Глава 8

Театр не особо отличался от прочих зданий похожего назначения. Трехэтажное строение из светлого камня с плоской крышей. Высокие белоснежные колонны поддерживали величественный портик, украшенный изысканными барельефами. Широкая удобная лестница приглашала внутрь, чтобы гости могли насладиться не только игрой актеров, но и роскошью обстановки. Мрамор преобладал в отделке и наравне с позолотой создавал неповторимый дух роскоши и изящества.

Театр включал в себя не только основную сцену, партер, три яруса лож, галерею и несколько помещений, где, например, гости собирались для игры в карты, к нему также был пристроен и маскарадный зал, который традиционно использовался для проведения праздника Интры. Прекрасная планировка позволяла чувствовать себя комфортно приблизительно тысяче человек, в чем мне предстояло скоро убедиться на маскараде.

Мы с Лисой приехали непосредственно к началу спектакля и постарались побыстрее подняться на второй этаж, чтобы занять ложу и избежать излишне назойливых взглядов. Но оказавшись внутри, я поняла, что мои надежды тщетны. Не успели мы занять мягкие кресла, обитые красным бархатом, и оглядеться, как я начала ловить взгляды присутствующих, как сидевших в партере, так и тех, кто постепенно занимал другие ложи.

Спустя минут десять, сказать, что я чувствовала себя неуютно, не сказать ничего. Слишком много народу вокруг, и все, пускай и не явно, но постоянно посматривали в сторону ложи, в которой расположились мы с Лисой. Нервы были напряжены до предела, хотя я знала, что за все то время, что прошло с момента, как мы вышли из экипажа, я ничем не выдала своего страха или волнения.

Да и выглядела безупречно: эдакое нарочитое сочетание невероятно дорогого платья и почти полного отсутствия драгоценностей. Очередной шедевр из галгарийского шелка, сшитый по последней моде и подогнанный за ночь, на самом деле был изумителен. Я еще вчера лишилась речи, когда только примерила его, а когда надела утром, то задохнулась от восторга. Нежно-зеленое, с глубоким декольте и высокой талией, для поставленных целей это платье подходило лучше всего. К тому же именно этот цвет всегда придавал мне больше уверенности, хотя на сей раз он немного и диссонировал с обилием красного в интерьере театра.

Платье чем-то напоминало то, что уже было у меня в гардеробе, только выглядело гораздо шикарнее, моднее и провокационнее. К нему полагались белоснежные шелковые перчатки по локоть. В целом мой наряд был немного похож на бальный. Однако тонкая кружевная накидка, что прикрывала плечи, лишала недоброжелателей возможности обвинить меня в том, что я вырядилась в слишком откровенное и не соответствующее мероприятию платье.

Из драгоценностей на мне была брошь с изумрудами и бриллиантами, скрепляющая накидку, и витая золотая цепочка на шее, удерживающая сканирующий артефакт. На этом настоял Ален, когда отдал мне его перед выходом вместе со следилкой. «Возможно, – сказал он, – ты уже сегодня сможешь попасть в особняк Сеферов, будь полностью готова на всякий случай». Перестраховщик…

Внимание присутствующих я привлекла, и данный факт мне совсем не нравился. В какую бы сторону я ни посмотрела, неизменно получала приветствие и вежливо наклоняла голову в ответ. А когда отворачивалась, то краем глаза отмечала, что тот или та, кто только что почтительно здоровался, начинал разговор с соседом или соседкой. При этом их взгляды снова обращались ко мне, из чего легко было понять, что они обсуждают мою скромную персону.

Я уже молила богиню, чтобы поскорее погас свет и начался спектакль, ибо даже предположить не могла, насколько еще хватит моего терпения. А пока лениво обмахивалась веером, маскируя потребность хоть чем-то занять нервные руки.

Лиса периодически касалась моей руки, лежащей на коленях, и успокаивающе пожимала пальцы. Одновременно она невозмутимо осматривала всех вокруг, не забывая при этом таскать конфеты из вазочки и угощаться, прикрываясь веером. В противовес мне, Лисичка выбрала платье цвета морской волны, более закрытое и менее украшенное, а на голову нацепила светлый парик, как и я. Перчатки, веер, скромное колье из синих сапфиров и бирюзы. При взгляде на нее становилось понятно, что она ниже меня по происхождению, не так знатна, но богата. А то, что она сидела ровно на полшага позади меня, объясняло ее статус: компаньонка.

– Сил больше нет, – шепнула я, прикрыв рот веером. – Такое ощущение, что я на аукционе в качестве главного лота.

– Расслабься, тебя сегодня должен интересовать только один покупатель, а его я пока не наблюдаю. Хотя… посмотри напротив.

Я взглянула туда, куда указала Лиса, и замерла от удивления. В ложе, находящейся на противоположной стороне от нас, восседал довольный Валар Сефер, который, заметив мой взгляд, с улыбкой мне поклонился.

– А где сынок? – растерянно спросила я Лису, отвечая на приветствие Сефера-старшего.

– А я откуда знаю. Видно, весь в трудах, – хихикнула подруга, прикрывшись веером. – Если честно, я сначала подумала, что они напросятся к нам.

– Он не настолько прямолинеен. В его венах бродит тот же азарт, что и в наших. Посмотри, как довольно он улыбается. Считает, что я у него в руках.

– Не нравится мне, как он на тебя смотрит. Как кот на блюдце со сметаной. Знаешь, складывается такое ощущение, что если его сынок начнет буянить, он сам решит на тебе жениться.

– Не говори ерунду. Он стар.

– Поверь опытной женщине, этот старичок даст фору любому молодому. Вот увидишь, еще до конца спектакля он найдет способ оказаться в нашей ложе.

– В принципе мы к этому и стремимся. А пока давай насладимся зрелищем.

В этот момент огни начали потихоньку затухать, оставшись только по краю сцены, занавес медленно разошелся в разные стороны, а в воздухе один за другим появились магические светлячки, обозначающие звездное небо… Представление началось.

– Чувствую, во время второй части я буду позорно рыдать… – Лисичка схватила с подноса у проходящего мимо слуги бокал с шампанским.

Я поморщилась и попросила принести себе светлого или красного виноградного сока, что мог бы сойти за вино. Тот поклонился и удалился. Надо же было чем-то занять себя в антракте.

– Что так? – уточнила я, снова ловя взгляды со всех сторон.

– Жалко героев. Они любят друг друга, но родители против, провели вместе ночь и вот утром уже вынуждены бежать вместе, а семьи за ними отправляют погоню.

– Ну да, – рассеянно ответила я, – непривычная история. В действительности если бы юноша оказался богат, то родители невесты заставили бы его жениться под предлогом, что он соблазнил невинную деву, хочет он того или нет, а коли беден – ножом по горлу… А несчастную влюбленную выдали бы замуж за того, кого сочтут подходящим. Нам показывают сказку, в которой у подобной истории может быть счастливый конец. Хотя, судя по тому, что в программке ясно указано: «трагедия», ничего обнадеживающего ждать не приходится.

– Тебе повезло с Аленом, – заметила Лиса.

– Не то слово…

– Элера де Ансар, возможно ли подобное чудо или мои глаза меня обманывают?

К нам подошла блондинка в ярко-красном платье и меховом манто, небрежно накинутом на одно плечо. Улыбаясь и одновременно пытаясь вспомнить, кто это такая, я радушно ответила:

– Не обманывают.

– Решила все-таки выйти в свет? Наконец-то! Муж мне по секрету сказал, что ты приглашена на праздник весны, но я ему не поверила. Говорю: неужели Лерка решилась оставить своего калеку-братца и начала радоваться жизни? А то уже лет-то тебе! А нет ни мужа, ни детей. Мои мне лет через семь уже внуков принесут, если пошли в папашу. Как ты? Рассказывай. Меня интересует все в самых мельчайших подробностях, а то последний раз я видела тебя, когда мы заказывали наряды у Ольесы. Помнишь, она мне сшила шикарное нежно-розовое платье. И когда ты не пришла на бал, самой красивой дебютанткой стала именно я. Жаль, что ты не поехала. Я считаю, что такие события ни за что нельзя пропускать.

Я слушала словесный поток, внимательно разглядывала собеседницу, не переставала улыбаться и потихоньку соединяла детали. Ну конечно! Килима де Атрас, или Килька, как ее все дразнили в детстве, настолько нескладной и худой она была. Судя по всему, у девы за семь лет ни ума не прибавилось, ни чувства такта, хотя внешне она изменилась, и сильно. Передо мной стояла молодая женщина, располневшая в бедрах, и не только, если судить по довольно-таки округлым плечам, смело открытым платьем. Интересно, кто ее муж, раз он в курсе списка приглашенных на праздник? Ясно одно, он приближен к наместнику.

– Килима, я рада, что бал дебютанток оставил у тебя столь яркие воспоминания, но у меня были причины, по которым я не смогла прийти.

– Ах да, кажется, что-то случилось с твоими родителями.

– Они всего лишь пропали без вести… – Как я ни пыталась, но не смогла сказать, что они погибли.

– Это не повод хоронить себя заживо. Я слышала, что к тебе сватался сам Калеб де Траен, а твой брат ему отказал. Видно, несчастный случай повредил его рассудок.

Я задохнулась от злости, а увидев слугу, протягивающего мне мой виноградный сок, залпом выпила его. Безумно захотелось влепить пощечину хамке, но я смогла сдержаться и ответить довольно вежливо, ограничившись намеком, что видеть ее больше не желаю. Не удержалась и от ответной колкости:

– Килима, прошу меня простить, но здесь так жарко, я вынуждена попрощаться с тобой. Пожалуй, вернусь в свою ложу. Кстати, а где твоя, не понимаю, почему не увидела тебя? Вроде я рассмотрела все…

– Я сижу в зале.

– Какая жалость. А почему? Твой муж не относится к высшей аристократии?

– Он не обладает наследным титулом, а свой я передать ему не могла.

– Как?! И ты вышла замуж за… простолюдина? Насколько я помню, ты уверяла, что такое невозможно.

– Он до неприличия богат. Смотри, какой браслет он мне подарил на рождение последнего сына.

Килима сунула мне под нос шикарный браслет с огромными красными камнями. На первый взгляд – рубинами. Я внимательно посмотрела на него и скорее кожей почувствовала, чем услышала, как еле заметно хмыкнула стоявшая рядом Лисичка. Даже мне было видно, что рубинами там и не пахнет, что уж говорить об опытной мошеннице и воровке.

– Дорогая, ты уверена, что это рубины? – с сомнением протянула я. – Послушай моего совета, обратись к ювелиру для оценки. Будет очень жаль, если твоего мужа обманул продавец. На мой взгляд, это не рубины, а гранаты.

– Ты хочешь сказать, что муж подарил мне подделку?

– Я предполагаю, что его могли обмануть. – Я снова улыбнулась, наслаждаясь еле скрываемым бешенством на лице Кильки.

– И леди де Ансар права. – Голос Валара Сефера прозвучал совсем рядом, тихий, вкрадчивый, чуточку насмешливый. – Приветствую вас, леди де Ансар. Счастлив видеть вас столь скоро. Если мои глаза не подводят меня, то владелица браслета с пиропами – Килима Васер. Приветствую и вас. А вот с третьей леди не знаком, увы.

– Это моя компаньонка – леди Мирализа де Сар. Рада вас видеть, господин Сефер. – Я протянула ему руку, к которой он с удовольствием прижался губами.

– Де Сар? – Валар прищурился. – Ваша дальняя родственница?

– Именно, можно сказать, сестра.

– Как – с пиропами? – растерянно повторила Килима. – Этого не может быть!

– Дорогая моя, я коллекционер и ценитель всего прекрасного, в том числе и драгоценных камней. С прискорбием повторю, это не рубины, а их жалкий заменитель. Примите дружеский совет старика: не демонстрируйте браслет столь откровенно. Вдруг вам встретится еще раз тот, кто прекрасно разбирается в камнях? А что касается меня, то я сохраню вашу тайну. Передайте мужу мои наилучшие пожелания и напомните, чтобы заглянул ко мне на днях по поводу наших договоренностей. Он поймет.

Судя по всему, Килима тоже понимала, о чем идет речь, ибо смутилась, но сделала реверанс, не прекращая сверкать глазами, и поторопилась уйти.

– Господин Сефер, не ожидала видеть вас здесь, – продолжила я вежливый разговор.

– Как я уже сказал, я ценитель прекрасного во всех его проявлениях. Леди Элера, вы продолжаете меня удивлять. Но каждая новая грань, которая открывается мне, интригует и восхищает. Теперь я знаю, что вы разбираетесь и в драгоценных камнях, и умеете держать удар. Признаюсь, я немного подслушал ваш разговор. Слова жены Васера по поводу милорда Алена, несомненно, ранили вас.

– Господин Сефер, если вы не против, не будем говорить о моих чувствах. И, кстати, я ошиблась в оценке.

– Я бы не назвал это ошибкой, ибо вы определили главное. А в остальном это скорее легкая неточность. Пиропы, гранаты… по большому счету это одно и то же, различия минимальны.

– Благодарю. Вы весьма снисходительны ко мне. Скажите, господин Валар, как вы определили камни? Если, конечно, это не секрет, – быстро добавила я.

– Все просто. – Сефер-старший улыбнулся, снял с пальца кольцо и протянул его мне. – Посмотрите на камень, леди Элера. Видите, внутри него заключен неповторимый свет, манящий и завораживающий. Именно так и определяют рубины. Их нужно чувствовать… Знаете, с появлением рубинов связана очень красивая легенда. С вашего позволения, я расскажу ее. Однажды в бою бог войны был ранен. Казалось бы, это невозможно, но была в его жизнеописании и такая страница. Тем более битва была страшной и с тем, кто равен ему по силе и такой же бессмертный.

– Кто же это?

– Одна древняя богиня.

– Я знаю эту легенду, – напряженно вмешалась Лиса. – По преданиям, именно от нее пошли оборотни.

– Все верно, прекрасная леди, – снова улыбнулся Валар. – Кровавая богиня – воительница древних времен. Когда она посягнула на жизнь Вортана, он наказал ее, обратив в зверя. Со временем она смогла вернуть себе человеческий облик, но зверь остался внутри нее навсегда, и ее дети, рожденные впоследствии, обладали способностью превращаться в зверей и стали прародителями кланов оборотней. А так как мужчин у богини было много, то и детки вышли непохожими друг на друга. Волки, лисы, тигры… Много их. Вот только обнаружить оборотня невозможно, об этом позаботился сам Вортан, не желая оставлять столь прекрасные создания без защиты.

– Вы много знаете об этом, – заметила Лиса.

– Я ценитель прекрасного, – усмехнулся Валар. – А что может быть совершеннее, чем оборотень. Человек, обладающий всеми достоинствами зверя, прекрасный в своей ярости, дикости, страсти…

– Так что там с рубинами? – поспешила я направить разговор в безопасное русло.

– Простите, леди Элера, – поклонился Валар. – Рубины называют кровавыми слезами и кровью бога войны. Когда Ворга ранили в битве, он упал на землю, и его кровь превратилась в рубины. Не сразу он смог вернуться и на небо, вынужденный некоторое время жить среди людей. И когда он дошел до последней грани отчаяния и заплакал кровавыми слезами, только тогда Всеотец сжалился над ним. Его слезы тоже стали рубинами.

– Плачущий мужчина это… – Лисичка не стала продолжать, но многозначительно фыркнула.

– Не стоит быть столь категоричной, леди Мирализа. Разве можно сказать о воине, не знающем себе равных, что он слабак, когда, к примеру, он плачет, беря на руки первенца, обнимая любимую женщину или у смертного одра родителей. Видите, – усмехнулся он, проследив, как Лиса растерялась и отвела взгляд, – вы уже не так жестоки в оценке. Причины бывают разные. Многое может произойти, что вызовет слезы. Я мог бы рассказать вам легенду и о Ворге, тем более что именно ему поклоняется мой сын, но это совершенно другая история и потянет за собой следующую. А что касается рубинов, леди Элера, – Сефер-старший опять посмотрел на меня, – повторюсь: чтобы определить истинность камня, его надо почувствовать. Увидеть, что он живой. Понять, что это капля крови бога, лишь по прихоти богов обращенная в камень, но внутри все равно жив тот огонь, что бежит по венам Ворга.

Я подняла кольцо к свету, стащила с руки перчатку и погладила камень пальцем. Вгляделась в него. Прошло несколько секунд, и я поняла, что имел в виду Валар. Камень действительно казался живым, светился изнутри и был теплым на ощупь. Маленькая искорка, проявившаяся в его глубине, пока я смотрела, медленно увеличилась в размерах, выпуская в разные стороны тонкие линии, пока они не заволокли все вокруг, и вспыхнула яркой звездой…

Я моргнула, прогоняя наваждение, опустила руку и протянула кольцо обратно Сеферу:

– Благодарю вас, господин Сефер, за столь интересную историю и неоценимый урок. Я запомню и то и другое.

– Оставьте себе, – предложил он.

– Единственное кольцо, которое сменит фамильное и не будет подарено братом, это обручальное, – улыбнулась я. – Надеюсь, вы меня понимаете.

– Восхищен. – Сефер забрал кольцо, склонился и поцеловал мне руку. – Но… зачем же так официально? Просто Валар, леди Элера. Вроде мы договорились об этом?

– Простите мою забывчивость. Я немного растеряна, ибо не выходила в свет слишком долго.

– Поверьте, это абсолютно незаметно.

Сефер-старший нашел взглядом слугу с напитками и подозвал его. Взял с подноса фужер и протянул мне:

– Виноградный сок. Именно его вы пили, если я не ошибаюсь.

– Благодарю. – Я приняла из его рук бокал и, не выдержав, переглянулась с Лисой, которая изучала Сефера с той легкой улыбкой, по которой невозможно было понять, о чем именно она думает.

– Знаете, а вы и правда похожи. Нет, не внешне, но чувствуется, что в вас течет одна кровь.

Я отпила глоток, размышляя, что мне говорить. А еще я понимала, что недооцениваю противника, и мне стоит быть намного аккуратнее в словах и поступках. Откуда он узнал, что я пила именно виноградный сок? В особняке был гранатовый, я точно помню. Значит, Валар наблюдает за мной весь вечер и имеет чрезвычайно острый слух. Интересно, много народу ведется на его благодушную улыбку и приятную внешность?

– Как вам спектакль? – продолжил он как ни в чем не бывало, не обращая внимания на возникшую паузу.

– Производит впечатление, хотя нас и ждет грустный конец.

– Вы о том, что главные герои погибнут?

– Погибнут?

– Ох, простите, – на лице Сефера появилось раскаяние, – я невежа, раз раскрыл интригу сюжета. Но дело в том, что я уже видел эту постановку в Ройгаре и не подумал, что для вас все в новинку. Не могу передать, как отвратительно я себя чувствую, ибо лишил вас удовольствия наблюдать за развитием драмы. Как же мне загладить свою вину, не представляю. Хотя… леди Элера, помнится, вы так и не досмотрели мои коллекции в прошлый раз, могу я пригласить вас на обед?

– Не знаю. Мне надо спросить разрешения у брата.

– Ваша преданность брату делает вам честь, но не думаю, что он будет против. Лорд Ален показался мне исключительно здравомыслящим человеком. К тому же, если леди Мирализа будет вас сопровождать, никаких разговоров не возникнет, и ваша репутация будет вне опасности.

– Вы правы, господин Валар. Осмелюсь признаться в опасении, что визит в дом, где проживают двое одиноких мужчин, может послужить поводом для самых грязных сплетен.

– Никаких сплетен не будет, – довольно жестко произнес Сефер-старший, причем с такой уверенностью в голосе, что я непроизвольно вскинула на него взгляд. – Слово Сефера. Поверьте, мое имя имеет вес.

Я поежилась. В этот момент я точно поняла, в кого сынок пошел вот этой манерой разговаривать. И снова засомневалась, потяну ли игру, но вслух произнесла лишь слова благодарности, сопроводив их улыбкой:

– Вы успокоили меня и не оставили возможности отказаться.

– Тогда имею честь пригласить вас на обед.

– Мы будем, если мой брат проявит благосклонность к моему желанию.

– Я напишу ему письмо уже сегодня.

И снова моя улыбка, легкий поклон на фоне прозвучавшего звонка, приглашающего на следующее действие.

– Вынужден раскланяться, но напоследок жажду услышать, что могу вам оказать еще какую-нибудь любезность. Например, предложить свой экипаж, чтобы добраться до дома.

– Не смею пользоваться вашей добротой сверх того, что вы уже сделали. Надеюсь, до завтра, господин Сефер. Я буду с нетерпением ждать новой встречи со столь умным и галантным собеседником.

– Мой сын не произвел на вас подобного впечатления? – поинтересовался Валар.

– Он слишком мало принимал участия в беседе, чтобы я могла с уверенностью сказать подобное о нем.

– Жизнь военного не способствует приобретению хороших манер, сами понимаете. Но даю слово, он исправится и станет самым галантным мужчиной в Тарионе.

– Господин Валар, не стоит давать невыполнимых обещаний.

– Я всегда держу слово. Дайте Марку возможность исправить первое впечатление.

Вот не надо только про первое впечатление. Я прекрасно помнила и встречу, и все, что за ней последовало! Но вслух я произнесла совершенно другое, пытаясь вызвать азарт у Сефера-старшего и одновременно делая ему комплимент:

– Первое впечатление на то и первое, что бывает только один раз. Однако я всегда готова дать человеку второй шанс, но, увы, – только один раз. Дело в том, что такого правила придерживались родители, ему следует и Ален. Я с радостью предоставлю шанс вашему сыну, ведь вы такой приятный человек. Это справедливо, вы не находите? Кстати, вы слышите, уже второй звонок, пора занять свои места. Было приятно увидеться, господин Валар.

– До завтра, леди Элера. Был счастлив лицезреть вас. Леди Мирализа, буду рад встретиться еще раз.

– До свидания, господин Сефер, – приветливо попрощалась Лиса.

На этом Сефер-старший раскланялся и поднялся по лестнице. Я еще немного постояла, сделала несколько глубоких вдохов и выдохов и покорно последовала за Лисой, которая потянула меня наверх.

И только оказавшись в ложе, когда выключили свет, смогла немного расслабиться. Мельком бросила взгляд в сторону ложи Сефера. Его не было. Усмехнулась. В принципе все логично и понятно. Он добился того, чего хотел, и посчитал, что не стоит больше тратить свое драгоценное время.

– Потрясающий старик, – шепнула мне Лиса. – Такой ум в сочетании с хитростью редко можно встретить. Жду не дождусь, когда окажусь у него дома. Наша игра нравится мне с каждым днем все сильнее. – Подруга хихикнула и принялась обмахиваться веером.

– Ты проиграла, – заметила я столь же тихо. – Кто говорил, что он напросится к нам в ложу? Надо было с тобой на что-нибудь поспорить.

– Но ты этого не сделала, и время ушло. Впредь будь хитрее и бери пример с Сефера. Нет, ну какой мужик! Теперь понятно, в кого сынок вышел и характером и статью. Хотя папа помельче и подобрее.

– Хватит болтать. Дома продолжим, а пока давай досмотрим и порыдаем. Как нам сообщили, конец тут «замечательный» – все умрут.

Неприятности ждали там, где я совсем не рассчитывала их встретить.

Войдя в дом в довольно-таки приподнятом настроении, несмотря на печальный конец истории, сыгранной актерами, мне не терпелось поделиться с Аленом новостью, что я добилась приглашения на обед к Сеферам, причем тогда, когда было нужно. Да и сам Валар вел себя чрезвычайно галантно и в то же время заботливо, поставив на место Килиму. Получалось, я выполнила то, что от меня требовалось, причем довольно легко. Сефер-старший не поменял планы, готов меня защищать от возможных сплетен, взяв на себя это обязательство, и пообещал, что его сынок будет любезен.

Но когда мы прошли в кабинет Алена и я увидела брата, сидящего перед камином, в сердце закрались нехорошие предчувствия. Он повернул голову и жестом пригласил подойти ближе.

Как только я оказалась рядом, а Лиса, закрыв дверь в кабинет, заняла место на диване, брат еще одним движением активировал защиту.

– У нас проблемы? – запинаясь, спросила я.

– Скорее изменение в планах. Со мной связался Брайс. Сегодня он получил вестника. Наши приятели из Академии требуют срочно доставить им заказ, а именно, не позднее конца этой недели. В ином случае они расторгают договор и желают получить неустойку.

– Что за дела?! Мы договаривались об ином, – нахмурилась я, не понимая, чем может быть вызвана подобная срочность.

– Мне все меньше нравится вся эта ситуация с заказом. Хорошо, что у Брайса уже есть план крепости, да и основные детали вы определили, но алеарцы приедут только на следующей неделе. Как туда попасть?

– Ален, – я сдернула с себя парик, бросила его на стол и освободила волосы, – возможно, мои слова покажутся странными, но не связаны ли алеарцы и наш заказ?

Я сама не поняла, почему именно эти слова сорвались с языка. Просто озвучила совершенно безумную мысль, что пришла в голову. Но мне действительно показалось это важным, и я поспешила поделиться с Аленом. Такая невероятная параллель между странным заказом и известием о приезде лорда-охранителя. К тому же, когда мы с Брайсом встречались с магами, они готовы были ждать, сколько потребуется, и вдруг такое изменение планов, а в свете упоминания кэпом того, что алеарцы приедут раньше…

– Я никогда не был хорошего мнения о Ридосе и его приятеле, ибо сфера их интересов не совсем законна. И мне не нравился этот заказ с самого начала, но я послушался тебя и соблазнился суммой. Впрочем, дело не в этом. Лер, твои предположения имеют смысл. Лиса, – он посмотрел на девушку, – думаешь, Клео действительно знает все, что происходит в городе?

– Уверена в этом, – улыбнулась Лисичка.

– Тогда попрошу тебя навестить ее и уточнить, когда именно ожидают высоких гостей из Алеара. Я не стану озвучивать свои предположения, ибо очень хочу ошибиться.

– Без проблем. Навещу ее сегодня же.

– Ален, скажи, что я несу бред, а приезд лорда-охранителя и заказ на сильнейший магический компонент никак не связаны, – попросила я.

– Не скажу, – помрачнел Ален, – ибо все свидетельствует об обратном. Но сначала я хочу убедиться.

– Получается, что если алеарцы приедут раньше…

– Значит, готовится покушение на второе лицо Алеарской империи, – резко закончил брат мое предложение. – Я ничего не имею против императора, но он стар, очень стар, и до сих пор не назначил наследника.

– А его сын? – нахмурилась я.

– В Алеарской империи очень древняя система передачи власти. Видно, сын по каким-то показателям не может выполнить все условия. Лер, – брат покачал головой, – не хочу укорять тебя вновь, но стыдно не помнить о таком.

– А если поподробнее и для тех, кто совершенно не в курсе? – улыбнулась Лисичка.

Я благодарно взглянула на нее, принимая и упрек Алена. Я действительно что-то читала об этом, но вот убейте меня, совершенно не помнила подробности.

– В Алеаре три символа власти, и наследник должен доказать свое право владеть ими.

– Корона, меч и кольцо? – Я наконец вспомнила, о чем идет речь, но решила уточнить.

– Верно.

– А как доказывают право? – заинтересованно спросила Лиса.

– А этого не знает никто, кроме представителей правящей семьи, лорда-охранителя и верховного архимага, – усмехнулся брат. – Но мне хотелось бы приобщиться к тайне. Все, что мне известно, первое испытание проводит маг, второе – лорд-охранитель и наконец, третье – император. Он же и назначает наследника. Если его величество Сайлиар не сделал этого, значит, у него есть причины.

– Ладно, – отмахнулась я, – в любом случае это не наши заботы, а император знает, что и как делать.

– Ты не права. Если по каким-то причинам лорд-охранитель внезапно отойдет в подземный мир, находясь у нас в гостях, то всей Антарии грозит опасность. Как ты думаешь, на кого обрушится гнев императора? Надеюсь, тебе не надо приводить исторические примеры?

– На всех антарийцев, – прошептала я. – И он не будет разбирать, кто прав, кто виноват.

– И если… а точнее, когда он узнает, кто послужил даже косвенной причиной, что с ними случится?

– Вырежут весь род. Ален, надо отказаться от заказа и послать магов к демонам, – решительно заявила я.

– Какая ты умная, – усмехнулся Ален, – и такая наивная, что у меня нет слов. Договор подписывала? Да. Магически заверяли? Да. И думаешь, что тебя не найдут?

– Нет, я так не думаю, – тихо ответила я.

– Ребят, ну что вы делаете проблему на пустом месте, – вмешалась в разговор Лиса, – сдадим наших магов Сеферу, и пусть что хочет, то с ними и делает.

– Лиза, ты вроде умная женщина, – протянул Ален. – Маги всего лишь исполнители, как и мы. Им сказали подготовить что-то, для чего понадобился драконовый сок, причем в большом объеме, а после дела, скорее всего, их уничтожат. Никто не оставляет свидетелей, тем более когда на кону стоит так много. И потом, кто сказал, что Сефер погладит вас по голове за внезапно проснувшееся чувство патриотизма и отпустит с почестями домой?

– Ален, давай не будем нагнетать, – жалобно попросила я. – Пусть сначала Лиса сходит к Клео и выведает все. Вполне возможно, что мы из осторожности дуем на воду, а все гораздо проще.

– Я отправлюсь прямо сейчас. Чем скорее мы узнаем подробности, тем больше времени у нас будет на решение проблемы, а строить предположения в данной ситуации и решать несуществующую задачу – неблагодарное занятие. – Лиса встала с кресла, улыбнулась Алену и слегка склонила голову: – Выпустишь?

– Ах да, конечно, – Ален смутился, быстро снял защиту и открыл комнату.

– Не скучайте, скоро вернусь.

Лисичка быстро вышла, закрыла за собой дверь и оставила нас с братом наедине. Я подошла к Алену и привычно опустилась на ковер рядом с его креслом. Положила голову на колени и на мгновение зажмурилась, когда его пальцы принялись аккуратно перебирать пряди.

– Я боюсь, – призналась я спустя минуту.

– Лиса права, давай не будем об этом. Сначала убедимся, что наши подозрения имеют под собой почву. А ты молодец. Связала совершенно разные моменты и получила логичный вывод. Приятно видеть, что наши уроки не прошли даром, хотя ты и усиленно сопротивлялась.

– Не язви, – попросила я и, подняв голову, посмотрела на брата.

– Даже не думал. Расскажи пока, как вы сходили.

– Спектакль великолепен, Сефер-старший сама любезность, а Килима – стерва.

– А поподробнее? – заинтересовался брат.

– Валар появился к началу спектакля. Один. И занял ложу напротив. – Ален удивленно приподнял бровь и усмехнулся, а я продолжила: – Во время антракта он подошел к нам…

Я подробно рассказала Алену все, что произошло сегодня днем, умолчав только о грубых словах Килимы, хотя думаю, что брату все было понятно и так.

– Молодец, – похвалил меня он. – Разыграла как по нотам, хотя вся беседа была экспромтом. Но мне не нравятся его намеки, так что будь осторожна…

В дверь постучали. Я быстро поднялась с ковра и села в кресло.

– Милорд Ален, доставили несколько писем. Вы сказали, чтобы я докладывал об этом сразу же…

– Входи, Ренард, – разрешил брат.

Управляющий открыл дверь и пересек комнату. Подошел к Алену и, раскрыв папку, протянул два письма.

– Можешь идти.

– Посыльные ждут ответа, милорд.

– Оба?

– Да.

– Хорошо, я отвечу сразу.

Ренард поклонился и покинул кабинет. Я тут же встала и обошла брата, заглянув через плечо.

– Что там?

– Просьба Валара Сефера разрешить тебе посетить их особняк вместе с компаньонкой, если состояние моего здоровья не позволит составить тебе компанию. Ожидаемо, но приглашение на обед и на меня в том числе. Видно, на всякий случай. Так что он выполнил все условия, чтобы получить согласие, – пояснил брат, прочитав первое письмо. – Отвези меня к столу, я напишу ответ.

– А другое письмо. От кого оно? – нетерпеливо спросила я.

– Второе, – Ален развернул конверт и пробежался взглядом по строчкам, – от нашего нового друга Карризи. Он уже в курсе, что ты посещала театр и выражает надежду, что сможет рассчитывать на прогулку в твоей компании. Ох, как не вовремя. Что скажешь?

– Избавься от него, – попросила я. – Карризи пугает меня до дрожи, и если есть повод послать его далеко и надолго, надо им воспользоваться.

– Не стоит грубить жрецу Белого храма. Я напишу, что ты не рассчитала своих сил и снова плохо себя чувствуешь, на этот раз от той гаммы ощущений, что получила в театре.

– Ты гений! – Я поцеловала брата в щеку и взъерошила волосы.

– А ты подлиза. Не стоит провоцировать мужчин, если не уверена, что сможешь справиться с последствиями.

– Ален, не будь занудой, – протянула я. – Просто избавь меня от галгарца. А я поднимусь наверх и переоденусь. Ты как раз закончишь, и мы пойдем ужинать. Согласен?

– Хитруля. Беги, я все сделаю, и распорядись, чтобы накрывали на стол.

– Слушаюсь и повинуюсь, мой господин, – склонилась я в реверансе.

– Брысь отсюда. Ох, наградили же боги сестрой.

Я рассмеялась. Напряжение спало, а внутри стало совсем легко. Подмигнула Алену и быстро вышла из комнаты. Отловила по пути Ренарда, отдала ему распоряжения и побежала по лестнице наверх. У дверей уже ждала Ани, чтобы помочь снять платье, и я с удовольствием прибегла к помощи сноровистой девушки. На выбор наряда не стала тратить время, только умылась и нанесла крем. А так, очередное удобное и тонкое платье, привычная коса и легкие домашние туфли.

Вниз спустилась довольно скоро, но Ален умудрился за это время написать ответы на письма и ждал меня в обеденном зале.

Я села напротив, с удовольствие выпила сока, пока Ани подавала на стол и взглянула на брата:

– Ответил?

– Надеюсь, что галгарец поймет вежливый намек, – Ален понял мой вопрос правильно. – Я жалею, что мы связались с ним. Но уже ничего не поделаешь, остается только расхлебывать последствия. Не накручивай себя, что-нибудь придумаем, если он станет еще настойчивее. Лучше поешь наконец. Похожа на тощую кошку.

– Ну, спасибо, – обиделась я. – Если хотел испортить мне аппетит, то тебе это удалось.

– Хватит, Лер. Ты прекрасно знаешь, что я хочу для тебя только добра, так что прекрати огрызаться. Я понимаю, что ты на нервах, но, ради всех богов, успокойся. И поешь, потому что сегодня ты не завтракала, не обедала, а сейчас уже ужин. Думаю, что у нас достаточно проблем и без твоих голодных обмороков.

– Прости. – Я послушно взяла вилку и наколола кусочек перца.

– Не ограничивайся овощами.

– Я поняла тебя.

Дальнейший ужин прошел в молчании. Каждый думал о своем, но не спешил поделиться мыслями. Думаю, что никто из нас не хотел признавать, с каким нетерпением мы ждали возвращения Лисы. После ужина, когда мы расположились в гостиной, каждый со своей книгой, напряжение не спадало. И так продолжалось ровно до того момента, пока в комнате не появилась мрачная Лисичка, которая объявила:

– Он приезжает раньше. В начале следующей недели.

Мы переглянулись. Предположения стали обретать не просто форму, они становились явью и той новой проблемой, которую предстояло решать вместе с уже существующими.