Глава 19. Дракон

— Слушай, — произнес я, переводя тему. — Ты не знаешь Лидию Алмирз?

— А с чего тебя интересует она? — заметила Марианна, нахмурив свой красивый лоб. — Ее давно не видели в свете. Но, ты не по адресу. Я с ней близко не общалась. Поэтому ничего про нее сказать не могу. А врать не буду…

— Хорошо, а что люди говорят? — заметил я, вспоминая письмо той сумасшедшей.

— Ну, я знаю только, что она развелась три года назад. Но до этого она ходила в трауре. Почему — не знаю. На балах не появлялась, званые ужины не проводила. Вот, собственно, и все. Правда, говорили, что она сошла с ума от горя. Правда, какого, я не знаю. Кстати, мы едем на званый ужин к ее бывшей свекрови Изабелле Кроссберри. Вот у нее мы и спросим. А почему тебе это интересно?

— Она — предполагаемая мать Лили, — заметил я.

Марианна округлила глаза и замерла.

— Как интересно! То есть та отступившаяся дамочка, которая отдала девочку в приют, и есть Лидия Алмирз? — удивилась Марианна. — Вот так новости. А я то думала, что она просто тихоня. Ну тогда все совпадает. Муж, узнал о внебрачном ребенке, убил ее любовника, она надела траур назло мужу, и сошла с ума от горя!

— Она хочет забрать Лили обратно, — заметил я.

— Знаешь, я бы… — Марианна задумалась. — Я бы не отдавала. Хоть я и не обожаю Лили так, как ты, но мне жаль девочку. Ничего хорошего с сумасшедшей матерью ее не ждет. Увы. Поверь, я знаю, о чем говорю. Моя мать тоже в свое время немного помешалась. И я врагу не пожелаю такого! Так что в этой истории будет счастливый конец. Но не для Лидии.

Карета остановилась, а я подал руку Маринне, помогая ей спуститься.

— О, мы так рады, что вы решили посетить наш скромный семейный ужин! — заметила немолодая хозяйка в пышном платье. — Сам генерал решил почтить наш праздник визитом! О, дорогая Марианна Бувье! Я так рада вас видеть! Вы не представляете, как я по вам соскучилась!

— Я тоже очень рада! Это так чудесно, что мы снова встретились! — мурлыкала Марианна, рассыпаясь в любезностях.

— Проходите! — пригласила хозяйка, а я смотрел на чопорные лица, пышные платья и чувствовал, как на меня накатывает смесь тоски и тревоги. Что я здесь делаю? Что я забыл здесь среди сплетен и слухов?

— О, господин генерал! Какая честь! — подходили ко мне, а я смотрел, как меняются лица. Все говорили одно и тоже. Какая честь? Я слышал про ваши подвиги! О, я восхищен вами!

Все, что я мог выдавить, так это улыбку.

— Какая у вас чудесная невеста! — слышал я, но Марианна тут же шутливо прикладывала палец к губам и говорила: “Тс! Мы еще не объявляли о помолвке!”.

Все ели, разговаривали, а я откровенно поглядывал на дверь в надежде уйти отсюда как можно быстрее.

— Миссис Кроссберри, — произнес я, зацепив взглядом хозяйку. — Можно вас на пару слов.

Хозяйка изумленно взглянула на меня, а потом извинилась перед гостями, проходя за мной в коридор.

— О! Конечно! — расцвела она, проводя меня в комнату.

Когда дверь закрылась, я решил спросить напрямую.

— Подскажите Миссис Кроссберри, — улыбнулся я. — А что вы можете сказать о вашей бывшей невестке?

Миссис Кроссберри тут же вздохнула и покачала головой.

— Ну что ж. Я не люблю это вспоминать, но ради вас, господин генерал… Присаживайтесь. Рассказ будет долгим. А, позвольте спросить, почему вы так интересуетесь ею? — улыбнулась миссис Кроссберри.

— Скажу так. Интересы моей семьи пересеклись с ее интересами, — уклончиво ответил я. — И сейчас я бы хотел навести справки.

— Ну, раз так, то скажу как есть! — гордо произнесла миссис Кроссберри. — Я изначально была против этого брака. Как только мой сын Льюис сообщил мне о том, что выбрал себе невесту и привез знакомиться, я поняла. Они не пара. И эта девушка принесет моему сыну много несчастий. Поверьте, материнское сердце это чует!

Она вздохнула и поджала губы.

— Но мой сын, Льюис, был непреклонен. Она — и точка! — заметила миссис Кроссберри.

— И что конкретно вам не нравилось в невестке? — поинтересовался я.

— Все! — выпалила миссис Кроссберри. — Ее манера держаться, ее улыбочки, ее прическа, ее платье! Я сразу поняла, что счастья в браке не будет. После того, как она и ее родители покинули нас, я решила поговорить с сыном. В этой самой комнате. Я сказала ему: “Дорогой Льюис! Я против этого брака! Найди себе другую девушку!”.

— Вы так и не сказали причину, — заметил я. — Причину вашего недовольства.

— Во-первых, я видела, что она не любит моего сына. Ее интересуют деньги, — заметила миссис Кроссберри. — Она … как бы это сказать правильно? Она… Она… Вот иногда смотрите вы на человека, и знаете, что перед вами — подлец! Вот так и с ней.

— Продолжайте, — кивнул я.

— Сын угрожал мне, что если я не дам согласие, то он не женится никогда! И тот час же уйдет на военную службу! А это, поверьте, серьезная угроза! — заметила миссис Кроссберри, вздохнув. — И я сдалась. Я подумала, что, ладно, пускай попытается. И вот они поженились, а мои худшие опасения сбылись! Девушка пустилась во все тяжкие, а мой сын, лопух, об этом даже не догадывался. Она мастерски водила его вокруг пальца. Мы даже ссорились с ним. Представьте, что я чувствовала, когда он заступался за жену.

— Представляю, — снова кивнул я.

— Сколько же подлости было в этой женщине! И однажды, спустя год брака все это вскрылось! У нее был ребенок, но не от моего сына. Куда он делся, я не знаю. Я слышала, что она как — то избавилась от позора. Попросила служанку отнести его в приют. И вот мой сын наконец-то одумался и подал на развод. Пришлось, конечно, вернуть ей ее приданное и ее поместье, но как говорят, что, спасибо, судьба, что взяла деньгами! К тому времени ее родители умерли. Нельзя так говорить, но это к лучшему. Иначе бы ее отец настоял бы на большем. Вот такая вот история. Мой сын, Льюис, до сих пор не может оправиться. И так и не женился. Поэтому я организовываю званые вечера, чтобы найти ему невесту. Это мой долг, как матери.

Миссис Кроссберри промолчала, поджимая губы. Портрет вырисовывался безобразный.

— Я вас услышал, — кивнул я, понимая, что какая-то развратная девица без стыда и совести, явно сошедшая с ума требует у меня мою Лили.

— А как она выглядела? — спросил я, осматривая фамильные портреты на стене. Я должен знать, как выглядит эта женщина, чтобы она не смела приближаться к моей дочери ни на шаг. — У вас остались ее портреты?