Глава 28

Богдан

У Камилы прерывистое дыхание. Я чувствую запах страха, которое она испытывает. Этот запах впивается в ноздри и дурманит. Но сейчас к запаху страха еще добавляется и покорность, подчинение и влюбленность.

Никому не нужное чувство влюбленности.

Да, я вижу в глазах это чувство, которого не должно быть. Как бы я не пытался, невинное и чуткое создание начинает что-то испытывать, то чего не должна.

Она из последних сил пытается быть спокойной, но удается с трудом. Понимаю.

Я не хочу, чтобы ты влюблялась!

Склоняю голову набок, наблюдая, как расширяются ее зрачки, лицо бледнеет, а зубы начинают стучать.

- Иди в кровать, - произношу очень тихо, чтобы не спугнуть окончательно и Ками молча отступает, не сводя своих широко распахнутых глаз, ступает на порог и исчезает за тяжелой и темной шторой. Исчезает, так и не повернувшись ко мне спиной, будто боясь нападения хищного зверя.

Я наконец остаюсь один, запускаю пальцы в волосы и провожу по ним всей пятерней. Отворачиваюсь и высовываю голову прямо в окно. Ледяной воздух освежает мысли, успокаивает и приводит в уравновешенное состояние.

Не должен был пугать еще больше, но ее поведение, игривое, кокетливое, немного бунтарное и невинное в силу своего возраста не подходит мне, не подходит к стилю моей жизни, не подходит моим вкусам.

Я привык, что каждая шлюха знает свое дело без слов, что каждая шлюха молча выполняет свою работу и знает чего хочу именно я. Но Ками не шлюха, и я упустил этот пункт, когда заставлял ее принять мою игру.

Я должен убить в ней все, что зарождается сейчас внутри. Я мастер своего дела. Справлюсь.

- А сколько вообще будут наши недоотношения? - обиженно высказывает Ками, как только я захожу во внутрь спальни. - И почему ты позволяешь вести себя со мной так, будто я привязалась к тебе как пиявка и не отпускаю? Если ты хочешь, я могу исчезнуть из твоей жизни прямо сейчас? Ты меня пугаешь, мне страшно, разве ты не видишь?

Слишком много вопросов, упреков и недопонимания, но я не тороплюсь отвечать. Да, я бываю чересчур эмоциональный, но Камиле легче привыкнуть к такому Железнову, чем перевоспитать и делать из меня семьянина.

- Пока не надоест. Мне, - уточняю. Она беззащитно смотрит на меня своим растерянным взглядом, будто не знает что спросить далее, или боится задать следующий вопрос.

– А если это будет долго? - неугомонная девчонка продолжает заваливать неудобными вопросами.

– Значит ты влипла, но не переживай, мне обычно быстро все приедаются, - даю честный ответ. Ни одна еще не задерживалась в моей постели дольше, чем на месяц.

- А если…

- Ты задаешь много вопросов, Камила, - меня начинает напрягать этот разговор.

- Я должна знать…

- Все, что ты должна знать сейчас, что ты мне должна, поэтому лучше будет тебе просто молча отрабатывать. Когда я решу прекратить, ты узнаешь об этом первой.

- Ненавижу тебя, Железнов, - неожиданно выдает Камила. С ее языка снова льются проклятия, их я слышал не впервые в жизни, причем все те же самые. Ничего нового.

- Мне совершенно все равно, - произношу в ответ и зажимаю Рудину своим телом. Ее горячий поцелуй в ответ доказывает мне, что все слова пустые. - Ты оделась? - нащупываю ткань на ее теле.

- Ты отправил меня спать. Я не привыкла спать голой, - выдает Рудина, чем приводит меня в неудержимый смех.

“ Не привыкла она”.

- Придется немного исправлять твои привычки, - снова сдираю с нее трусики и погружаю ладонь между ее ног.

***

Камила

Железнов очень горячий мужчина в постели. И он умудряется разжечь огонь внутри моего тела, которое с большим удовольствием отвечает ему.

Я сопротивляюсь, а тело нет.

Богдан просто, без особых усилий, срывает с меня остатки ткани и накрывает лобок одной ладонью, второй тянет бюстгальтер вниз, обнажая грудь. Соски бесстыдно становятся твердыми. Чуть отстранившись, он скользит по моему телу, будто оценивая каждый изгиб. Еще часом ранее нам было не до этого, сейчас даже теплый и ненавязчивый свет располагает… здесь все именно так, чтобы возбудить, и я поддаюсь его чарам.

Я тону в острых ощущениях, которые накрывают меня с головой. Последняя надежда на прерывание секса тает.

Я была уверена, что отправляя меня спать, у Богдана не было скрытого подтекста.

Богдан властно разводит одним движением мои ноги, воруя очередной неконтролируемый стон.

– Не сдерживайся, Ками, – проникая в меня сразу до основания, шепчет мужчина.

В порыве своей страсти, Железнов хватает меня за скулы, немного давя и делая больно.

Хочется кричать, но очередной стон сдерживает крик боли. Закусываю губу, и ногтями впиваюсь в широкую спину Богдана.

Застываю, потрясенно хлопая ресницами, пока этот зверь дарит мне незабываемые ощущения наслаждения.

Железнов выходит из меня быстро, оставляя пустоту и некий протест от завершения нашего секса. Хочется плакать, но он не отстраняется, а нежно гладит меня по щеке, стирая слезу, которая не смогла остаться незаметной, тем самым продлевая моменты счастья. Беззвучные слезы не могут остановиться, и Богдан целует меня во влажную щеку. Это же почти возле губ, а он не целуется. Или меня не целует. Не понимаю почему, но и спросить снова не решаюсь. Богдан как-то сказал - не сейчас, и мне остается лишь ждать этого момента, в надежде, что когда-нибудь оно и наступит.

Его сперма стекает по моей ноге. Я ощущаю вязкую и теплую жидкость кожей. И хорошо, что исход такой, так лучше. Не так больно, если бы он кончил без презерватива в меня, я бы сожрала себя в неведении до цикла, а если бы сразу бы ушел, - я бы сожрала себя от пустоты и ненужности.

После освобождения от плена, молча встаю и направляюсь в душ. Не знаю, что мною руководило, но я дернула защелку, в надежде, что Железнов не откроет собственную дверь с ноги.

Мне хотелось побыть одной. Хоть пару минут.

И я их просто выкрала для себя этой ночью.