Глава 20

Лекарь подмигнул Эльвире и кивнул куда-то за кровать. Девушка оглянулась и с удивлением обнаружила внушительную стопку увесистых фолиантов. Роскошно оформленных, но отпечатанных явно не так давно, в качественной типографии. Никаких там телячьих кож и перьев.

— Я решил, что немного сведений об этикете и специфике обращения с разными расами вам не помешает. — немного виновато пожал плечами этот святой человек. Он еще и мялся неловко, словно Эльвира вот-вот обидится на его самоуправство. Или же по его мнению она должна была оскорбиться? Наверное, Женезия так бы и поступила, уличи ее кто в незнании элементарных вещей.

— Спасибо вам, сен Олерио! — просияла девушка, стараясь всем видом выразить признательность и благодарность, которые в тот момент испытывала. Дядечка доктор ее натурально спас! Вот перепутала бы вилки во время ужина, или какое там еще испытание могут придумать, чтобы сразу отсеять недостойных претенденток, и выперли бы ее из дворца, прямо в объятия нетерпеливо ожидающей ее возвращения сенны Марибель. Ну уж нет, она мадам такого удовольствия не доставит! Какой тут отдых. Срочно учиться! Проштудировать от корки до корки все фолианты она разумеется не успеет, но взяв в руки первый, самый верхний, Эльвира заметила, что то тут, то там из него торчат закладки. Очевидно, места, на которые стоит обратить особо пристальное внимание.

Как же ей повезло! Она готова была в тот момент расцеловать сена Олерио. Он вконец засмущался, пробормотал что-то про ожидающих его пациентах и выскочил из палаты.

Эльвира же наконец получила возможность спокойно оглядеться. Она выбралась из кровати и обошла по периметру выделенную ей комнату. Небольшая, но светлая и просторная, благодаря тому что из мебели в ней была только кровать и тумбочки при ней. Ни шкафа, ни стола, ничего лишнего. Огромное окно выходило в тот самый сад, который девушка недавно безуспешно разыскивала. Бесконечная зелень, за которой было не видно других построек, лишь редкие беседки, манила покачивающимися ветвями. Но увы — сейчас Эльвире было точно не до любования природой.

Она заглянула в местную ванную комнату, не по-больничному роскошную, но даже там не стала задерживаться, хотя глубокое джакузи манило, а многообразие баночек и бутылочек на его краю соблазняли перепробовать все по очереди. Но девушка держалась стойко. Быстро привела себя в порядок, чтобы убрать подсознательное ощущение грязи на собственном теле. Оно и впрямь было абсолютно чистым во всех смыслах, никаких потребностей, разве что небольшая сухость во рту.

Выйдя из ванной, Эльвира обнаружила на кровати поднос с бульоном и целым графином воды. Половину она осушила сразу, и уже потом задумалась — а не было ли там чего постороннего. Вроде снотворного или чего похуже. Но, в конце концов, от того, что она будет постоянно трястись за собственную жизнь, лучше ей не станет. За ней присматривает любезнейший сен Олерио, не говоря уже о ее личном страже. Ничего с ней не случится, по крайней мере пока.

И вообще, пострадала она в этот раз исключительно по собственной глупости. Главный же противник — сен Хумбер — пока что не подозревает о том, что его ждут большие неприятности в ее лице. Потому можно временно расслабиться и думать о разных мелочах вроде того, как задержаться на отборе подольше, чтобы наверняка пробиться лично к императору. Эльвира была полна решимости, раз уж так удачно все сложилось, потребовать у него возвращения в родной мир или же легализации на Перекрёстке.

Забравшись снова в постель, попаданка обложилась подушками и прихлебывая бульон, погрузилась в увлекательное чтение.

Сказать по правде, первая попытка оказалась не такой уж и увлекательной. На пункте десятом застольного этикета, о том, какой рукой следует брать сизых улиток, чтобы удобнее было выковыривать содержимое специальной вилочкой — описание пыточного инструмента прилагалось — Эльвиру потянуло в сон. Она отложила книгу и потянулась за следующей. В этот раз ей попалась история Перекрестка и правящей семьи.

Вот тут-то девушка залипла намертво.

Первой и самой шокирующей новостью оказалось то, что сам Перекресток на самом деле вовсе не планета, как положено вроде бы по законам мироздания. Это некий карман в межпространстве, который первый император, выходец из эльфийского народа, преобразовал в солидных размеров страну. Откуда взялся тот самый первый правитель, история стыдливо умалчивает, но судя по тому, что он вложил всю свою магию до капли в сотворение нового мира, идти ему было особо некуда. Изгнанник, беглец, мало ли в истории таких примеров.

Мир получился удачным, устойчивым, но функционировал исключительно благодаря вложенным в него силам первого императора. Хоть эльфы и живут долго, но все же не бесконечно. К огромному облегчению первого правителя, со временем его связь с сотворённым миром перешла одному из сыновей.

Это было одновременно хорошо и плохо. Хорошо — с его смертью мир продолжил существование. Там уже успели обжиться сотни разумных существ, сбежавших из своих реальностей, и для них исчезновение эволюционировавшего кармана межмирья стало бы катастрофой.

Плохо — само существование Перекрестка оказалось завязано на крови первого императора.

Что означало — если прервётся династия, миру между мирами конец.

Второй новостью, не менее загадочной, стало размножение. В особенности эльфийское. Драконам в этом плане повезло больше — им было достаточно найти совместимого партнера, не обязательно истинного. Единственным бонусом истинности для них было обретение второй ипостаси. Не видать крылатым неба, если не встретили идеальную пару.

Оборотни тоже нуждались в паре для получения потомства. Зато после ее обретения они плодились как одержимые, так что через пару сотен лет проблемы поиска истинной почти отпали — шансы были весьма высоки. К тому же им подходили не только истинные, но и женщины с частичной совместимостью, так что двуипостасные довольно быстро заполонили весь Перекресток, чуть не перегнав людей по количеству.

Но у эльфов все было куда грустнее. Без истинной они не могли продолжить род, но будто бы этого мало — дети рождались даже у полноценных пар крайне редко. И уже через тысячу лет стало очевидно — раса основателей Перекрестка вырождается. Нынешний император перевалил уже за сотню лет (на этом моменте Эльвира подзависла и перечитала абзац еще раз. Нет, все правильно поняла, правитель годился ей в прадедушки) а пары все еще не нашёл. Если сравнивать с человеческими критериями, все было не так уж страшно — эльфы жили в среднем по три-четыре века. Только вот представителей династии больше не осталось. Кого убили, кто сам умер от старости, и сейчас нынешний император был единственным, на ком держался весь Перекресток. Отсюда и ежегодная традиция отборов — так повышались шансы обрести пару. Требование же девственности уже выдумали местные аристократы. Мол, негоже невесте императора спать с кем-то еще до него.

То, что его пара до встречи с суженым жила своей жизнью и не подозревала о его существовании, в расчет почему-то не бралось.

Эльвира вздохнула. Императора ей было жаль. И совершенно непонятно, почему он согласился на такую дискриминационную сортировку — вдруг его судьба какая-нибудь дочь булочника, побывавшая замужем и с тремя детьми. Сам ведь, поди, не монахом жил все это время!

Не без сожаления отложив увесистый том по истории — интереснее, конечно, чем вилки, но куда менее важно в данный момент — Эльвира взялась за следующий. Глаза ее слипались, но девушка мужественно продиралась сквозь витиеватый слог, повествующий о приличном для девы высшего круга поведении. Несмотря на сложные обороты, чтиво было крайне полезным, потому что рассматривало взаимодействие с самыми разными расами. Например, от оборотней ни в коем случае нельзя было убегать. Даже отступить на шаг означало пригласить к флирту, переходящему в постель. То же самое касалось и драконов. А с эльфами, точнее, с императором, так и вовсе полагалось глядеть в пол, молчать, и ждать пока тебе зададут прямой вопрос, в противном же случае продолжать молчать.

— Грустно тут все. — вздохнула Эльвира и уронила раскрытую книгу на колени. — Бедный император, с ним не спорит никто, не спрашивает как его дела — заговорить-то первым нельзя, вопросов ему задавать нельзя… И у остальных рас не лучше. Сиди жди, пока тебя пара не найдет. А если пары нет? Оставаться без детей и семьи? Мда. У нас с этим как-то попроще.

Девушка поднялась с постели и прислонившись лбом к прохладному стеклу, уставилась на спящий сад. Вдоль дорожек горели редкие фонари, терявшиеся в зелени, и напоминавшие издали усталых светлячков. За окном царила глубокая ночь, дворец спал, готовясь к завтрашнему отсеву претенденток. Кто-то уедет домой, получив формальный подарок от императора, кто-то останется, чтобы претендовать на нечто большее, только вот императрица-то будет одна. Когда появится, разумеется. Даже интересно, а с гаремом что будет, когда пара найдется? Распустят со словами «пора на пенсию»? Или выдадут замуж за кого придет в голову? Вот придворные холостяки обрадуются! Нет, вряд ли — по местным законам замуж можно брать только девственниц, а уж в гареме таковые вряд ли водятся.

По спине Эльвиры пробежала неприятная дрожь.

— Надеюсь, их не собираются умертвить? — передернув плечами, пробормотала она вслух. Во тьме сада кто-то двигался, тень то и дело перечерчивала дорожки, и девушка напрягла зрение, стараясь разглядеть, кто там полуночничает. — Хотя, оставить всех доживать дни во дворце тоже не слишком рационально. Не думаю, что этот аналог монастыря устроит обитательниц гарема. Нужно бы что-то делать с этой всеобщей одержимостью девичеством… но как я могу изменить вековые законы? Вон, даже Рейн возмутился тем, что они мне не нравятся. Представляю, что скажет император, обмолвись я при нем о том, что его законодательство устарело. Казнит, как минимум! Что он там забыл посреди ночи?!

Девушка раздраженно притопнула, потому что узнала скользящий в темноте силуэт. Характерный капюшон и хищные повадки не оставляли сомнений — перед ней страж.

Только вот ее ли?

И с каких это пор Рейн стал ее стражем?

Фигура на дорожке замерла, словно почувствовав ее взгляд. Резкий взмах рукой, и в стекло с дробным стуком ударилось несколько камешков.

Кажется, ее зовут на романтическую ночную прогулку. Эльвира заулыбалась и бросилась к двери, но с запозданием вспомнила, что на ней только ночная рубашка. Это точно не подходящая одежда для прогулок, хоть ночных, хоть дневных.

Девушка распахнула окно, по счастью не запертое, и перевесилась через подоконник.