Глава 7. Моника.

Моника.

- Тихо! Не шуми! Они плывут, плывут...- зашептали мымры, впившись глазами в показавшуюся из-за скал лодку.

- Плывите, плывите, милые моряки,

Мы с ласкою ждём у устья реки... - затянули Сирены убийственную песнь.

Лодка, изначально планирующая плыть прямо, зависла на гребне послушной волны, и вздрогнув, развернулась к скалящимся волко-ловкам.

Что было после - противно вспоминать! Поняв, в какую ловушку их притянули, десять парней в лодке выхватили короткие кинжалы, а кое-кто пустил в ход собственные когти и зубы.

Но бедолаги еще не знали, что под водой притаились еще десять Сирен, изголодавшихся по наведенной ласке. Та омерзительная бойня и по сей день вызывает во мне рвотные позывы. В двоих жертвах я безошибочно распознала людей. Трое были оборотнями, из тех, кто умел оборачиваться в двуногое подобие волков. Остальных - не отличила.

К своему стыду, сама я бездействовала. Просто-напросто не могла выбрать сторону. Сиренам помогать мне было отвратно. Но бросаться очертя голову в сражение за незнакомых мужиков тоже особо не тянуло. Пусть в душе я и болела за их успешный побег из насмерть упузыряющих объятий русалок.

Так и пряталась за дальней скалой, эгоистично дожидаясь конца схватки. Как вдруг на выручку парням кинулся Он.

Красавец с иссиня-тёмными волосами. И в данном случае это не красивый оборот речи, а реально цвет бушующего океана! Вервольф, а это, определенно, был оборотень, сильно отличался от всех остальных сражающихся. И не только фантастическим цветом волос, а особой хищной грацией уверенных движений. Врожденной статью, необузданной мощью и поражающим хладнокровием.

Неизвестно откуда вынырнувший, впечатляюще-привлекательный вервольф, казалось, даже не удивился происходящему. С брезгливым пренебрежением оскалился он, целенаправленно ринувшись в самую гущу ловли мужиков.

И молниеносно отшвырнув парочку-другую моих приставучих «сестер», вервольф вдруг завершил свой неотразимый образ, торопливым движением собрав синеватые волосы в тугой хвост. Именно синие, глубокого-завораживающе волшебного цвета. А не блеклые и искусственные как у Мальвины из сказки.

Чёткие жесты Синего вервольфа сопровождались солеными слюнями из моего разинутого в восхищении ротика. Называется, почувствуй себя новорожденной Сиреночкой!

Вплоть до того судьбоносного момента, когда присмотренного мною мускулистого Мальвинца скрутили сразу несколько довольных волко-манок. С которыми я вовсе не собиралась делить Синего красавца!

В смысле не могла допустить, чтобы его утащили под воду. А тем более – принялись там «пузырить». Без меня!

- Право подарка! – объявила я, подплывая к болотистому берегу. Где запыхавшиеся победительницы вновь затянули свою губительную песнь, перемежающуюся с их тяжелой одышкой.

- Нет! Он не будет твоим трофеем, – завопила Пёстрая деваха с неестественным рефле, стервозно похлопывая плавником по поверхности воды. – Тебе обещали первого! А этот пришел сюда последним.

- И что? Этого поймали первым, а значит он – мой! – твердо заявила я.

- Ты даже не сражалась, - обиженно насупилась зеленовласка.

- И потом те, - махнула рукой Пёстрая в сторону валяющихся то тут –то там несчастных, - те тоже пойманы нами. И даже раньше Синего. Они точно также – наш улов! Выбирай себе "первого" среди них.

- Да ты только посмотри на них! - не глядя помахала я рукой не перед «подводной попугайшей», а у носа обескураженной шатенки, удерживающей Синего вервольфа. Тот что-то пьяно бубнил, одурманенный песнью Сирен. Сама же я при этом продолжала сверлить глазами всю ту же истеричную Пёструю. – Видишь их, Бурая? – продолжала я свою уловку, путая русалок, сконцентрировавшихся на моем странном поведении. – Они же... – и с этими словами я резким движением выхватила из мокрых лапок шатенки конец магической веревки, стягивающей Синего вервольфа.

- Что?? – воскликнула та, не успев сообразить, что с девчонкой вроде меня, выросшей во дворе с толпой из десяти мальчишек и всего двух девчонок, нужно быть начеку!

А я уже впечатала в себя почти бессознательный торс вервольфа. Точнее, сама фактически свалилась на это мощное тело, которое едва не уронила обратно на скалы.

Что делать дальше, я себе представляла смутно. В памяти возникли обрывки разговора с предводительницами Сирен. Когда они поучительным тоном наставляли меня, как по-изобретательнее следовать их ненормальному кодексу.

Я тогда слушала спустя жабры, но туманно припоминала сейчас какой-то важный нюанс с поцелуем. То ли это дает мне право первенства, то ли владения захваченным пленником. Точно не скажу. Однако в данном положении любые средства были хороши, так что, притянув к себе полусонного Волка, я быстро вцепилась в его губы поцелуем.

Парень оказался не промах!

Глухо зарычав, он добровольно прижал меня к себе, углубляя поцелуй. Если бы не паранормальные обстоятельства, я бы даже оценила его страстную напористость!

Но сейчас меня лишь взбесило, что этот притворщик, которого я пыталась спасти, вздумал воспользоваться ситуацией! За пару секунд Синий нахал успел всласть меня облапить!

Это настолько выбило меня из колеи, что пришлось еще с минуту терпеть его наглые приставания. Ну-у-у, это пока я обдумывала – давать ли хаму пощечину?..

Да-да! А с чего бы мне еще выжидать, находясь в таком неловком положении??.. Конечно же, просто потому, что обнимашки давали идеальную возможность спокойно поразмыслить!

И какая кому разница, что мозг при этом полностью вырубился? А извилины наотрез отказываясь думать о чем-то, кроме самого умопомрачительного поцелуя в моей жизни!

- Она поделилась с ним!

- Сестра поделилась дыханием!

- Оника подарила вервольфу священный воздух!

Чуток отрезвили вопли Сирен, вклинившиеся в мою сладостную попытку спасти оборотня.

- Это вы искусственное дыхание так называете? – спросила их, отдышавшись. – Вообще-то я тут права на добычу пыталась заявить.

Мой страстный трофей тем временем, хрипло застонав от счастья, отвалил в глубокий обморок.

- О, нет! Оника не ведала, что творит! – воскликнула зеленоволосая Оусэль, принявшая уже нормальный вид. Наполовину. Ведь наши хвосты никуда не делись, упорно продолжая смущать мой взор рыбьими чешуйками.

Зеленую сестрицу тут же поддержали остальные соболезнующие мне:

- Бедняжка Оника! Какая роковая оплошность! Она же вовсе не желала связывать себя навеки с уловом!

- Ну с уловом мало кто в принципе связываться пожелает, - отметила я. - Но что-то я всё равно не въехала, почему «навечно»? - обвела я взглядом сочувствующих мне отчего-то Сирен.

- Ты плохо слушала Старших сестер, – вздохнула блондинка. – Они ведь говорили, что мы не соприкасаемся губами с захваченными самцами. Они нам вовсе не для этого нужны, - с упреком покачала она белокурой головой.

- Да в курсе я, на что мужики годятся. Вы лучше скажите уже, что там с вечностью?! – поторопила я их.

- В скрижалях сказано: «Из уст в уста польются священные крохи воздуха, соединив двоих во веки вечные единым дыханием», - процитировала зеленовласка. – Поцелуем в губы ты скрепила ритуал, Оника! Теперь вам не жить друг без друга.

- В смысле? Мне его постоянно теперь с собой таскать?? – посмотрела я на довольно похрапывающего вервольфа, красиво валяющегося у моих ласт.

- Она права, не дело такую ношу на хребте катать всю вечность, - глубокомысленно покачала головой цветастая. – Он же не приспособлен совсем к подводной жизни. А значит, Монике за двоих вкалывать. Эх, придётся его всё таки придушить, - вздохнула она, резво подползая к моему синевласому спиногрызу.

- Стоять!!! – взревела я, бросаясь ей наперерез. – Как это придушить?! А ну брысь от моего Мальвина.

- Пёстрая сестра дело говорит, - изрекла шатенка. – Двуногий под водой всё равно скукожится скоро и со временем придет в полную негодность. На кой Скат тебе всю жизнь терпеть подле себя подобную гниль, Оника? Он же паразитировать будет на тебе похлеще, чем минога на рыбах! Отдай лучше сразу крабам-падальщикам, они разберутся.

- Это не вам решать, - упрямо шлёпнула я хвостиком по влажной земле. – А мне в хозяйстве любое старьё сгодится. Уж поверьте моему опыту – как только выбросишь какой-то залежавшийся мусор, наутро же выяснится, что именно это барахло тебе просто необходимо! Даже если это был синюшный паразит. А уж такой зачётной падали, как он, я точно найду применение!

- Ладно, забираем в Озёро, - посовещавшись, согласились Сирены, - а там пусть Одиноль решает.

- А он точно под водой не захлебнется? - с сомнением глянула я на свою добычу.

- Обычно и с простой магией день-два выдерживают, - пожала Оэльда плечами. - А тут целый ритуал!

- А где остальные? – озираясь, спросила Пёстренькая. – Куда ты их дела?! - накинулась она на Оусэль.

- Да не кричи ты так! Всю нечисть в болотах разбудишь, - шикнула на нее Зелененькая. – Я их в лодку сгрузила, - пояснила она, в то время, как я, извиваясь, тащила свой приз к воде, вцепившись в мускулистые голени оборотня. И чуть не плюхнулась рожей прямёхонько меж его раскинувшихся ног, когда воздух разрезал истошный крик шатенки:

- Как?! – воскликнула она. – Как ты могла погрузить самцов в лодку??

- Аккуратненько. Друг на дружку, - хлопая зелеными ресничками, пояснила Оусэль принцип бесхитростной упаковки мужиков. - Я их сложила и...

- И в море отпустила?! – завопила еще и блондинка.

- Да что тако... Нет. Нет!!! – закричала только-только вынырнувшая из воды русалка, посмотрев туда, куда показывали остальные сестры.

Лодка, весело покачиваясь на волнах, плыла в противоположную от нас сторону.

- Давайте догоним! – предложила зеленовласка, первая зашевелив плавничками в сторону уплывающего улова.

- Стой, дурная! – закричала шатенка, перехватывая Оусэль за локоть. – Их же скоростным течением уносит. А оно знаешь куда ведет?? – зловеще округлила она глазки.

- Знаю, - тихо всхлипнула Зеленая, отказываясь от своего, по-видимому, провального плана.

- Одиноль нас высушит за такую оплошность, - поникла Оэльда.

- Да ничего, свалим всё на новенькую! - заговорщически подмигнула Пёстрая Сирена. - Одним промахом больше, одним меньше, ей же и так уже влетит.

- Класс! А у меня спросить не хочешь, согласна ли я за всех отдуваться? - опешила я от подобной наглости.

- А что тебя спрашивать? - искренне удивилась Оэльда.

И лишь шатенка Оливия, уловив моё недоумение, соизволила пояснить:

- Если все хором подтвердят твою вину, какая там разница за ты или против! Привыкай, - усмехнулась она, поплыв на суд к Рыжей Одиноль.