Глава 21 Дима

Все хорошо, кроме того, что Ритин проект просто не идет у меня из головы. И если раньше я ничего не знал, и мне было интересно нарисовать снежную комнату, то теперь я что-то знаю, и мне... Интересно вдвойне. Она все хорошо продумала, но ей явно не хватает человека, который запустит процесс в реальность. И этим человек мог бы стать я. Но нет.

Я откидываюсь в кресле, глядя на монитор с открытой программой. Очередное воплощение того, что увидел на Ритиных эскизах. Смоделированное, доведенное до ума. Я ведь могу просто отдать ей свои работы. Нет, не ей. Морщусь от мыслей, которые одолевают меня с того момента, как Кирилл сообщил о своих «серьезных» намерениях касательно Риты. Я знаю, что он действует исходя из выгоды, но хочу, блядь, чтобы он сделал эту девчонку счастливой. А он ничего не видит дальше своего носа, не понимает, что ей нужно. Что я мог бы дать ей. Но должен дать Кирилл.

Я втолкую ему, что этот проект — лучший из вариантов вновь завоевать доверие Риты. Возьмусь за него, доведу до ума, помогу, но воплотить в жизнь его должен Кирилл. И тогда все будут счастливы. Все?

Внутренний голос насмешливо хмыкает. Все. Потому что какими бы ни были мои мысли относительно этой девушки, она любит Кирилла, выходит за него замуж. А он мой лучший друг.

Я возвращаюсь к комнате, то и дело прокручивая в голове рассказы Риты. И чувствую, что что-то упускаю. Что хоть мне и нравится идея сама по себе, я не знаю результата. Того, чего хочет добиться Рита всем этим. И тут же в голове всплывают ее слова: я могу показать.

Тру виски, зажмуривая глаза. Так, Власов, решил дружить, так дружи. Но ведь ничего в этой встрече такого не будет? Правда, я смутно представляю, что Рита имеет в виду под этим «показать». Какой-то фильм? Или что-то подобное есть в Москве?

Спать ложусь в разрозненных мыслях. Я все еще не уверен, что мне стоит ввязываться в это все, сводить эту парочку, в конце концов, без меня они что ли, не разберутся? И все же знаю, что помогу, а потому ничего удивительного, что на следующий день в обеденный перерыв оказываюсь на парковке возле машины Риты.

Она растерянно смотрит на меня, а я улыбаюсь, ну насколько могу. Потому что опасаюсь, что весьма переоценил свои возможности. Как можно дружить с девушкой, которая мне настолько нравится?

Растерянность накрывает мгновенно, я вдруг осознаю, что впервые сам себе признаюсь в этом. Она мне нравится. Не просто хочу ее к себе в постель, не просто любуюсь фигурой и лицом. Она мне нравится вся, с этим взрывным характером, с ее интересами, увлечениями. Я пропускаю момент, когда она что-то говорит в ответ на мои слова. Пялюсь на нее, понимая, что лучший выход — сбежать. Ничего не объясняя.

- Придется проехаться, - она толкает меня в бок, а я наконец прихожу в себя. Ну что, Дима, сказал «а», как говорится...

- Поехали, - соглашаюсь, она кивает на свое авто.

- Что у тебя в папке? - задает вопрос, когда мы садимся в машину. Я достаю то, что наваял ночью. Губы Риты трогает улыбка, но она прячет ее, принимая листок из моих рук.

- Мне кажется, чего-то не хватает, - говорю ей, она возвращает мне листок.

- Сейчас исправим.

Мы молча едем под музыку, включенную Ритой, я с удивлением отмечаю, что почти все композиции — в списке моих любимых. Неужели могут настолько совпадать вкусы? Я не завожу разговоров, Рита же, кажется, в прекрасном настроении, напевает, улыбаясь уголками губ.

Приезжаем мы к зоопарку. Выйдя из машины, вздергиваю в удивлении брови.

- Серьезно? На зверей смотреть?

- Не совсем, - хитро щурится девушка, - идем.

Мы покупаем билеты и проходим на территорию. Но идем не в сторону вольеров, а... к огромному батуту, вокруг которого гремит музыка и слышится визг. Я до конца не верю ее замыслу, но когда она подходит к кассиру, все же интересуюсь:

- Ты же это сейчас не всерьез?

Она смотрит на меня так непосредственно и при этом насмешливо, что я начинаю чувствовать себя идиотом. Хотя это я могу пережить, вот то, каким идиотом буду чувствовать себя на батуте — точно нет.

- Рит, это безумие, - говорю тихо, наклоняясь к ее лицу, но глядя при этом на скачущее безобразие.

Она не отвечает, просто протягивает руку, не сводя с меня взгляда. Я вижу в этом жесте что-то вроде «доверься мне». И тяжело вздохнув, сжимаю ее ладонь. Ее взгляд на мгновенье меняется, но тут же она тянет меня ко входу на батут. Мы скидываем обувь и проходим на колышущуюся резину. Я стараюсь удержать равновесие, а также спастись от скачущих детей.

- Расслабься, - Ритино лицо вдруг оказывается близко от моего, - просто отключи свои предрассудки. Вообще все мысли отключи. И почувствуй, как это классно.

Она берет меня за руки и начинает прыгать. Я сжимаю ее ладони, но стою на месте, пытаясь удержаться. А потом думаю:

«Ну и придурок ты, Власов!» - и закрыв глаза, начинаю прыгать. Сначала мне, скорее, неудобно, неловко, но постепенно я расслабляюсь и подстраиваюсь под ритм батута. А потом... мне начинает нравиться.

Это полный дебилизм, но мне реально нравится. Я открываю глаза и смотрю на смеющуюся Риту. Она скачет, размахивая руками, и выглядит такой счастливой... Что я на мгновенье даже ей завидую. Когда я последний раз вот так весело смеялся, без забот, без мыслей?

- Ну же, Власов, - она хватает меня за руки и начинает прыгать по кругу, и я не выдерживаю, смеюсь вместе с ней. Да черт возьми, может же мне просто быть хорошо? Вот так нелепо, по-дурацки хорошо, весело... свободно.

Я отключаюсь, отпустив все, просто отдаюсь моменту. И даже ловлю себя на мысли, что хочу, чтобы он тянулся, как можно дольше.

Потом мы гуляем по территории зоопарка, Рита ест сахарную вату, я просто иду, спрятав руки в карманы.

- Ну что скажешь? - спрашивает она наконец. - Понял, о чем я говорила?

Усмехаюсь.

- В тридцать пять, оказывается, это несколько сложнее, - отвечаю ей. - Знаешь, я почему-то вспомнил там, на батуте, как мы в детстве на озеро бегали. Прыгали с тарзанки прямо в воду... Кто дальше пролетит, - я усмехаюсь, качая головой. - Мы ведь целый день так могли. И не думали, что занимаемся ерундой... как раз наоборот.

- Вот именно, - она останавливается напротив меня, глаза горят, щеки раскраснелись, она сейчас так хороша, что я готов просто стоять и любоваться ей. - Взрослые не умеют отпускать себя. Всегда серьезны, собраны, даже отдыхая, все равно загнаны в рамки. А дети непосредственны, они живут в моменте, наслаждаясь им. Вот это я и хочу сделать в музее. Понимаешь? Чтобы люди могли хоть ненадолго снова стать детьми.

Она застывает, глядя мне в глаза. Время словно останавливается, мы смотрим друг на друга, и я понимаю, как же я, блядь, попал. Наше настроение неуловимо меняется, и Рита тоже чувствует это, тут же переводя тему.

- Попробуешь? - она протягивает к моим губам сахарную вату, робко улыбаясь. Усмехнувшись, откусываю, а когда она спрашивает:

- Ну как?

- Отвратительно, - отвечаю честно, - с детства не люблю эту хрень.

Рита заливисто смеется, откидывая голову назад, а потом говорит:

- Какой же ты... смешной, - и все-таки теряется, отстраняясь.

Мы молча идем к выходу, и даже несмотря на возникшую в конце неловкость, я все равно улыбаюсь. Потому что мне хорошо.

Когда уже едем обратно, говорю:

- Слушай, я бы еще немного обсудил твой проект. Он мне нравится, но пока у тебя все на стадии рисунков. Для воплощения в жизнь надо заняться этим более серьезно. Я подумал, может, я зайду к вам с Киром как-нибудь вечерком? Вместе посидим, обсудим. Думаю, друг тоже заинтересуется, когда узнает об этом больше.

Рита на мгновение хмурится, но потом возвращает улыбку.

- Давай лучше в кафе или в офисе после работы. Тем более Кирилл уезжает в командировку...

- Да, конечно, - спешно соглашаюсь, и впрямь лучше нам встречаться в общественных местах, пока нет Кирилла. Не то, что я сомневаюсь в своих силах, но... Лучше так.

Звонок Кравцова настигает меня, когда я сажусь в свою машину возле офиса Риты.

- Ты где весь день пропадаешь? - интересуется он напряженно.

- Дела кое-какие, - почему-то не говорю я правду.

Не могу представить, как рассказываю другу, что прыгал на батуте с его невестой. Не сейчас. Вот когда он вернется из Сибири, когда заинтересую его проектом Риты...

- Я тут весь день документы собираю для поездки, нужно несколько твоих подписей. Из-за дурацких неточностей столько геморроя...

- Скоро подъеду, - обещаю другу и двигаю в сторону офиса. Время, правда, пиковое, потому попадаю туда только через два часа. Кирилл однако не злится. Ставлю подпись на документах, которые он мне дает, интересуясь:

- Когда самолет?

- Через два дня. Надеюсь, в этот раз все будет нормально. Они в принципе довольны работой, даже намекнули, что есть, что еще обсудить на будущее.

- Тогда начинай искать нового руководителя, - хлопаю его по плечу, - готового к дальним командировкам и суровым погодным условиям.

Кравцов смеется, но потом все же спрашивает:

- Точно не останешься?

Я качаю головой. Слишком долго шел к этому, чтобы все бросать теперь, когда мечта готова исполниться. Ремонт в помещении уже делают, так что совсем скоро можно будет въезжать. Пора бы начать штат набирать, что ли. Черт, совсем в последнее время некогда.

И все же что-то в друге меня напрягает. Дерганный он какой-то слишком, за столько лет уже успел его изучить. Поэтому не ухожу, хотя разговор вроде бы и закончен. Кир некоторое время смотрит на меня, а потом вздыхает.

- Ну рассказывай, не тяни, - говорю ему, - что еще случилось?

Кирилл снова устало вздыхает:

- Если честно, все очень хуево.

Я напрягаюсь, потому что вижу по взгляду и тону Кира, что это реально серьезно, а не очередное мозгоебство с бабами. Молча ожидаю продолжения, друг кладет локти на стол, вздыхает, опуская голову. Через пару мгновений резко поднимает, устремляя на меня взгляд.

- Дим, ты последняя моя надежда.

- Не пугай меня так, - усмехаюсь все же.

- Помнишь ситуацию с братками? - Я тут же хмуро киваю. - В общем, я тебе тогда не все рассказал. Я взял у них больше. Намного больше. Сначала под Сибирский проект, потом под госзаказ.

Блядь. А вот это уже совсем хреново.

- Как же так? - перегибаюсь я вперед, тоже кладя локти на стол. - Куда же ты дел сибирские бабки?

- Погасил первый долг, плюс старые долги, ну и разошлось все... Опять же, сам знаешь, затрат вышло больше, чем мы рассчитывали... И госзаказ этот, чтобы не проебаться со сроками, пришлось взять под него денег.

- А отдавать нечем? - вздохнул я. Друг обреченно кивнул. - Ну а подождать они не могут? Гос скоро закроем, получим бабки.

- Я хер знает, что они могут, что нет, - раздраженно кидает Кравцов. - Но я не хочу рисковать, понимаешь? После прошлого случая мне не особенно верят. Дим, - быстро добавляет он, - дай мне в долг.

- Что? - я даже рот открываю от удивления.

- Я же знаю, у тебя есть. Ты копил на свой бизнес. Да и вообще, ты у нас сознательный... Я отдам с процентами, как только закроем госзаказ. Честное слово. Да ты и сам знаешь, что бы ни случилось, тебя я не кину.

Запускаю руки в волосы, приходя в себя от обрушившейся информации. Нет, я, конечно, понимал, что последнее время появились трудности, но не думал, что такой пиздец. Если бы заправлял финансовой стороной, то такого бы не допустил. Да и в Кравцове всегда был уверен. Нахера вот он связался с бандитами?

- Сколько надо? - поднимаю наконец на него глаза. Кирилл произносит сумму.

- Сколько? - повторяю в шоке. Это практически все мои сбережения, а положа руку на сердце, я считал, что они у меня немалые.

Друг грустно усмехается.

- Это еще не все. Остальное ждет до конца объекта. Слава богу. Ну и часть средств беру из своих.

Я только головой качаю. Ситуация, конечно, пиздец. Не хочу даже спрашивать, почему он со мной не посоветовался, когда все это начинал. Потому что понимаю — бессмысленный вопрос. Дело уже сделано, надеюсь, все произошедшее станет Кириллу уроком на будущее.

- Хорошо, я съезжу в банк, сумма большая, сам понимаешь, потребуется пара дней.

- Спасибо, Дим, - Кирилл потирает лицо, - ты даже не представляешь, как сейчас спасаешь меня.

И не только тебя, Кирилл. Я не меньше твоего не хочу, чтобы под удар попали те, кто рядом с тобой.

Я еду в банк, а оттуда домой, размышляя о сегодняшнем дне. Вот уж действительно он оказался полным эмоций. Не всегда детских, но все же... Если бы не разговор с Кириллом, можно было бы даже назвать этот день радостным. Потому что обед выдался... удивительным. Я, как подросток, вспоминал, как Рита смеется, как горят ее глаза, когда она рассказывает о музее. И думал: мне нравится делать ее счастливой. А потом Кирилл пришиб меня всей этой ситуацией с деньгами. И первое, что я испытал, это тревогу. Но не за лучшего друга, а за его невесту. И с этим фактом ничего не поделать. Да, я перешел положенную границу, но никто об этом не узнает. Смог же сегодня просто общаться с девушкой, значит, и дальше справлюсь. Тем более, что Кирилл наконец определился с выбором, и все у них налаживается.

Немного подумав, смотрю на часы и беру телефон. Поздновато, конечно, но все равно звоню Оле. Последний раз мы расстались как-то не очень, и я не то, что чувствую вину, но... Все же хотелось бы какой-то определенности. Понять, что случилось у нее, почему она вспылила. Конечно, я не дурак, осознаю, что любая женщина может расценить подобное поведение как знак чего-то большего, а не просто секс. И Оля, какой бы понимающей ни была, все равно могла купиться на это все.

А потом возникает новая мысль: а почему бы собственно не попробовать? Не просто встречи от случая к случаю, а нормальные отношения. Мы с Олей вместе чуть больше года, если конечно, считать мою командировку. Обратился тогда в фирму, чтобы сделать рекламную презентацию, и Оля занималась нашим заказом. Она мне сразу приглянулась, и я не стал тянуть, к тому же, девушка явно была не против. Я никогда ничего ей не обещал, никогда не скрывал, что меня устраивают именно такие отношения, Олю тоже все устраивало.

И если вдуматься: более подходящей мне не найти. Самое главное ее достоинство: Оля меня не напрягает. Я усмехаюсь. А вот Рита напрягает, даже очень, но мне это нравится. Только вот она для меня недоступна, я и так слишком долго допускал несуразные мысли на ее счет.

Оля — то, что надо. Добрая, хозяйственная, симпатичная. Мне с ней удобно. Она даже в позднее время отвечает сразу на звонок. Даже после ссоры.

- Может, я заеду? - спрашиваю ее осторожно. После недолгой паузы Оля говорит:

- Давай лучше я. Часа через полтора, нормально?

- Да, вполне, - киваю, кидая взгляд на время. Как раз успею приехать и принять душ.

Оля стоит на пороге, рассматривая меня чересчур серьезно. Я с улыбкой тащу ее в кухню.

- С едой, как обычно, не очень, - говорю, заглядывая в холодильник. Она только усмехается, принимая бокал вина. Вертит его в руках, глядя на напиток.

- Оль, - зову ее, девушка поднимает глаза, я на мгновенье теряюсь. Привык к ее взгляду, но сегодня он такой печальный, что даже не по себе. Сделав глоток, она отставляет бокал и произносит:

- Я подумала, что больше не стоит тянуть с разговором. - Смотрю на нее непонимающе, хотя догадываюсь, что ничего хорошего не последует. - Я долго думала, Дим. И пришла к выводу, что нам лучше прекратить отношения.

Вздернув брови, поджимаю губы.

- Почему? - спрашиваю все же. Она порывисто вздыхает.

- Потому что они никуда не ведут.

Я открываю рот, чтобы сказать, что ведут, что как раз пару часов назад я думал именно об этом, но Оля продолжает, игнорируя мой порыв.

- Я устала, Дим. Я понимаю, что сама подписалась на такие отношения... Но вот сейчас, когда ты зачастил ко мне, вижу, что все это бессмысленно. Как будто у тебя веревка в руках, ты то к себе потянешь, а то от себя. Я так не могу. Прости.

Я молча вздыхаю, опуская голову. Ну что ж, бывает, каждый доходит до своей точки кипения.

- И у меня есть другой.

Я снова киваю, а потом ее слова до меня доходят, и я поднимаю почти изумленный взгляд. Оля снова усмехается, делая еще один глоток.

- Он меня давно любит, несколько раз предлагал сойтись, но я все медлила... А теперь вот решила согласиться.

Шикарно. Тру виски большим и указательным пальцем, жмурясь. Даже не знаю, что говорят в таких ситуациях? Нам было хорошо вместе? Извини, что так получилось?

- Наверное, я пойду, - Оля встает, я смотрю на нее. В пару шагов девушка оказывается напротив меня, взгляд грустный, наполненный болью. И невольно скользит мысль: а не делает ли она сейчас то же самое, уходя от меня, что хотел ей предложить я сам, чтобы избавиться от своего наваждения? А если так, я не имею никакого права ее останавливать, задерживать. Хотя подсознательно понимаю: если бы захотел, она осталась бы со мной.

Но я только говорю:

- Я тебя провожу.

Мы молча проходим в холл, девушка быстро натягивает балетки, взяв сумочку, улыбается.

- Спасибо, - все же произношу, - мне было с тобой хорошо.

Она теряется на мгновенье, пальцы белеют от напряжения, взгляд мутнеет. Но через мгновенье берет себя в руки.

- Мне с тобой тоже, - и поцеловав в щеку, уходит.

Закрыв дверь, я прохожу в гостиную и падаю в кресло с громким выдохом. Закрываю глаза. Вот так вечер, однако.