Глава 11

Почему-то я была уверена, что Слоутер привезёт меня в королевскую темницу, так как беглым незаконным дочерям, которые не понимают своего «счастья», там самое место. Вид двора, куда мы всей компанией шагнули из портала, только укрепил меня в этих подозрениях. Вокруг, несмотря на дневное время, было сумрачно, а высокие каменные стены позволяли видеть лишь небольшой кусочек серого осеннего неба. Но, как ни странно, не было видно ни стражей, ни охраны – никого, кто мог бы задержать меня и препроводить к королю. Или Слоутер рассчитывал, что со мной ему дополнительная силовая поддержка не понадобится? – Я тебе помогу, – неожиданно едва слышно сказал Слоутер, наклоняясь и делая вид, что завязывает шнурок, – просто доверься мне. – Тебе? – я тоже говорила негромко, хотя сама не до конца понимала, почему. – И у тебя хватает наглости говорить такое? – Просто поверь, Ванесса, я тебе не враг, – быстро прошептал Слоутер и выпрямился. Я хотела сказать что-нибудь язвительное, но промолчала. Не столько из-за того, что поверила ему, а потому что в углу с противным скрипом открылась дверь, и на площадку вышел немолодой мужчина в расшитой золотом ливрее. – Лорд Лаверли, – он низко поклонился, – его величество ждёт вас в синем кабинете. – Благодарю вас, Симпсон, – тот, кого я знала под именем Арчибальда Слоутера, кивнул, но на его лице не отразилось совершенно никаких эмоций. – Мы как раз туда направляемся. В быстром взгляде, который бросил на меня Симпсон, мелькнуло жгучее любопытство, впрочем, тут же сменившееся вежливым равнодушием. – Позвольте вас проводить, – человек, бывший, скорее всего, одним из секретарей короля Вальтера, обогнал нас и открыл дверь, снова мерзко скрипнувшую. С таким звуковым сопровождением никаких сигналок не надо: половина дворца услышит и сбежится, ежели что. – Благодарю, Симпсон, – в голосе Слоутера было такое аристократичное пренебрежение, замаскированное под вежливость, словно он всю жизнь не поиском государственных преступников – ну и беглых дочек – занимался, а со светских раутов не вылезал. Хотя что я о нём знаю? Правильно – ничего. Мы вышли в коридор, такой же мрачный, как и площадка, на которую прибыли, при этом, обернувшись, я с изумлением увидела, что Слоутер подхватил на руки Герхарда. Фамильяр скорчил недовольную физиономию, но вырываться как-то не торопился. На меня при этом он старался не смотреть. – Ему сложно будет за нами успевать, – невозмутимо объяснил свой поступок мнимый контролёр, – поэтому так намного рациональнее. Кстати, корзинку тоже можешь отдать мне. – Нет уж, – фыркнула я, подумав, что ещё припомню Герхарду это предательство, – пусть хотя бы Жанин останется со мной. – Как скажешь, – равнодушно пожал плечами Слоутер, – хочешь тащить корзинку – тащи, кто я такой, чтобы мешать тебе? – А вот это просто замечательный вопрос, – я остановилась и повернулась к вынужденно притормозившему обманщику, – очень хотелось бы знать, кто ты такой на самом деле. – Я лорд Стивен Лаверли, капитан «королевских гончих», – помолчав, ответил он, – но ты можешь по-прежнему звать меня Слоутером, я не возражаю, мне даже нравится. – Ого, – я демонстративно покачала головой, – за мной отправили целого капитана?! Наверное, я должна чувствовать себя польщённой, но, извини, как-то не получается. – Виктория… Ванесса… – он явно не мог определиться, как ко мне обращаться, и я, глядя ему прямо в глаза, сказала: – Называй меня Викторией, так как Ванесса – это имя для своих, так меня называют близкие, и ты в их число совершенно точно не входишь. – Мы ещё поговорим об этом, – не поддавшись на провокацию, ответил Слоутер. Называть его Стивеном или тем более лордом Лаверли у меня никак не получалось. Тем временем мы, преодолев несколько лестниц и бесчисленное количество поворотов и коридоров, оказались перед самой обычной на вид дверью. Только перейдя на магическое зрение, можно было различить тонкие нити охранных заклятий, плотным узором опутывающих как саму дверь, так и стену вокруг. Симпсон вытащил из кармана ключ, и через минуту створки бесшумно распахнулись, пропустив нас в небольшую приёмную. Секретарь быстро пересёк её и, постучав, скользнул в кабинет. Через несколько секунд он появился снова, торжественно провозгласив: – Его величество готов вас принять. Можно подумать, мне этого вот прям очень хочется! Если бы не угроза Слоутера, в реальности которой я ни на секунду не сомневалась, я бы и на сотню миль не подошла бы не то что к этому кабинету, а вообще к дворцу. Но мои размышления, разумеется, никого не интересовали, поэтому я, глубоко вздохнув, вслед за Слоутером вошла в неожиданно хорошо обставленную комнату. И дело было не в ценности мебели или прочих элементов интерьера, а в том, что это был действительно рабочий кабинет. Затянутые синим шёлком стены, книжные шкафы, пара картин на стенах, большой ковёр в центре. За столом, с которого чуть ли не сыпались всевозможные бумаги, никого не было, и я удивлённо огляделась. Король Вальтер обнаружился на небольшом диване. Он вальяжно откинулся на спинку, положив руку на мягкий подлокотник, и молча рассматривал меня. – Ваше величество, – Слоутер коротко, по-военному, поклонился, – ваше распоряжение выполнено. – Вижу, – процедил монарх, – ты молодец, Стивен, можешь передать Жерому, что я больше не сержусь. Он может возвращаться в часть, но пусть имеет в виду, что в следующий раз я не буду столь лоялен и не позволю тебе вытаскивать его из той задницы, в которую он с завидной регулярностью попадает. – Благодарю, ваше величество, – глядя куда угодно, но не на меня, ответил Слоутер, – вы, как всегда, справедливы и великодушны. – Ну-ну, – король перевёл взгляд на мою скромную персону, и я почувствовала, какая мощь скрывается за этой, в общем-то, обычной внешностью. Мне показалось, что в меня врезался таран, постаравшийся разорвать в клочья мою защиту, но я не зря по пути сюда собирала всю отпущенную мне силу. Давление ослабло, а на лице короля появилась и тут же пропала довольная ухмылка сытого хищника. – Виктория, – проговорил он, скользя по мне взглядом, – ты даже сильнее, чем я предполагал, и это просто замечательно. Но почему ты пряталась, дитя моё? Неужели ты могла предположить, что я смогу, а главное – захочу, причинить вред собственной дочери?! – Да запросто! – не удержалась я. – И не задумались бы, ваше величество. Король какое-то время пристально всматривался в меня, а потом расхохотался, запрокинув светловолосую голову. – Смелая, но слишком импульсивная, – сделал он вывод, – опасная комбинация для носителя сильного дара. Правильно, что женщин не подпускают к серьёзному колдовству: они излишне эмоциональны. – Тогда, может, я пойду? – я вдруг почувствовала, что мне не страшно. Столько лет я панически боялась этой встречи и, видимо, исчерпала запасы страха. Осталась лишь глубокая искренняя ненависть к сидящему на диване человеку и к тому, как легко он распоряжался моей жизнью и судьбами других людей. – Конечно, – с добродушием сытого тигра кивнул король Вальтер, – вот познакомишься со своим будущим супругом – и пойдёшь. – Супругом? – я по-прежнему стояла посреди кабинета, так как присесть нам со Слоутером никто не предложил. – Я так понимаю, что моё мнение никого не интересует? – Абсолютно, – не стал спорить король, – ты очень сильна, Виктория, и, не будь у меня двух сыновей, я бы даже, возможно, признал бы тебя. Но они есть, так что в тебе нет особой необходимости. Но ведь не позволять же столь ценной крови пропадать, правда? Это было бы неоправданным расточительством, а я к нему не склонен. Поэтому… Симпсон! В кабинет скользнул уже знакомый мне секретарь с папкой в руках, при этом он почему-то старательно избегал встречаться со мной взглядом. – Итак, кто там у нас? – лениво потянулся король, даже не взглянув на Симпсона. – Граф Морис Карбитч, – открыв папку, отрапортовал секретарь, – сорок три года, вдовец, уровень пятый, «стандарт», лоялен к королевской семье, проживает в уединённом замке. – Сорок три года?! А что, постарше никого не нашлось, ваше величество? От возмущения я даже остатки робости и неуверенности растеряла. Естественно, я сразу вспомнила того человека, с которым Слоутер разговаривал в моём сне. Или правильнее будет называть это видением? – Прекрасный возраст, Виктория, – отмахнулся король Вальтер, – у него «стандарт», но прекрасно сочетающийся с твоей тёмной силой. – К сожалению, ваше величество, лорд Карбитч не может выполнить возложенную на него важную миссию, – неожиданно прорезался Слоутер. – Неужели? – король нахмурился. – И что же случилось? – Видите ли, ваше величество, лорд Морис внезапно понял, что не заслуживает столь высокой награды, и, чтобы доказать свою верность короне, отправился на хизарские рубежи в качестве казначея пятнадцатого гарнизона. Его прошение подписал генерал Стоунер вчера вечером. – Как хорошо, что лорд Карбитч был не единственным кандидатом, верно, Стивен? – король внимательно посмотрел на застывшего памятником Слоутера. – Симпсон, кто там ещё? – Лорд Винсент Ровхиль, – зашуршал бумагами секретарь. – Сорок лет, дважды вдовец, уровень седьмой, «премиум», тёмный маг. – Увы, ваше величество, – Слоутер огорчённо вздохнул, – лорд Ровхиль внезапно покинул нас сегодня ночью. – В каком смысле покинул? – у меня сложилось впечатление, что король действительно удивлён. – Тоже сбежал? – Нет, ваше величество, – притворно опечалился Слоутер, – его нашли мёртвым в каретном сарае, где он… развлекался. Вы ведь знаете, что у покойного были более чем своеобразные вкусы в отношении молодых девушек. Видимо, кто-то из родственников не выдержал и пристрелил озорника. Эти плебеи такие сентиментальные! – Какая неприятность, – его величество задумчиво побарабанил пальцами по подлокотнику дивана, – как хорошо, что я не ограничился двумя претендентами. Как чувствовал, что никому нельзя доверять! – А может, это знак, что с моим замужеством можно повременить? – вежливо поинтересовалась я, хотя и понимала, что моё мнение не учитывается совершенно. – Раз женихи разбегаются, как тараканы? – Я не меняю своих решений, Виктория, – в голосе короля отчётливо звякнули металлически нотки, но мне-то терять было нечего, поэтому я продолжила. – А давайте подумаем, ваше величество, может быть, мои способности можно использовать как-нибудь иначе? Я неплохой целитель, могу работать со сложными ранениями, даже в боевых условиях. – В боевых? – выгнул бровь король Вальтер. – Ну да, есть же у нас где-нибудь боевые условия… – тут я покосилась на Слоутера. – Вообще-то нет, – его величество откровенно развлекался. – Но если тебе нужны именно боевые, то мы можем на кого-нибудь напасть или, например, навести порядок в отдалённых провинциях. А то там, в этих маленьких городках, порой такое безобразие творится! – Намёк поняла, – я чувствовала, что моего самообладания, порой граничащего с дерзостью, надолго не хватит. – Пусть провинция живёт спокойно… – Ты всё-таки мягкотелая, Виктория, – с откровенным разочарованием проговорил король, – выбирая между своими интересами и благополучием всех остальных, всегда нужно выбирать себя, дитя моё. В этом мире ты либо хищник, либо жертва. Ты, судя по всему, относишься ко вторым. А жаль, Виктория, вот веришь, действительно жаль. – Не верю, но это не имеет никакого значения, – невесело улыбнулась я, в очередной раз осознавая, что мы с этим совершенно чужим человеком, для которого жизнь любого другого – лишь разменная монета, никогда не сможем понять друг друга. – Итак, Симпсон, – король повернулся к пытающемуся слиться со стеной секретарю, – назови тех, кто остался в списке. Можно без подробностей, только имена. Зашуршали листы бумаги, и Симпсон, откашлявшись, начал зачитывать. – Лорд Андриан Сноуфилд… – Тяжело заболел, – с притворным сожалением прокомментировал Слоутер. – Лихорадка, ваше величество. Лекари говорят, оправится очень нескоро. – Граф Даниэль Бардсов… – Упал с лошади и до сих пор без сознания, – голос Слоутера был полон сочувствия. – Лорд Оливер Кайстридж… – Отправился в паломническую поездку в Хизар. Нести свет истиной веры, так сказать… Его величество смотрел куда-то в окно, и его губы едва заметно подрагивали, но я не могла понять: от гнева или от сдерживаемого смеха. – Лорд Кайтек Мачиньски, – совсем тихо проговорил секретарь и аккуратно закрыл папку. – Дай угадаю, Стивен, – король Вальтер неожиданно проницательно взглянул на Слоутера, – наш бравый Кайтек заболел? Отправился к северным варварам учить их искусству придворного этикета? Скоропостижно скончался? Ранен на охоте, на которую он никогда не ездит? – Ну что вы, ваше величество, – вроде как даже обиделся Слоутер, – лорд Мачиньски решил, что его жизнь слишком скучна и однообразна, и подался в пираты. Сейчас, я полагаю, он уже где-то далеко в море. Его величество встал и молча прошёлся по кабинету, затем остановился у окна и какое-то время смотрел в него. Потом он резко повернулся и впился взглядом в Слоутера. – Замечательно! – довольно потирая руки, воскликнул он. – Просто великолепно, лорд Лаверли! Как изящно и оперативно! Ты смог удивить меня, Стивен, а со мной подобного не происходило очень давно. За это я даже прощаю тебе такую дерзость. – Рад, что смог доставить вам удовольствие, ваше величество, – поклонился Слоутер, – но, поверьте, я не имею к произошедшему ни малейшего отношения! – Конечно, не имеешь, – не стал спорить король, а я в абсолютной растерянности переводила взгляд с одного мужчины на другого. Это что же получается, Слоутер устранил всех, кого король Вальтер прочил мне в мужья? То есть Герхард был прав, когда говорил, что лже-контролёр меня защищает?! Но почему? – Впрочем, ты выполнил свою главную задачу: нашёл Викторию и привёз её во дворец, – его величество снова посмотрел на меня, – думаю, дочь моя, тебе хочется отдохнуть? Тебя отведут в гостевые комнаты, там ты сможешь привести себя в порядок, – тут он окинул презрительным взглядом мою более чем скромную одежду, – и переодеться. Раз уж так получилось, что знакомство с супругом, выбранным для тебя, откладывается, – тут по губам монарха скользнула не слишком приятная улыбка, – то, полагаю, тебе можно присоединиться к нам за вечерним чаем. Принцам будет интересно на тебя взглянуть, Виктория. – Принцам?! Неожиданно раздавшийся из корзинки вопль заставил вздрогнуть абсолютно всех присутствующих, а секретарь Симпсон чуть не уронил папку. Даже Слоутер, знавший о присутствии Жанин, нервно дёрнулся. – Что это? Его величество с искренним недоумением посмотрел на корзинку, которая сейчас активно раскачивалась у меня в руках. Жанин, услышавшая заветное слово, пришла в неимоверное возбуждение и теперь пыталась выбраться на свободу. – Это мой фамильяр, Жанин, – вынуждена была ответить я, – она, видите ли, жаба, и у неё есть своя навязчивая идея. – У жабы? – аккуратно уточнил король. – Именно, – подтвердила я, – она уверена, что является заколдованной принцессой, и для того, чтобы расколдоваться обратно, ей необходим принц. – Зачем? – так же коротко спросил его величество, не отрывая взгляда от дёргающейся корзинки. – Он её поцелует, и она снова станет принцессой, – чувствуя себя полной дурой, ответила я. – Как интересно, – задумчиво протянул король, – а она уверена, что трансформация обязательно произойдёт? – Откуда я знаю? – прозвучало очень по-простонародному, но никто – даже король Вальтер! – не обратил на это внимания. – То есть у тебя два фамильяра, правильно я понимаю? – зачем-то уточнил король, рассматривая хмурого кота, по-прежнему сидящего на руках у Слоутера. – Да, это Герхард, фамильяр, которого я получила на последнем курсе академии, – смысла скрывать не было никакого, поэтому я отвечала честно. – А Жанин я нашла около года назад, и она сама решила, что станет моим фамильяром. – Был проведён какой-то обряд? – интерес короля к этому вопросу был, честно говоря, странным, но нужно же как-то выстраивать отношения, чтобы меня не заперли под замок и оставили возможность сбежать при первом же удобном случае. – Да, Жанин произнесла заклинание, и связь установилась. Не спрашивайте меня, какое именно, я всё равно не знаю и воспроизвести не смогу ни при каких условиях. – Чрезвычайно интересно, – его величество Вальтер задумчиво потёр тщательно выбритый подбородок, – скажи, Виктория, я могу поговорить с твоим фамильяром? Не то чтобы мне было нужно твоё разрешение, но без него она может не захотеть со мной общаться. – Вторая фраза была явно лишней, – проворчала я, – я спрошу, но Жанин сама решает, с кем ей разговаривать, а с кем – нет. Я откинула льняную салфетку, под которой сидела жаба, и, вздохнув, спросила: – Жанин, его величество хочет с тобой поговорить, ты согласна? – Король? – жаба попыталась выглянуть из корзинки, но стенки были слишком высокими. – А он женат? – Боги, Жанин, не задавай дурацких вопросов! – прошипела я, стараясь не замечать ироничной ухмылки его величества и круглых глаз Симпсона. – Какая тебе разница? Ты же принца хотела… – Ванесса, король по любому лучше принца, – громким шёпотом заявила жаба, – принц пока ещё до короля доживёт! Хотя… есть варианты, позволяющие существенно ускорить процесс. – Его величество женат, – отрезала я, – и если ты перестанешь его провоцировать, то я позволю тебе поговорить с самым настоящим королём. Ты же, сидя на листе кувшинки, мечтала именно об этом, я ничего не путаю? – Ну хорошо, – соизволила согласиться Жанин, и я аккуратно, проклиная мысленно тот день, когда притащила её из болота, вынула жабу из корзинки. – Который из них король? – осведомилась жаба, с комфортом устроившись на моей ладони. – Впрочем, не отвечай, я сама разберусь. Жанин окинула взглядом выпученных глаз всех присутствовавших в комнате мужчин и что-то негромко проурчала. Герхард прикрыл глаза лапой и сделал вид, что никогда со столь невоспитанной особой знаком не был. – Так, ну, тебя я знаю, – Жанин мельком глянула на Слоутера, который, я могла в этом поклясться, получал от устроенной жабой сцены огромное удовольствие, – вот тот с папкой королём быть не может, у него слишком испуганный вид. Остаёшься ты, – тут она уставилась на его величество, – я права? – У тебя не слишком воспитанный фамильяр, Виктория, – прохладно оценил демарш жабы король, – впрочем, чего ещё можно ждать от особы, выросшей на болоте. Хотя не исключаю, что подобное поведение – дань этой форме, которая не способствует соблюдению правил этикета. Итак, госпожа Жанин, говорите, вы заколдованная принцесса? – Конечно, – гордо ответила жаба и с пафосом добавила, – но я верю в то, что час моей свободы близок! – Прекрасно, я очень рассчитываю стать свидетелем этого удивительного события, – сообщил король и вкрадчиво уточнил, – а не подскажете, принцессой какого государства вы являетесь? – Не подскажу, – тут же откликнулась Жанин, – после превращения, скорее всего, вспомню, а сейчас у меня полная амнезия. Ванесса, это ведь так называется? У меня было много вариантов, как назвать то, что устроила Жанин, но приличных среди них не было ни одного, поэтому пришлось согласиться на амнезию и молча кивнуть. В кабинете повисла вязкая тишина, не нарушаемая ни единым звуком, но потом король, видимо, приняв какое-то решение, распорядился: – Симпсон, позови лакеев, пусть проводят Викторию в гостевые комнаты. Потом пришлёшь к ней горничную, а вечером пусть её проводят в малую столовую, мы будем там пить чай. Симпсон кивнул и мгновенно исчез за дверями, прихватив папку с именами моих несостоявшихся мужей. – В качестве кого я буду присутствовать на чаепитии? – несколько неожиданно для самой себя спросила я и в ответ на удивлённый взгляд короля пояснила. – От этого будет зависеть то, как мне одеться. Не люблю чувствовать себя глупо и смешно. В глазах его величества мелькнуло и тут же погасло одобрение. – Это будет почти исключительно семейное мероприятие, так что я представлю тебя тем, кто ты есть, – сказал король, подумав, – ты моя дочь, хотя и незаконная. Талантливая дочь, – зачем-то добавил он. Я удивлённо пожала плечами, но спорить не стала, понимая всю бессмысленность любых протестов и возражений. – Стивен, ты тоже приходи, – внезапно решил его величество, – пусть у Виктории будет хотя бы одно знакомое лицо. К тому же… ты так много сделал для неё, не так ли? Интересно, что именно король имел в виду? То, что Слоутер нашёл и поймал меня, или то, что он на какое-то время отодвинул ненужное мне замужество? Впрочем, подумать над этим мне не дали: в кабинете возник неизменный Симпсон, который доложил, что лакеи ждут. Я посадила Жанин обратно в корзинку и, убедившись, что Слоутер с Герхардом на руках идёт следом, вышла из королевского кабинета.