День 17

Меня мучила жажда. Именно поэтому я проснулась. Приходя в себя после сна, осознала, что рядом лежит Кирилл. Его левые рука и нога покоились на моём теле. Ощущать их тяжесть было приятно. И вообще, всё что произошло между нами было приятным. Хоть я и понимала, что это случилось неспроста. Какой-то волшебный успокаивающий чай дала нам Лариса, и об этом стоило подумать, но сначала утолить жажду.

Я тихонько, чтобы не разбудить Кирилла, встала, на цыпочках прокралась к двери и нажала кнопку снятие защитного поля, но не успела сделать и шаг в коридор, как услышала на кухне разговор. Голоса Ларисы и Виктора я узнала сразу, поэтому невольно прислушалась. Они говорили не громко, но я-то была совсем рядом, поэтому расслышала каждое слово:

– Я считаю, ты поторопился. Зачем ты убрал Андрея?

– Он мешал нашей миссии. Его сексуальная активность неизбежно пагубно сказалась бы на генофонде лунной колонии в последствие.

– Ты прав, но можно было сделать это чище. На подобные случаи у нас предусмотрен витаминный коктейль № 3! Одна инъекция, и он очень быстро умер бы от неизвестной инфекции.

– На это не было времени. Представилась прекрасная возможность оказаться с ним наедине в сложных условиях, и я ею воспользовался.

– И тем самым ты заставил действовать меня. Они все умные, и смерть Андрея заставила бы их насторожиться. Поэтому нужно поспешить и довести миссию до финала. После этой ночи у нас должно быть 80% оплодотворение женского состава. У 4 из 5женщин – время овуляции.

– Но где гарантия, что кто-то из них не ждет ребенка от Андрея? И думаешь, поголовная вспышка страсти не вызовет подозрения?

– Вызовет. Поэтому я предполагала, что через неделю проведу медосмотр, и если хотя бы у 3 из 5 женщин будет положительный результат, сразу вывожу мужчин из игры, а женщин перевожу в вегетативное состояние. Первый этап миссии завершен. Но ты прав, риск появления потомства от одного отца слишком велик. Сначала я проведу тест ДНК. В любом случае мы оставим только одного отпрыска Андрея. Но не хотелось бы терять время на новые попытки оплодотворения, – рассуждала вслух Лара.

– Трое детей это слишком мало для нормального развития колонии. К тому же есть вероятность, что они будут однополые, – возразил Виктор.

– Да ты прав. Активно действовать начнем, когда будет определен пол и отцовство.

– Хорошо, договорились, – вынес вердикт Виктор, и на кухне послышалось движение, я тут же нажала на кнопку закрытия каюты. Магнитная завеса опустилась мгновенно и беззвучно, они точно не могли меня заметить, но сердце все равно билось как бешеное. От всего услышанного путались мысли и вспотели ладони.

«Что происходит?» – билась единственная мысль в голове.

Я обернулась к Кириллу. Без меня он раскинулся на кровати звездой. Не раздумывая, бросилась к нему и тихонько потрясла за плечи. Не сразу, но он приоткрыл глаза. Выражения его лица менялось по мере того, как он осознавал, где находится и что произошло. Сначала расслабленное лицо стало суровым, губы поджались, брови сошлись к переносице. Кирилл резко сел. Он наверно выскочил бы из кровати, но я обхватила одной рукой его плечо, второй шею и на ушко зашептала.

– Лариса нас опоила. Я только что слышала, как она разговаривала на кухне с Виктором. Он убил Андрея.

Кирилл напрягся и замер. И я уже не торопясь рассказала ему все, что услышала.

– Мне страшно, – смотря прямо в глаза мужчине, призналась я, – Мы здесь совершенно одни и не знаем, кому можно доверять. Может за каждым нашим шагом следят, подслушивают каждое наше слово.

Кажется, я плакала, потому что Кирилл осторожно вытер мои щеки и, не сдержавшись, почти невесомо коснулся своими губами моих. В этот момент в его глазах было столько нежности. Я прижалась к нему, пытаясь в его объятиях укрыться от страшной действительности. Он нежно гладил меня по спине и тихонько говорил:

– Я бы не доверял только этой парочки и руководству. Остальных ребят нужно предупредить.

– Но зачем они все это делают? – озвучила я мучавший меня вопрос. Для меня человеческая жизнь была бесценна. Я видела, как моя мама вынашивала мою младшую сестру, видела, какими родители были счастливыми в это время, смотрели друг на друга так, как будто знали какой-то секрет. Когда мою сестренку, маленький кулечек, привезли из роддома, мне показалась, что я поняла этот секрет: жизнь – это самое невероятное чудо в этом мире.

– Зачем они это делают как раз понятно, – зло усмехнулся Кирилл, – Хотят вырастить на Луне рабов, которые бы не видели Земли, и для которых вот это была бы нормальная жизнь. Тогда можно будет ими управлять с помощью ресурсов и технологий, получая за копейки от них те самые лунные минералы, неизвестного происхождения, что вы с Андреем привезли с двух точек.

– И что же нам теперь делать? – в ужасе от высказанной Кириллом мысли спросила я.

– Мы можем вернуться на ракете в любой момент. У нас ведь есть энергоносители на обратную дорогу.

– Сейчас мы не можем никуда улететь. Аня беременна, она и Коля ни за что не согласятся пройти через стартовые перегрузки, это убьет ребенка, – возразила я. Кирилл даже бровью не повел.

– Нас отправили в командировку на 3 года, нам некуда спешить. Когда разберемся с этими саботажниками, мы с Русланом все проверим: ракету, энергоносители, медикаменты. Я уверен во всех ребятах. Мы вместе выросли. Ничего не могу сказать про Эмпэ. Но когда сообщим о гибели Лары и Вити, я думаю, мы сможем понять, на чьей она стороне. Возражения есть? – последние слова Кирилл сказал с иронией.

«Он только что подтрунил надо мной? – ошарашено подумала я, – это хороший признак».

– Нам нужно выкрасть витаминный коктейль № 3, мы ведь теперь знаем, что его инъекция приведет к летальному исходу, – предложила я и сама ужаснулась, что так просто говорю об убийстве.

«Но это вопрос выживания всех нас!» – мысленно одернула я себя.

– Отличная идея! К завтраку я вынесу тебя из каюты, скажу, что ты не приходишь в себя. Мы втроем идем в медотсек, а там, на смотровой кушетке мы спрячем подготовленный шприц. И ты сделаешь Ларе укол.

– Я? – у меня даже голос от волнения сорвался.

– Не бойся, я буду всегда рядом, и постараюсь отвлечь ее.

Мы тут же бросились одеваться. На базе все мы ходили в одинаковых светло-серых хлопковых спортивных костюмах, и у каждого из нас был запас белых футболок. С детства нас приучали не выделяться. Все смены мы проводили в одинаковой одежде, и для меня это было совершенно привычно. Только сейчас перед Кириллом мне почему-то захотелось надеть красивое платье.

Я мотнул головой, прогоняя эти глупые мысли.

– Ты готова? – спросил Кирилл, напряжённо вглядываясь в мое растерянное лицо.

Я кивнула, и он снова взял меня за руку как тогда, перед докладом о смерти Андрея. Этот простой жест лучше любых слов успокоил меня и придал уверенности.

Мы вместе вышли в пустой коридор, прошмыгнули к выходу из жилого ангара и быстро направились на «скотный двор». Полумрак ночного освещения и огромная голубая Земля над нашими головами придавали глубину теням вокруг, что заставляло меня пугаться на каждом шагу.

– А если за нами наблюдают по камерам? – спросила я.

– Ну, тогда нам всем конец, – «успокоил» меня Кирилл.

В медотсеке под витамины была выделена половина одного из пяти холодильников. Витаминный комплекс № 3 я обнаружила на самой нижней полке. Там всего было 10 ампул. Я усмехнулась – по 1 на каждого. Витя и Лара, очевидно, не собирались им воспользоваться.

Взяв одну ампулу и наполнив шприц, я положила его под одноразовую простыню на смотровой кушетке, и мы тут же направились обратно.

Оставшуюся часть ночи мы провели в моей комнате. Лежали в одежде на кровати и не могли уснуть. Я очень переживала за наше будущее, но еще больше меня волновали чувства мужчины, лежащего рядом. Он неожиданно перевернулся на бок, чтобы видеть меня и тихо сказал:

– Прости, что набросился на тебя вчера вечером. Глупо сейчас говорить, что я этого не хотел. Не хотел бы – не пришел. Но мне жаль, что все так произошло.

– Ты ни в чем не виноват… Мы не виноваты. Нас опоили и это пугает. Но в остальном я ни о чем не жалею.

Поддавшись порыву, я указательным пальцем провела вдоль его скулы.

«Как будто топором вырубили, – размышляла я, разглядывая его грубое лицо, – Удивительно, что под внешностью дровосека скрывается такой чуткий, воспитанный и добрый мужчина».

Кирилл перехватил мою руку и прижал ее к своей щеке.

– Ты же знаешь, что нравишься мне?

Я улыбнулась, кивнула и призналась в ответ:

– А ты мне.

В отличие от жадной страсти вчерашнего вечера остаток ночи мы провели в неторопливом нежном изучении друг друга.

В 8-00 Кирилл подхватил меня на руки и бездвижную вынес на кухню, где уже собрались все ребята на завтрак. Не знаю, как он играл лицом, но в его голосе лично я слышала неподдельный ужас:

– Лара, Лара! Помоги! Соня никак не просыпается. Я уже минут десять пытаюсь ее разбудить. Она умерла?

Чьи-то холодные пальцы дотронулись до моей шеи.

– Она жива. Быстро в медотсек, – тут же уверенно скомандовала Лара.

Кирилл понес меня, за нами послышались шаги, но нам лишние свидетели были не нужны, и он попросил.

– Ребята, вы останьтесь. Сейчас Эмпэ звонить будет.

– Да-да, – поддержала его Лариса, – Уверена, все будет хорошо. Я осмотрю Соню и тут же отправлю Кирилла к вам с новостями.

В медотсеке меня аккуратно уложили на кушетку. Лара видимо начала что-то искать, послышалось шуршание полиэтилена и картона, зазвенели какие-то склянки, потом что-то булькнуло. Все эти звуки были совсем рядом с моей рукой, которая уже нащупала шприц.

– Лара, что с ней? – пробасил Кирилл.

– Пока не знаю, введу ей витамины, может она переутомилась… – ответила Лариса.

– Если честно я смутно помню, но мне кажется, вчера я мог навредить ей, на меня что-то нашло, я потерял контроль, – каялся Кирилл, отвлекая Ларису.

В это время я осмелилась приоткрыть глаза. Они стояли совсем рядом. Причем филейная часть Лары была как раз на расстоянии вытянутой руки, и я не стала ждать. Продолжая расслабленно лежать и действуя исключительно одной рукой, я достала шприц и воткнула его Ларе в ягодицу.

Девушка даже не вздрогнула, медленно обернулась и уставилась на меня, потом посмотрела на Кирилла. Мгновенно у нее в руках оказался скальпель, и она замахнулась им на парня. Кира действовал быстро, схватил то, что было под рукой – железную ванночку для инструментов, и с размаху заехал ею Ларе по лицу. Девушка отлетела на меня и, перелетев через кушетку, свалилась на пол.

Вместо стонов мы услышали странное механическое жужжание. Я тут же вскочила и перевернула ее на спину. Кирилл уже был рядом. И мы оба отшатнулись, увидев искры, вылетающие из покорёженных металлических челюстей робота, кусок искусственной кожи остался валяться на полу.

– Чёрт, это андроид! – воскликнула я.

Кирилл провел длинными пальцами за ухом Лары, и ее темечко вместе с копной густых русых волос откинулось назад, открывая нашему взору аккуратные ряды проводов и чипов.

– Нужно найти карту памяти, возможно на нее велась постоянная запись, и тогда мы узнаем все об их планах, – поделился своими мыслями со мной Кира, копаясь в «мозгах» робота. Еще через несколько мгновений он извлек плату, на которой красовалась эмблема Межнациональной корпорации Space, давнего конкурента нашего Роскосмоса.

– Так это засланные казачки! – усмехнулась я, если честно у меня отлегло от сердца. Мой мир вновь вернул себе прежние очертания.

– Виктор наверняка такой же, нужно с ним разобраться, – сказал Кирилл, вставая. Прихватив с собой надежный железный лоток, он выбежал прочь из медотсека. Когда я вошла в гостиную, все ребята уже с полном ступоре пялились, как искрит перекошенная челюсть Вити.

«Похоже, нам предстоит долгий разговор», – подумала я, подходя к Кириллу и беря его за руку.