Глава 16

ЛЕНА

Сегодня суббота. Юля заехала ко мне домой — и с первого взгляда я поняла: от разговора не увернуться. В её глазах светилось неподдельное любопытство, а улыбка была слишком уж многозначительной.

— Ну, рассказывай, что у тебя с Игорем? — она приподняла бровь, скрестив руки на груди.

— Ничего, — выпалила я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. Но, судя по выражению её лица, получилось не очень.

— Ну, он тебе день через день шлёт букеты. Если бы между вами ничего не было и ты не давала ему шанса, вряд ли бы он слал тебе цветы, — в её тоне не было осуждения, только настойчивое желание докопаться до истины.

Я нервно поправила прядь волос, избегая её взгляда.

— Не знаю. Он постоянно зовёт меня на свидание. Но я не хочу. Мои родители и Аня, конечно, были бы только счастливы, если бы мы сошлись. Но…

— Но не ты? Да? Он тебе не интересен? — Юля наклонилась чуть вперёд, словно пытаясь уловить малейшую перемену в моём выражении лица.

— Нет, — выдохнула я, наконец посмотрев ей в глаза.

— Что с тобой последнюю неделю происходит? Ты сама не своя. Что ты скрываешь? Ты же знаешь, что можешь поделиться со мной всем — я пойму и поддержу, — её голос смягчился, в нём зазвучала искренняя забота.

Я молчала. Внутри всё сжималось от противоречий. Рассказать ей про Артёма? О том, как он ворвался в мою жизнь, перевернул всё вверх дном, а потом растоптал мои чувства своими жестокими словами? Нет. Не хочу даже произносить его имя вслух.

— Ничего особенного… — пробормотала я.

— Не хочешь рассказывать, — вздохнула Юля, но без раздражения, скорее с лёгкой грустью.

— Я не хочу об этом говорить, — мой голос дрогнул, и я поспешно отвернулась к окну, будто там можно было найти спасение.

В этот момент зазвонил телефон — и я буквально схватила его, как спасательный круг. Сердце подскочило от облегчения: наконец‑то пауза, передышка от этого допроса.

Я ответила на звонок. Звонила моя сестра.

— Привет.

— Привет. Как дела?

— Хорошо. Сидим с Юлей у меня.

— Понятно. А ко мне ты не хочешь в гости приехать?

— Эм… Надо? Да? — я запнулась, пытаясь скрыть замешательство.

—Просто… думала, может, ты по мне хоть немного скучаешь.

— Скучаю, конечно, — поспешила я ответить, чувствуя укол вины.

— Тогда приезжай сегодня. Олег на выходные уехал в командировку. И мне так одиноко без него.

Приехать к ней — значит увидеть Артёма. А я этого не хочу. Воспоминания о нашей последней встрече, о его ледяном взгляде и ядовитых словах всё ещё жгли изнутри.

— Может, ты ко мне приедешь? — попыталась я выкрутиться.

— Лучше ты ко мне. Поплаваем в бассейне, попаримся в сауне, выпьем вина. Давай? — её голос звучал так тепло, так приглашающе, что отказать было почти невозможно.

— Хорошо. Только я Юлю с собой возьму, — я бросила взгляд на подругу, которая внимательно следила за разговором.

— Да, конечно! — тут же откликнулась Аня.

Я положила трубку, чувствуя, как внутри нарастает тревожное волнение. Ладони стали влажными, а в груди поселилось неприятное ощущение, будто я шагаю в западню.

— Куда мы едем? К Ане? — Юля приподняла бровь, в её голосе звучало игривое любопытство.

— Да, — я ответила коротко, стараясь, чтобы голос не дрогнул. Внутри всё сжалось от нехорошего предчувствия.

— О! Наконец‑то познакомлюсь с твоим племянником, который затуманил твой разум, — Юля улыбнулась, и в этой улыбке было столько понимающего лукавства, что мне стало не по себе.

— Что? О чём ты? — я попыталась изобразить недоумение, но получилось неубедительно. Щеки предательски запылали.

— Да ладно тебе. Думаешь, я не заметила, как ты изменилась после ночёвок в том доме? — она наклонилась ближе, понизив голос. — Я не буду спрашивать, что там произошло — захочешь, сама расскажешь. Но не отрицай, что это из‑за него.

Мне хотелось закричать: «Да, из‑за него! Из‑за его слов, из‑за его взгляда, из‑за того, что он до сих пор не выходит у меня из головы!» Но вместо этого я выпалила:

— Он плохой человек. Гадкий тип. Я его обидела. А он потом наговорил таких гадостей, которые я никогда не смогу ему простить. Вот и всё. И между нами, ничего не было, если ты на это намекаешь. И быть не может!

Слова прозвучали резко, почти злобно — так, будто я пыталась убедить не Юлю, а саму себя.

— Ясно, — Юля вздохнула, но в её взгляде читалось: «Я всё понимаю, просто не хочешь признаваться». — Давай тогда собирайся, поедем.

Мы выехали. С каждым километром, приближавшим нас к дому Ани, сердце билось всё чаще. Ладони стали влажными, в горле пересохло. Я теребила край юбки, снова и снова прокручивая в голове возможные сценарии встречи с Артёмом. Что скажу? Как посмотрю в глаза? Что, если он опять скажет что‑то ранящее?

«Надо взять себя в руки. Срочно!» — мысленно приказала я, но руки всё равно слегка дрожали.

Аня открыла дверь — сияющая, с тёплой улыбкой, от которой обычно становилось легче на душе. Но сегодня даже её приветливость не могла заглушить тревогу, стягивающую грудь тугим узлом.

— Привет, сестрица! Я рада тебя видеть. Привет, Юля, — она обняла нас обеих, её объятия были крепкими, искренними. — Переодевайтесь и пойдём в бассейн, потом попаримся.

Мы прошли в дом. Я старалась не смотреть по сторонам, но взгляд невольно скользил по коридорам, дверям, аркам — искала его. И не находила.

«Артёма нигде видно не было. Фух. Это радует. Надеюсь, его нет дома. И мы не встретимся», — мысленно повторяла я, пытаясь унять бешеный ритм сердца. Но где‑то в глубине души понимала: если он здесь, встреча неизбежна. И чем дольше я буду прятаться от этой мысли, тем больнее окажется удар.

Мы лежали на шезлонгах возле бассейна, лениво потягивая коктейль. Солнце щедро разливало по саду золотистые лучи, воздух дрожал от зноя, а лёгкий ветерок приносил свежесть и едва уловимый аромат цветущих кустов. Аня включила ненавязчивую музыку — мягкие ритмы плавно вливались в атмосферу, и постепенно моё напряжение начало таять.

Юля, расположившись рядом, с улыбкой рассказывала о парне, с которым недавно ходила на свидания:

— Ничего серьёзного, честно говоря. Встретились пару раз — просто для настроения. Поняли, что не подходим друг другу, и спокойно разошлись. Без драм, без обид.

Мы с Аней рассмеялись, и на пару минут стало легко и беззаботно. Но потом Аня, словно невзначай, перевела разговор на меня:

— А ты как, Лен? С Игорем всё складывается? Мы с Олегом так рады, что вы вместе пришли в ресторан. Вы так гармонично смотрелись!

Я резко поставила бокал на столик. Внутри снова поднялась волна раздражения — не на Аню, конечно, а на саму ситуацию, на эти вечные ожидания, которые все вокруг так старательно на меня проецируют.

— Между нами ничего нет, — ответила твёрдо, глядя ей в глаза. — Совсем.

Аня не сдавалась. Её голос звучал мягко, но настойчиво: — Но он такой надёжный, такой внимательный… Ты только посмотри, как он о тебе заботится: цветы, звонки, приглашения. Он явно заинтересован.

Я глубоко вздохнула, подбирая слова. Не хотелось обидеть Аню — она ведь от чистого сердца, — но и притворяться я больше не могла.

— Аня, он действительно хороший человек. Серьёзный, ответственный, умеет ухаживать. Но… он меня не интересует. Совсем. И дело не в нём — дело во мне.

Она слегка нахмурилась, будто пыталась понять, что скрывается за моими словами.

— Ты же знаешь, как мы все переживаем за тебя. Хочется, чтобы ты была счастлива. Чтобы рядом был человек, который будет тебя ценить, беречь…

— Я счастлива, — перебила я, и в этот раз мой голос прозвучал тише, но твёрже. — По‑своему. Мне хорошо одной. Отношения… они сейчас не входят в мои планы. И я не раз об этом говорила.

Юля молча слушала, наблюдая за нами. В её взгляде читалось понимание — она знала, что за моей уверенностью прячется что‑то большее, но не стала лезть с расспросами.

Аня вздохнула, но улыбнулась: — Ладно, сестрёнка. Я просто хочу, чтобы ты знала: мы всегда на твоей стороне. Даже если ты выбираешь идти своим путём.

Я кивнула, чувствуя, как в груди теплеет. Спасибо ей за это — за то, что, несмотря на все её попытки «устроить моё счастье», она всё же уважает мой выбор.

Мы снова замолчали, наслаждаясь солнцем и тихим шелестом листвы. Музыка плыла в воздухе, коктейль грелся в бокале, а я пыталась убедить себя, что всё в порядке.

Но где‑то на краю сознания всё равно маячил образ — тот самый, от которого я так упорно бежала.

Я сделала глоток коктейля, пытаясь сосредоточиться на вкусе — сладковатом, с лёгкой кислинкой, — но мысли снова и снова возвращались к тому, о ком я не хотела думать.

«Почему он не выходит из головы? — мысленно спрашивала я себя. — Ведь всё ясно: он груб, эгоистичен, не ценит ничьих чувств. После его слов в тот вечер… Как можно вообще вспоминать о нём?»

Но память предательски воскрешала другие моменты: его смех, когда он действительно был искренен; взгляд, в котором на секунду проступала уязвимость; жесты, говорившие больше, чем слова. И от этого противоречия становилось ещё тяжелее.

Юля, будто почувствовав моё состояние, тихо спросила:

— Всё в порядке?

Я кивнула, не глядя на неё:

— Да. Просто… жарко.

Аня, к счастью, переключилась на другие темы — рассказывала о планах на отпуск, о новых идеях для бизнеса Олега. Её воодушевление было таким искренним, что постепенно я начала расслабляться, втягиваться в разговор.

Но тут мы услышали голоса.

К бассейну направлялась группа: Артём, двое парней и три девушки. Все в пляжной одежде, с полотенцами — явно собирались купаться.

— Привет, тётушки! Отдыхаете? — бросил Артём с широкой, почти ослепительной улыбкой.

В этот момент он вдруг стал похож на того самого Артёма, которого я увидела при первом знакомстве: беззаботного, легкомысленного, чуть инфантильного.

«Тётушки»… Внутри всё сжалось от раздражения.

— Какая я тебе тётушка? — нахмурилась Аня. — Я вообще‑то твоя мачеха.

— Привет, мачеха и тётушки, — с нахальной усмешкой повторил он.

Юля покосилась на меня, и я без труда прочитала её мысли: «Ну и тип… И что ты в нём нашла?» Я отвела взгляд, стараясь сохранить равнодушное выражение лица.

— Мы тут немного повеселимся? — Артём обвёл нас взглядом. — Если вы не против.

— Конечно, не против, — тепло ответила Аня. — Я пошла за коктейлями, сейчас вернусь.

Ребята без церемоний стянули футболки и с громкими возгласами попрыгали в бассейн — брызги разлетелись во все стороны, окатив нас свежей прохладой. Девушки, уже в купальниках, грациозно спустились по лестнице в воду.

«Уф… Чувствую, надолго меня не хватит», — пронеслось в голове.

Девушки тут же оживились: смеялись, плескались, без стеснения висли на парнях, игриво отталкивали их, а потом снова придвигались ближе. Всё это выглядело до тошноты наигранно и пусто.

А рядом с Артёмом неотступно крутилась фигуристая блондинка — то коснётся его плеча, то засмеётся над его шуткой, то «случайно» заденет бедром. Меня от этой картины буквально мутило. Но я не уйду. Ни за что не покажу, что это задевает.

Аня вернулась с подносом, на котором стояли яркие коктейли. Я схватила свой стакан, сделала большой глоток. Надела солнцезащитные очки, откинулась на шезлонге и закрыла глаза, делая вид, что собираюсь просто загорать и ни на кого не смотреть.

Но даже сквозь тёмные стёкла я чувствовала его присутствие. Каждый всплеск воды, каждый смех, каждое слово — всё напоминало, что он здесь. Рядом. И что я никак не могу перестать думать о нём.

— Тёть Лен, а где твой любимый? Почему он не с тобой сегодня? — выкрикнул Артём с саркастичной улыбкой.

Я сняла очки и посмотрела на него. «Ну что тебе от меня нужно?» — пронеслось в мыслях.

— У нас сегодня девичник, — ответила за меня Аня.

Но он не обратил внимания на её слова — продолжал смотреть на меня, пока блондинка висела у него на плече.

— Или… ты ему уже надоела? — бросил он с издёвкой.

В этот момент вся его компания, включая его самого, разразилась хохотом.

«Так меня ещё не унижали», — мелькнуло в голове. «Какой же он жалкий козёл».

Я сжала край шезлонга, глубоко вдохнула, собрала всю волю в кулак — и ответила, чётко, холодно, глядя ему прямо в глаза:

— Я рекомендую тебе заняться своей личной жизнью. А моя — не твоё дело.

Тишина повисла над бассейном — смех оборвался так резко, будто кто‑то выключил звук. Артём на секунду замер, его улыбка дрогнула. Он хотел что‑то сказать, но не нашёл слов.

Юля тихо хмыкнула рядом со мной, бросив на меня одобрительный взгляд.

Я снова надела очки, откинулась на шезлонг и закрыла глаза. Солнце грело лицо, вода шумела, музыка играла — но внутри была ледяная пустота.

«Всё. Больше ни взгляда. Ни слова. Ни намёка на то, что он меня задевает», — твердила я себе. Но сердце билось так, будто пыталось вырваться из груди.

Но мои нервы уже не выдерживали этого хохота, этого наигранного веселья, этих липких взглядов блондинки, то и дело цеплявшейся за Артёма. Каждое её прикосновение, каждый её заливистый смех будто вонзались в меня крошечными иголками. Я резко встала с шезлонга, схватила бокал с коктейлем.

— Я пойду в сауну. Вы со мной? — голос прозвучал ровнее, чем я ожидала, хотя внутри всё ходуном ходило.

— Я ещё позагораю, — отозвалась Аня, не отрывая взгляда от своего телефона.

— Я тоже, — поддержала Юля, лениво переворачиваясь на живот. — Тут и так жара, а ты ещё в сауну собралась.

«Ладно, что ж, пойду сама. Лишь бы подальше от этого самодура», — мысленно выдохнула я, сжимая бокал так, что пальцы побелели.