Глава 2

Однажды купец отправился в торговое путешествие на острова вместе с дочерью. Пейша ликовала: приближалось полнолуние, а на корабле так много настоящих сильных мужчин, способных ублажить ее волчицу. К тому же, она прекрасно знала, что Лунные девы терпеть не могут морскую качку, брызги и вообще предпочитают далеко не удаляться от серебристо-серых берегов родины. Но оборотница не учла, что честь для сельо превыше всего, а трудовой договор — дело чести. Инара делила одну каюту с Пейшей. Вместо того, чтобы страдать от качки, лунная дева отлично себя чувствовала и тренировалась на палубе, на радость матросам, а страдала от морской болезни, наоборот, волчица, почти не выходившая из каюты из-за слабости. А ведь дул еще легкий бриз, настолько легкий, что корабли опустили весла, дабы успеть миновать пролив дня за три. Пустас Риот экономил на очень дорогих корабельных заклинателях погоды. В мире, битком набитом магическими существами, экономия может стоить жизни, особенно, на море. Каждый капитан, уважающий себя, а особенно, свою жизнь и экипажа, знал: шанс словить бурю в ясный день тем выше, чем меньше магии вбухано в корабль. Защита отводит тучи, но куда-то же им надо деваться, вот и проливаются в тем месте, где есть прореха в магическом щите. А если на корабле нет заклинателя, то это сплошная прореха, и судно становится игрушкой случая. Шторм обрушился так внезапно, что не оставалось никаких сомнений в его природе: где-то поблизости маг разогнали туч, и корабль словил откат. Команда ничего не успела. Какое там «свистать всех наверх, свернуть паруса»! Шквал налетел такой силы, что в одно мгновенье положила корабль на борт, макнув в волны оснастку. Парусное вооружение намокло мгновенно. Корабль тут же подняло на гребень гигантской волны, и под тяжестью многотонной, набравшей воды парусины треснула грот-мачта. С палубы смыло всех, кто там находился — и половину матросов, и капитана, и жадного купца. Вода хлынула в незадраенные люки, прорвалась в каюты и трюмы. Инара, не успевшая подняться наверх, рванула к подопечной. Благо, их каюты находились рядом. Стоя по пояс в бурлящей воде, прибывающей стремительно и страшно, она пыталась выбить дверь и орала: - Открывай немедленно, Пейша! - Нет! Тони сама, я не хочу! Дверь вылетела после магического пасса, сопровожденного мощным пинком стражницы, но в каюте уже не было Пейши, там скалилась крупная волчица. И тут же, рыча, не обращая внимания на хлынувший поток воды, набросилась на спасительницу. - Богиня, ну за что ты мне подсунула такую дуру! - не выдержала Инара, уворачиваясь от клыков. Она долбанула по морде ножнами меча, развернув их плашмя, сыпанула в бешеные глаза пучок искр. Пока ошеломленная волчица мотала башкой, вода уже подступила ей под брюхо. Инара врезала ей кулаком между глаз и, крепко ухватив за шерсть, притопила, а потом потащила переставшего сопротивляться зверя наверх. Вовремя: корабль в этот момент бросило на риф, обшивка треснула и каюту залило за полминуты. Инара уже подтаскивала волчицу к лестнице и запинывала по ступенькам, помогая себе магическим тросом, превращенным в лебедку. Шторм закончился так же внезапно. Мгновенно утих ураган. Рассеялись тучи, и в небе повисла огромная радуга. До самого горизонта со всех сторон девушек окружала вода. Ну надо же на единственный тут риф налететь! Впрочем, море превратилось в такое спокойное, ослепительное зеркало, что, возможно, подводных скал просто не было видно, а на самом деле они караулили добычу, притаившись в каком-нибудь локте от поверхности. Остатки корабля сидели на рифе прочно. Кроме Инары и нахлебавшейся воды, кашляющей волчицы, живых не было видно. Те, кто не успел выбраться из трюма или кают, плавали в воде, плескавшейся под самой палубой. Может быть, кто-то уцелел под обломками и зацепившимися за них клочьями парусов, но в разразившейся внезапной тишине не было слышно никаких иных звуков, кроме хриплого дыхания Инары, кашля зверя, и скрипа оседающего всё ниже по рифу, крошащегося дерева. - Превращайся и помогай! - приказала стражница волчице. - Сейчас это корыто развалится, и мы окажемся в море. Зверь смотрел на нее с ненавистью. - Не дури, Пейша! - прикрикнула сельо. - Нужно сделать плот из обломков, пока есть из чего делать. Волчица красноречиво чихнула, клацнула клыками и потрусила, скользя лапами по накренившейся мокрой палубе, к носу, где располагалась разбитая капитанская рубка и каюта хозяина корабля, ее отца. - Ладно. Хург с тобой, - сплюнула Инара и принялась за дело в одиночку. Все равно подопечная никуда отсюда не денется, да и кобелей по близости нет. Девушка выпутывала из слипшейся паутины такелажа подходящие куски дерева, рубила их мечом, связывала обрывками канатов. А когда в очередной раз потянулась, чтобы достать и обломить вздыбившуюся над кормой доску, замерла, не веря глазам: у самого горизонта плыл белым облаком пятимачтовый барк. И шел он мимо, стремительно скользя над водой. В такой штиль его паруса наполнял маг, больше некому. И — сто луннов против одного — именно этот красавец и стал причиной гибели их корабля. Со стороны капитанской каюты послышался яростный, полный бессильной злобы вой: Пейша тоже поняла, кто виновник гибели ее отца, людей и товара.