Глава 42

Елизавета Ирилия Сейн

— Широн, Альтар? Зачем вы выбили дверь? — спросила я первое, что пришло на ум.

— Нас не хотели впускать, — холодно и спокойно ответил Широн, но я отчётливо видела, что на дне рубиновых глаз плещется ярость.

— Это я забыл предупредить друга, что нас не нужно прятать, — виновато сказал Гейл, прикрывая меня своей спиной от разгневанных старших мужей.

— С тобой я поговорю позже. Уйди с дороги, — приказал мой генерал, но Тени абсолютно не понравилось его обращение, и он не сдвинулся с места, рукой удерживая меня за собой.

— Отойди, — прорычал Рон, пристально глядя на Гейла.

— Нет. Ты не прикоснёшься к Лизе в гневе, — упрямо сказал Тень, напрягаясь, чтобы в любой момент броситься меня защищать.

Широн как будто потемнел лицом, а глаза старшего мужа стали напоминать раскалённые угли. Первым отшатнулся Альтар, низко сгибаясь, как в жесте подчинения. Я оглянулась на Айрона и увидела, что младший муж тоже пригнулся в той же странной позе. Гейл сопротивлялся этому странному воздействию, а я ничего не ощущала.

— Прекрати бросать ему вызов, — сдавленно прошипел Айрон, касаясь плеча Гейла, но тот только сбросил руку и продолжал играть в гляделки с генералом.

Худое тело Тени дрожало, а витые жгуты мышц, казалось, вот-вот лопнут от напряжения.

— Широн! Прошу тебя. Не надо, — вскрикнула я, буквально подлетая к своему разъярённому брюнету и обнимая его за талию.

Сильная напряжённая рука осторожно опустилась мне на талию, но генерал продолжал каким-то непостижимым образом давить на Гейла, пока тот не сдался: тихо рыкнув, он опустил голову, как и остальные.

— Это я виновата. Не злись на них, прошу, — умоляла я всё ещё злого мужа, цепляясь за полы чёрной рубашки.

Он молча подхватил меня на руки и занёс в ванную комнату, поставив в кабину ионизатора. Машина заработала автоматически, убирая с моего тела следы бурной ночи. Только сейчас я поняла, что всё ещё голая перед чертовски рассерженным мужем, которому фактически изменила.

Широн молча расстегнул рубашку, небрежно откидывая её к стене. Пряжка ремня громко щёлкнула в тишине, нарушаемой лишь мерным гудением очистительного аппарата. Я никогда раньше не видела спокойного, флегматичного генерала настолько сердитым. Признаться честно: было страшно. Умом я понимала, что никто не будет меня бить, но в данный момент Широн воспринимался мной опасным хищником — агрессивным, сильным и невероятно сексуальным.

Резким рывком Широн спустил с себя брюки вместе с бельём, переступая через них. Огромный член мужа гордо торчал вверх, вызывая одновременно облегчение и опасение: с одной стороны, радостно, что настроен он явно не скандалить, а с другой, я никогда не видела от своих мужчин ничего кроме нежности, а Рон был великаном во всех смыслах.

Мысль о том, каким он может быть в гневе, пугала и заводила одновременно.

Молча гипнотизируя своими удивительными глазами, Широн шагнул в кабинку, блокируя меня в углу. Он занял всё свободное место, но меня так и не выпустил.

Автоматика снова пикнула, начиная очистку его большого, совершенного тела, а я продолжала смотреть на мужа, как кролик на удава. Широн ничего не делал, терпеливо ожидая, пока машина закончит работу, лишь пожирал меня голодным взглядом, в котором плескалось так много всего.

Едва прозвучал сигнал отключения, муж медленно, но неизбежно, привлёк меня ближе к себе. Мне не нужна была прелюдия, но Широн сначала проник сильными пальцами между лепестков моей плоти, убеждаясь в том, что я готова его принять.

Медленно растирая естественную смазку, он продолжал неотрывно смотреть за эмоциями на моём лице: я прикусила губу, стараясь не вскрикнуть, когда сильный палец чувствительно надавил на плотную горошину клитора, проводя нарочито медленным круговым движением, от которого моя спина выгнулась навстречу этой неожиданно острой ласке.

— Скажи мне, — хрипло потребовал чего-то Широн, но мои мысли путались, сосредоточившись на пальце, скользящем вокруг маленького пучка нервов.

— Хочу тебя. Пожалуйста, — простонала я.

Другого приглашения моему решительному генералу не требовалось. Он поднял меня, резко проникая почти на всю длину огромного члена. Не сумев сдержаться, я вскрикнула, ощущая почти болезненное удовольствие. Широн замер, пытаясь рассмотреть на моём лице признаки недовольства.

— Ещё. Не останавливайся, — просила я, сама легонько качаясь в его сильных руках.

С тихим рыком Широн стал мощно вбиваться в меня, наказывая за своеволие, изгоняя каких-то своих демонов, а мне лишь оставалось цепляться за мускулистые плечи и пытаться сделать вздох.

— Никогда. Не бросай. Меня. Нас, — приказывал Широн, прожигая меня горящим взглядом, где за удовольствием прятались боль и страх.

Я хотела ответить, что не брошу никогда, но для этого нужно было хотя бы вдохнуть, а могла лишь хватать воздух, выбитый из лёгких мощными фрикциями, стремительно возносящими меня гораздо выше небес, туда, где оставались лишь горящие рубиновые глаза мужа.

Разрядка прошла через тело мощной волной, заставляя корчиться и биться в стальных объятиях, почти погружая меня в невесомость. Громкий рычащий вскрик Широна — и я вижу, как мы оседаем на пол очистительной кабины, а противный звук снова запускает процесс, убирая с нас следы недавнего безумия.

Мы загнанно дышали, с трудом приходя в себя. Уткнувшись в тёплую шею мужа, я жалела, что дурацкий прибор практически полностью стёр его запах с моей кожи.

— Пообещай. Нет, поклянись, что никогда больше так не сделаешь, Лиза. У меня только одно сердце и жить без него я не могу, — хриплым шёпотом попросил Широн.

Я знаю, как трудно моему генералу просить, да и не помню, чтобы когда-то приходилось это делать.

— Не убегать, или брать больше мужей? — попыталась невесело пошутить я.

— И то и другое, — нетерпеливо рыкнул Рон, осторожно оттягивая мои волосы, чтобы заставить смотреть ему прямо в глаза.

— Не могу, — честно сказала я, а увидев боль дорогого мужчины быстро добавила. — Не могу обещать, что не убегу. Мужей больше точно не будет. В этом клянусь.

— Почему? Разве мы такие ужасные? Мы обижаем тебя, Лиза? Тебе плохо со мной, с нами? — настаивал Широн, неудовлетворённый моим ответом.

— Что ты такое говоришь, Рон? Я люблю вас — тебя, Альтара, Айрона и Гейла, но если снова встанет выбор: моя жизнь или ваша, то я сделаю всё возможное, чтобы вас спасти, даже сбегу, — не пряча взгляда, ответила я, на что мой великан только сильнее прижал меня к себе, судорожно вздыхая.

— Обещай, что не убежишь и клянусь, я сам отведу тебя туда, куда ты потребуешь, — снова просил меня Широн, нежно целуя в глаза, щёки, кончик носа.

— Обещаю, — с улыбкой сказала я, сбрасывая тяжёлый камень с души. — Широн, не обижай Гейла, пожалуйста. Я понимаю, что ты зол и имеешь на это право, но он мне дорог.

— Я вижу. Я не рад ему, но это твой выбор, и ты имела на него право, только я думал, что такие вопросы мы должны решать все вместе, семьёй, — с завуалированным укором сказал Рон, правда сразу смягчил впечатление грустной шуткой. — Но ты только что поклялась больше не брать мужей, значит, и обсуждать больше нечего.

Дверь тихонько отворилась, и к нам заглянул Альтар, сканируя своими серыми глазами меня и Широна. Что-то для себя решив, самый проницательный из моих мужей подошёл к нам, протягивая мне руки.

— Иди ко мне, — спокойно сказал он, вынимая меня из рук Широна.

Старший муж объятия разжал неохотно, но быстро встал, покидая нас.

Альтар уже был в гостиничном халате, явно свежий и чистый, только грустный и усталый.

— Альтар, я… — хотела я начать оправдываться перед своим телепатом, но он только поморщился и перебил меня.

— Не надо. Твоих мыслей и эмоций так много, давай просто помолчим. Только ответь: я нужен тебе ещё? — спросил он, кладя свой подбородок мне на макушку.

— Как ты можешь сомневаться? Ладно остальные, но ты же знаешь всё, о чём я думаю, — возмутилась я.

— Я и раньше думал, что всё знаю, но ты убежала, спряталась, а потом этот… Гейл. Я слишком много видел в их мыслях. Он для тебя особенный, — как-то грустно сказал Альтар, судорожно прижимая меня к себе.

— А ты не особенный, Альтар? А Широн и Айрон? Мои чувства к вам ты не видишь, или тебе нравится моё смущение? Я больше не буду оправдываться за Гейла. Я люблю его, но так же сильно люблю вас. Да, вот такая я извращенка, которой мало только одного мужчины и нужны все четверо! — со слезами на глазах трясла я мужа за грудки, роняя слёзы обиды.

— Глупая, — нежно сказал он, сцеловывая солёные дорожки. — Я тоже тебя люблю. Все мы любим, — сказал он, но раньше, чем наши выяснения отношений закончились так же, как с Широном, в ванную зашли Гейл и Айрон, напоминая о том, что заказанный ужин доставлен и остывает.