Глава 18

Страж искоса взглянул на Эльвиру, ожидая, очевидно, кучу вопросов или же вопли «Я не такая!». Она же прикусила губу и демонстративно выгнула бровь, приглашая продолжать.

Доказательств у него все равно нет. Его слово против ее… перевесит, конечно же. Кого она обманывает! От мысли, что ее могут сдать противному сену Хумберу на опыты, засосало под ложечкой, но Эльвира старательно держала лицо, не позволяя отчаянию на него просочиться.

— На менталистов корень воздействует особо. — с более отчетливым намёком произнёс страж, и не дождавшись реакции, уже нормальным тоном продолжал: — У них повышается чувствительность к ментальным волнам, усиливается воздействие на других разумных существ, и появляется тяга к откровенности, которую они неосознанно транслируют в эфир. То есть грубо говоря, прежде чем сдохнуть, менталисты пьянеют. Тебе крупно повезло, что я донёс тебя до лекарского крыла быстро, и по дороге никто не заметил, что им резко захотелось признаться во всех грехах.

— Не докажешь! — вырвалось у Эльвиры. — Тебе просто показалось!

Она поспешно поправилась, понимая, что трепыхается перед неизбежным. Ее раскрыли, и теперь ее жизнь зависит от этого странноватого стража, который сам не знает, чего хочет. Он, подтверждая ее догадки, расплылся в предвкушающей улыбке.

— Поверь мне, без принуждения менталиста я ни за что не стал бы жаловаться на свою тяжелую жизнь. Так что рассказывай, дорогая моя.

— Что именно? — буркнула Эльвира, натягивая одеяло по самую шею.

То, как хищно и собственнически он произнёс «дорогая», навевало определенные мысли. И ей не нравилась собственная энергичная реакция тела на эту безобидную, в общем-то, фразу. Это все лекарства, успокоила себя девушка. Передозировка энергетиков, не более.

— Какой семье ты досадила, что тебя засунули в бордель? И если ты попаданка, то откуда у тебя неучтенные ментальные способности? Тебя же должны были протестировать при попадании, и…

Страж запнулся, не договорив. Вспомнил, видать, прочувствованный монолог Эльвиры по поводу местных законов. Согласно им же, она должна была уже жить в роскошной клетке и вынашивать ребенка от местного менталиста. Редкие направления дара контролировались особенно усиленно. Вряд ли ей позволили бы выбрать — разве что среди трех-четырёх кандидатов. И о замужестве речь, естественно, не шла бы — кто она, попаданка безродная, и кто они — образованные маги, светочи местной аристократии. Пусть радуется, что ее на цепь не посадили — говорят, и так раньше обеспечивали покорность слишком буйных девиц, не согласных с подобным вариантом жизни. Ошейник, конечно, не надели бы. Кто в здравом уме будет лишать ее способностей, да и на будущего ребенка повлиять может. Так что ни-ни! Зато самые обыкновенные кандалы и цепь — почему нет. Она же не артефактор, не земляной маг и даже не огненный, чтобы металлы плавить. Максимум ее способностей — внушить тюремщику, что ее нужно отпустить, но небольшой защитный артефакт проблему решит.

Даже интересно, что именно он собирается ей предложить, не без иронии подумала Эльвира. Может, он тоже из того короткого списка менталистов, которым необходимо срочно размножиться? Она ничего о нем не знает, даже вида магии, в то время как страж о ней пугающе осведомлён.

Девушка облизала губы, судорожно соображая, что именно можно рассказать без ущерба для себя, и чуть не пропустила вспыхнувший желанием взгляд стража, который намертво прикипел к ее рту. Приятно, конечно, сознавать, что тебя хотят даже в таком непрезентабельном виде, но Эльвира вдруг резко осознала, что она три дня не мылась, не чистила зубы, а организм почему-то вопреки всем законам физиологии не спешит подавать тревожные сигналы. Магия это конечно замечательно, но чувство, что она грязная и неухоженная, не хотело покидать ее. Вести в таком состоянии переговоры, от которых зависит ее жизнь и будущее, мягко говоря некомфортно, но что поделать?

— Даже если… если! — повторила она для убедительности, — Я соберусь тебе рассказывать о себе, это должно быть взаимно. Нашёл дурочку, выкладывать тебе всю подноготную. Мы не на допросе!

— Ты так хочешь попасть на допрос? — склонил голову набок страж. — Могу организовать, коли настаиваешь.

— Это угроза? — Эльвира зеркально отразила жест. Внутри нее все сжималось от сдерживаемого ужаса, поджилки тряслись, но лицо оставалось совершенно бесстрастным. Натренировалась в беседах с мадам. Главное — оставаться невозмутимой, какие бы гадости вокруг ни происходили. Пусть даже она лежит в постели после трехдневного обморока, а чувствует себя словно прилегла подремать на полчасика, и отлично отдохнула, а мужчина рядом будит в ней самые низменные желания и в то же время панический ужас.

Впрочем, справедливости ради — ужас вызывал не сам страж, а возможные последствия его осведомленности. Эльвира не сумела изучить в подробностях сведения и законы, касающиеся попаданок из техномиров. В частности, потому, что официально их на Перекрёстке вроде как не было. Те часы, что девушки ожидали своей участи и подвергались «чистке» памяти, не в счет. После они исчезали из этого мира, по крайней мере, по официальной версии, а значит, и заводить ради этих часов какие-то правила смысла не было. Так рассуждали местные законотворцы. В корне неправильно, как по мнению самой попаданки. Если бы не эта халатность, у сена Хумбера не вышло бы так замечательно организовать себе бизнес на неучтенных девицах.

Только вот выводить на чистую воду мага-торгаша следует с особой осторожностью. Доказательств у Эльвиры, кроме собственного существования, нету, а то единственное решается быстро и просто — яд в пищу, и нет доказательства. Потому следует сначала осмотреться, найти союзников, свидетелей, в идеале — вообще поймать сена Хумбера на горячем. Так что прежде, чем пробиваться к императору с воплем, что его обманывают, стоит попробовать убедить в этом хотя бы стража. Если получится, то вдвоём они смогут куда больше, чем безродная попаданка с сомнительным прошлым.

— Я ни в коем случае не хочу тебе угрожать. — холодно улыбнулся страж. Словно и не смотрел на нее только что горячо и страстно, будто собирался наброситься прямо тут. — Моя задача — обеспечить безопасность его величества, а в данный момент лично мне ты кажешься очень подозрительной. Соблазнительной, да, но крайне подозрительной. И не пытайся на меня снова влиять, не выйдет. Эффект корня болиголова уже выветрился, я полностью себя контролирую.

— Можешь мне не верить, но я даже не пыталась на тебя влиять. — вздохнула Эльвира.

Признаваться в том, что не до конца владеет даром, было страшновато. В частности, поэтому технопопаданок отправляли по домам — не верили, что они способны обучиться магии с нуля в столь зрелом возрасте.

— Верю, почему нет. — хмыкнул страж. — У вас, менталистов, воздействие по мелочи идет подсознательно. Особенно когда очень чего-то хочется. Мне даже приятно, что ты до такой степени мною заинтересовалась!

Девушка вспыхнула, так что аж ушам стало жарко. То есть он списывает собственное желание на ее внушение? Удобно устроился, нечего сказать!

Эльвира чопорно поджала губы и выпрямилась, насколько это было возможно в подушках.

— Я заверяю тебя, что полностью себя контролирую, и уж точно понимаю, когда влияю на людей! — возмущённо отрезала девушка. Она не привирала ни слова. В данный момент она действительно полностью осознавала свой дар, и совершенно не чувствовала характерного жжения в груди — значит, не пользовалась активно. То, что страж характеризовал как «подсознательное использование», в ее случае срабатывало фоном — Эльвира чувствовала настроение мужчины напротив, его сдерживаемое желание, борьбу с самим собой, но никоим образом происходящее не усиливала. Как ни странно, пребывание на грани гибели пошло ей на пользу. Кажется, сейчас ей не составило бы труда осознанно на кого-то повлиять, только вот проверять было не на ком. Пробовать силы на страже она категорически не собиралась. Вот еще — он и так считает, что она на него воздействует. А если следы потом как-то определить, доказать можно? Ну уж нет. Хватит того, что она набедокурила по незнанию, будучи под влиянием проклятых корней.

— Итак, возвращаясь к моему вопросу. — не собирался сбиваться со следовательского пути страж. — Кто ты и откуда?

— Как тебя зовут? — неожиданно для самой себя выпалила Эльвира. — Ты требуешь от меня откровенности, а сам даже не представился, хотя встречаемся мы далеко не первый раз.

Про то, что ей это кажется натуральным хамством, девушка не добавила, но и без того было вполне все понятно.

— У тебя же должно быть имя. — продолжила она, не дождавшись ответа. Судя по ее неожиданно активизировавшемуся внутреннему зеркалу эмоций, он сомневался и нервничал. Интересно, с чего? Неужели их называют по номерам, или там по цвету плаща? Не бывает совершенного инкогнито, даже агенты пользуются кличками. Агент Джей, агент Кей…

— Можешь звать меня Рейн. — решился наконец страж.

Эльвира украдкой улыбнулась, пряча нижнюю часть лица под одеялом. Он все же решил сотрудничать! Это пусть и небольшая, но победа. Теперь остаётся убедить его в своей безобидности желании учиться, а главное — способности овладеть даром.

И не попасться в лапы сену Хумберу.

Сущие мелочи, чего уж там.

— Я Эльвира. И я из техномира. — решительно заявила она. Полюбовалась на отвисшую в неверии челюсть стража, и продолжила, пока он не скрутил ее и не сдал в допросную: — Меня притащил в бордель сен Хумбер. Не лично, конечно, поручил подручным. Их, если что, я могу опознать и ткнуть пальцем. По именам не знаю, они не представлялись.

— Погоди, ты же ничего не должна помнить… — начал было возражать Рейн, но осекся, осознав, что это далеко не самая главная из проблем.

— Да, мне пытались стереть память. С двумя другими девушками этот фокус сработал. — Эльвира передернула плечами, вспомнив отрешенные, пустые взгляды оболочек, в которых превратились несчастные. — Они до сих пор у сенны Марибель, или же в каком другом борделе — я их с тех пор ни разу не видела. Но вряд ли их отправили домой.

Страж помрачнел и строго воззрился на девушку.

— Это очень серьезное обвинение, дорогая моя. Ты уверена, что хочешь лезть в эти дебри? — серьезно вопросил он.

Эльвира пожала плечами.

— Можно подумать, у меня есть выбор. — с деланно беззаботностью возразила она. — Если сен Хумбер меня узнает, мне все равно не жить. Вряд ли, конечно, он помнит в лицо каждую попаданку, которую обработал…

— Да, есть шанс, что он тебя не узнает. — задумчиво протянул страж, оглядывая Эльвиру.

Девушка напряглась. Это что, он предлагает все замять и сделать вид, что ничего не происходит?