Глава 12. Лана

Я не могу поверить, что время на благотворительном вечере проходит спокойно. То есть, Тигран даже не пытается подойти. Только смотрит так, что у меня трясутся коленки.

Конечно, я не ожидала, что мужчина попытается поговорить или что-то сделает, но… Да, ожидала. Но, кажется, Тиграну совершенно плевать, что я пришла с другим.

Не стоило даже надеяться, что его будет беспокоить подобное. Но ведь… Чувствую себя ребенком, который хочет получить всё в свои руки и сразу. При чем то, что ему не нужно.

— Так где ты её нашел, Миш? — один из знакомых Михаила подмигивает мне, заставляя залиться краской. — Красотка.

— Стас, — мой начальник обрубает, хотя сам довольно улыбается. И притягивает чуть ближе. — Но ты прав, красотка.

За сегодняшний вечер я наслушалась слишком много комплиментов. Щеки горят от смущения, слишком… Неожиданно. Я думала, будут просто деловые разговоры.

Но после аукциона нас перехватили друзья Миши. И уйти сразу было некрасиво, хотя мне очень хотелось. Мужчина обещал, что сразу после этого мы уйдем.

Только всё затянулось, а я все ещё здесь. И не очень устала, на самом деле. Мне нужно было развеяться, а это помогло. Даже не смотря на то, что Тигран где-то здесь.

— Минут десять, — Миша наклоняется ко мне совсем близко, опаляет дыханием кожу. — И поедем, хорошо?

— Да. Я… Пойду подышу на свежий воздух.

— Хорошо. Ты же себя нормально чувствуешь?

— Да, спасибо за беспокойство.

Михаил разительно отличается от Тиграна. Эти простые вопросы, никаких намеков и пошлости. Это ощущается словно убежище. Где можно отдохнуть и ни о чем не думать.

Медленно шагаю к выходу, вслушиваясь в цокот каблуков. Все-все сайты перерыла, но убедилась, что носить каблуки мне можно. Если не очень высокие и недолго.

Не то, чтобы мне было принципиально… Но так хотелось быть красивой. С укладкой, макияжем, в шикарном платье и туфлях. Так легко забыть, что происходит в реальной жизнь.

Представить себя просто Ланой, которая пришла на мероприятие вместе с отцом. И вокруг знакомые лица, и банкет. И смех друзей, с которыми мы скооперировались.

И…

Упираюсь ладонями в перила, вдыхая ночной воздух. Лето, но температура резко падает вниз. Пускает мурашки и трезвит, сгоняя краску с лица.

Хорошо так.

— Тебе очень идет это платье.

Жмурюсь, желаю прогнать наваждение. Голос просто привиделся в шуме ветра, ничего не было. Но… Тигран подходит ближе, копируя мою позу. Сцепляет пальцы в замок, упирается локтями в перила.

И смотрит прямо на меня, не отрываясь.

— Спасибо, я знаю.

— Значит, ты встречаешься с Михаилом?

— Не твое дело. Встречаюсь с кем хочу.

— Да я просто пытаюсь понять. Вдруг ты и завтра продолжишь сбегать с работы. Под вымышленным предлогом? Я тогда буду искать другую помощницу.

— Ищи. Или нет. Тигран…

Я разворачиваюсь к нему и слова застревают в горле. Царапают и давят. Мне столько хочется ему сказать, столько нужно. Мы совсем рядом, могу прикоснуться.

Могу провести по длинным пальцам, сжать ладонь. Моя рука на фоне его просто крошечная. И мне всегда нравился этот контраст. У меня с Тиграном было не так много моментов для воспоминаний.

Но оказалось, что их достаточно, чтобы топить себя каждый день.

Как в первый рабочий день я порвала чулки и он их снимал с меня. Как поцеловал, когда мы засиделись на работе с бумагами. Или как он ворвался ко мне и довел до первого оргазма.

Ох.

— Тебе плохо? — Тигран становится серьезным, опускает руку на мою талию. — Лан, ты покраснела.

— Мне душно стало.

— Точно? Давай я отвезу тебя к врачу, хорошо? Не нравится мне то, как ты выглядишь.

— Ну спасибо!

— Ты поняла, о чем я говорю. Я просто беспокоюсь о тебе. То, что мы расстались, не значит, что мне плевать на тебя.

Ты отправил меня на аборт, Тигран.

У тебя есть Катрин.

Ты…

Столько фраз, которые хочется сказать, но я молчу. Потому что он близко. Притянул за талию, смотрит обеспокоенно. Возвышается надо мной скалой и согревает своим теплом.

И я не умею с таким бороться. Когда настолько хочется прижаться, обнять за торс. Пожаловаться на жизнь и всех. Таграну на него самого пожаловаться и сказать, что я все ещё беременна.

— Мышка, — голос мужчины становится ниже, более раскатистым и бархатным. Он будто очаровывает меня. — Я соскучился по тебе.

И мне кажется, что если я ничего не скажу, то сейчас Тигран поцелует меня.

А не могу произнести и слова.

Ладонь Тиграна скользит по моему лицу. Мягко надавливает, ласкает. Даже на каблуках я все ещё ниже его, такая хрупкая и маленькая. А Тигран… Он…

Приближается, дает возможность рассмотреть мелкие морщинки возле глаз. Мужчина старше меня в два раза, он взрослый, уверенный. А я рядом с ним всегда мелкая и глупая.

Замираю, задыхаюсь. Мозги просто отключатся, стоит посмотреть в его глаза. У меня никогда не получалось бороться, держать себя в руках. Превращалась в напуганную мышку, которая очень ждала следующего шага.

— Скажи, что тоже скучала по мне, Лан, — его шепот похож на пытку. Разрезает всю защиту, глушит ответ. — Давай, скажи мне правду.

— Ты пьян.

Вспоминаю, как он стоял вдалеке возле бара. Говорил с Виктором, пил виски или коньяк. И смотрел. Я даже затылком чувствовала его взгляд. Кожу покалывало, хотелось спрятаться — верные признаки.

От Тиграна почти не пахнет алкоголем, легкий флер и не больше. Ему и не нужно, чтобы опьянить меня. Словно сама хлестала виски, а не наблюдала за мужчиной.

— Не настолько, мышка. Я трезв и знаю, что хочу. Поцеловать тебя, — подушечка его большого пальца вырисовывает контуры, надавливает. — Очень сильно.

— Я встречаюсь с другим, Тигран, — вру и не пытаюсь отшатнуться, не могу. — Я здесь с ним, прекрати.

— Не могу. Хоть убей, мышка. Михаил тебе не пара, сопляк.

— Зато он готов познакомиться с родителями. Он не женат, не скрывает ничего. Он не прогоняет меня и…

Задыхаюсь, когда Тигран толкает меня к стене, прижимает. Свет ламп почти не попадает на нас, скрывая. Мы словно попали в параллельный мир, где только вдвоём.

— Он, блядь, тебе не подходит. Ты услышала меня?

Я вижу, как сильно Тиграна кроет злостью. И… Ревностью? Или просто гнев от того, что я не страдаю за мужчиной. Пережила, нашла себе другого, не ведусь на новые подкаты.

И теперь мужчина вернулся. Словно ему необходимо разрушить всё вокруг меня. Словно… Мне отведена роль игрушки и Тигран злится, когда кто-то тянет ко мне свои руки.

— О, он подойдет. А знаешь, что он сделает ещё? Поцелует меня. Ему я позволю.

Злюсь, выпаливаю злые фразы. Мина называет меня своей маленькой копией, которая только изредка вспоминает, что такое быть стервой. Но сейчас я умру, если не задену Тирана в ответ.

Мне необходимо сделать ему так же больно. Просто… Чтобы не я одна такая. Чтобы он всё понял, как мне неприятно. Каждый раз, когда думаю о нём с другой женщиной. Когда он не рядом.

— А хочешь… Скажу, что ещё позволю? — яд плещется в венах, а мне хочется плакать. Просто схватить лацканы пиджака, уткнуться в грудь Тиграна. И расплакаться, жалуясь. — Много чего. Мы поедем к нему и…

— Замолчи, Лана. Не делай хуже, играя с огнем. Это взрослые игры, мышка. И ты в них утонешь.

— Да? И что ты мне сделаешь?

Что ты ещё мне разобьешь? Розовые очки на мир, сердце, душу, надежду, веру… У меня всё уже ушло, просто я осталась. Разбитая и клей всё никак не находится.

Втягиваю прохладный воздух, успокаиваясь. У меня не такая драма в жизни, не настолько все плохо. Я справляюсь, верю в это. Не сдамся, просто…

Почему я не могу его оттолкнуть? Тигран должен отойти, прекратить сжимать мою талию. Мужчине стоит вовсе исчезнут из моей жизни, как я делала до этого.

Тигран не отвечает на вопрос, а просто целует меня. Жадно и напористо, выжимая все сто, не оставляя шансов. У него горячие, огненные губы, которые раздвигают мои.

Тело словно попадает в невесомость, растворяется. Есть только след прикосновений мужчина, его жар. Как приятно от него пахнет, как мягко он касается.

Внутри зарождаются вихри, уносящие причины кричать или не двигаться. Не касаться его лица пальчиками, не проводить по гладковыбритой щеке и шее. Их нет.

Поэтому я касаюсь.