Глава 48

Я была на грани обморока.

— Вы не боитесь за вашу няню, что она может пострадать от непроизвольного выброса магии? — спросил ректор. — По статистике первыми страдают няни. Сколько уже таких случаев было!

Сердце гулко билось, а я кричала ему: “Замолчи! Я не слышу, что говорит ректор!”.

— Одну няню совсем недавно с ожогами лица и рук доставили в больницу. А она просто решила похвалить малыша, а тут на тебе! — произнес ректор, снова глядя на меня.

Я понимала, к чему он клонит. Вот сейчас поняла. Он хочет, чтобы я встала на его сторону.

— Спасибо за предупреждение, — произнес генерал.

— Я бы хотел посмотреть, на что способна девочка, — заметил ректор. — Измерить уровень ее магической силы, если вы не против. Мы ведем учет всех магов.

— Думаю, что сейчас мы это делать не станем, — произнес Аргайл. — Пока ее способности не проснулись, не стоит их будить.

— Ну что ж, — заметил ректор, явно не достигнув цели. — Тогда я хотел бы поговорить с вашей няней с глазу на глаз. Мне нужно дать ей четкие инструкции, как вести себя, если вдруг у ребенка просыпается магическая сила.

— Хорошо, — дал разрешение генерал, а Лили уже доела и пила чай. — Вы можете выйти.

На дрожащих ногах, похожих на кукольные шарниры, я направилась к двери. “Он сейчас будет меня шантажировать!”, - пронеслось в голове. — “Он хочет, чтобы я убедила генерала отдать ребенка в Академию!”.

— А давайте здесь, — заметил ректор, открывая дверь противоположной столовой комнаты.

“Ну, все! Началось!”, - мысленно прошептала я, чувствуя, как от напряжения у меня даже заболели мышцы.

Ректор взмахнул рукой и на нас обрушился магический полок.

— Не бойтесь, нас никто не видит и не слышит, — произнес старик. — Для всех эта комната кажется пустой.

Я сжала кулаки, стараясь собрать разбежавшиеся от страха мысли в кучку.

— Я вижу, вы ее нашли, — заметил ректор, улыбаясь. — Что ж… Поздравляю. Вы уже проверили?

Я пока молчала. Мне еще нужно было собраться с силами, чтобы ответить.

— Еще нет, — глухо прошептала я. — Я прошу вас… Умоляю… Просите все, что хотите… Только не говорите и намекайте генералу про…

— Вы за кого меня держите? — внезапно нахмурился старик. — Чтобы я рассказывал чужие тайны? Зачем оно мне?

— Я была уверена, что вы будете меня шантажировать. Мол, уговорите генерала, а я тогда промолчу, — выпалила я.

— Глупости какие! — усмехнулся старик. — Эх, дитя мое… Наоборот. Я искренне рад за вас. Ну, все, не надо плакать, дитя мое! Я всего лишь хочу, чтобы вы не пострадали. Понимаете, родители редко занимаются воспитанием детей. Чаще всего они не так близки. Поэтому вам стоит быть внимательной и осторожной. Сейчас у нее такой возраст.

Только сейчас до меня дошло, что ректор не желает мне зла. И сердце облилось горячей благодарностью.

— Вот вам инструкции, — произнес он, вручая бумагу. — Можете потихоньку высвобождать ее силу. Вы же умеете колдовать?

— Ну, да, — кивнула я.

— Отлично! Простенькие заклинания… И почаще… Пусть она учится выпускать силу потихоньку. Так будет лучше для вас и для вашего поместья. Любое сильное нервное потрясение может спровоцировать неожиданный выброс магии. Так что вам нужно быть к этому готовыми, — улыбнулся старик. Он положил свою руку поверх моей руки, а она показалась мне такой холодной. — Ну что ж, удачи вам…

Он снял полог, а я выдохнула, утирая слезы благодарности.

— Ну все, мне пора! — объявил ректор. — Если передумаете, то приезжайте. Я вам все покажу!

— До свидания! — вежливо попрощалась Лили.

— До свидания, моя крошка! — улыбнулся старик и помахал ей рукой.

Генерал бросил на меня встревоженный взгляд, а я попыталась утереть слезы так быстро, чтобы никто их не заметил.

Как только ректор скрылся из виду, Аргайл направился ко мне.

— Он тебя обидел? Что он тебе сказал? — генерал потряс меня за плечи.

— Нет, нет, что ты, — прошептала я, протягивая ему листок, который я особо не читала. — Он дал мне рекомендации.

— Ты испугалась? — спросил Аргайл, глядя на мое лицо. — Если да, то говори, как есть. Я найму учителя. Чтобы он все контролировал.

— Нет, я не испугалась, — произнесла я.

— Тогда в чем дело? — спросил генерал, встревожено глядя на мое лицо.

— Просто я переживаю за Лили, — вздохнула я. — Она такая маленькая. А вдруг она сама себе что-то повредит?

Я почувствовала, как меня сгребли в объятия. В них было так тепло и хорошо, что все страхи вдруг отступили. Казалось, они находятся за пределами сильных руки и бояться подходить к тебе, когда ты под защитой.

— Вот где вас таких создают? — спросил генерал. Он провел рукой по моим волосам, а я жадно впитывала в себя это чувство защищенности. Боже мой. Я умираю в этом человеке Я растворяюсь в нем.

И тут я почувствовала, как меня обнимают еще одни маленькие ручки. Генерал отстранил меня чуть-чуть, поднял на руки Лили, которая тут же положила руки на наши шеи.

— Я люблю вас, — прошептала она.

И тут я заплакала, целуя ее щеки.

— Я тоже очень люблю тебя, — шептала я от всего сердца.

— Я люблю тебя, Лили, — слышала я голос генерала.

Мне кажется, что лучше этого момента не может быть ничего. Я мечтала об этом так давно, что уже и забыла о своей мечте. И вот она сбылась.

— А теперь играть! — звонко объявила Лили. — Пойдем, нянечка! Мы сейчас будем прыгать в классики!

Я улыбнулась, видя, как генерал одергивает ей платье, пока я поправляю банты. Я вышла в сад, чувствуя сердцем все происходящее вокруг. Щебетание птиц, шелест листвы, радостный смех Лили, яркий солнечный свет, заливающий дорожки и кусты, огромное роскошное поместье и любовь. Любовь, которой хочется обнять весь мир.

И тут я увидела черную незнакомую карету, которая свернула прямо в ворота. Она неслась на всех парах по аллее, а я мы с Лили замерли, глядя как она резко останавливается возле белых ступеней.

Из кареты, не дожидаясь протянутой руки кучера, вышла Марианна и направилась в сторону дверей.