18

Обещание своё Варнар сдержал, уже тем же вечером, и Темира вознесла хвалу Селене, за то, что не оставила свою маленькую жрицу без покровительства и хоть так, но защитила её.

Келбер опять был пьян. Это было похоже на замкнутый круг, ловушку, в которую она так наивно угодила волею судьбы.

Он вошёл без стука, похотливо взирая мутными от хмеля глазами на беззащитную девушку, и не особо церемонясь, пошатывающейся походкой направился прямиком к ней.

Чуя опасность, Темира метнулась в сторону, но куда ей было деваться? Огромные лапища Келбера сгребли её в охапку, настойчиво требуя откровенной ласки и близости.

- Пусти! – Задыхаясь от слишком тесных объятий и несвежего дыхания своего мучителя, произнесла девушка, но того это только раззадорило.

- Ты скоро станешь моей женой, дура! – Заревел он ей на ухо, и тут же принялся лобызать его масляными губами, переходя на щёку и шею отчаянно сопротивляющейся жрицы.

- Не трогай меня! – Взмолилась девушка, но Келбер и слушать не хотел, продолжая своё грязное дело.

Ухватив её за ворот платья, он с треском разорвал его, и вид обнажённой девичьей груди окончательно помутил его рассудок.

Темира уже приготовилась к худшему, но громовой голос Варнара, неожиданно разрушивший коварный замысел Келбера, прогремел в комнате:

- Старейшина, остановись! Ты совершаешь святотатство!

Но тому было невдомёк, кто перед ним. Он был слишком пьян, слишком возбужден, чтобы останавливаться.

- Пошёл прочь, щенок! – Гневно бросил он, удостоив жреца лишь взглядом вскользь. – Не мешай мне наслаждаться моей будущей женой!

Но терпение Варнара было на пределе.

-Последний раз предупреждаю, оставь девушку! До клятв это прелюбодеяние!

Келбер, взревев, бросился на жреца, но мощный столб огня отшвырнул его в сторону, опалив волосы, брови и ресницы. Да и само лицо старейшины покрылось красными пятнами ожогов, а ладони и того хуже – волдырями, зато это, кажется, отрезвило нерадивого главу клана.

Он, как и Темира, с ужасом и трепетом взирал теперь на молодого жреца, объятого живым огнем, который, однако, не причинял тому никакого вреда.

Даже глаза его пылали гневом и пламенем, готовыми уничтожить старейшину, если тот вновь посмеет набросится на него с кулаками.

- Не тронь девушку. – Уже спокойнее заявил он. – Она тебе ещё не жена, и я поклялся беречь её целомудрие до обряда. Уходи.

Келбер, поднявшись и искоса взглянув на Темиру, спорить не стал – ожоги болели так, что всякое желание удовлетворить свою похоть давно пропало.

Когда он ушёл, девушка стыдливо прижимая к груди разорванное платье, быстро отвернулась. Но Варнар осторожно коснувшись её плеча, успокаивающе прошептал:

- Не бойся, всё позади. Келбер не вернётся сегодня…

Он направился к двери, а Темира испуганно окликнула его, едва не забыв, что наполовину обнажена:

- Пожалуйста, не оставляй меня одну! Мне страшно…

Варнар, смущенно отведя глаза, тихо прошептал:

- Я вернусь. Только раздобуду тебе новую одежду.

Девушка успокоилась, кивнув. Молодой жрец ушёл, а Темира принялась молиться Селене, прося защиты и благодаря за то, что ниспослала ей такого защитника, как Варнар.