Глава 3 Еще один гость

Еще раз пробежалась взглядом по дружно ахнувшим гостям, которые с любопытством вытянули шеи, жадно впитывая каждое мгновение главного скандала в мире оборотней за, наверное, лет десять.

— Ты что творишь, стерва?! — прорычал Роберт, отшвырнув Снежану и в один прыжок оказавшись рядом со мной.

— Творю сплошное безобразие! — улыбнулась, щурясь от удовольствия. — И мне это так нравится!

— Сука! Ты за это ответишь!

— Что, неожиданно? — покачала головой. — Вы надеялись на дуру, которая послушно раздвинет ноги для вашего тупого сынка? А потом будет штамповать наследником, как пчелиная матка? Ах, да, и еще будет ходить перед вами на задних лапках и реверансы делать — из-за страха, что ее не подпустят к собственным детям!

Я выпалила все это в его перекошенное от ярости лицо и захлебнулась от счастья. Наконец-то перестала быть бессловесной овцой, которая смиренно шла на бойню! Так ждала этого времени, кто бы знал! Терпела, унижалась, страдала! И все ради этого момента. Месть сладка, товарищи, не верьте тем, кто утверждает обратное!

— Ты хоть понимаешь, идиотка, что будет с твоими родными?! — выплюнул мне в лицо альфа.

— Вы сначала их найдите, — усмехнулась и склонила голову на бок, наблюдая, как мужчина зыркает по сторонам.

Его взгляд метался по залу, перескакивая с одного лица на другое. Руки сжались в кулаки. Он весь задрожал от злости. Понял, наконец.

— Что, не верится, что сопливая девчонка тебя переиграла? — шепнула я, встав рядом.

— Убью, тварь! — прорычал Роберт и двинулся на меня.

Но рядом тут же оказался мой волк, прикрыв невесту, которая пошла в разнос, собой. И можно было не бояться — он один выстоит против целого мира, если нужно будет спасти его волчицу!

Зал наполнился одиночными хлопками — такое ощущение, будто кто-то в театре проснулся посреди второго акта и, не сообразив, начал аплодировать.

Все повернули головы на шум и увидели в проходе нашу бабулю на инвалидном кресле. Хлопая — так сильно, что крупные кольца скрежетали друг о друга, она расхохоталась.

— Знала, что рано или поздно увижу, как тебя на место кто-нибудь поставит, сЫночка! Но никак не ожидала, что это будет молоденькая девочка! — она захихикала. — Ох, спасибо, Господи, что дал дожить до такого дня!

— Замолчите, матушка! — бросил Андреев.

— А ты мать-то не затыкай! — фыркнула она. — Достаточно молчала!

— Голос опять прорезался? — язвительно осведомился Роберт. — Что вдруг? До сего дня язык свой ядовитый в заднице прятали!

— Вот оно что! А я-то никак в разумение взять не могу, чего это мне сидеть мешает! Думала, или застарелый геморрой, или шило в попе! — отозвалась Мария, подъехав поближе.

— Шуточки все тебе, да? — на щеках сына заиграли крупные желваки. — Что ж, посмотрим, так ли тебе весело будет, когда эту тварь, Лунную волчицу, хоронить будут!

— Не грози, сын! — бабуля поманила его пальцем. — Подь сюда, чего скажу. Да пошустрей, а то сама подъеду, все самомнение тебе отдавлю.

Андреев нехотя подошел к ней.

— А теперь слушай, — Мария улыбнулась. — Девочку эту ты отпустишь сейчас же. И не спорь! Иначе твоя мамочка прямо при всем честном народе выложит о тебе правду! Во всеуслышание!

— Ты ведь знаешь, что тебя за это ждет, старая дура?!

— Знаю. Ты эти слова в душе моей болью выжег. — Тихо отозвалась Мария. — Долго терпела, сын. Да только все терпелки кончились. Мне немного уж осталось. Хочешь, убивай меня. А угрожать убить его — сам знаешь, кого, прекращай. — Бабуля вздохнула. — Сам не вечный ведь, весь морщинами покрылся. Не бессмертный и ты, сын. Подумай о том, что после тебя останется, и что туда, к Нему, принесешь.

— Вам ли Страшным судом пугать других, матушка? — Роберт скривился. — После вашей-то молодости!

— За свои грехи сама отвечу! — Мария сжала подлокотники инвалидного кресла. — Тебе о собственных печься надо, а не обо мне переживать! Отпусти девочку, я тебя по-хорошему предупредила!

— Что происходит? — хором выдали мы с Барсовым, посмотрев друг на друга.

— Я тебе чуть позже расскажу, — промурлыкал он, сжав мою талию. — После нашей первой брачной ночи!

— К-как это?

— Объяснить пошагово? — его глаза заискрились смехом. — Что куда, и как это приятно?

— Нет, это как раз помню, — по коже вновь прокатилась волна — на сей раз обжигающего желания.

— Вот и умничка, — выдохнул мой волк. — Думаю, к обеду следующего дня мы как раз закончим. Тогда и расскажу тебе все. А ты поведаешь мне, зажигалочка, куда делся твой страх из-за жизней близких, который мешал тебе дать отпор Роберту до сего дня.

— Мой страх унесла с собой Софи, — шепнула я ему на ухо. — Накинула личины на моих родных и помогла им ускользнуть из-под носа альфы и спрятаться.

— Эта ведьмочка — чудо!

— Эй, — притворно возмутилась я. — Хорош отвешивать комплименты другим женщинам!

— Ревнуешь? — расплылся в довольной улыбке.

— В роль жены вживаюсь! Острой на язык и тяжелой на руку!

— Ну, язычку твоему я другое применение найду, — ухмыльнулся самодовольно. — Да и ручкам тоже!

— Когда уже? — выдохнула, тая в его объятиях.

— Боюсь, что не скоро, — Барсов помрачнел.

— Почему?

— Потому что я кое-что сделал, чтобы избавить тебя от этого брака. Вернее, нашел кое-кого, кто это сделает.