Глава 38. Кира

– Так вы расскажете мне, в чём дело? – спрашиваю, усаживаясь за стол под громкую музыку и какой-то движ в ресторане. Здесь явно проходит вечеринка, и я чувствую себя не в своей тарелке. Лазарев неожиданно падает рядом и, по-хозяйски притягивая меня к себе за талию, наклоняется к моему уху. Я ощущаю, как на нас обращают взгляды некоторых гостей. Да что же он творит?

– Видишь того мужика, танцующего на сцене? – спрашивает он, указывая на небольшую сцену, где действительно пляшет какой-то мужчина лет сорока под подбадривающие слова ведущего.

Я присматриваюсь. Нет, здесь точно какое-то мероприятие.

– Да, вижу, – отвечаю, стараясь не выдать своего смущения.

– Это наш судья, – говорит он, и я чувствую, как сердце замирает.

– Уже стало известно имя? – шепчу, поворачиваясь и глядя ему в глаза. Чёрт, он слишком близко. И обнимает он меня так интимно… Со стороны мы, наверное, выглядим как буйствующая парочка, не стесняющаяся показывать свои чувства на людях.

– Не только. Я уже успел накосячить, – признаётся он, и я щурюсь.

– Вы в своём репертуаре, – говорю с лёгкой усмешкой. – И что, мы тут за извинениями?

– Не совсем. Я предложил ему денег, чтобы ускорить процесс, но он оскорбился и сказал, что сделает всё, чтобы у меня ничего не получилось.

– Вы чего так неразумно действовали?!

– Я был на эмоциях, – тихо отвечает он, похлопывая меня по талии. – Теперь нам надо это исправить. Точнее, мне.

– А я тут при чём тогда? Нет, я не против помочь, но мне нужно понимать, что мне делать.

– Сюда вход только вдвоём.

– А, вы взяли меня с собой плюс один, – догадываюсь сама. Так это можно считать свиданием или нет?

– Да. Пользуйся возможностью и кушай, – предлагает он, и я кидаю взгляд на стол, где стоят закуски.

Умеет, падла, найти путь к сердцу женщины. И да, они тоже любят покушать!

– И каков ваш план? Пока я играю роль вашей пассии? – не теряю время и закидываю виноградинку в рот.

– Чуть-чуть проблема, – отвечает он, и я чувствую, как внутри меня нарастает напряжение.

– И куда же без них?

– Он семьянин, жена беременная. Любит до безумия. Я заказал одну модель, которая должна совратить его, затащить в комнату. А моя задача – сделать несколько фотографий.

– Шантаж? Грязно, – говорю я, чувствуя, как меня охватывает недоумение.

– Я ради сына на всё готов, – решительно заявляет.

Да, ради Тимура он и горы свернёт…

– Так в чём проблема?

– Модель на связь не выходит. Придётся немного корректировать план.

– И какие идеи? – спрашиваю, и он смотрит на меня так, что я чувствую, как замираю.

Неожиданно он медленно наклоняется к моим губам и нежно целует их. Я прикрываю глаза, на секунду забывая, что мы на публике. Никогда себе такого не позволяла, а тут… Внутри меня просыпается желание. Хочется сбежать отсюда и целоваться часами напролёт.

Я отрываюсь от него первой.

– Зачем вы меня опять поцеловали? – задаю неудобный вопрос, пытаясь отдышаться. Грудная клетка сводит от недостатка воздуха, и мне ещё хочется, как назло.

– Мы должны играть пару, – отвечает он тихо, облизывая свои губы.

– А мне сказать? – спрашиваю, стараясь звучать без претензий.

– Зачем? Мне кажется, ты совсем не против, – говорит он с лёгкой усмешкой.

Резко встаю со стула и скидываю пиджак.

– Я ваш план поняла, – возвращаю себе самообладание. – Увести, соблазнить, дождаться вас. Если вы не появитесь вовремя, я всё остановлю. Но до поцелуя дойти не должно.

– Чего? – запинается он, и я вижу, как его глаза расширяются от удивления. – Ты чего удумала?

– Как что? Пойду соблазнять вашего судью, – заявляю я с решимостью, чувствуя, как внутри меня разгорается огонь приключения.

– Что? Нет. Я запрещаю, – он резко встаёт, хватает меня за руку. – Никаких тёрок с ним. Мало ли куда его руки заползут?

– Я ему сделать этого не дам, – шепчу, выдёргивая запястье. – Это же ради Тимура? Я тоже хочу ему помочь, поэтому, когда вы увидите, что я ухожу вон в ту дверь…

Указываю в сторону. Заметила, что там подъём на второй этаж. Уж не знаю, что там, но уединиться можно.

– Идёте за мной. Камера наготове.

– У тебя опыта не было до этого? Говоришь так уверенно, будто профессионалка, – выгибает в вопросе бровь.

– Нет, впервые. Просто умею включать профи, когда это надо. Считай, нужно достать материал для жёлтой газетёнки. Изи.

– Будь аккуратна, а.

Поправив волосы, выхожу на «охоту». Делаю это не в первый раз, если честно. Второй, да. Но и там не совсем соблазнение было, а просто подстава. Ей-богу, аферистка во всей красе.

Но всё идёт гладко. Судья уже подшофе. Подхожу к нему, когда он, отдышавшись, пытается прийти в чувства после конкурса. Восхищаюсь им, заигрываю, включаю всё своё женское обаяние.

А этот гад сомневается, видно по глазам. О жене своей думает.

А он тот ещё принципиальный гад. Либо намёков не понимает.

Наконец-то, спустя пятнадцать минут безобразного и открытого флирта, он первым идёт на второй этаж. Цепляю Лазарева в толпе, быстро нахожу его. Он словно всё это время не сводил с нас взгляд, боясь потерять. Тут же кивает и идёт следом за мной.

Он будет рядом – мне нечего бояться.

Поднимаюсь наверх со стучащим сердцем. Вижу приоткрытую дверь в комнату и слышу голос мужчины вместе с мычаниями.

Не поняла…

Он не один?

Достаю телефон, открываю камеру, включаю запись видео. Без зазрения совести протягиваю руку в проём, смотрю за происходящим в номере.

И чуть не смеюсь в голос.

У меня украли жертву!

Мужик стоит посреди комнаты со спущенными штанами и жадно целует какую-то девушку, которую я видела недавно внизу. Кажется, она пришла с мужем?

Чёрт, как же обидно. Я его сюда двадцать минут загоняла, а он!

Делаю несколько снимков, и уже не прячась, захожу в комнату.

– А это нормально, что у меня мужика отбили? – шутливо начинаю с претензии.

– Выйди, ты шла долго, – говорит полупьяный судья. – Стой, это что? Телефон? Ты нас снимала?

Не успеваю ничего ответить, как в комнату залетает взъерошенный Лазарев с телефоном в руках. Уже делает тысячу фотографий, но тут же хмурится, увидев сцену поинтереснее.

– Расслабься, – хлопаю его по плечу. – Меня опередили.

– Ты же! – судья машет рукой и быстро натягивает на себя штаны. – Ты же тот наглый юнец, что пришёл мне деньги предлагать! У здания суда! Хорошо, что не додумался в кабинет ко мне прийти!

– Да вы всё равно не согласились, – фыркает Ренат, скрестив недовольно руки на груди.

– Там камеры, – крутит пальцем у виска. – У здания. Ты хотел меня за взятку посадить?

Поворачиваюсь к Ренату, выгибаю бровь. Он чего, серьёзно? А ему как будто стыдно становится от моего взгляда.

– Я был в состоянии аффекта, – оправдывается, глядя на меня.

Ладно, у него мозги отключаются, когда дело сына касается. Тяжело вздыхаю, потираю устало виски.

– А это представления для чего? Чтобы меня шантажировать? – догадывается судья. Всё-таки не тугой оказался, умный.

– Да не в жизнь, – Ренат кладёт на грудь ладонь, откровенно сорвав. – Я просто за девушкой своей бежал. Думал, изменять мне тут будет.

И острый взгляд в меня кидает. Нет, ну вообще! Крайнюю нашёл!

Благо всё разруливается быстро – судья соглашается на взятку, но договариваемся, что фотографии удалим после суда. А всё было так просто!

Выходим из ресторана, и я пыхчу от злости. Пинаю камешек носком туфли и максимально недовольна этим вечером. Хотя приятные моменты были… Например, поцелуй.

– Ты чего такая расстроенная? Что я идиот? – догоняет меня Ренат.

– Нет, – открываю зло дверь. – Я тут впервые решила мужика соблазнить, причём такого, кому не одна даст, а меня… Обломали!

Ренат вдруг заливисто смеётся, хватаясь за живот.

– Ты злишься, что твою жертву украли?

– Чуть-чуть, – в обиде поджимаю губы. – Проигрывать не люблю.

– Ну-у-у, – он подходит ко мне, обнимает за талию, прижимает к себе. Жар его тела моментально перекидывается на меня. И всё это настолько интимно, что я сглатываю, а внизу живота какой-то огонёк вспыхивает. Как и в прошлый раз и позапрошлый…

– Одного мужчину ты соблазнила. И ему много кто даёт, но в последнее время ему хочется только тебя.

Он опять издевается! Вон на уши смотрит – покраснели или нет!

– Да ну вас, Ренат Николаевич, – толкаю его в плечи и быстро юркаю в салон. Отворачиваюсь от него, подпирая подбородок рукой и всё ещё думаю, что между нами происходит. Его слова застряли в голове, и никак не вылезают до самого дома.

Высаживает меня у подъезда, и я скорее пытаюсь ретироваться.

– Спасибо, что довезли, – выпаливаю, уже тянусь к ручке.

– И тебе, что хотела помочь.

Улыбаюсь, вылезаю на улицу. Делаю несколько шагов – и что-то идёт не по плану. Проклятая ямка в асфальте! Оступаюсь, плюхаюсь прямо на землю, сдирая кожу с ладоней и коленей. Да что за день!

– Кира? – Ренат Николаевич появляется неожиданно. Уехал бы уже, чтобы глаза не мозолить! А он нет, садится рядом, беспокойно бегает по мне взглядом.

– Сильно больно?

– Терпимо, – отвечаю и чувствую на своём теле его сильные руки.

– Отличное завершение дня, – усмехается он, подхватив в свои сильные объятия. – Помогать красивой девушке в беде. Ногу не больно?

Шевелю ею.

– Болит немного.

– Пошли, отнесу тебя до квартиры, как раз с Иришкой поздороваюсь.

Ставит машину на сигналку и тащит к подъезду.

– Она у сестры, будет только часа через два.

– Ну и сама виновата.

Улыбаюсь, вцепившись пальцами в его пиджак. Нет, этот качок меня не уронит, но зато какая отличная возможность полапать босса. Быстро добираемся до квартиры, и он аккуратно усаживает меня на диван.

Фух, наконец-то этот день закончится.

– Давай ногу посмотрю, – говорит он, опускаясь передо мной на колено. Внутри всё сжимается от его прохладных пальцев, касающихся моей кожи.

– А вы в этом что-то понимаете?

– Хватит мне выкать, Малинка. По крайней мере, не на работе.

– Привычка, – улыбаюсь. – Так ты... в этом что-то понимаешь?

– Немного. В прошлом активно занимался спортом, травм было много. Растяжение вообще как родное, стабильно каждый месяц. А сколько раз оступался... Не сосчитать. Так больно?

– Чуть-чуть, – морщусь, когда он в очередной раз прокручивает стопу и ногу тянет в сухожилии.

– Мазь надо наложить разогревающую на ночь, завтра будет полегче.

– Хорошо, босс-доктор.

Он неожиданно начинает разминать мне лодыжку, и я расслабляюсь, прикрыв глаза. Даже не возмущаюсь. А кто будет возмущаться халявному массажу? Я человек-кайф, люблю, когда меня мнут там и тут… А когда ноготочками по спине водят! М-м-м-м!

Представляю и мурашки по коже бегут.

– Божечки...

– Так меня обычно называют только в постели, закатывая глаза, – усмехается он, вставая. Берёт меня за ладонь своими уверенными пальцами, поднимает, заставляя встать. – Полегче? Стоять можешь? – говорит тихо, словно боясь нарушить тишину.

Киваю, бросая взгляд на наши руки. Нежные и аккуратные движения окончательно добивают моё самообладание.

– Да, спасибо, – сипло отзываюсь. А он улыбается, поворачивается ко мне щекой. Бьёт по ней пальцем.

Ах, благодарность он хочет! Плавали, проходили.

– Это ты меня должен целовать за то, что я согласилась на твою авантюру, – сопротивляюсь, в очередной раз задаваясь вопросом – что за игры? Разве он не боится, что это перейдёт во что-то большее? Или переживаю только я?

– Справедливо, – кивает. Одна его рука ложится мне на талию, вторая – на затылок. Страх и возбуждение смешиваются воедино. Трепет, волнение. Как и в прошлые разы, когда он целовал меня.

И делает это снова, прикасаясь своими губами к моим. Долгий, протяжный, больше, чем в ресторане. Вокруг всё меркнет, выключается, и есть только мы. Его сильные губы, его настойчивые губы, аромат парфюма и лайма…

И я сама не замечаю, как цепляюсь за его рубашку, случайно расстегнув пуговицу.

Или не случайно…