Глава 29. Чары

Ингар

Разговор у нас не получится. Это точно. Анна решила меня искупать, и, понятное дело, что я не смог удержать свои жаждущие прикосновений руки, а от поцелуев — губы. Пах болезненно тянуло.

Я пытался как-то скрыть своё ставшее твёрдым достоинство, но это было сложно, когда девушка своими нежными пальчиками проходилась совсем близко от него, поглаживая живот, который вздрагивал, вызывая восхищение в потемневших глазах. Зрачки девушки были расширены, только сейчас это заметил. И всё возбуждение схлынуло, будто меня окатили ледяной водой. Мне стало холодно. Это при том, что я оборотень.

— Милая, ты кажется не в себе, — хрипло сказал я, потому что вернулась сухость. Пришлось откашляться.

— Да. Мне тоже так кажется. Потому что я сейчас сойду с ума, если ты будешь таким отстранённым и не прикоснёшься ко мне.

— Анна, тебя чем-то напоили или ещё что-то сделали с тобой, — попытался я донести до девушки свою тревогу.

Она же не переставала меня гладить, царапаясь ноготками и присаживаясь ко мне на колени. Я притянул её к себе и крепко обнял, зажимая руки, а одной ногой фиксируя ноги.

— Эй, мы же не на ринге боремся. Обездвижил меня. Какой плохой мальчик. Хочешь властвовать надо мной? Я не против. Только ты забыл, что моя голова свободна.

Анна томно выдохнула мне в губы, но я отвернулся, избегая поцелуя. Чувствовал всем своим существом, что сейчас опасно отвлекаться. Однако чуть не взвыл, когда мягкие губы прикоснулись к сгибу шеи.

— Анна, прошу тебя, приди в себя, — зарычал я. — Ты хочешь, чтобы за нами наблюдали?

— Расслабься, мой стеснительный мальчик, нас никто не видит реальными.

— Даже так не хочу. С тобой что-то сделали, милая.

— Ага. Ты сделал. Не видишь, что крыша съехала от чувств к тебе? А ты меня отталкиваешь, — обиженно надула губы девушка. Так и хотелось прикусить пухлую розовую мякоть и почувствовать сладкую кровь.

Кажется, я тоже спятил. Придётся подыграть девочке и понять, что с ней происходит. Она словно под… чарами. Точно. Вот гады! Но зачем им это?

Нехорошее подозрение подкралось, но я решил не поддаваться гневу. Сейчас главное — это выручить мою девочку. Скорее всего, эти извращенцы воспользовались возможностью сбить её с толку и направить в нужную сторону её желания, не добившись полного контроля.

Сильная магия у нее. Так просто не заарканишь. Вот только управлять ей Анна ещё не научилась. Вернее, защищаться от внешнего воздействия. Ведь здесь есть сильный маг-провидец. Думал, что таких не существует. Что давно вымерли. А он живёт и здравствует у варваров. Быстро может перемещаться. Неизвестно ещё какими талантами обладает.

Я верил Анне, что она сумела наложить на нас морок. Только не верил магу. Ещё и шаман этот. Странный правитель. Им точно что-то нужно от нас. От Анны.

Её надо вытащить из тумана. Только как это сделать? Я ей помочь не в силах. Хорошо, что они не смогли её подчинить полностью. Девушка помнит обо мне. Вон как защищала. И ревновала. Не сказать, что мне это было неприятно. Даже пристаёт с любовными играми. Очень хотелось, до безумия, ей подчиниться. Однако, я не мог так поступить с нами. Уверен, что это чужая игра со своими правилами, и она нас погубит.

Анна же всё продолжала зацеловывать мне шею. Я плавился и млел, с каждой секундой возбуждаясь всё больше. В момент, когда она мне прокусила кожу и тело объяло огнём, я понял, что нужно делать.

— Анна, призови Сильвера. Помнишь своего друга? Серебряного единорога? Мы из-за него здесь. Твой друг, наверное, с ума сходит, переживая, где ты. К тому же, мы же собирались спасти его семью, забыла?

— Так я и спасла всех, — недоуменно посмотрела на меня девушка. И пожала плечами. — Пока ты спал.

— И долго я спал? — сказать, что я удивился, ничего не сказать.

— Даже не знаю. Я развлекалась, переворачивая домики, и перестраивая по кирпичику замок этого блондинистого придурка в перьях, пока они не отпустили всех единорожек. Я отправила их к тебе домой. Ты же не против? А… Сильвер!? Мой… кто?

— Друг. Ты же хотела его вызвать, когда мы доберёмся до места. Призови его.

— Сюда? — она смешно округлила глаза и приоткрыла ротик, такой соблазнительный.

Надо было мне именно в этот момент заметить, что одежда на ней промокла. Если эти тряпки можно было назвать одеждой. От влаги ткань стала прозрачной и затвердевшие розовые сосочки на тугих грудках чуть не протыкали ткань.

В голове шумело, пах тянуло, в груди огонь, а в руках такое соблазнительное чудо. Мне было обидно до слёз, что я сейчас должен был отпустить девушку. Разум хоть и затуманился, но был при мне. Что-то здесь было не так.

— Сюда, конечно же, дорогая. Ты же не забыла, что варвары должны были вернуться на остров, чтобы убить меня и единорога, а тебя захватить в плен? Он там сейчас один. И нуждается в помощи. К тому же, очень переживает за тебя, — заставлял себя говорить, пытаясь совладать с руками, что чувствовали упругую плоть.

— Убить моего мужчину и моего друга? А меня пленить?

Глаза Анны стали странно блестеть, как будто вода переливалась под холодными лучами ночного светила. Кажется, я разозлил её.

— Похоже, что я мало…

— Анна, Сильвер, — отвлёк я девушку от возмездия. — Может, именно сейчас ему требуется твоя помощь. И сними с себя это убожество, — дёрнул я за тонкий шнурок с какой-то мохнатой подвеской.

Анна пискнула и стала заваливаться на бок. А эта вещица вдруг рассыпалась в прах. Точно чары.

— Девочка моя, с тобой всё хорошо? Приди в себя, Анна! Или мы окажемся в ещё большей беде.

Я не знал, как её привести в чувство, и поэтому сделал то, что обычно мы делаем с женщинами оборотнями. Впился клыками в метку, вливая свою силу.

Девушка пришла в себя очень быстро. Она взмахнула рукой. Я понял, что восстанавливала морок.

Резко встала, но, взглянув на себя, стремительно покраснела. Она была одета, но и обнажена. Потому что мокрая ткань ничего не скрывала.

Мои руки непроизвольно притянули её за бёдра, и я зарылся лицом в мягкий живот, вдыхая аромат своей пары.

— Ингар, нам пора отсюда выбираться. Но мне нужен Сильвер. Ты прав.

Через несколько мгновений мы были уже сухими и одетыми. А стена ванной стала прозрачной, открывая портал на остров. Нас встретили огонь, крики, и рядом с моим лицом пронёсся острый нож.