А вы с утра притащили его обратно в Логово! Я только-только обрадовался, что избавился от проблем.

Мы с Огом встревоженно переглянулись. Орк утратил расслабленный вид и быстро спросил:

— Проклятый? Есть причины так думать?

— Нет причин. Одна болтовня. Был у нас суеверный старикашка, он уши всем прожужжал, что, раз не покупают стреколет, значит, он проклятый. Вот некоторые придурки и подхватили. Я волшебника приглашал, тот сказал, что все нормально.

— Так чего же ты тогда по пустякам расстраиваешься? — нахмурился Ог.

— Рабочая обстановка в коллективе. Если она плохая, случается всякая дрянь на полосе. Случится дрянь, скажут, что это ваш «Шершень» ее навлек. Рабочая обстановка еще больше испортится. И опять случится дрянь. И опять найдут причину. А я теряю на этом деньги! И вся эта ерунда прекратится, только когда ваше корыто окажется в воздухе. А оно не окажется! Потому что у вас, голодранцев, нет денег на дорогого демона! И на дешевого, скорее всего, тоже!

Ог рассмеялся:

— Именно поэтому мы и пришли к тебе.

— Нет! — сразу подскочил лепрекон. — Даже не думайте! Никаких займов, ссуд и кредитов! Даже под тысячу процентов! Денег нет!

— Да у тебя от них ящик вот-вот лопнет. — Мой напарник указал горлышком бутылки на стол.

— Мой ящик! Пусть он и лопается, а вам — вот. — Тулл показал нам кукиш. — Проваливайте! Мне еще бухгалтерские отчеты проверять. Придете, когда найдете демона, а пока свою груду железа увозите с собой. Нечего пугать мой персонал.

— Покажи ему, Лас.

Я вытащил из сумки и поставил перед изумленным лепреконом небольшой кубик, свитый из золотой проволоки, в центре которого бесновалась темно-фиолетовая туча. Сказать, что у владельца Логова глаза полезли на лоб, значит не сказать ничего.

— Где вы его достали?!

— Лас нашел на помойке возле гоблинских трущоб.

Тулл раздраженно посмотрел на Ога:

— Как же. Верю. — Он наклонился над демонским узилищем. — О Небо! Придурки! Один из контуров едва дышит!

Он бросился к встроенной в стену переговорной трубе и заорал:

— Эй! Пришлите Браудина ко мне в кабинет! Живо! Бегом!!

Труба ответила согласным гулом, и Тулл, раздумав возвращаться к столу, буркнул:

— На кой вы его притащили? Это же все равно что ядро с зажженным фитилем — может взорваться в любую минуту, стоит только чуть надавить на него.

— Затем, чтобы ты вызвал Браудина, он все исправил и установил нашего парня в стреколет. — Ог отставил в сторону пустую бутылку, покосился на бар, но брать новую раздумал, увидев, как перекосилось лицо рыжего коротышки.

— Вы знаете, сколько стоит работа демонолога? Готовьте денежки.

— Платить придется тебе.

— Мне? — скривил губы лепрекон. — Ребята, я не сказочный принц и не раскидываюсь бабками направо и налево. А уж за вас я платить точно не буду. Я даже за родственников в ресторане не плачу, а вы на моих родственников точно не похожи. Рожами и ростом не вышли.

— Верно, — сказал я. — А еще у нас нет таких чудесных алмазных пряжек. Но платить придется тебе, Тулл. Без этого никуда. Тебе это выгодно, а ты из тех лепреконов, что никогда не упускают своей выгоды.

— Отлично, — сказал он, скрестив на груди маленькие руки. — Я лепрекон дела. Готов выслушать твои доводы, звезднорожденный. Надеюсь, они будут столь же хороши, как твое умение доводить меня до белого каления.

— Ну, во-первых, если контур починят, то демон не вырвется наружу, не разнесет половину Логова с этим чудесным кабинетом и баром, к которому так неравнодушен мой напарник.

Ог ухмыльнулся, Тулл нахмурился.

— Во-вторых, твои работники больше не будут отлынивать от обязанностей и просить прибавку к зарплате за риски из-за проклятого стреколета. В-третьих, если мы окажемся в воздухе, то перестанем тебя доставать и вызывать у тебя изжогу. В-четвертых, как я слышал, министерство связи крайне недовольно, что ты не в состоянии обеспечить работу особого почтового, хотя государство скостило тебе кучу налогов. Скоро на тебя насядут, и придется платить взятки. Ну и в-пятых, твой бизнес, — я говорю о том, на чем мы тебя поймали, — явно идет ни шатко ни валко. Тебе нужны летуны и прикрытие, иначе бы ты никогда не стал связываться с почтовой службой. Когда мы сможем летать, твои горячие игрушки попадут в руки клиентов. Как видишь, я назвал тебе целых пять причин, чтобы ты оплатил работу и перестал спорить из-за мелочей.

Тулл смерил меня злым взглядом, и в этот момент в дверь постучали.

— Открыто!

Высокий бородатый человек в жилете демонолога вошел в комнату, скользнул по нам взглядом, заметил узилище демона, подошел и, наклонившись, стал изучать.

— Что скажешь, Браудин? — нетерпеливо спросил лепрекон. — Восстановить получится?

— Да, — глухо промолвил тот.

— Тогда приступай к работе.

— Они оплатят? — Короткий взгляд в нашу сторону.

— Я оплачу, — выдавил из себя Тулл. — Восстанови как можно быстрее. А затем поставь его в «Шершень» и проведи все нужные проверки, чтобы стреколет поднялся в небо.

— Это займет сутки.

— Хорошо.

Демонолог надел шелковые перчатки, достал из сумки сложный прибор с присосками, взял им кубик и вышел.

— Это все? — хмуро спросил Тулл.

— Все, — утешил я его.

— Тогда проваливайте. Я потерял с вами кучу времени.

— Одно уточнение. — Ог не спешил уходить. — На тот случай, если ты запамятовал, напоминаю о прежних договоренностях. Мы возим почту, и не только почту. Ты за это платишь живой монетой. Суммы называть или…

— Не страдаю склерозом. Помню, — буркнул тот.

— Пользование полосой Логова — бесплатно. Как и стоянка с обслуживанием.

— Хорошо. Но все ремонты за ваш счет. Если разнесете мне что-нибудь — будете платить. И огнепчел тоже сами покупайте. У меня тут не пасека, чтобы ульи держать.

— Мы не против, — ответил я.

Это было вполне честно. Когда мы вышли из кабинета, Ог довольно ухмыльнулся:

— Ну что, партнер. Жизнь, кажется, налаживается?

Я очень надеялся, что он прав.