Глава 15 Сила полета

   Напробовавшись всего и завершив дегустацию эльфийских вкусностей полным кубком горячего вина с пряными травами, мы оставили рынок позади и медленно пошли по широкой улочке. Она убегала вдаль от шумной площади и упиралась лбом, как упрямый козлик в ворота, прямо в покрытую матово-белым льдом речку.

   Тут и там скользили на коньках эльфы. Надо отметить, им это неимоверно шло. Казалось, будто придумано специально для них – белокожих и беловососых, голубоглазых, таких сказочных и одновременно неимоверно живых. Замерзшая вода взвизгивала под полозьями, сияющим веером из снежной крошки вырываясь в сторону. Видимо, так кататься было последним писком остроухой моды, поэтому все поголовно лихачили на поворотах, рискуя устроить эльфийскую кучу малу.

   - Мааамааа! – ожидаемо заканючили наши с Иньяром наследники. – Мы тоже хооотииим! Да, папа?

   - Конечно! - взгляд их отца сиял не меньшим восторгом, чем глазенки малышей.

   - Ну что с вами поделаешь! – расхохоталась и посмотрела на Эльнара. – Где нам раздобыть коньки, не подскажете?

   Надеялась узнать о прокате, как в Московском королевстве, по месту моей прописки. Но остроухий и слышать не пожелал о таком, презрительно фыркнул в ответ, узнав о плебейских замашках госпожи Марьяны. Хлопнул в ладоши, свистнул, и не успело семейство Лунаэлей оглянуться, как оказалось полностью экипировано в полном соответствии с эльфийскими правилами.

   Теплые светлые шарфики кокетливо взмахивали хвостиком на спине. На руках красовались перчатки из тонкой мягкой шерсти. А на ногах заносчиво сверкали коньки с изящно загнутыми вензелями носов. Следом пошла в ход лекция для тех, кто впервые ступил на лед, и вскоре неизбежно поцелует его – навернувшись в первый, но далеко не последний раз.

   Я усмехнулась и ступила на каток под заботливым, что было приятно, и снисходительным взглядом Эльнара – ох, уж эти мужчины, даже эльфы и то шовинисты! Вопреки его ожиданиям самонадеянная госпожа Защитница вовсе не нахватала синяков, а заскользила по матовому стеклу реки – под восхищенными взглядами местных. Моя малышня вместе с супругом тоже следили за мной, открыв рты.

   Промчалась мимо, в дань местной моде окатила ледяной крошкой из-под горделиво сияющих лезвий. Сделала земную изящную «ласточку», покружилась, чувствуя себя так, будто иду на золотую медаль на Олимпиаде, и вернулась к родным. Нет, их обожание куда ценнее всех медалей и кубков!

   - Мамочка, ты… ты… - двойняшки задохнулись от восторга, взмахивая руками. – Ты крутая!

   И когда они успели нахвататься земного слэнга? Правильно говорят, что дети все впитывают, как губки!

   - Понравилось? – я протянула им руки. – Давайте научу!

Закивав, малыши вложили свои ручки в разноцветных перчатках в мои ладони. Осторожно оттолкнулась, когда они ступили на лед. Взвизгнув, покачнулись, но храбро медленно поплыли вслед за мной, маленькие птички. Их и учить особо ничему не надо, у них врожденное чувство равновесия и грация, все в мамочку! И такие же скромные, разумеется!

 - Догоню вас! – Иньяр следом за нами двинулся на каток, самонадеянно улыбаясь.

   Но к нему лед оказался не так благодушно настроен. Постигая тонкое искусство сохранения копчика в целостности, муж сначала балансировал при помощи рук. Потом к этому присоединились весьма уморительные движения тазом – я бы назвала это разминкой джинна, впервые за долгое и скучное тысячелетие покинувшего узкую, надоевшую до зубовного скрежета, лампу.

   Но даже чудеса эквилибристики не спасли моего благоверного – коварная гравитация все-таки одержала над ним вверх, заставив одну ногу уехать вправо, а другую столь же шустро двинуться в совершенно противоположную сторону. Попытавшись напомнить им, кто здесь хозяин, мой ящер рыкнул, но угроза никакого действия на конечности не возымела.

   Лед принял его в свои объятия, наверняка оставив на память о своей довольно-таки жесткой любви пару неплохих синяков на крепких полупопиях. Придется ведь ночью лечить – и истерзанную плоть, и уязвленное самолюбие. Ничего, вылечу и то, и другое, будет как новенький!

   Стараясь не хихикать, подкатила к нему, оставив малышню под присмотром Эльнара. Протянула руку, с хитрецой осведомившись:

   - Как лед?

   - Жесткий, - пробурчал супруг, потирая попу.

   - Не ожидал?

   - Да уж, на тебя глядючи решил, что это легче легкого. А оказалось, что казалось.

   - Самонадеянность наказуема!

   - Воистину! – муж сверкнул озорной улыбкой, схватил за руку и, не успела ахнуть, повалил меня на себя и начал целовать.

   - Негодяй! – расхохоталась, отбиваясь. – Осторожнее, злая ящерица, у коньков очень острые лезвия, сейчас как откромсаю нечаянно самое важное!

   - Ничего, - ухмыльнулся, страстно полыхая черными очами, - новое самое важное выращу, еще лучше прежнего!

   - Я и забыла, что ты регенерировать умеешь!

   - Я много чего умею, женщина! – выдохнул и, завладев моими губами, подарил такой поцелуй, что мне и самой впору было регенерировать прямо на льду.

   - Мама! Папа! – сверху на нас плюхнулись плоды нашей успешной регенерации. – Куча мала!

             - А где дядя Эльнар? – перецеловав наследников, спохватилась я. – Что вы с ним сделали? Он хоть жив еще?

   - Ага, вон он валяется, - Катя, не глядя, махнула ручкой на каток.

   На котором, кряхтя и отряхивая с себя снег, поднимался на ноги эльф. И ведь всего на пару минут его наедине с моими ящерками оставила! Глаз да глаз за этими шкодняриками!

   - ААААА! УУУУ! – трубный глас раненого слона пронесся надо льдом, заставив всех эльфов вздрогнуть.

   О, знакомый звук! Будто Боинг на посадку идет! Это младший Лунаэль соскучился по папе с мамой!

   Я поднялась на ноги и взяла с рук подошедшей к краю льда Дары сына, который тянул ко мне ручонки, громко заявляя свое несогласие с тем вопиющим фактом, что семья веселиться и хулиганствует без его на то разрешения и даже хуже, без его участия!

   - Ну, не плакай, солнышко мое! – вытерла с румяных щечек крупные прозрачные слезки. – Про тебя забыли все, да? Вот злые люди! Безобразие, правда! А пойдем им по попе за такое нашлепаем? Да?

   Марьяр кивнул, тут же перестав плакать. В рот отправился самый вкусный большой палец. А большие глаза орехового цвета, с чудными ресничками-бабочками, которые не оставят и шанса девичьим сердцам, когда малыш вырастет, с интересом уставились на брата с сестрой, которые скакали по отцу. Хохоча, он лишь кряхтел под ними, как большой лев, которого терзают его любимые львята. Ничего, не растопчут. Ради своих детей супруг готов вытерпеть все, что угодно.

   - Прими и ты участие в беспределе, - я усадила сверху младшего Лунаэля, и сын с энтузиазмом включился в издевательство над отцом.

   - Пощады! – вскоре взмолился сквозь смех Иньяр. – А то станете сиротами, безобразники!

   - Не станем, не станем! – прыгая на нем, заявили двойняшки, а заботливый Марьяр собрал две горсти снега и щедро залепил папе в глаз.

   - Жена моя, спаси!

   - Спасу, так уж и быть! – пробурчала я и, подхватив расшалившихся отпрысков, сняла их с отца одного за другим. – Езжайте кататься, там вон как раз дядя Эльнар заскучал!

   - Дядя Эльнар! – с энтузиазмом переключились на новую жертву двойняшки, ковыляя, но довольно-таки шустро, по льду – по направлению к эльфу.

   Который, завидев их, вздрогнул и поспешно покатил прочь. Я рассмеялась. Нет, размечтался, не уйдешь!

   - Не жалко тебе остроухого, - попенял Иньяр, пытаясь встать на ноги.

   - Ни капельки! – я подхватила младшего и, воспользовавшись тем, что муж как раз стоит, оперевшись на четыре кости, усадила Марьяра на него сверху.

   Сын расплылся в широкой улыбке – перспектива покататься на папке явно пришлась ему по вкусу.

   - Иго-го! – подзадорила малыша.

   Тот в ответ кивнул и пришпорил родителя пятками в бока, вцепившись вместо поводьев в его волосы.

   - Злая женщина! – Иньяр охнул – сила у Марьяра уже проявлялась явно не младенческая.

   - Была бы злой, села бы рядом, - расхохотавшись, отозвалась я.

   - Тебе седлать мужа дозволено, - кряхтя, отозвался супруг. – И даже в обязательном порядке, но только в спальне!

   - Поспорим? – усмехнулась, приблизившись.

   - Нет, с тобой спорить – себе дороже, - пробурчал муж. – Давненько эту истину уяснил!

   - Умница! – кивнула одобрительно и подхватила младшего наследника на руки. – Поехали, мама тебя покатает! А папу продолжишь мучить позже!

  Я осторожно поехала вперед. Покосилась на Эльнара, который тоже уже молил о помощи – двойняшки таки загнали его в угол, и помчалась дальше, немного увеличив скорость. Марьяр довольно загудел, как майский жук. Глазки восхищенно засияли.  Я и сама чувствовала себя так, словно за спиной выросли мощные сильные крылья, способные поднять над этим прекрасным краем.

   Ветер подхватил бы меня, увлекая в ледяные высоты. Бездонный голубой купол принадлежал бы силе моего зверя, который с упоением купался бы в воздушных потоках, ощущая, как мощь небес проникает в него, напитывая восторгом и первозданной силой. Солнечный свет укутывал бы нас с ним золотой вуалью, искрясь вдоль могучего тела, играя на прекрасных изгибах и отражаясь от разноцветных чешуек.

   Я запрокинула голову. Из моей груди вырвался крик, устремленный в полное блаженства небо. Марьяр последовал примеру матери, и мне впервые пришла в голову мысль, что скоро я поднимусь ввысь, отправлюсь в полет не одна. Со мной будут мои малыши, пока еще совсем маленькие, но уже такие неугомонные ящерки.

   Мы с отцом подарим им небо, поставим на крыло. Научим уважать зверя внутри, силой которого нужно распоряжаться мудро и осторожно, тратить ее во благо. Предостережем от ошибок и поможем вырасти благородными Защитниками. И все сделаем, чтобы они нашли свое место - в этом мире или другом. Главное, чтобы наши малыши стали по-настоящему счастливыми!