Глава 27

Ночь прошла отвратительно. Мне снился Драго. Снилось, как я сидела под дверью его спальни и наблюдала за тем, как он трахал блондинистую танцовщицу. Они оба видели меня и смеялись надо мной. А я не могла ничего с собой поделать. Сидела там, наблюдала за ними и ни слова не могла сказать. Но самое худшее: казалось, что это никогда не закончится. И когда я наконец-то смогла вынырнуть из этого кошмара, то проснулась с четким ощущением того, что увиденное во сне – правда. Я прокручивала в голове события прошлого дня, особенно четко воспроизводила в памяти все те ощущения и эмоции, что я испытала, находясь там, в клубе. С ужасом осознавая, что мне понравилось все, что между нами было. За исключением прощания. Меня кидало в жар от воспоминаний о том, чем мы занимались с Драго. Тело мгновенно покрылось мурашками, а между ног стало горячо и влажно, стоило подумать о клубе. Сжала ноги плотнее, прогоняя морок, вызванный мыслями о руках Барона, его рельефном торсе и толстом длинном члене, что я сначала ласкала ртом, а потом прыгала на нем, как совершенно безнравственная девка. Если бы не то, как именно он отправил меня домой, не его желание остаться в клубе, то вряд ли я бы увидела подобный сон, после которого чувствовала себя разбитой и униженной. Но самым отвратительным было то, что все это вполне могло быть правдой. Ведь ночь длинная. И кто знает, какие желания у Драго возникли после очередного бокала виски. Перевернулась на бок, чувствуя, как предательские слезы, обжигая кожу, потекли по виску, впитываясь в простыню. Не хотела я, чтобы он приезжал. Не хотела его видеть. Но понимала: от меня здесь совершенно ничего не зависело. Для меня главной задачей оставалось пережить оговоренный срок, а потом забыть о роковом брюнете, принесшем в мою жизнь столько боли. – Есения! – услышала стук в дверь. – Выходи завтракать. Скоро уже обед, а ты еще не ела. – Хорошо, – сухо ответила Ренату. Спустя минут пятнадцать я наконец-то смогла собрать своё тело с кровати и накинула махровый халат. Наплевав на то, как выгляжу, я умылась и пришла на кухню, села за стол, даже не удосужившись сыграть в хозяйку. – Ешь, – поставил передо мной тарелку со стопкой блинов Ренат. – Сметана, варенье, сгущенка? – спросил он. – Сметана, – устало проговорила я. Ренат дал мне пиалу со сметаной, а сам снова сел напротив, потягивая черный терпкий кофе, неотрывно смотря на то, как я едва пережевывала его стряпню. – С тобой все в порядке? Ты не больна? – наконец-то заговорил он. И тут я вспомнила, как прошлой ночью охрана завозила меня в аптеку за экстренной контрацепцией, и мне стало еще хуже от этих воспоминаний. Но недомогание хотелось списать именно на выпитую таблетку. – Не знаю, – сказала честно. Бородачу не хотелось лгать. Казалось, что он единственный в окружении Барона, кому было не плевать на меня. – Но в такой обстановке недолго зачахнуть, – усмехнулась, встретившись с темным взглядом охранника. – Не надо болеть, – серьезно ответил он. – Возможно, есть что-то, что ты любишь делать и что сделало бы тебя немного счастливее. – Свобода – вот что сделает меня счастливее. Я хотела домой. Хотела вернуться к своей обычной жизни. Не более. – Это невозможно, – отвечал он на полном серьезе. – Тогда зачем спрашивать, если не в силах выполнить? – сразу же стало стыдно от того, как резко я говорила с Ренатом. Он не заслужил такого обращения. – Прости, – поспешила извиниться. Но он будто и не заметил моего скверного настроения. – Так есть что-то или нет? – настаивал он на своем. – Вряд ли что-то поможет… – я макнула блин в сметану, откусывая. – Может, ты бы хотела, чтобы у тебя была возможность здесь играть на рояле? – спросил он таким тоном, будто мы обсуждали погоду. – Рояль? – я удивленно посмотрела на сурового с виду мужчину. – Ну если только рояль, – усмехнулась, пережевывая блин. – Никакого электропианино или обычного фортепьяно. Только рояль, – продолжала посмеиваться я. – Хорошо, – как-то слишком решительно сказал Ренат, и у меня закралось подозрение, что он намерен это осуществить. И только теперь у меня в голове всплыл вопрос. – Чья идея была отвезти меня на кладбище? – вытерла я жирные губы салфеткой. – Моя, – невозмутимо ответил Ренат. – Спасибо, – лишь кивнула в ответ. – А ты ешь лучше. Барону не понравится, если от тебя останутся кожа да кости. – Может, тогда я ему быстрее надоем, – подмигнула. – Такие, как ты, надоесть не могут, – произнес мужчина, застав меня врасплох. Он сразу поднялся на ноги, убирая чашку в мойку. А я смотрела на него с горящим лицом и не понимала, хотел он тем самым меня успокоить или напугать. – Собирайся. Поедем выбирать для тебя инструмент, – мужчина прошел мимо меня к дивану, включая телевизор, заставляя меня задуматься над тем, почему он так добр ко мне.