3. Маша

Там меня встречает строгая дама, которая с нескрываемым интересом осматривает меня.

- Аааа… - показывает рукой на мой сапог подмышкой.

- В лифте застряла, - поясняю я, натягивая то, что было сверхмодным предметом обуви до встречи с тем самым мужиком. – Я на собеседование пришла.

- Ну, хорошо, проходите, - показывает мне на стул. – Сначала со мной пообщаетесь. Я руководитель дирекции персонала. Зовут меня Констанция Сергеевна.

Не могу сдержаться и приподнимаю бровь.

- Да, Констанция Сергеевна, - повторяет она, недовольно глядя на меня. – Вы, я так понимаю, Мария Синичкина.

Киваю.

- Я посмотрела ваши документы. Расскажите немного о себе.

Я рассказываю. Все, как учил шеф. Рассказываю и сама себе завидую, какая я классная получаюсь. Я бы точно взяла себя такую на работу. Но, если Констанция Сергеевна решит иначе, я буду не против.

- Хочу сразу предупредить вас, - говорит она. – График работы будет ненормированный. Босс любит задерживаться или работать по выходным. Вы должны быть гибкой, на многое закрывать глаза. Понимаете? – проникновенно заглядывает мне в глаза.

Хм… знала бы она, зачем я здесь. Эх, Констанция, тысяча чертей, Сергеевна, тяжко обманывать тебя с таким-то именем, но что поделать. Сергей Германович, и двойной оклад мне дороже.

- Я понимаю, - говорю серьезно. – И готова.

- Вы не замужем и детей нет. Так? – читает мою биографию.

- Так.

- Замечательно. Завтра пройдете с утра медкомиссию в нашем медцентре. Я вам адрес напишу. Потом приедете на работу.

- Это значит, что меня приняли? – уточняю на всякий случай.

- Условно – да.

- Хм… условно?

- Вам надо еще непосредственно с Русланом Тимуровичем пообщаться. Он примет окончательное решение.

- Понятно.

- Подождите, я сейчас уточню, сможет ли он вас принять.

И Констанция Сергеевна звонит куда-то.

- Так, - говорит уже мне, - идите в приемную. Как выйдете, вторая дверь слева. Там секретарь вам все покажет. Руслан Тимурович скоро вас примет.

- Хорошо, - я встаю и поворачиваюсь к ней спиной.

- Ой! – восклицает она.

Оборачиваюсь.

- У вас там шубка, - кивает мне на спину.

Я начинаю крутиться как волчок, чтобы разглядеть, что же там «ой».

О нет! Снизу на спине красуется черное, такое жирное пятно. Я понимаю, что это смазка лифтового оборудования, куда была частично зажевана моя, вернее, не моя, шубейка. Этот недоразвитый эмбрион семейства шубных.

Боже.

Мне конец.

Снимаю шубу и осматриваю. Ну, есть и хорошие новости, дырки нет. Так, чуть примяло, облезло, ну и покрасило. Дома попробую вывести это пятно.

Опять надеваю вещь с подиума и вспоминаю Аллочку. Пока мне лучше в редакции не показываться.

Прощаюсь и иду в приемную. Ну вот, сейчас я и познакомлюсь с будущим отцом своего ребенка. Господи, даже думать об этом смешно. А ничего так репортаж-то получится. Я прямо загораюсь идеей рассказать о поисках суррогатной матери.

Поэтому решительно стучусь и захожу. А вот и секретарь. Наверняка, звезда соцсетей. Ну, я не удивлена. Вот и осеменял бы ее. Чем не устраивает?

- Я на собеседовании, - говорю, поздоровавшись.

- Садитесь, - показывает мне на стул. – Руслан Тимурович пока занят. Просил подождать.

Окей.

Проходит минут двадцать. Я снимаю шубу. Жарко. Жду.

Заодно пока набираю сообщение, что у меня сломался каблук. Получаю ответ:

«За тобой заедет Михаил. Напиши ему минут за двадцать, как выходить будешь».

Опять этот Михаил. Но выбирать не приходится.

Проходит час. Секретарь что-то там шебуршится в бумагах, перебирает папки. Осматриваюсь. В углу стоит большой аквариум с рыбками. Ну, как с рыбками, с рыбами. Каждая как две мои ладони. Нафига такие в аквариуме? Может, на обед выращивают? Не удивлюсь. Рыбы серые, страшные. Плавают туда-сюда.

А что делаю я? Отсиживаю попу, которая уже начинает ныть. Мне кажется, я никогда так долго еще не сидела.

- Простите, а обо мне не забыли? – напоминаю.

Секретарь окидывает меня презрительным взглядом. Я без труда читаю в нем ответ на свой вопрос: «Сиди и жди, когда господин вспомнит о тебе».

Если бы не это задание, послала бы я все и ушла. Но что делать. Может, и правда человек занят. Все-таки, директор.

Вздыхаю и жду дальше.

Так проходит три часа. И это капец. У меня все затекло. Пятно на шубе окончательно высохло и теперь фиг отмоется. Я хочу есть. Благо в туалет меня отпустили и я сбегала туда. Воды тоже дали. И на этом спасибо.

Под конец третьего часа я просто задремала. А что еще делать? На телефоне зарядка почти села. Копошение секретаря перед глазами так разморило, что я, закинув голову назад, прижавшись к стене, задремала.

И мне приснился… лифт. Как будто я в нем еду вверх-вниз и обратно и выйти не могу! Он, вроде, и останавливается, а двери не открываются! Я в панике мечусь, но что толку? Лифт – моя персональная тюрьма.

И вдруг голос.

- Мария. Мария. Синичкина!

Распахиваю глаза – секретарша теребит меня за плечо.

- Вы уснули, что ли? – удивленно смотрит. А что еще делать-то?!

- Задумалась, - трясу головой, прогоняя морок.

- Так задумались, что храпом пираний испугали, - ворчит секретарь. Поворачиваюсь в сторону аквариума.

Рыб и правда не видно. Ну, не уплыли же они. Вглядываюсь.

Ну, точно, вон, сидят за корабликом. Так, стоп. Я вообще-то не храплю.

О чем и сообщаю секретарю.

Она лишь усмехается.

- Вы можете идти, - произносит потом.

Ну, наконец-то! Встаю и направляюсь к кабинету директора.

- Куда? - секретарша бросается передо мной на дверь.

- Туда, - киваю. – Вы же сказали: можете идти.

- Домой, - невозмутимо произносит она. – Домой можете идти.

- В смысле? – не понимаю. Что с ней? Заработалась?

- Сегодня Руслан Тимурович не сможет вас принять, - поясняет она. – Переговоры затянулись. Встреча переносится на завтра. Вот в клинику сходите и потом сюда приходите. Он вас примет.

Сжимаю кулаки. И почему теперь я не удивляюсь, что он не может заделать ребенка обычным способом?

Послать бы все и, прежде всего, этого Руслана. Но нет. Я же взрослая. Я работаю. Это моя работа.

Поэтому натягиваю улыбку.

- Ладно, - говорю секретарю. – До завтра.

Выхожу из приемной и, наконец, рычу. Набираю Михаилу. Через двадцать минут он будет у входа ждать меня и отвезет домой.

Я все точно рассчитала. Двадцать минут, чтобы преодолеть тридцать пролетов по лестнице. В лифт я сегодня больше не войду.

Поскольку в таких сапогах идти невозможно, снимаю оба и иду в колготках. Все равно уже пропали.

Моего задора хватает на десять этажей. Потом я понимаю, что все. Нужен перерыв. Прислоняюсь к стене.

Я ненавижу эту шубу. Мне жарко. Но снять ее – значит в придачу к сапогам тащить и эту тварь волосатую.

Осматриваюсь и решаю открыть окно. К счастью, на лестнице никого. Обычно же люди пользуются лифтом. Обычно.

Открываю форточку, закидываю сапоги на узкий подоконник и с удовольствием подставляю лицо морозному воздуху. Закрываю глаза. Уже лучше.

Вдруг снизу раздается сигнал клаксона. В мое умиротворенное сознание он врывается как-то слишком резко. Я взмахиваю руками. Открываю глаза – о ужас. Один сапог летит вниз. Тот самый, без каблука. Успеваю подхватить второй и осторожно выглядываю вниз.

Двадцатый этаж.

Летящий сапог.

А внизу стоит кто-то. Чтоб его. Ну чего вот там стоять?! Зачем?!

Кричать? С двадцатого этажа? Не услышит. Лучше спрятаться!

Пока я все это думаю, вижу, как сапог приземляется четко перед мужиком. Такой шлепок раздается, что даже я тут на верхотуре слышу.

Мамочки.

Мужик, похоже, офигевает от увиденного. Сначала стоит и молча смотрит на сапог. Потом наклоняется и поднимает его. Осматривает. И так спокойно. Может, обойдется? Ну, подумаешь, сапог упал. Сверху. Мало ли.

Но нет, не обойдется. Это я понимаю, когда он вдруг резко задирает голову. Я не успеваю спрятаться.

Мне хочется ругаться матом.

Это Руслан.

Ну, почему?! За что?! Поднимаю взгляд к потолку.

За что?!

Однако, успокаивает одно – сапог попал не в ширинку. Что уже прогресс.

Что же делать? Ну, для начала решаю спрятаться. Присаживаюсь и прижимаюсь к стене. Он же, наверняка, не увидел, с какого этажа сапог прилетел. Сейчас отойдет и двинется, куда шел.

А вот надо же было ему встать именно там! Просто рок какой-то!

Сижу так минут десять. Потом решаюсь выглянуть. Вдруг он уже ушел? Аккуратно, по стеночке, приподнимаюсь. Фух, мужика нет. Зато я вижу машину Михаила. Он как всегда точен.

Теперь только один вопрос – как дойти до машины Михаила без сапога. Без каблука еще куда ни шло, но без сапога. Зимой. По льду. Придется прыгать на одной ноге.

Господи, что же за день-то? А все он, искатель яйцеклетки. Ууууу, как же я его ненавижу. Еще не познакомилась даже, а уже ненавижу.

Кое-как дохожу до первого этажа. Этот день я не забуду никогда.

Открываю дверь с лестницы, чтобы выйти в холл, и первое, что я вижу… мой сапог. Он висит передо моим лицом, раскачивается. Немного отойдя от первого шока, поворачиваюсь – ну, конечно, кто же еще? Руслан. Он стоит за дверью и весело размахивает передо мной сапогом.

- Что-то ты долго? - говорит, когда я пытаюсь забрать у него свою вещь. – Я устал ждать уже.

- Сапог верните, - отвечаю серьезно, протягивая руку.

- Пожалуй, оставлю его себе, - ухмыляется он. – Золушку буду искать.

Закатываю глаза и невозмутимо шагаю к выходу.

- А я ведь ждал тебя, - Руслан догоняет меня и идет рядом.

- Мне кажется, у вас что-то с памятью, - говорю, не останавливаясь.

- Почему?

- Не помню, чтобы мы на «ты» переходили.

- Ну, знаешь, после твоего поцелуя как-то странно выкать друг другу, - и он глазами показывает на свою ширинку.

Я невозмутима. Даже не смотрю туда. Иду.

- Да постой ты! – он вдруг хватает меня за руку и толкает в какой-то закуток. Прижимает к стене. – Я не люблю, когда мне не отвечают на вопросы.

Сводит брови. Это, наверное, я должна испугаться.

- А я не люблю, когда мне их задают, - отвечаю и выставляю вперед руки, потому что он наклоняется все ближе и ближе.

- Как же ты работать будешь? – усмехается. – Не сработаешься же с начальником.

- А это не ваше дело.

А он опять усмехается.

- Вообще, я ждал тебя, чтобы домой отвезти, - говорит, а сам уже ногой касается моей ноги. – Все-таки, в том, что ты без сапога, есть отчасти и моя вина.

- Отчасти?

Усмешка.

- Мне кажется, я где-то тебя видел, - вдруг произносит он.

Ну, блин. Только этого не хватало. Руслан начинает внимательно осматривать меня.

- В лифте, - отвечаю равнодушно. – Вы, я и шкаф. Ах да, Лешка еще был.

- Как-то много лишних, не находишь? – упирается рукой в стену рядом и сгибает ее в локте. Теперь и грудью почти касается меня.

Какой прилипчивый, а.

- Вы, кажется, домой меня хотели отвезти? – напоминаю, отворачиваясь.

Руслан довольно ухмыляется.

- Может, ко мне?

Пипец. Оглядываюсь – никого, придется подыграть.

- Может, - киваю вполне серьезно.

Он сейчас треснет от улыбки. Какой же придурок. Хуже лифта.

Зато после моего согласия он отходит, давая мне дорогу. Пропускает вперед. И я прямо спиной чувствую, как он рассматривает меня.

Стеклянные двери разъезжаются. Холодно там, снаружи.

- Дайте сапог, - прошу Руслана.

- Я донесу, - отвечает он и идет ко мне.

И тут я замечаю Михаила. Вот он, мой спаситель.

Увидев меня, он сам отходит от машины и идет к нам. Бодро так вбегает по ступенькам, кивает мне и подхватывает на руки.