20 глава

Когда проснулась и посмотрела на электронный будильник, что всю жизнь стоял на столе напротив кровати, то поняла, что уже два часа дня.

А дверь, кажется, кто-то пытался выломать.

Кое-как поднявшись на ноги, и накинув халат, что висел на крючке, я пошаркала к двери, чувствуя себя древней старухой. Ощущение было такое, будто по мне вчера каток проехался.

В глазок я увидела свирепое лицо Артема. И вчерашний день резко навалился тяжким грузом, грозясь подгрести под тяжестью всю меня. Захотелось сразу же сбежать и спрятаться где-нибудь под кроватью. Вдруг он уйдет?

— Аля! Ты дома? Я сейчас дверь выломаю! — заорал он на всю площадку.

Я тяжко вздохнула и открыла дверь. Не хватало еще, чтобы соседи полицию вызвали…

Артем влетел резко в коридор, захлопывая за собой дверь, и схватил меня в охапку так, что даже кости затрещали.

— Боже, — прошептал он мне в макушку, — я уже думал, что не найду тебя.

Я же подумала, что еще немного и просто потеряю сознание от нехватки кислорода.

— Артем, я задохнусь сейчас, — прохрипела я куда-то ему в грудь.

— Прости, — он тут же разжал свои медвежьи объятия, но полностью отпускать не стал, и задержав руки плечах, чуть пригнулся и заглянул в глаза, — что случилось, ты зачем уехала, и не предупредила никого?

— Я тебе «смс-ку» отправила, — пожала я плечами, и добавила: — кофе будешь?

Артем вглядывался мне в глаза какое-то время, словно в голову пытался залезть и мысли прочитать. Но читать там было нечего, я еще не до конца проснулась.

— Буду, — устало вздохнул он, и наконец-то меня отпустил.

— Я умоюсь, ты подожди на кухне, — сказала я, и развернувшись пошла в ванную.

В зеркало на меня посмотрело заспанное кучерявое нечто. Волосы, из-за того, что я их вчера не уложила после мытья, превратились в колтун. Вздохнув, я кое-как их собрала на макушке и заколола одним из крабиков, которые у меня всегда валялись в ванной в большом количестве. Мама, слава всем богам, их так и не выбросила. Хотя раньше всегда меня гоняла за эти заколки и угрожала, что сломает и выкинет.

Я улыбнулась и сполоснув лицо, начала чистить зубы.

На кухню я вышла уже более-менее вменяемой.

Артем сидел за столом и мрачно разглядывал скатерть. На нашей маленькой кухне он смотрелся слишком гротескно. Какой-то нереально огромный, и шикарный. Хоть и синяки под глазами. Всё же в столовую в его большой квартире он вписывался намного гармоничнее.

Я прошла на кухню, и полезла доставать кофе. Решила сварить на нас двоих сладкий латте.

Чтобы не о чем не думать, сосредоточилась на приготовлении напитка. И выиграла себе довольно много времени. Артем молча ждал, когда я всё приготовлю, и вообще делал вид, что его нет. Хотя с его габаритами очень сложно куда-то спрятаться.

Добавив пены, я выставила кружки с напитком на стол, и достала из холодильника выпечку. Мама с папой любят что-нибудь сладкое, и высококалорийное, поэтому выпечку всегда можно найти у нас на кухне.

Артем холодно посмотрел на выпечку, а вот глоток латте сделал.

— Вкусно, как настоящий, — сказал он, польстив моему сомнительному таланту.

— Спасибо, — ответила я, и решила съесть кексик.

Когда латте был полностью допит, а кекс доеден, Артем шумно выдохнул и спросил:

— Аль, ты меня ненавидишь теперь?

Я посмотрела на мужа исподлобья.

— Если бы я тебя ненавидела, то вчера бы позволила Витале тебя пристрелить, — ответила не задумываясь.

— Аль, ты ко мне вернешься? — тут же задал он следующий вопрос.

— Зачем? — приподняла я брови.

— Как это зачем? — с искренним удивлением спросил он. — Ты моя жена, мы должны жить вместе. Теперь всё мое, принадлежит тебе.

— А ничего, что я вчера при тебе переспала с двумя твоими друзьями? — с сарказмом спросила я. — Еще и оргазм при этом испытала?

— Если тебе понравилось, я не буду против ваших отношений, — ответил он спокойным голосом.

У меня челюсть вниз упала. Я и представить не могла, что он так ответит.

— То есть ты планируешь постоянно вот так устраивать групповушки? — решила уточнить я, все еще не веря в то, что слышу.

— Повторяю, если тебе понравятся такие отношения, то я не буду против. Если ты скажешь «нет», то ничего не будет.

— А как же ревность? Ты же вроде бы делал вид, что тебе все это не нравится?

Артем отвернулся и тихо ответил:

— Они для меня самые близкие люди, когда я вас видел втроем, то понял, что не могу тебя ревновать к ним, к тому же, — он обратно повернул голову и посмотрел мне в глаза, — тебе все понравилось, но если ты не захочешь, то такого больше не повторится.

Я какое-то время смотрела ему в глаза, не зная, что сказать. Но затем все же решила спросить:

— Скажи, ты любишь меня?

— Да, — ответил он опять очень быстро и совершенно не задумываясь.

— И ты так спокойно готов делить меня с другими мужчинами? — опешила я.

— С другими нет, только, если это будет Виталя или Андрей, и только если я буду рядом, — без запинки сказал Артем.

Моя челюсть опять упала.

— Артем, скажи, что, по-твоему, такое любовь? — решила зайти я, с другой стороны. Мне почему-то очень хотелось докопаться до истины.

Он на пару мгновений подвис, а затем ответил:

— Любовь — это когда ты всегда рядом, или на связи, чтобы я был уверен, что ты в безопасности. Любовь — это когда тебе очень хорошо, и это твоё хорошо, я могу разделить с тобой, — он выдохнул и устало добавил: — Аль, поехали домой, мне очень хреново без тебя…

Он резко соскочил со стула и встал передо мной на одно колено, затем вытащил из заднего кармана коробочку, открыл, и я увидела в ней кольцо с большим белым камнем.

— Я купил его, чтобы у нас всё было по-настоящему. Хочу, чтобы ты его взяла, и мы могли жить долго и счастливо. А если хочешь праздника для родителей и друзей, то я постараюсь его сделать по всем правилам. Анимешка, пожалуйста, не бросай меня. Я так испугался, когда понял, что тебя нигде нет. Я думал с ума сойду, хорошо, что телефон включил и увидел твоё сообщение.

Я какое-то время смотрела на своего мужа, а затем шумно выдохнув ответила:

— Я хочу, чтобы ты помирился со своим отцом и избавился от неприятностей.

— Я всё сделаю, как ты хочешь, — скороговоркой ответил он.

— Но к тебе пока не могу вернуться.

Артем резко побледнел, что даже все его синяки стали светлее.

— Почему? — прошептал он, и его взгляд стал совершенно потерянным. Это было так непривычно.

— Потому что хочу нормальных свиданий, хочу нормальных отношений, и хочу понять, что сама тебя люблю, — ответила все же я решительно и добавила: — Извини, но я пока ничего не понимаю. Слишком много всего случилось… Мне надо побыть одной. Мне надо понять хочу ли я связать себя с таким мужчиной, как ты. Это… сложно.

Я не стала брать кольцо. И встав со стула, начала убирать со стола.

— Вполне возможно, что за это время ты и сам остынешь, а кольцо подаришь той, кого действительно любишь, — добавила, подойдя к раковине.

— Аля, пожалуйста, — шепотом выдохнул он.

— Нет Артем, мне нужно время, — выдавила я, и повернувшись попросила: — Скажи Андрею с Виталей, чтобы не тревожили меня. Я не могу сейчас с ними разговаривать, и вообще не знаю, когда смогу.

Артем закрыл коробочку, убрал её в задний карман и встав с колен, подошел ко мне со спины, и обнял, очень крепко, но на этот раз бережно.

— Я с ума сойду без тебя, — выдохнул он мне в волосы.

— Артем… пожалуйста.

Я повела плечами, желая выбраться из его объятий, и Артем спустя пару мгновений меня отпустил, а затем прошел в коридор, и хлопнул дверью.

Я же, отойдя от раковины села за стол и долго сидела, рассматривая скатерть, чувствуя, как по лицу катятся слезы.

В таком состоянии меня и застали родители.

Они опять приехали с дачи каких-то своих друзей, и мама, тут же увидев меня, подбежала и крепко обняла. А с другого бока обнял отец.

А я, словно, маленькая девочка разревелась. И ревела минут десять не меньше, пока родители молча меня обнимали с двух сторон.

Когда я начала немного успокаиваться, то мама отправила меня в ванную умыться.

Выйдя из ванной, я вернулась в свою комнату и легла в постель. Мама с папой чем-то шуршали на кухне, наверное, убирали продукты в холодильник.

А спустя десять минут, мама, постучавшись, вошла в мою комнату.

Она села на кровать, и погладила меня по голове. Я подтянулась ближе и уложила свою голову ей на колени.

— Вшей поищешь? — спросила я, грустно улыбаясь.

— Конечно поищу, и тараканов заодно разгоню, — ответила мама, и начала массировать мне кожу на голове, а я рассказывать всё, что со мной случилось за эти дни.

И даже про Андрея с Виталей тоже рассказала.

Мама все это время молча меня слушала, выказывая своё волнение лишь тем, что останавливалась и прекращала «искать вшей» в самые острые моменты, когда я в больницу попадала и когда меня похищали пару раз.

— Тебе надо было сразу все нам рассказать, — ответила она, поглаживая меня по волосам. — Бедная моя девочка, зачем ты всё время всё на себе тянешь? Мы же с отцом не дети малые, неужели ты думаешь, что не помогли бы тебе? Да хотя бы советом, моральной поддержкой… Аль… Ты же чуть не угробила себя. Думаешь нам легче было бы, если б тебя не стало?

Я накрыла руку мамы своей ладонью, и слегка сжала.

— Я рассказываю сейчас.

— Ага, когда почти всё уже сама смогла разрешить.

— Но согласись мам, чем бы вы мне помогли? Только разнервничались бы.

— Ты совсем нас за взрослых не считаешь? — вздохнула мама. — Ты знаешь к кому мы на дачу ездили?

— Нет, — ответила я.

— Это близкий друг твоего отца, они в детстве были не разлей вода, просто потом их пути разошлись. А он, между прочим, генеральным следователем работает, неужели ты думаешь, что не помог бы нам?

— Я и не знала, — ответила я. — Вы не рассказывали.

— Ну мы же не думали, что тебе могут понадобится эти знания, — тяжко вздохнула мама и добавила: — Так это что же, ты замуж выскочила?

— Угу, — хмыкнула я.

— И что к мужу не собираешься возвращаться? — спросила мама, как будто и не слышала только, что от меня всего рассказа.

— Мам, — я села и посмотрела на неё с недоумением. — Он же меня использовал в своих делах, обманул, и еще замуж заставил силком выйти. И я с его друзьями прямо перед его носом…

— Он тебе нравится? — опять задала она странный вопрос.

— Ну, он не может не нравится, — пожала я плечами и смущенно опустила голову вниз.

— Аля, я могу многое тебе посоветовать сейчас, могу сказать, что он такой сякой, чтобы ты с ним больше не виделась. Но поверь…. Все эти слова будут не что, если ты сама не поймешь чего хочешь.

— Но ведь он же…, - заикнулась я, но мама меня прервала:

— Я сейчас расскажу тебе про нас с твоим отцом, только ты ему не говори ничего ладно? Это было много лет назад, столько воды утекло уже. Я давно уже изменила своё виденье той ситуации, и возвращаться никогда к этой истории не хотела. Но тебе хочу рассказать, чтобы ты поняла, что эта жизнь не так проста, как иногда может показаться.

— Хорошо, — кивнула я, и села удобнее.

— Ты ведь знаешь, что мы с твоим отцом были знакомы с детства. А встречаться начали, когда нам было всего по пятнадцать. И даже уже на более близкие отношения перешли, — мама смущенно опустила глаза вниз. — Я думала, что выйду за него замуж, была влюблена, как кошка, потому и девственность отдала. Мы учились в школе, в одном классе, потом поступили в один университет. И там твой отец понял, что есть и другие девушки. — Она задумчиво улыбнулась, — твой отец начал налево и направо мне изменять. А я бегала и дралась со всеми девчонками, как бешенная. Надо мной весь университет уже смеялся, а я не могла остановиться. Он ведь и от меня не уходил никуда. Мы же даже жить вместе стали. В этой вот самой квартире. Нам её бабушка Ивана отдала, а сама к родителям переехала, слишком старенькой стала, одна все равно в такой большой квартире жить не могла. А внуку мешать не хотела. Мы же к свадьбе готовились. А он вот загулял.

Моя челюсть опять попыталась встретиться с полом, благо я успела её вовремя подхватить, а мама продолжила:

— В общем, время шло, твой папа не спешил звать меня в ЗАГС и больше того, однажды привел к нам в квартиру одну из своих подруг, и при мне занялся с ней сексом, поставив условием, что либо мы будем жить все вместе, либо я собираю вещички.

Я попыталась напасть на девицу и выгнать её, но твой отец за неё заступился и вытурил из квартиры меня, еще и вещи мои собрал и выкинул на площадку. Скандал был знатный, все соседи собрались посмотреть. Я была в истерике, бросалась на него, никак не могла поверить, что он вот так со мной поступил. Ваня же закрыл дверь и сказал, чтобы уходила, не то он милицию вызовет. Потому что жить с психованной и неуравновешенной он больше не хочет.

— Одна из соседок помогла мне вещи собрать и увела к себе в квартиру, чтобы успокоить.

— Потом я вернулась домой, и думала, что сойду с ума от злости. Хотела даже руки на себя наложить, так плохо мне было.

Я погладила маму по руке, она же в ответ лишь грустно улыбнулась.

— Мама вовремя с работы вернулась, отправила меня на лечение в психбольницу. Не смотри на меня так, там не только ведь буйные сидят, там и просто люди с разными депрессиями находятся, ну и те, кто смысл в жизни потерял. А там я узнала, что тобой беременна. У меня анализы взяли. Меня сразу выпустили под ответственность родителей, так как списали на гормоны. Ведь у беременных всегда настроение сильно скачет.

— Папа к тебе вернулся? — спросила я.

— Нет, — она покачала головой. — Я решила, что не буду ему ничего говорить. С университета перевелась, чтобы его не видеть. Сессию сдала, и тебя родила сразу же. Даже академический отпуск не надо было брать. У меня молоко почти сразу пропало. Ты искусственницей была, так что покормить тебя, и мама моя потом могла без проблем.

— О тебе он случайно узнал, я гуляла как-то по парку с тобой, а он шел навстречу и увидел. Путем несложных подсчетов, понял, что ты его. Прицепился ко мне. Я даже ляпнула, что ты не его дочь, — мама весело улыбнулась, — а он ко мне домой приперся и родители ему рассказали, что это наш общий ребенок.

— Он предложил мне сойтись. Сказал, что всё еще любит. Оказывается с той девчонкой он сразу расстался, и вообще привел её специально, чтобы что-то изменить в наших отношениях. Думал, что я пойму его.

— Конечно же я отправила его куда подальше. Но с тобой он все же на встречи настоял. Целый год он за мной ходил. С тобой водился. Забирал на два дня в неделю. Не сам, конечно, ему родители помогали, но всё же…. А однажды, ты сильно затемпературила, и у тебя даже кровь носом пошла. Мои родители, как назло, из дома уехали, мама — в командировку, отец тоже по делам. А я одна с тобой. А тут Ваня пришел. Короче, он нас обоих на такси и в больницу. Я двух слов связать не могу, напугалась до ужаса, только и делаю, что плачу, и тебя боюсь из рук выпустить, а он смог и врачам всё объяснить, и нас обеих в палату отдельную устроить. И сам с нами фактически три дня жил в этой палате. Только поспать на ночь уезжал, а утром опять возвращался. Оказалось, что у тебя зубы резались. Через три дня ты уже была здорова, как огурчик, во всю игралась и улыбалась.

Мама выдохнула и посмотрела на меня ласково:

— Ты знаешь в тот момент я поняла, что если бы не он, то не представляю, как бы справилась с этой ситуацией. И решила дать ему шанс. Мы сошлись. А через год поженились. Я уже не горела той безумной любовью, какая была изначально, а вот твой отец, наоборот. Он с нас обеих пылинки сдувал. И вообще сильно изменился за то время, что мы с ним не жили. Стал более серьезным и рассудительным. Я тогда все же не простила его окончательно, но поняла, что больше не буду ему сцены с ревностью устраивать, и даже сказала, что если он хочет ходить налево, то я не буду ему мешать. Только пусть делает это так, чтобы я ничего не знала. На что мне Ваня ответил: «Я любил тебя с самого детства, только лишь тебя, а все эти девчонки нужны были мне лишь для того, чтобы разнообразить нашу с тобой жизнь. И я не буду тебе изменять и прятаться, я хочу, чтобы ты разделала со мной любое удовольствие. Просто раньше я думал тебя заставить это сделать, чтобы ты поняла в чем кайф, а сейчас понял, что так нельзя было с тобой поступать, но знай, что если тебе понравится какой-то мужчина, то я не буду против ваших встреч, но всегда буду в них участвовать».

— Тогда его слова меня очень шокировали. Я даже к психологу записалась, чтобы всё это переварить. И она мне очень многое объяснила. Что та моя дикая ревность, которую я испытывала до твоего рождения была вовсе не любовью, а эгоистичным желанием заставить любой ценой близкого человека находиться рядом. Я просто вела себя как маленький ребенок, у которого в песочнице отбирают любимую игрушку. Мой муж тоже хорош. Но он тоже, как и я был слишком молод, чтобы правильно объяснить свои мотивы. Короче, наломали мы с ним оба дров. Хоть и любили друг друга. А еще, самое главное, что объяснила мне психолог — за закрытыми дверями близкие люди могут делать всё, что хотят. Главное, чтобы это было их обоюдное желание. И даже приглашать тех, кому могут доверять. И никто не имеет права их осуждать и рассуждать на тему «Что же это за семья такая? Да как они могут? Она же шлюха! И это фу-фу-фу». Каждому своё. Если они не хотят так жить, то это не значит, что они имеют права, хоть что-то решать за тебя. Ты и только ты творец своего счастья. А соседям не обязательно знать, что происходит в твоей жизни, как и тем, кто в неё может полезть.

— И сейчас мы не просто так ездим к друзьям на дачу.

Мама улыбнулась, и я увидела, как ее щеки потеплели. Как и мои, потому что я поняла, что это за друзья такие.

— Мы уже давно поняли, что друг без друга с Иваном просто не можем, — продолжила она. — А то, что происходит в нашей спальне — это наше личное дело. А не соседей или тех, кому что-то не нравится. Знаю, что тебе пока очень сложно переступить через социальные нормы морали, которые вдалбливает общество. Но поверь, чем дольше ты будешь обращать внимание на мнение других людей, и оглядываться по сторонам в поисках советчиков, тем меньше будешь чувствовать себя счастливой.

— Не скажу, что твой Артем — это тот зять, о котором бы мы с твоим отцом мечтали. Безусловно дров он наломал. И его родители тоже… то, что случилось в его семье, очень сильная трагедия. Не каждый мог бы с ней справиться. И жаль, что его отец такой …, - она вздохнула, не в силах подобрать правильное слово, — и сразу не объяснил всё сыну. И да, я бы не хотела, чтобы ты и дальше с ним общалась. Потому что этот Артем, как и его друзья очень опасны для твоей жизни.

— Но Аля. Только ты творец своего счастья. Только тебе решать, как и с кем жить. А из твоего рассказа я услышала лишь то, что твой муж тебе очень нравится, как и его друзья. И ты готова была рискнуть своей жизнью и не один раз защищая их всех. Поэтому не руби с горяча, подумай сердцем, представь, что будет, когда они полностью исчезнут из твоей жизни, что ты будешь при этом чувствовать? И если ничего, то значит — это правильное решение. А если будет больно, то значит — нет. И я повторюсь, что мы с отцом поддержим любое твоё решение, и поможем в случае, если у тебя будут какие-то проблемы. Пожалуйста, больше ничего не скрывай от нас.

Мой рот так и не закрывался, пока я слушала маму и её откровения.

Кто-то умный сказал, что время «лечит». Нет, не правда, время нифига не «лечит», время просто стирает детали, смазывает их, делая менее значительными, накладывает новые впечатления. И если двойка за диктант — казалась катастрофой, когда тебе было десять, то много лет спустя, ты и не вспомнишь уже про неё.

А еще важно вовремя поговорить с кем-то. Поделиться своими проблемами, и посмотреть на них со стороны. Особенно если эти проблемы оценивает близкий тебе человек, который желает тебе счастья.

После разговора с мамой мне стало значительно легче. Хотя бы наметился план дальнейших действий.

Утром я увидела «смс-сообщение» от Артема.

«Доброе утро Аль, ты что-нибудь решила? Домой когда вернешься?»

Тяжко вздохнув, написала ответ:

«Артем, мне надо больше времени».

«Понял, завтра напишу», — коротко ответил муж.

Застонав, я уткнулась в собственную подушку, и полежав так немного, отправила еще одно сообщение:

«Давай ты не будешь мне писать сообщения? Я как, что-нибудь решу, тебе отпишусь, ладно?»

Но ответа так и не получила. Хотела уже позвонить ему, но передумав, вообще отключила телефон.

Из дома я пока выходить не собиралась, учеба начинается через две недели. Как раз времени на «подумать» — вагон.

Хмыкнув, я встала и занялась домашними делами.

Откровенно говоря, делала всё через силу. Но убраться надо было, родители явно не справлялись с этой проблемой сами. К тому же постепенно втянулась и начала забывать о насущных проблемах. Даже окна помыла.

Уборка — вот что лечит по-настоящему. Когда работаешь руками, не до переживаний становится. Понимаю, почему трудотерапию прописывают иногда, как лечение. Вот и мне к вечеру помогло.

Перед сном не удержалась и включила телефон. И обнаружила несколько сообщений от Артема.

«Я буду писать»

«Ты моя жена»

«Я тебя люблю»

«Чем занимаешься? Почему не отвечаешь?»

«Я тебе на карту еще денег закинул, можешь тратить, на что хочешь»

«Телефон не выключай больше, а то приду, закину на плечо и утащу в свою пещеру. Шутка. Но я серьезно, Аль. Не выключай телефон, будь на связи. Вдруг что случится? Ты же знаешь…»

Выдохнула и написала ответ:

«Артем, я убиралась сегодня, мне некогда было разговаривать, и я очень прошу, дай мне время?»

«Сколько в днях?» — пришел мгновенный ответ.

Я опять упала лицом в свою подушку. Ну как мне ответить? Я не знаю ничего…

Вместо этого просто отключила звук у телефона, и решила поспать.

На следующий день муж опять закидывал меня сообщениями в течении дня. Чтобы хоть как-то отбрехаться, спросила — решил ли он свои проблемы, и помирился ли с отцом?

На что мне пришел ответ, что сейчас он поедет с ним на встречу.

«Желаю удачи», — ответила я, шумно выдохнув.

Через несколько часов пришло сообщение:

«С отцом помирился, проблему решаю. Но этот процесс не быстрый. Хочу, чтобы ты была со мной»

Я долго думала, как ответить. И в конце решила написать:

«Как решишь проблему, тогда посмотрим, больше отвечать не буду»

И действительно перестала отвечать.

Правда читать — не переставала. А Артем отправлял мне «смс-ки» через каждые один или два часа.

Из дома пока решила не выходить. Мусор и за продуктами все равно папа с мамой ходят. Им не сложно, они, наоборот, любят прогуляться. А на выходные опять уехали к своим друзьям на дачу.

А Артем прекратил мне писать. Как отрезало.

Еще в пятницу вечером закидывал разными сообщениями, типа «я ем пиццу, скучаю» и тому подобное. А сегодня в субботу — ничего.

Я подумала, что он отсыпается, хотя на него это не похоже. Артем вообще ранняя пташка. И спать долго не любит. И всегда как просыпался что-нибудь да писал. А тут до самого вечера — ни строчки.

Днем я еще внимания не обращала, а к вечеру откровенно начала паниковать.

Сама не заметила, как обгрызла все свои ногти, и уже хотела сама позвонить, но постоянно била себя по рукам.

А когда уже лежала в постели и смотрела в потолок, держа в руках телефон, услышала звонок — это был Артем.

Тут же не раздумывая, нажал на кнопку «принять вызов».

— Алло? — прошептала я.

— Аль, я так соскучился, когда ты вернешься? — ответил он, тоже почему-то шепотом.

Я с облегчением выдохнула в трубку.

— У тебя все нормально? — решила уточнить, на всякий случай.

— Нет, — ответил мой муж, заставив мою спину покрыться холодным потом от волнения, — я с ума схожу без тебя. Вернись, пожалуйста.

Я опять шумно выдохнула, и упала головой на подушку.

— Артем, извини, но я уже почти сплю, — нагло соврала я, и отключилась.

Раз с ним всё хорошо, значит можно действительно поспать.

Только какой сон тут может быть после всех переживаний? А еще и осознания того, что я очень сильно за него волнуюсь. Слишком сильно.

На следующий день сообщения опять возобновились. Но я их не читала, а всё размышляла о своих вчерашних переживаниях.

А еще о том, что про Виталю с Андреем я за эти дни вообще позабыла. И из-за того, что они не звонили и не писали вообще не переживала.

А вот из-за Артема вчера все ногти обгрызла.

И что это значит?

Ничего хорошего. Кажется, мама права. Он мне нравится. И даже больше, я влюбилась. Иначе не переживала бы так сильно вчера, и что греха таить — тосковала.

Но это не отменяет моей обиды за то, что он натворил. За то, что втянул в интриги и бандитские разборки. Фактически заставил ради него пойти на то, чего бы я, находясь в здравом уме, никогда не совершила — переспать с двумя парнями. Раньше, смотря всякие боевики, я думала о том, что девчонки сами пища лезут к «плохим парням», потому и выхватывают по полной программе, хорошо, если в живых остаются. А я ведь ни к кому не лезла, и попалась. А теперь что же? Размышляю о любви, к такому вот «плохому парню». С ума сойти…

Больше я на звонки Артема не отвечала, а сообщения читать перестала.

Зато усердно начала готовиться к учебе. Зашла на сайт. Проштудировала учебный план, и всё, что понадобится мне для учебы.

И за три дня до начала, отправилась в университет. Надо было зайти и уточнить расписание, да и вообще всякие мелочи.

Когда вышла на улицу, глазам своим не поверила. Машина Артема стояла на парковке, на против моего подъезда. Я думала он выйдет, когда меня заметит, но дверь не открылась.

Я подошла ближе и заглянув в окно, поняла, что он просто спит.

Какое-то время я стояла и молча смотрела на спящего мужчину.

Он сильно похудел. Лицо осунулось. Под глазами залегли тени. Синяки почти сошли, но ссадины на лице остались. Захотелось прикоснуться к нему, провести ладонью по волосам, даже пальцы на руках зачесались.

Нет!

Развернувшись, я пошла к остановке.

В университете сфотографировала расписание. Посмотрела план здания, чтобы не заблудиться в первый день учебы. Зашла в деканат, отметилась, узнала, в какую группу зачислена, и кто декан нашего факультета, и пошла домой.

Когда вернулась, Артем все также спал в машине. Я не выдержала и подошла еще раз, чтобы посмотреть на мужа. Черт, как же хотелось его разбудить и домой позвать, хотя бы на чай. Но я сдержалась, и ушла.

У нас окна не выходили во двор, поэтому я к вечеру вышла в подъезд и посмотрела стоит ли машина Артема, и да, она там стояла.

Я вернулась в квартиру и озадачено прошла на кухню.

— Ты куда ходила? — спросила мама, убирая пирожки в духовку.

— В подъезд, — ответила я. — Мам, слушай, а черный джип, ты часто видишь возле подъезда?

— Часто, — сказала она, садясь за стол. — Артем твой?

— Ага, — кивнула я.

— Понятно, — хмыкнула она, беря в руки телефон, и начиная что-то читать.

Люблю я маму за тактичность. Никогда в душу не лезет, и нравоучениями не занимается. Так, может намек кинуть, если вопрос задать, или совета попросить. Но не больше. С одной стороны хорошо, с другой же… может было бы лучше, если бы она мне про джип сказал?

И кому лучше? Зачем?

Рассердившись на себя, за глупые мысли, я пошла в свою комнату.

Перед сном мне опять пришло сообщение от мужа:

«Спокойно ночи. Безумно скучаю»

Я накинула спортивный костюм, кроссовки и пошла в подъезд. Посмотрев в окно, увидела черный джип Артема. Я думала он уедет, но машина даже не заводилась. Он так и продолжал там стоять.

Я прождала больше часа, и окончательно замерзнув, вернулась домой. А потом всю ночь, ворочалась с боку на бок, и не могла уснуть.

В четыре утра, психанула и опять пошла посмотреть, уехал ли он. И с удивлением поняла, что он так и продолжал стоять на месте.

Уснул что ли?

И часто он так?

Вопросов в голове было много, но ответы я могла узнать, только лично от него.

Вздохнув, поняла, что пока не могу с ним разговаривать. И простояв до тех пор, пока опять не замерзла, вернулась домой.

А утром вновь увидела сообщение:

«С добрым утром любимая».

Почувствовала, как горлу подкатился комок и разрыдалась.

Все три дня, я практически проводила в подъезде у окна, наблюдая за машиной Артема. Он уезжал несколько раз в день, а потом опять возвращался. И постоянно писал мне сообщения.

А в первый день занятий, когда я вышла из подъезда, тоже вышел из машины, и встал у двери.

Я подвисла на пару мгновений, а затем демонстративно отвернулась и прошла мимо на остановку.

Первый день был вводным, как это, собственно, и бывает во всех учебных заведениях.

Если честно, ощутила себя древней старушкой. У меня-то уже второе высшее, а вокруг меня — одна молодежь. У всех глаза горят, у кого-то от растерянности и испуга, у кого-то наоборот — от новых впечатлений. Мы познакомились с нашим деканом, послушали нескольких преподавателей, и разойдясь по аудиториям, записали то, что нам понадобится для учебы.

А понадобится очень многое. Я мысленно присвистнула, сколько всего надо будет купить, и задумалась о том, чтобы искать какую-то подработку. В принципе, образование у меня одно есть, могут и взять где-то на подхвате. Надо объявления посмотреть.

Я вышла из здания университета и медленно пошла к остановке. И очень удивилась, когда перед глазами у меня появился букет цветов.

Подняв голову, увидела Артема.

— Поздравляю, — произнёс он, и улыбнулся.

— С чем? — на автомате спросила я.

— С первым днем учебы, — продолжил улыбаться мой муж и держать букет цветов перед моим носом. — Не хочешь прогуляться?

Я взяла цветы, заметив, как многие уже начали посматривать в нашу сторону. Не хотелось бы стать местной звездой, в первый учебный день.

— Пошли, — кивнула я в сторону парка при университете.

Букет был маленьким, и очень милым. Мелкие светло-розовые розочки и какие-то зеленые веточки. И все это в розовой гофрированной упаковке.

Мы молчали оба минут десять где-то, пока прогуливались по аллее.

Первым заговорил Артем:

— Я смог с мамой поговорить. Она стала лучше себя чувствовать.

— Это здорово, — искренне улыбнулась я.

— Да, — кивнул он. — Еще с отцом много общаемся последнее время.

— И это очень хорошо, — посмотрела я на Артема.

— Он помог мне всё решить, — добавил мой муж и нахмурился. — Теперь я обязан работать в его фирме. После учебы. С футболом придется завязать.

— Ты не хочешь? — спросила я.

— Не знаю, — он пожал плечами. — В принципе, у меня все равно карьеры уже не получится, я сильно отстал от своих, пока херней всякой маялся, — зло сплюнул он. — Так что может оно и к лучшему.

Мы еще погуляли по парку, а затем Артем предложил поужинать где-нибудь.

— Нет, — покачала я головой. — Я домой поеду, ты тоже езжай. Хватит возле моего подъезда ночевать.

Артем шумно выдохнул, и посмотрел на меня с мольбой во взгляде.

— Я хочу, чтобы ты поехала со мной.

— Я пока не могу, извини, — покачала я головой и решительно пошла вперед, к остановке. Мы как раз почти дошли до неё.

— Аль, давай я хотя бы тебя подвезу? — крикнул он мне в спину.

— Нет, — ответила я, продолжая быстро идти, чувствуя, как щекам стало мокро.

С удивлением посмотрела на небо. Вроде не облачка. Стерла капли, и поняла, что это слезы.

Ну и ну… а я и не поняла, что плачу.

Остановилась и какое-то время пялилась в никуда, пока не почувствовала, как Артем, обнял меня со спины, согревая своим большим телом, и заставляя ощутить прилив нежности.

— Аль, поехали домой, а? — прошептал он мне в макушку.

А я изо всех сил вырвалась и рванула к автобусу.

Он ехал за автобусом всю дорогу, а затем и на медленной скорости за мной, пока я шла до подъезда.