Глава 28

Надя Набравшись храбрости, я снова выглянула в коридор в надежде найти путь к выходу. Но вместо этого увидела на полу рядом с дверью Толика. От осознания что он может быть мертв тело сковало от ужаса. Я не могла не пошевелиться ни вздохнуть, продолжая смотреть на мужчину понимая что совсем скоро эта участь может настигнуть и нас. И вдруг в голове что-то щелкнуло. Я поняла что не могу так просто сдаться. С появлением в моей жизни Влада каждый день что-то происходило, и я каждый раз справлялась с трудностями. Так что же мне мешает найти выход и из этой ситуации? Вернувшись в спальню, я положила малыша на кровать и прежде чем приступить к основным действиям решила в кое чем все же убедиться. Немного опасливо подошла к Толику и присела рядом. Всего мгновение, в которое я пыталась понять, жив ли он… Грудь мужчины едва заметно поднималась от вздохов. Жив! И я не смогла выдохнуть от облегчения. Не знаю как у меня получилось и откуда взялись силы, но я затащила бессознательного мужчину в комнату. Наверное не стоило мне беспокоиться еще и о Толике. Самой бы спастись. Вот только я прекрасно понимала что если выживу, буду себя всю жизнь ненавидеть за то что бросила человека умирать когда могла его спасти. После этого я закрыла дверь и подоткнула вещами щель под ней, чтобы внутрь как можно меньше попадало дыма. Тоже самое сделала с дверью в детскую. Подойдя к окну я распахнула его, тут же вдохнув свежего воздуха, закашлявшись от не привычки. Опустив взгляд посмотрела вниз и тут же отступила выругавшись. Второй этаж высота приличная. Мне одной точно не выбраться отсюда. Вернувшись к Толику я попыталась привести его в чувства. Не сразу но мужчина начал подавать признаки жизни. Застонав, он стал уклоняться от моих ударов. А ничего лучше и эффективнее пощечин я не придумала. И пока Толя окончательно пытался оклематься, я вернулась к малышу. Нужно было придумать как с ним выбраться из окна. Вернулась в детскую и взяла оттуда переноску. Аккуратно уложив в нее сына. После я сдернула простыню с кровати и сняла с одеяла пододеяльник. К этому времени Толик уже поднялся и пошатываясь подошел ко мне держась за голову. – Что происходит? – спросил он. – А что не видишь? Мы горим, – ответила нервно улыбнувшись, пытаясь связать углы простыни и пододеяльника. – Помоги лучше. Продолжая хмуриться, он все же выполнил мою просьбу. Вернув мне импровизированную веревку, он спросил: – А не лучше через дверь? – Не лучше, поверь, – ответила подходя к окну. Нахмурившись, я попыталась придумать куда привязать угол пододеяльника чтобы уж наверняка он не отвязался. Толик тем временем подошел к двери и распахнув ее выругался точно так же как я недавно. После он захлопнул дверь и аккуратно подоткнул щель. Подойдя ко мне, Толик забрал край пододеяльника и привязав его к ножке кровати он подвинул ее к окну. И все это молча! Словно он осознал свою ошибку и ему неловко от того что не послушал меня. – Вы первые, – сказал Толик выглядывая из окна. – Ага, сщаз? – ответила усмехнувшись. – Лезь давай! Не то чтобы я такая благородная и решила уступить ему место. Нет конечно! Просто… – Вот только не нужно геройствовать, – рыкнул недовольно Толик, посмотрев на меня. – Давай полезай. – Ты за кого меня принимаешь? – возмущенно воскликнула. – Я просто хочу убедиться, что конструкция выдержит. Толик явно не ожидал услышать подобное. Но я и правда боюсь что ткань может не выдержать и порвется. Именно по этой причине я хотела, чтобы Толик первым спустился. – К тому же, будет лучше, если ты подстрахуешь нас снизу. А то вдруг там внизу кто-то сидит и ждет когда мы спустимся чтобы добить. Толик усмехнулся, но больше не стал спорить. Перебравшись через подоконник, он начал потихоньку спускаться. Затаив дыхание я следила за ним. Я боялась, что вот сейчас порвется простыня или мужчина внезапно сорвется. Но ничего подобного не произошло. Как только Толик оказался на земле, я выдохнула с облегчением. Схватившись за импровизированную веревку, я втянула ее обратно в комнату. И завязав край простыни за ручку переноски в которой находился малыш я начала аккуратно опускать ее вниз. С каждой минутой в комнате поднималась температура. Это означало что пламя добралось и до нее. Но я старалась не думать об этом. Пот струился по лицу, дышать с каждым разом становилось сложнее. Я сантиметр за сантиметр продолжала опускать переноску. Я боялась, что она в любой момент может перевернуться или вдруг не смогу удержать. Когда переноска с сыном оказалась в руках Толика, я вздохнула с облегчением, не сдержав счастливой улыбки. Теперь сынок в безопасности. – Надежда, теперь ты, – крикнул снизу Толик. Я согласно кивнула и помедлив всего мгновение аккуратно перебралась через подоконник потихоньку спускаясь. Пока мои ноги не коснулись земли, я вспоминала все проклятия которые знала и не стесняясь произносила их вслух посылая на того кто заставил меня ночью лазить через окно. – Ничего, вот только доберусь до этого гада, собственными руками придушу! Будет знать как связываться со мной! Это были последние мои слова сказанные в тот самый момент когда стоя на земле, я выпустила из рук ткань. – Я не устаю вами восхищаться, – проговорил Толик. – За последние пять минут я узнал столько новых слов. – Еще рано восхищаться, поскольку самое интересное будет когда я все свои угрозы воплощу в жизнь, – произнесла и усмехнулась. Взяв с переноски сына на руки, я прижала его крошечное тело к себе. Мне казалось, что находясь у меня на руках, сын будет в большей безопасности, что ему так ничего не угрожает. – Ладно выведи нас отсюда, малышу нужна помощь, – обратилась к Толику. Пока спускалась слышала сигнал пожарных машин и не ошибусь если предположу что и скорой. Так что нам следует как можно быстрее попасть к ним. С Андрюшей конечно все нормально, в чем я убедилась еще там наверху. Но от помощи медиков все же не стоит отказываться. Когда в очередной раз споткнувшись, при этом больно ударившись о камень я не выдержала и снова начала ругаться как сапожник. А как иначе? Вокруг ни черта не видно. Я жутко устала и напугана. У меня на руках сын. А еще я босая и практически раздетая. И при этом нам еще не известно сколько идти! И именно в этот момент мы вышли из-за деревьев прямиком к толпе немного удивленных людей. Впрочем, я тоже пришла в шок от их количества. Откуда только они появились? До города далеко, соседей поблизости нет. Неужели они все жили в особняке? Тогда почему я кроме Галины и родственников Влада никого не видела? Мое оцепенение прошло довольно быстро. В тот самый момент когда меня едва не сбили с ног заграбастали в стальные объятья. Я даже испугаться не успела! Когда поняла что это Влад сжимает нас в руках и бояться нечего воскликнула: – Задушишь придурок! Пусти! Мне конечно приятно понимать что за нас хоть кто-то переживает. А еще я бы с удовольствием еще немного понежилась в его руках. Но между нами сын! И есть все шансы что такими темпами он его задушит. Влад не спешил отпускать меня. Он всего лишь ослабил хватку, позволяя нормально вздохнуть и не переживать за сына. – Влад, с нами все нормально, но сына лучше показать медикам, – тихо проговорила желая успокоить его. – Спасибо, – едва слышно прошептал он мне в макушку. – Спасибо что осталась жива. Влад. Мы стояли у скорой помощи. Медики осмотрели малыша, а Надежда то и дело нервно покусывала губы и заламывала руку от волнения. Было видно, что она переживает за сына. Никогда не понимал ее зависимость к чужому ребенку. Она ведь молодая и может родить собственных детей, так почему она вцепилась в моего сына? Именно это наводит на подозрительные мысли. Никогда не имел привычки доверять кому либо кроме себе. Не слушал сплетни и ни читал статьи газетенки, предпочитая верить только своим глазам и ушам. Наверное именно по этой причине, увидев как Надежда, едва держась на ногах выходит из-за деревьев крепко прижимая к себе сына я понял что могу ей доверять. В подобной ситуации, когда твоя жизнь висит на волоске, думать о чужом ребенке будешь в последнюю очередь. Но Надежда не бросила ребенка. Увидев их обоих живыми, я испытал облегчение и… радость? Да, черт возьми, я был рад что они остались живыми! Не могу даже представить что бы случилось если бы все оказалось иначе. – Ну что дорогой братец, теперь особняк не достанется никому. Раздавшийся голос Никиты заставил вздрогнуть. Но не меня, нет, Надежду. Я знал что поджог это дело рук Никиты. Знал что он обязательно подойдет чтобы позлорадствовать. И был готов к этому. Но Надя… – Особняк можно восстановить, ты же понимаешь что это не проблема? – сказал усмехнувшись. – Неужели ты думал что сможешь, таким образом, что-то изменить? Чего ты добился, поджигая собственный дом? Я знал, чего именно он ожидал. Никита надеялся, что Надя с сыном не смогут выбраться и погибнут. Тогда у него снова появится шанс забрать причитающееся ему наследство. – Значит это все же он, – тихо произнесла Надежда привлекая к себе наше внимание. Нахмурился, не понимая что именно она имеет ввиду. Посмотрев на Надю, я едва успел отстраниться когда прямо рядом с моим лицом что-то пронеслось. А когда отошел от первого шока увидел очень увлекательную картину. Надежда избивала Никиту костылем! Видимо схватила из скорой. И как только она его вообще заметила?! – Влад, убери от меня свою чокнутую жену! – прокричал Никита уворачиваясь от ударов. Вздохнул разочарованно. Не хотелось мешать Наде выплескивать злость, к тому же Никита это заслужил. Но понимание что вокруг много зевак и нас могут сфотографировать и уже завтра выйдет заголовок в газете что жена крупнейшего магната избивает костылем его брата, все же заставило меня вмешаться в их перепалку. – Пусти! – возмущенно воскликнула Надежда стоило мне только схватить ее и прижать к себе. – Я убью этого гада! – Конечно, – согласился с ней. – Только давай без свидетелей? Надя вздрогнула в моих руках и бегло осмотрела присутствующих. Она словно только что вспомнила где находится. И ее разочарованный вздох подтвердил мои догадки. – Вот именно! Все видели как эта чокнутая на меня накинулась? Я напишу заявление в полицию! Начал причитать Никита, все сильнее выводя меня из себя. Я итак едва сдерживаюсь чтобы не прибить его прямо здесь и сейчас. Лишь понимание того что вокруг много любопытных глаз останавливало меня. Позже. Я разберусь с ним позже. Когда утихнет скандал с пожаром, чтобы ни у кого не возникло никаких подозрений, куда исчез мой братец. – Да ее лишат родительских прав! Она будет гнить за решеткой! – продолжал причитать Никита. Играть на публику он хорошо умеет, я это прекрасно знаю. И если его не остановить, то этот концерт закончится не скоро. – Может все же стоит дать тебе, возможность закончить начатое? – спросил не громко у Нади, но так чтобы это услышал и Никита. – Как ты на это смотришь? – С удовольствием! Я не надеялся что она решит подыграть мне. Но видимо мы думаем одинаково. Или быть может она в действительности была готова убить Никиту? – Вы оба ненормальные! – нервно воскликнул брат и поспешил скрыться среди толпы.