Часть 12

Заперев дверь изнутри, включаю шумный напор воды и опираюсь ладонями о край раковины.

Что, чёрт побери, такое происходит?

Как поступают женщины, когда мужчины, с которыми у них довольно длительные отношения, решают сделать им предложение руки и сердца? Правильно — визжат от восторга. А что делаю я? Сбегаю с кульминации имитируя приступ диареи.

Я не хочу замуж. Я. Не. Хочу. Замуж. Не хочу, — трясу головой, глядя на своё отражение. Я и Олег вместе всю жизнь, во веки веков, аминь? Вообще всю, до самой старости?! Не-ет. Да я даже съехаться с ним никак не решусь, а тут брак.

Да и Ульяна Шмель… Звучит так, словно я не финансовый консультант из крупнейшей компании Москвы, а малолетний блоггер-пацифист.

И как теперь слиться? Может, сказать, что кишечнику совсем худо? Или отправить его в магазин за зефиром и в это время по-быстрому депортироваться в Мексику?

Олег хороший человек и достоин того, чтобы быть с ним до конца откровенной. Скажу честно, что к браку пока не готова, но это же не повод разрывать отношения, верно? Можно оставить всё как есть: встречаться, ходить на свидания, оставаться друг у друга на ночь без всяких обязательств. А к вопросу помолвки вернуться после нового года. Или летом. Или никогда.

Решено. Просто буду с ним честной.

Брызгаю в лицо пригоршню воды, нажимаю кнопку сливного бочка и с видом, будто только что избежала вербовки в ИГИЛ, шагаю в гостиную.

— …одну секунду, не отключайтесь, Ульяна Дмитриевна уже подошла, — Олег прикрывает рукой динамик мобильного и шепчет: — Прости, твой телефон бесконечно трезвонил и я взял на себя смелость ответить. Какой-то мужчина, кажется, Оливер, говорит, что он из компании «Муж на час». Это что, ваши новые партнёры?

— Оливер? Вот наглец! — выхватив трубку ретируюсь в просторную кухню Олега, и как бы я не была сейчас ошарашена и зла, в груди отплясывает чечётку взбесившееся сердце.

Игнорируя тахикардию, подношу телефон к уху и на одном дыхании выпаливаю:

— Тебя не учили, что звонить после девяти вечера малознакомым людям это демонстрация плохого тона?

— Что? Реставрация глухого гнома? Прости, говори громче, тебя плохо слышно, — перекрикивая визжащую музыку рычит Ганс, и я против воли давлю фыркающий смешок в сжатый кулак.

Протяжно выдохнув, запрещаю себе подобные фривольности и даже приосаниваюсь:

— Зачем звонишь, спрашиваю?

— Вообще-то, ты первая мне позвонила, увидел пропущенный. Я уж решил, что хочешь обсудить воскресное меню. Если что, я всеяден, так тётушке Тамаре и передай.

— Шутить вздумал? Не будет никаких воскресных посиделок, вернее, они-то будут, но без тебя!

— Ну подожди ещё, до воскресенья уйма времени, передумаешь, — фальшивя гласными обещает он и отвлекается на писклявый женский голос. — Повиси, — бесцеремонно бросает мне, и я прямо-таки дар речи теряю.

Повиси?!

Чёрт знает почему, но я вишу. Не сбрасываю вызов, не посылаю его куда подальше, не заношу номер в чёрный список, а просто стою и послушно жду. И даже пытаюсь вычленить из гула голосов и музыки баритон Ганса, но вместо его фальшивого русско-немецкого рыка слышу писклявый хохот и уже заочно ненавижу эту бесцеремонную миссис Клювдию.

Знаю, не моё дело, но где это он ночами шляется и, главное, с кем?

— Так на чём мы остановились? — разрывает тишину кухни голос Курта, и я воровато оборачиваюсь на не запертую дверь.

— На том, что кое-кто слишком много на себя берёт, тебе так не кажется?

— Да ну брось, не берёшь ты на себя много, — издевается он, и только я набираю полную грудь воздуха чтобы разразиться гневной тирадой, как слышу: — Знаешь же ночной клуб «Сохо»?

— Ну так, примерно, — вру, пытаясь стереть из памяти воспоминания о том, как пару недель назад напилась там в дрезину.

— Сегодня здесь концерт, выступают мои друзья из Мюнхена, приезжай, тут весело, — приглашает он, и я снова оборачиваюсь на дверь ощущая себя пятнадцатилетний школьницей. Один в один то самое чувство, когда подружки зовут тусоваться, а тебя мама дома посадила готовиться к самостоятельной по искусствоведению.

— Ты приглашаешь меня в ночной клуб? Серьёзно? — шепчу, ощущая, как палю́ своё нездоровое возбуждение.

— Именно. Как я понял, ты дальше своей комфортабельной мышеловки и носа не кажешь.

— Может, потому что я много работаю, а не прохлаждаюсь, как некоторые.

— Вообще-то, я тоже сейчас работаю. Так во сколько тебя ждать?

— Ульяна-а, — слышу шаги Олега и выпаливаю в динамик:

— Спасибо за приглашение, но я пас. Желаю хорошо повеселиться, — сбрасываю вызов за секунду до того, как мой официальный парень входит в кухню. Щёлкнув выключателем, Олег словно фей оживляет десять точечных лампочек на потолке.

— Всё в порядке? — вопрошает мега-дорогой адвокат Шмель, искоса поглядывая на зажатый у меня в руках телефон.

— Да, в полном, — киваю чересчур активно, пряча мобильный в карман пиджака.

— Странно как-то, звонить в такое позднее время, тебе так не кажется?

— Это наши новые партнёры… из Германии. Жутко бесцеремонные особы.

Курт пригласил меня в ночной клуб. Зачем? Почему? Тысяча мыслей роятся словно разогнанные дустом муравьи, а взгляд Олега — глубокий, изучающий, давит, заставляя чувствовать себя застуканной на месте преступления изменщицей.

— Ну не всем с рождения прививают правила хорошего тона, простим им эту маленькую бестактность, — мягко улыбается он и заключает меня в тёплые, пахнущие постоянством объятия. Кладу голову ему на плечо, а сама думаю, думаю, думаю как дура о Гансе, его залихватски зачёсанном чубе и ошеломляющей своей уверенной наглостью улыбке.

— Как ты себя чувствуешь? — мурчит Олег мне в висок.

— Хорошо…

— Тогда идём в гостиную? Сюрприз, — напоминает он и загадочно подмигивает.

Выдавливаю улыбку и кладу ладонь в его руку. Как смертница ступающая на плаху плетусь к романтически украшенному столу, готовясь стоически принять предложение, которое словно молот Тора расколет мою жизнь на суетливую до, и скучно-суетливую после.

"Олег хороший, он очень хороший! — напоминает мысленная подсказчица, переворачивая песочные часы. — Яйцеклетка. Тик-так."

Сажусь на краешек дивана и, избегая смотреть на кусочки питахайи, цепляюсь пальцами за тонкую ножку фужера. Делаю большой глоток. Для храбрости.

Олег так же берёт свой бокал и, вновь прочистив горло, начинает выверенно-деловым тоном:

— Ну так вот, Ульяна, мы остановились на том, что я признался тебе в своих глубоких чувствах. Я могу смело назвать это чувство любовью. Мне хорошо с тобой, ты прекрасная женщина, ты красива, умна, целеустремленна, прекрасно воспитана. Думаю, ты будешь замечательной женой и матерью, — он прерывает тираду и тянется к топорщащемуся карману.

Бледнея, залпом допиваю вино и резко выбрасываю вперёд руку, перехватывая на полпути его запястье.

— Ты тоже очень-очень… славный, Олег.

— Славный?

— Да. Славный, мудрый, надёжный. Мне очень с тобой повезло, правда. Я счастлива, что восемь месяцев въехала в зад твоего Порше.

Олег расплывется с сентиментальной улыбке и мягко массирует мою ладонь.

— Спасибо, эти слова много для меня значат. Если честно, я всегда думал, что останусь до конца дней холостяком, но встретив тебя тогда, такую растерянную и напуганную, понял, что это не так.

— Растерянную и напуганную? Ты точно обо мне сейчас? Я же послала тебя матом и обозвала медлительным йети.

— Ну, так то была самозащита, реакция на стресс, — улыбается он и порывается снова ворваться в свой злосчастный карман с моим приговором. — Я тогда сразу понял, что ты — моя судьба и когда-нибудь я точно на тебе женюсь.

«Нет! Стоп! Красный!!! Не смей его доставать!»

— Вот, прими, пожалуйста, — он раскрывает мою ладонь и кладёт туда…

… связку ключей.

Растерянно моргаю, рассматривая латунные закорючки. На кольцо не похоже. И где подвох?

— Это ключи от моей квартиры, — поясняет он и накрывает мою руку с ключами своей ухоженной ладошкой. — Я знаю, что ты не сильно горишь желанием съезжаться, но я хочу, чтобы они у тебя просто были, хотя бы для того, чтобы ты больше не стояла вот так под дверью.

"Он такой ми-и-и-лый", — млеет закованная в мою голову альтер-Ульяна, и тут я снова не могу с ней не согласиться.

Фух, это не кольцо, аллилуйя! Даже второе дыхание открылось.

— Спасибо, конечно, но не боишься, что я обчищу твоё жилище, когда ты уедешь в очередную командировку?

— Нет, не боюсь. Имущество застраховано и… я знаю, где тебя найти, — подмигивает он, и я вспоминаю, что имею дело с прошаренным адвокатом.

Расслабленно откидываюсь на спинку дивана и ощущаю короткое вибро движение в кармане.

Телефон! Ганс! «Сохо»!

Пока Олег подливает вина в фужеры, незаметно извлекаю аппарат и оживляю экран — конвертик по центру оповещает, что пришло входящее сообщение с неизвестного номера.

Взволнованно кусаю губу и тычу пальцем на "открыть".

— Но на сегодня это ещё не всё сюрпризы, — подаёт голос Олег, и я, так и не успев прочитать сообщение, прячу телефон под столом.

— Не все? Да брось, ты меня балуешь.

— По правде говоря, это я тоже хотел сделать ещё вчера, в твой день рождения, но вечер прошёл так сумбурно, поэтому я решил отложить сюрприз на более подходящее время, — и загадочно: — Как думаешь, это оно?

— Что — оно? — переспрашиваю, находясь мысленно там, в телефоне.

— Подходящее время, — поясняет Олег и озабоченно хмурится. — С тобой точно всё в порядке? Ты какая-то… растерянная.

— Да-да, всё отлично, — скалюсь, сжимая аппарат в руках.

Кто-то написал мне сообщение с неизвестного номера. Кто?

Он?

— У тебя там…

Олег движением бровей указывает на стол: опускаю глаза и вижу сквозь затемнённую прозрачную столешницу светящийся прямоугольник экрана. Ну прямо конспираторша высшего уровня.

— Снова что-то важное в одиннадцатом часу вечера?

— А, ты об этом, — нервно хохочу и делаю вид, что впервые вижу свой телефон. — О, входящее сообщение, а я и не видела. Сейчас, одну секунду, — подношу дисплей к глазам и читаю: "Лучшее вип-ложе пустует. Ты где, амазонка?"

— Кто это? — спрашивает Олег и намеревается заглянуть в экран, но я тут же выключаю телефон и прячу в валяющуюся на диване сумочку.

— Да это…

Вип-ложе он для меня забронировал. Вопиющая наглость! Он же знает, что я несвободна, и тем не менее приглашает в ночной клуб, словно я не тридцатилетняя серьёзная бизнес-леди, а какая-то ветреная профурсетка!

Неужели он всерьёз считает, что я брошу всё: своего жениха, крепкий сон, перспективу принять горячую ванну и первое в своей жизни предложение, и рвану тусоваться в клуб наравне с поддатыми неформалами?

— …это по работе, прости. Артур скинул на мейл важный финансовый отчёт, который я должна проштудировать до утра, — поджимаю губы и делаю извиняющееся лицо. — Ты говорил что-то об ещё одном сюрпризе? Так что это?

— Не важно, в другой раз, — киснет Олег, и я замечаю, что выпуклость в его кармане на месте.

Угрызения совести, душевные муки и ощущение, что я поступаю подло… Нет, ничего этого нет — я счастлива, что могу убежать до объявления пожизненного и погулять ещё хоть чуть-чуть вокруг гильотины.

— Спасибо за чудесный вечер, мне всё очень понравилось. Ты постарался на славу, — целую Олега в щёку и перекидываю ручку сумки через плечо.

Взгляд падает на блюдо с закуской, и я, повинуясь какому-то нездоровому азарту, хватаю крупную клубнику и запихиваю целиком в рот. Знакомый с детства вкус и аромат, она прекрасна… но дерзкая, будоражащая вкусовые рецепторы питахайя мне всё-таки понравилась больше.

Диана была права — экзотика манит. И я обязана если не лизнуть дольку, то хотя бы просто узнать, что за фрукт этот… фрукт.

— Такси до ночного клуба «Сохо», Звёздная, тринадцать, — спускаясь в кабинке лифта выдыхаю трубку, и тут же думаю, что я снова умом тронулась, как и в тот день, когда решилась представить родителям фиктивного жениха.

"Сохо". Снова то адовое заведение!

Кажется, этот русский немец ду́рно на меня влияет.