Глава 28

Я проснулась, и Клим лежал рядом со мной. Его глаза были закрыты, длинные ресницы касались его щеки, а голова слегка повернута ко мне. Он был прекрасен, как падший ангел, но в то же время так смертоносен. Повязка на его плече была ярким напоминанием об этом факте.

По моему позвоночнику прошла дрожь.

– О чём ты думаешь? – сказал он, открыв глаза и глядя прямо на меня.

Я не стала юлить и выдала на одном дыхании, – Ты меня пугаешь.

В его темных глазах мелькнуло веселье, и он слегка приподнял голову, – Что я делаю?

Я кивнула, откинув голову на подушку, – Прошлой ночью на нас напали шесть человек, и я чувствую, что для тебя это был просто еще один день. А меня это пугает.

Он задумался, опуская голову обратно на подушку. Его голос стал низким, – Да, так и есть, это моя жизнь.

Я прикусила щеку изнутри и посмотрела на него, я увидела, что он хочет что-то сказать.

– Я рассказал тебе о своей семье, но не стал вдаваться в подробности, – он закрыл глаза, всего на секунду. Когда он открыл их, я увидела его боль. Его голос стал хриплым, – Сначала они убили моего отца. Он собирался на концерт моей сестры. Они расстреляли его на улице. Это было сообщение от них.

– Клим, – я приложил руку к его щеке.

– Мою маму убили на следующей неделе. Мы думали, что на нашем отце все закончилось. Яковлевы объявили войну, когда убили моего отца, но мы не могли предположить, что будет дальше.

Слеза скатилась с моей щеки.

Он продолжил, и его слова были как хлыст горечи и боли через прошлое, —Она была в чертовом продуктовом магазине. С ней был мой брат Ден, но он ушел в отдел журналов, – он смотрел сквозь меня, вспоминая, – Они не знали, что Ден был там, иначе они пришли бы за ним. Может быть. Она спрашивала продавца о хлебе, когда ее застрелили. Двенадцать раз, в упор. Брат выбежал сзади, и они его так и не услышали. Они ничего не слышали, кроме собственных выстрелов. В ней двенадцать гребаных пулевых отверстий.

– Господи, – прошептала, – Тебе не обязательно мне говорить.

Он дотронулся пальцами до моей щеки и нежно провел по ней, – Мне нужно, чтобы ты знала, кто я.

Его братьев расстреливали, одного за другим, по одному в неделю. Потом его старшая сестра, та самая, у которой был концерт, где был убит их отец.

Я услышала боль в голосе Клима и не могла ничего сделать, чтобы ее унять. Его лишили семьи.

– Последние из моей семьи, сестры близняшки. Они были на конспиративной квартире, но где бы они ни прятались, Яковлевы их находили. Одна сестра спряталась в шкафу, уцепившись за игрушку пони. Она любила этого пони, – Клим горько усмехнулся, – Другая сестра ушла на крышу. Они нашли ее цепляющейся за стену дома. Там они её и застрелили.

– Я был следующим, пока не вмешался Шахов.

– Что ты имеешь в виду? – было больно дышать, слёзы меня просто душили.

– Он должен был меня убить, но не стал. Он меня забрал к себе и никому не сказал. Я выжил, потому что он нарушил приказы.

Он глубоко вздохнул и продолжил, —Шахов спас мне жизнь. Я отсутствовал пять лет, пока меня не нашли. Они послали четырех мужчин и окружили машину, как они сделали с Колей. В тот день я был с друзьями, нормальными друзьями, которые понятия не имели, кто я такой. Они все умерли. Я выжил. Я вышел и убил ублюдков. Потом я вернулся в свой город и убил еще больше, – в его глазах появился жесткий блеск, – Я вернул себе место в этой семье. Мой папа был главой. Теперь я.

Он пристально посмотрел на меня.

Я нежно провела большим пальцем по его щеке, —Я должна испугаться всего этого. Я знаю. Я должна была понять как ты опасен, когда впервые увидела, как ты заходишь в ресторан «Океанов». И я должна был испугаться, когда увидела тебя в лифте, когда ты держал Николая в крови. Кровь сама по себе достаточно страшна, но мне было не страшно. Страх так и не пришел. Единственное, что меня пугало, это когда я разговаривала с тобой, когда я чувствовала, как сильно ты можешь повлиять на меня, – я слабо улыбнулась, —Я не боюсь того, кто ты. Я не боюсь того, что ты можешь сделать. Я не боюсь того, что значит быть рядом с тобой. Я боюсь только того, что не могу без тебя. Это пугает меня до мозга костей. Но я все еще здесь. Я не могу уйти от тебя.

В его взгляде я увидела теплоту, – Понимаешь, люди умирают вокруг меня.

– И что с того? – ответила ему.

– Ты можешь умереть.

– Не так давно я была на пол пути от этого, – в тон ему прошептала.

Он закрыл глаза и сделал долгий прерывистый вдох, – Я убиваю людей.

– Я могла убить одного прошлой ночью.

– Нет, – он покачал головой, – Твой выстрел не убил его. Я дважды выстрелил ему в голову. Это не ты. Не берите это на себя.

Моя рука дернулась, и мой большой палец коснулся его губ, – Спасибо, что спас мне жизнь.

Его глаза потемнели, – Ты оказался в такой ситуации из-за меня. Не благодари меня за это.

– Мне все равно.

Он притянул меня к себе и его губы коснулись моей шеи. Ничто не могло оторвать нас друг от друга.

Через несколько часов мы снова проснулись так как нас разбудил звонок лифта. Клим соскользнул с кровати, выругавшись себе под нос. Он натянул штаны и босиком вышел из комнаты.

Взглянув на часы, я увидел, что уже полдень. О Боже. Пришло время вставать. Я одела рубашку Клима и попыталась вспомнить, где были мои вещи.

Я не решалась покинуть спальню. Каким-то образом это стало нашим личным убежищем, но мне пришлось столкнуться с реальным миром.

Я уже заворачивала за угол, когда Клим чуть не сбил меня с ног.

Его руки поймали меня, удерживая за талию, и он не дал мне вонзиться ему в грудь.

– Извиняюсь, – моя рука легла ему на грудь, – Я должна идти. Кажется, моя сумочка в твоей машине.

– Я шел за тобой, – он указал через плечо, – Дмитрий пришёл к тебе.

– Управляющий? Ко мне?

Он кивнул.

Время замедлилось. В этом не было ничего драматического, но я знала, что это нехорошо. Он не пришел бы, чтобы спросить: «Привет, как дела?» Надвигалась буря. Я чувствовала это нутром.

Когда я подошла к нему, моя интуиция была права. Он был мрачнее тучи. Сначала я думала, что нравлюсь Дмитрию, но с тех пор, как в то утро он разбудил Клима у меня дома, все пошло под откос.

– Ваша подруга пыталась связаться с вами, – проговорил он деловым тоном.

Моя тревога усилилась, – Кира? Что случилось?

– Вы знаете, где ваш телефон, Яковлева Кристина? – он взглянул на Клима, произнося мою замужнюю фамилию.

Клим хмыкнул, прислонившись спиной к кухонной стойке, – Перестань быть едким, Дмитрий.

Он не ответил. Его плечи поднялись одним медленным движением, прежде чем снова опуститься. Он даже не моргнул, когда сказал мне, – Она позвонила мне десять минут назад с просьбой открыть ваши двери. Она обеспокоена тем, что что-то не так. Ты не отвечаешь на звонки со вчерашнего вечера.

– О, нет, – это было нехорошо, – Кира звонит мне со вчерашнего вечера? – я выругалась и повернулась к Климу, – Мне нужен мой телефон. Я должна позвонить ей.

Он кивнул, – Я принесу, – Он взял свои ключи от машины и вошел в лифт.

Как только за ним закрылись двери, Дмитрий снова заговорил, – Она сказала, что ей позвонила полиция. В ваш предыдущий дом вломились.

– Что? Пипец какой-то. А где она сейчас? У Давида?

– Нет. Она в полицейском участке.

Вот дерьмо. Это было хуже, чем я себе представляла, – Взлом? Действительно?

Его голова едва шевельнулась в кивке, и после минуты молчания лифт загудел. Клим вернулся. В руке у него был мой телефон и моя сумочка.

– Так, давай сюда, – я взяла телефон и начала набирать номер подруги.

Дмитрий ушел со всем своим напряженным, непоколебимым великолепием. Он бросил на меня еще один жгучий неодобрительный взгляд, прежде чем лифт увез его.

– Что он сказал тебе? – спросил Клим.

Но тут Кира ответила, и я отвернулась.

– Привет?! Кристин! – голос у неё был истеричным.

– Привет, – я включила громкую связь, держа телефон так, чтобы Клим мог слышать, – Я здесь. Я так виновата. Вчера ночью я потеряла свой телефон. Что случилось?

– В твой дом вломились. Один из твоих соседей вызвал ментов, и когда они не смогли связаться с тобой, они позвонили мне. У твоих соседей сохранился просто мой номер. Кристин, где ты была? Я звоню без перерыва со вчерашнего вечера.

– Дмитрий сказал, что ты в полицейском участке? – я проигнорировала её вопросы.

– Уже нет. Я у Давида. Мы пытались попасть на твой этаж, но нас туда не пустили. Кристин…– её голос стал более спокойным, но настороженным, – Полицейские задавали мне кучу вопросов.

Я нахмурилась, – Про что именно?

– Когда я сказала им, где ты сейчас живешь, они стали странно себя вести.

Я переглянулась с Климом и крепче сжала телефон, – Что ты имеешь в виду?

– Сначала они вели себя так, как будто это был какой-то обычный взлом, как будто это не имело большого значения. Затем, когда я упомянула, что ты живешь в «Романов», их головы буквально вздрогнули. Один из ментов вышел из комнаты и вернулся с детективом. Это нормально? – затем она прошептала в трубку, – Они спросили, знаешь ли ты Клима Романова.

У меня пересохло в горле, – Что ты им сказала?

– Я сказала да. Я имею в виду, вы встречались с ним на том мероприятии.

–Это все, что ты сказала?

– Что я еще могла сказать? Не похоже, что вы закадычные друзья с этим мужиком.

– Ах, да. И Давид, – ее голос снова стал громче, – С ним тоже разговаривали. Его затащили в комнату для допросов. Конечно, сказали, что это был не допрос, но по ощущениям было так. Давид сказал мне, что они спрашивали, как давно он переехал в это здание, встречался ли он до этого с Романовым и разные всевозможные вопросы.

– Ты рассказала им о родителях Андрея?

– Нет. Зачем мне? Подожди. А должна была?

– Нет нет, – моя рука ослабила хватку на телефоне, – Хорошо. Эм, они дали тебе номер, по которому мне следует позвонить?

– Ага. Подожди, – наступила тишина, затем она снова заговорила, – Может я просто спущусь к тебе? Они хотят, чтобы ты позвонила, и они хотят встретиться с тобой в доме, чтобы удостовериться что ничего не пропало.

– Так… – у меня начала формироваться головная боль.

Клим беззвучно сказал мне, – Скажи ей подождать. Ты перезвонишь ей.

Я кивнула, – Я только проснулась, дай мне одеться и принять душ. Я позвоню тебе как буду готова. Хорошо?

– Хорошо, – ответила Кира.

Клим взял у меня телефон и нажал кнопку завершения вызова, – Они будут спрашивать обо мне.

– Я в курсе. Но я решила, что буду с тобой, – напомнила я ему.

– Ситуация накалилась. Я спас тебе жизнь. Возможно, ты сказала что-то, о чем сейчас сожалеешь, – его голос смягчился, – Я бы не стал винить тебя, если ты захочешь уйти навсегда. Еще есть время.

– И что? Врать о том, что я тебя знаю?

Он покачал головой, его глаза встретились с моими, – Говорить правду. Ты знала меня. У нас была интрижка, и все. Все закончиться прямо здесь и сейчас. Ты все еще можешь выбраться из данной ситуации.

Но я не хотела выбираться, – Я знаю, что возможно было бы правильно отступиться, но я не могу. И даже если я это сделаю, и мы покончим с этим, один звонок от тебя, и мы начнем все сначала.

Его глаза стали жесткими, – Нет, если я уйду от тебя.

Эти слова задели. Я резко вдохнула, – Не знаю, смогу ли я с этим справиться.

– Я тоже не знаю, смогу ли я уйти, – сказал он.

– Что ж, —я направилась к лифту.

– Подожди, – Клим схватил меня за руку, —У меня есть свои в полиции. Твоя подруга узнает о нас, но я могу отсрочить это.

– О чем ты говоришь?

– Они будут задавать тебе вопросы, но я могу пригласить туда своих ребят. Они могут отделить вас от твоей подруги при опросе.

– Я… ты уверен?

Он кивнул, – Позвольте мне сделать хотя бы это. Тогда ты сможешь рассказать своей подруге на своих условиях.

– Спасибо, – я взяла его руку и сжала.

Чуть позже я встретила Киру в вестибюле, и мы вместе поехали в машине, которую дядя Саша «вызвал» для нас.

Я вошли в дом с двумя детективами. Я все обошла, но с облегчением обнаружила, что ничего не пропало.

Я забрала от сюда все, что имело сентиментальную ценность, когда переезжала, объяснила я им. Ничего особенно важного для меня не осталось, но все равно было облегчением узнать, что меня не ограбили.

И когда детективы начали меня допрашивать, пришел полицейский и отвел Киру. Я не смогла расслышать причину, которую он ей назвал, но она бросила на меня растерянный взгляд и последовала за ним из комнаты.

Я была готова.

– Яковлева Кристина, вы уверены, что ничего не пропало?

– Можете обращаться ко мне по моей девичей фамилии, Смекалова.

– Вы больше не носите фамилию мужа? – детектив склонил голову набок.

– Нет, – спокойно ответила на его вопрос.

– Есть ли для этого причина? Обычно, когда люди опять меняют фамилию, на то есть причина. Они встретили кого-то нового или не хотят, чтобы их ассоциировали с прошлым. Что-то из этого?

Я знала, о чем он спрашивал, но не реагировала, несмотря на то, что во мне начало закипать раздражение, – Мой муж умер больше года назад. Думаю, сейчас я постепенно привыкаю без него и поэтому так решила. Какое это имеет отношение к тому, что кто-то вломился в мой дом?

– Мы просто пытаемся понять ваши обстоятельства, найти связь или мотив, которые могли бы объяснить это, – мягко сказал он.

– Вы считаете, что это моя вина? – спросила я.

Они проигнорировали мой вопрос.

Один из детективов указал через плечо, куда ушла Кира, – Твоя подруга сказала, что ты переехала в «Романов» в центре города. Это довольно дорогое место.

Его напарник хмыкнули добавил, – И эксклюзивное место. Я понятия не имею, как туда попасть, даже если бы захотел.

Они ухмыльнулись друг другу, возможно, думая, что я не знаю, к чему они клонят с этими вопросами.

Я подняла подбородок выше и расправила плечи, – Просто спросите то, что хотите действительно спросить.

Притворное веселье исчезло. Их ястребиные глаза впились в меня, – Вы знаете Клима Романова?

– Да, знаю.

– Твоя подруга сказала, что вы познакомились на каком-то шумном мероприятии. Это правда?

– Да, правда.

Они изучали меня и затем спросили, —Это там вы познакомились с Романовым?

– Он не был представлен нам. Адвокат Макаров беседовал с ним и его спутником. Затем Романов сказал несколько слов другим людям, стоящим с нами.

– Другие люди? Кто они?

Глубокий вдох, – Родители моего покойного мужа.

– Родственники? – оба смотрели на меня долго и пристально. Они этого не ожидали.

Я кивнула, – Можно считать, что бывшие родственники. Сейчас у нас с ними нет никаких отношений.

Один из детективов что-то записал в блокноте, – Так ты знаешь Клима Романова?

– Я знаю его, потому что живу в его доме.

– Ваша подруга встречается с одним из других жильцов, и она его не знала.

Я пожала плечами, – В здании есть свой спортзал. Там я с ним и познакомилась.

Один из них переминался с ноги на ногу, глядя на меня, – Ваша подруга сказала, что вы и ваш муж отдалились от его семьи.

– Да. Это правда.

– Вы когда-нибудь встречались с бабушкой вашего мужа?

Они хотели знать про Яковлевых. Они не собирались спрашивать, знаю ли я Клима лично. Облегчение почти переполнило меня, —Нет. Я никогда её не видела. Андрей этого не хотел.

–И вы никогда не спрашивали его, почему?

– Я любила его. Если он не хотел, чтобы я встречался с ней, на то была причина. Я доверяла ему.

Детектив сунул блокнот во внутренний карман пиджака, – Вы знали, что бабушка Андрея была в мафии?

– Да, но не раньше ночи мероприятия, Клим Романов произнес это имя, и я не поняла смысла. В тот вечер я нашла в Интернете информацию о бабушке Андрея.

– Вы узнали о семье вашего покойного мужа из интернета? – ухмыльнулся он.

– Да, – я нахмурилась и спросила, – А что это так удивляет?

– Вам никогда не приходило в голову разыскать его семью раньше? – как будто не слыша меня они задали свой следующий вопрос.

– Зачем мне? Мы были счастливы. Не было никаких причин для подозрений.

Он пожал плечами, – Ясно.

Они обменялись взглядами и спросили, – Есть что-нибудь еще, что нам следует знать?

– О взломе? – я покачала головой, – Нет.

Вскоре после этого они ушли, и Кира присоединилась ко мне на кухне, —Это было странно.

Я хмыкнул, соглашаясь.

– Значит, ничего не пропало?

Детективы сели в машину и уехали. Приехавшая с ними патрульная машина последовала за ними. Я повернулся к подруге, – Нет, ничего не пропало.

Она закусила нижнюю губу, оглядывая пустой дом, – Это место иногда вызывает у меня мурашки по коже.

Я покачала головой, вздохнув, – У меня тоже мурашки по коже, – я соединила наши руки вместе, когда мы подошли к двери, – Это был странный день. Давай займемся чем-нибудь веселым.

Она схватила меня за руку, переплетая наши пальцы, – Я думала, ты никогда не спросишь. В «Океанов»?

– Может найдем новое местечко?

– У меня есть идеальное место, – улыбка растянулась на ее лице, когда она подошла к машине.

Я знала, что в конце концов она спросит меня о том, где я была прошлой ночью, но пока она казалась отвлеченной, что ничего не пропало и со мной все в порядке.

Мы пошли в новый ресторан. Мы смеялись. Мы пили и напились в хлам. День, несмотря на все сумасшествия, которые произошли, был веселым. Кира отвлекла меня от всего: Клим, нападение, мой дом.

В конце вечера, когда мы хихикали и спотыкались, входя в лифт, я знала, кто была худшей подругой, это была я. Я ей так ничего и не рассказала.

Мы ввалились в квартиру смеясь и плюхнулись на пол, – Мы с тобой пьяные алкогольвицы, – еле проговорила я.

Она фыркнула, сдерживая ухмылку, – Это да.

– Спасибо тебе за этот день, он мне был нужен, – сказала я и положила свою руку на её.

– Нет, – она покачала головой, едва не грохнувшись опять, пытаясь сесть, – Я делаю то, что должна делать настоящая подруга. Я отвлекаю тебя от дурных мыслей.

Я вздохнула, – Ты действительно лучшая подруга, – я прижал ее руку к своей груди, – Спасибо тебе еще раз.

– Без проблем, – она хихикнула и икнула одновременно, – Ты сделаешь то же самое для меня.

Я кивнула ей, а на душе скребли кошки.