Глава 13
В этот вечер в мужском клубе только и было разговоров, что о предстоящих скачках. Лорд Маунтбрук принес бумагу, на которой был составлен список всех лошадей, участвующих в забегах, и благородные господа, еще до начала скачек, принялись делать ставки и спорить о том, кто из лошадей придет первым, и чей жеребец станет призовым в этот сезон.
Сидя за столиком и пригубив чистый виски, Дориан Фэлтон прислушивался к разговорам, но сам ни в ставках, ни в обсуждении претендентов, не участвовал. И вместе с тем, ему было любопытно смотреть, как разгораются споры и как господа тратят свои деньги на воздух.
- Думаю, твоя Ба непременно захочет поставить определенную сумму, - проговорил Энтони тихо и сделал глоток пьянящего напитка.
- Ба? – усмехнулся Дор и тут же добавил: - Непременно. Это слишком в ее духе.
- Возможно, я тоже последую ее примеру, - улыбнулся Тони, - и даже спрошу совета на кого именно сделать ставку. Она очень рассудительная леди и, полагаю, отлично разбирается в лошадях.
- Моя Ба разбирается почти во всем к чему имеет интерес. А интерес у нее есть ко всем азартным играм. Боюсь, что у моего отца это от нее, - уже тише проговорил Дориан. На секунду он замер, сдвинув недовольно брови. Так с ним случалось всегда, стоило вспомнить об отце, а затем о долгих годах, когда ему приходилось восстанавливать доброе имя семьи и состояние. Нет, после такого, он совершенно точно не мог понять жажду к азартным играм и к ставкам. Даже несмотря на то, что скачки были одним из самых приятных развлечений в обществе, когда надоедали балы и приемы.
- Не помню, чтобы леди Долорес проигрывала в карты, - заметил Олридж.
- Карты для Ба салонное развлечение. Она не Уитни и всегда знает меру, - ответил Фэлтон и вдруг заметил, что в комнату, полную оживленных господ, вошел предмет обсуждения, лорд Уитни собственной персоной.
- Надо же, - проследив за опекуном Агаты, Тони кивком головы указал на дверь, за которой скрылся мужчина. – Его семья на грани разорения, а он все в карты играет.
- Мне вот интересно, где сейчас находится его сын, - проговорил Дориан и друзья переглянулись.
- Спустимся вниз и проверим? – зачем-то предложил Олридж.
- Спустимся, - ответил Дор и, залпом допив виски, поднялся из-за стола.
Путь к подвальным помещениям, где шли бои, проходил через игральный зал. Фэлтон, не удержавшись, бросил быстрый взгляд в сторону Уитни. Опекун Агаты вальяжно разместился на стуле закинув ногу на ногу и громко требовал принести ему сигару и вино, в то время как один из джентльменов тасовал карты. Посреди стола уже возвышалась горка золота, поверх которой лежали дорогие часы, скорее всего, принадлежавшие Уитни.
- Уитни, вы собираетесь участвовать в скачках, или будете делать ставки? – спросил кто-то и Дориан придержал шаг прислушиваясь.
- Будь у меня отличный жеребец, непременно выставил бы его за честь нашей семьи, - ответил мужчина. – Но временно, увы, не могу позволить себе подобную роскошь. Только не сомневаюсь, уже через год лучший скакун будет представлять нашу семью и возможно, мой сын станет наездником года.
- Честь? Уитни? – съязвил кто-то. – Благородный человек платит по своим долгам, милорд, но вы, кажется, забыли, что это такое возвращать долги?
Фэлтон обернулся на говорившего, хотя и не был удивлен услышанному. Уитни продолжал тратить деньги, занимать и утопать в долгах. И его словно бы не смущало подобное. На месте опекуна леди Элдридж Дориан попытался бы сделать хоть что-то, но уж точно не бежал бы тратить снова и снова, связываясь с кредиторами, подвергая свою семью позору и повергая в еще большую нищету. Видимое благополучие, судя по всему, уже не могло обмануть абсолютно всех. Но надменное лицо Уитни и резкий тон, с которым тот дал ответ на заданный каверзный вопрос, свидетельствовало о том, что ему совершенно все равно. Или что он уверен в своих словах.
Что он там сказал? Через год?
Неужели Уитни еще надеются на состояние Агаты, или юный Персиваль выбрал для своей гнусной цели новую наивную жертву?
Внутри у Дориана волной поднялось отвращение. Он даже успел ярко представить себе, как подходит к игральному столу, хватает за грудки удивленного Уитни и…
- Дор? – позвал Тони. Фэлтон, вздрогнув, повернулся к другу.
- Мы идем? – спросил спокойно Олридж, а сам посмотрел на Уитни. Опекун Агаты поднял голову и взгляды мужчин встретились. На миг Тони показалось, что негодяй вздрогнул, но уже миг спустя последний сделал вид, что все в порядке и даже смог кивнуть в знак приветствия.
Энтони кивнул в ответ и поспешил отвернуться. Ему, как и Дориану, претила даже мысль о том, что он знаком с подобным человеком.
Еще через несколько минут они спустились вниз и уже скоро влились в толпу, окружившую ринг. Сегодня в подвальном помещении было слишком шумно и людно. Ринг обступили плотным кольцом, так, что невозможно было сразу разглядеть, кто именно сегодня выступает из джентльменов. Дориан заинтересованно взглянул на дерущихся мужчин, но не заметив среди них Персиваля, направился через толпу, пытаясь отыскать последнего взглядом.
- Возможно, молодой Уитни сегодня не выступает? – предположил Тони, следовавший тенью за другом.
- Навряд ли он упустит такую возможность заработать, - ответил Фэлтон. – Ты же видишь, сегодня клуб переполнен азартными господами. Предвкушение скачек будоражит умы милордов. Значит, они будут щедрее, а Уитни нуждаются в деньгах.
- Твоя правда, - кивнул Тони и вдруг замер. Положив руку на плечо Дориана, он слегка сжал пальцы, а когда Дор повернул к нему лицо, кивком головы указал на мужчину, стоявшего через несколько человек у самого ринга.
- А вот и тот, кого мы ищем, - сказал Олридж.
Фэлтон кивнул.
- Подожди здесь, я подойду поговорю с ним, - произнес он и шагнул вперед.
Персиваль стоял в одной рубашке и штанах, из чего Дориан сделал правильные выводы о том, что молодому Уитни сегодня предстоит бой.
Мужчина разминал плечи, когда Фэлтон встав рядом, спокойно произнес:
- Смотрю, вы зарабатываете в то время, как ваш отец там наверху спускает остатки состояния семьи?
Перси вздрогнул и посмотрел на собеседника, хмуря брови.
- Вы? – только и сказал он.
- Я. Оказался поблизости. Решил зайти, посмотреть, чем занимаются благородные господа накануне грандиозных скачек.
Перси принялся закатывать рукава и перевел взгляд на дерущихся. Мужчины на ринге сошлись в поединке. Обхватив друг друга руками, они пытались проделать один и тот же маневр, стремясь повалить противника на порядком продавленные маты. Толпа ликовала. Кто-то кричал так громко, что Дориан невольно поморщился, а на губах у Перси появилась предвкушающая улыбка.
- Кто бы мог подумать, что вы боец, - продолжил Фэлтон. – К тому же, вы деретесь за деньги.
- Я пытаюсь, как могу, оплатить долги, - бросил холодно молодой Уитни.
- Если бы я мог, то дал бы вам всего один, но очень весомый, совет, - сказал Дориан.
- Я не нуждаюсь в ваших советах, - Перси обернулся к Фэлтону, но затем заметил стоявшего поодаль Олриджа и на миг потемнел лицом.
Энтони коротко кивнул Уитни, но не подошел, а Дориан с удивлением отметил, что Персиваль незаметно изменился. Перемена произошла во взгляде молодого человека. Даже глаза его засветились иначе.
И вдруг он вскинул голову и произнес достаточно громко, чтобы Тони смог его услышать.
- Олридж, будьте так любезны, подойдите ко мне.
Энтони и Дор переглянулись. Тони пожал плечами и приблизился.
Толпа снова заревела, но ни Фэлтон, ни Уитни, и ни Тони даже не взглянули на ринг.
- У меня сегодня препаршивое настроение, - проговорил Персиваль. Он вытянул вперед руку и секунду спустя к нему подошел младший судья, который начал наматывать на кулаки бойца плотные бинты, способные защитить костяшки его пальцев от повреждений.
- И в том, что я чувствую себя столь скверно, виновата моя сестра, - продолжил говорить загадками Перси. – В общем, так, Олридж. Я предлагаю вам бой. Если вы сегодня докажете, что сильнее меня, я поступлю так, как мне велит совесть. Если же нет…
Тони удивленно моргнул, но тут вперед выступил Дориан и произнес:
- Почему должен сражаться именно Тони? Он не силен в боксе.
- Он жених леди Агаты. А все это касается именно ее, - ответил Уитни и вздохнул.
- Говорите прямо, Персиваль! – произнес Дор обманчиво спокойно.
Перси взглянул на Фэлтона и покачал головой.
- Я ничего вам не скажу. Ни вам, ни Олриджу. Просто представьте себе, что это сама судьба к вам благосклонна. У меня недавно состоялся крайне неприятный разговор с сестрой. Вы, конечно, мне не поверите, но я уже двое суток не могу спокойно спать, - Перси тихо рассмеялся. И этот смех показался Дориану очень странным.
- Итак, я вызываю вас на поединок, Олридж. Будьте уверены, господин судья с радостью внесет коррективы в список бойцов на сегодня. И если вы любите Агату…
- Олридж не будет биться с вами, - решительно произнес Дориан. – Я хочу занять его место.
- Вы, но… - проговорил Перси и взглянул в лицо Дориану, после чего рассмеялся. – Боги, я, кажется, все понял. Вы в нее влюблены, Фэлтон. В Агату, не так ли? Что ж, это многое объясняет. А знает ли об этом ваш друг? – он перевел взор на Олриджа и присвистнув, добавил: - Вижу. Знает. – Улыбка молодого человека стала совсем неприятной. – Это что же тогда получается? Хотя, - протянул он задумчиво, - возможно, так будет даже интереснее. Всегда престижнее победить сильного противника, а не более слабого.
Он перестал смеяться и протянул вторую руку судье, подставив ее под бинты.
- Хорошо. По рукам, Фэлтон, но помните, если вы проиграете, пеняйте на себя.
- Не пристало истинному джентльмену говорить загадками, - сказал Олридж, но Уитни смотрел теперь только на Дориана, а когда младший судья закончил с его руками, проговорил:
- Лодсон, у нас замена. Будьте так любезны и сообщите старшему судье, что сегодня на этот ринг впервые выйдет лорд Дориан Фэлтон собственной персоной и что бой будет до первой крови. Да. Так и передайте.
Судья на мгновение замер, но ему хватило одного взгляда на лицо Дориана, чтобы тотчас отступить, кланяясь назад со словами:
- Конечно же, милорд. Как будет удобно милордам.
Он исчез в толпе, а Перси, смерив Фэлтона взглядом, проговорил:
- На вашем месте я бы снял камзол. А еще, сэр, приготовьтесь к тому, что я пролью вашу кровь.
- А вот это мы еще поглядим, - ответил Дориан и снял верхнюю одежду, протянув ее Энтони.
Олридж схватил друга за руку и потянул к себе. Склонив к нему лицо, Тони произнес:
- Ты уверен в том, что собираешься сделать?
Перси демонстративно отвернулся, сделав вид, что ему неинтересны чужие разговоры. А еще секунду спустя он направился к входу на ринг расслабленной походкой человека, который был уверен в своей несомненной победе.
- Уверен, - ответил Дор на вопрос друга. – Ты разве не заметил, что с ним происходит? – спросил он.
- Да он такой же сумасшедший, как и его семейство, - бросил Олридж.
- Нет. Не сейчас. Видишь ли, этот сэр Персиваль страдает от мук совести, - Дор принялся закатывать рукав на левой руке, предварительно расстегнув пуговичку на манжете. – Он хочет, чтобы мы облегчили ему страдания. Точнее, я.
- Но он хорош в бойцовском деле, - не унимался Олридж. – Что я скажу леди Фэлтон и Ба, если ты пострадаешь? Нет, конечно, сразиться за честь понравившейся дамы это благородно, но Уитни и так у нас в кармане вместе с векселями. Стоит ли Перси того, чтобы марать об него руки?
Дориан пожал плечами и принялся за второй рукав.
- Думаю, стоит. У меня какое-то предчувствие, что я поступаю правильно. А по поводу моего драгоценного здоровья можешь не переживать. Я не собираюсь проигрывать этому мальчишке. Как бы он ни был хорош, но сегодня я намерен начистить его надменную физиономию!
Дориан замолчал, поскольку к нему подошел еще один младший судья, принесший с собой бинты.
- Сэр, - проговорил он. – Моя фамилия, Адамс, сэр. Вашу кандидатуру одобрили для боя. – Судья протянул у Фэлтону руку и добавил: - Вы позволите?
Дор кивнул и протянул руку Адамсу, который принялся обматывать пальцы будущего бойца бинтами, как несколько минут сделал это с руками Уитни.
Пока он занимался этим делом, бой на ринге был окончен. Толпа заревела. Те, кто выиграл ставки на победителя, подняли радостный крик, а проигравшие взвыли.
- Милорд, вы должны подписать перед боем документ, в котором отказываетесь от претензий за причинение вам физического вреда, - добавил Адамс, когда с руками Дориана было закончено.
- Конечно. Я знаю правила, несмотря на то, что участвую впервые, - кивнул Фэлтон.
Олридж покачал головой и закатил глаза, явно не одобряя действия друга и это несмотря на то, что еще недавно сам был готов выйти против Перси.
Адамс достал из нагрудного кармана полосатого жилета бумагу и магическое перо. Протянул документ Дориану и подставил спину, чтобы милорду было удобнее поставить подпись.
Фэлтон бегло ознакомился с бумагами и размашисто подписался внизу, после чего отдал судье документ и подмигнув Олриджу, направился прямиком к входу на ринг, где его уже ждал Персиваль.
Уитни обернулся. Смерил взглядом противника и усмехнулся как-то совсем не по-доброму, отчего у Энтони, следовавшем за Дором, неприятно сжалось сердце.
Он уже видел, хоть и всего один раз, Персиваля на ринге. Но ему хватило этого раза, чтобы понять: Уитни опасен. И, скорее всего, он уже давно выступает в клубе джентльменов, в то время как Дориан более умел в магических боях. Но сейчас им придется сражаться без магии, ведь здесь, на ринге, она запрещена!
Первым на ринг вышел Перси. Он поднял руки и толпа, узнав своего любимца, тут же зашлась радостными воплями.
Тони оглядел всех этих господ, которые вели себя так чинно и благородно в салонах, а здесь были обычными людьми, ничуть не отличаясь от крестьян и торговцев. У многих блестели глаза в предвкушении схватки, кто-то яростно взмахивал руками и орал во всю мощь своих легких.
Перси вышел на центр ринга и застыл, почти наслаждаясь тем, как его приветствуют любители грязного спорта.
- Дор! – позвал Тони и когда Фэлтон оглянулся, Олридж проглотил те слова, которые хотел произнести. Вместо этого он сказал: - Удачи.
- Не волнуйся, - ответил Дориан и улыбнулся, а затем вышел на ринг.
Его узнали. На миг в подвале воцарилась тишина. Лорд Фэлтон впервые участвовал в подобных запрещенных развлечениях и на него с несколько секунд смотрели несколько настороженно. Но тишина не смутила Дориана. Он спокойно подошел к своему противнику и улыбнувшись дождался, когда главный судья, стоявший в тени, произнесет главные слова и звук прорежет резкий удар гонга.
Бой шел до двенадцати раундов, если только противники смогут выдержать так долго.
«Дэнби с меня шкуру спустит!» - успел подумать Энтони, после чего застыл, глядя, как его друг и несостоявшийся жених Агаты сошлись в центре ринга.
«А ведь Дор ее любит», - понял Олридж истину. Только это могло объяснить желание Фэлтона подставить себя под удары судьбы в виде Персиваля Уитни.
Перси первым нанес удар. Бил он резко. Действовал быстро. Дориан успел уклониться и скользнул в сторону, развернувшись к противнику всем корпусом. Несмотря на то, что Фэлтон не был поклонником этого вида единоборства, драться он умел. А здесь еще дрались и довольно грязно. Стоило ожидать подлого удара, и Дориан запретил себе думать о чем-то, кроме победы.
Что-то подсказывало ему, как важен этот бой. Не для него самого и даже не для его чести, а для Агаты. И, возможно, для самого Персиваля. Было что-то в Уитни похожее на внутреннюю борьбу, и Дориан вдруг понял, что Перси не так плох. Что для него есть шанс стать лучше. И он, Фэлтон, сейчас может подарить Персивалю этот шанс. Но только победив внутренних демонов Уитни.
Перси атаковал снова. Бил он мощно, хлестко. И несколько минут Фэлтон только и выставлял блоки, пытаясь понять тактику Уитни.
Толпа сначала молчала, удивленная появлением такого неожиданного бойца, затем все вернулось в свою колею и вскоре Дориан услышал, как его начали подбадривать. Видимо, решили, что не противник он против Персиваля.
- Дор! Дор! – Фэлтон различил в сонме голосов крик Энтони. – Вмажь ему посильнее! – заорал Олридж и Дориан мысленно рассмеялся, поражаясь, как общее настроение влияет на его друга. Но стоило признать, что Тони прав. Пора и ему показать на что он горазд, а не играть в эти прятки с кулаками противника.
- Что? Это все, на что ты способен? – удар Персиваля задел скулу. Фэлтон качнулся назад, глядя в сверкающие от злости и какого-то отчаяния глаза противника. – Только и можешь, что блокировать у…
Слова оборвались, так и не сорвавшись с губ Уитни. Дориан сделал резкий выпад и джентльмены, окружившие ринг, одновременно охнули.
Тони протер глаза и удивленно моргнул, глядя, как Дориан наступает на Персиваля, как бьет, четко и быстро, нанося удар за ударом, каждый из которых попадал в цель.
Крик поднялся такой, что впору было закрывать уши. Но тут Олридж вдруг понял, что и сам кричит. Более того, он прыгал, словно молодой заяц, неотрывно глядя на друга, которого словно бы видел впервые.
- Так его, Дор! Так! – кричал Тони и сам не верил своим ушам не узнавая себя, обычно такого сдержанного и спокойного.
А Дориан бил и видел в глазах Персиваля почти что радость. Уитни парировал удары. В схватке он был честен, не поддавался, выкладывался на всю. Но у Фэлтона создалось ощущение, что Уитни рад проиграть. Что для него это подобно победе, самой желанной в жизни.
«До первой крови!» - вспомнил Дориан и ударил Перси в лицо, разбивая его губы в кровь.
Уитни покачнулся и повалился назад, упав на маты. Благородные джентльмены закричали как самые обычные торговцы, а Фэлтон, отдышавшись, наклонился к Перси и протянул ему руку глядя прямо в глаза.
Уитни лежал тяжело дыша, когда вдруг начал смеяться. Казалось, никто не видел этого, кроме Дориана, который, опустившись рядом с поверженным противником на одно колено, спросил:
- Что не так?
Перси смеялся так громко и долго, что у него на глазах выступили слезы. Он оттолкнул руку Фэлтона и еле слышно произнес:
- Все так. – Он перестал смеяться и, зажмурившись, добавил: - Все так, как надо и как должно быть. – Затем, резко открыв глаза, сел и проговорил: - Ты победил. Встретимся завтра, Фэлтон.
Дор тяжело поднялся на ноги. К ним уже спешил младший судья, а старший провозгласил победителя.
Не сказав более друг другу ни слова, Дориан и Персиваль покинули ринг под оглушительные крики восторженной толпы, оценившей красивый поединок.
***********
Этим вечером мы ужинали в исключительно женской компании. Детей уложили спать задолго до того, как мы с Ба, леди Элинор и Дэнби сели за стол.
Как сказала хозяйка дома, мужчины сегодня отсутствовали по причине отдыха в джентльменском клубе, но я отчего-то волновалась. А когда заметила, что леди Эшли тоже немного нервничает, поняла, что не одна испытываю столь странные чувства. Зато старшая леди Фэлтон вела себя очень спокойно. Она много ела, много пила, отчего ее настроение заметно улучшилось и на губах у леди расцвела довольная улыбка.
- Как, все же, некрасиво со стороны моего внука оставить нас сегодня коротать вечер одних, - заявила она, когда слуги начали подавать десерт. – И Олридж туда же, все следует за своим другом. Леди Агата, - повернула ко мне свое лицо Долорес, - присматривайте после свадьбы за мужем, иначе он будет пропадать вместе с моим внуком то на охоте, то на заводе. Дориан умеет увлекать.
Последняя фраза прозвучала настолько двусмысленно, по крайней мере в моем понимании, что я отвела глаза, опасаясь выдать эмоции взглядом.
- После свадьбы Энтони увезет свою супругу в свой дом, - важно заявила Дэнби, решив поддержать разговор. – Поэтому его влияние на лорда Олриджа будет очень ограничено, - продолжила она и улыбнулась, так, что мне сразу стало понятно, кого леди имела в виду под «невестой» Тони. Конечно же, себя. Значит, меж ними все оговорено. Вот и хорошо. Пусть Энтони будет счастлив. Он достоин этого. Надеюсь, что Дэнби тоже достойна такого мужчины, как лорд Олридж.
- Агата, ты говоришь так, будто это ты, а не леди Элдридж, невеста нашего Тони, - коротко заметила леди Элинор и улыбнулась, встретив взгляд дочери.
- О! Все это пустяки, - взмахнула руками старшая леди. – Все эти разговоры о свадьбах пока не являются первостепенными. Все, что меня волнует в данный момент, это новости от Дориана. Я очень надеюсь, что ему хватит ума подслушать ставки в мужском клубе, и рассказать мне, кого считают будущим фаворитом в скачках все эти самодовольные джентельмены.
- Но, мама, вы же всегда сами делали ставки и сами выбирали лошадей, - рассмеялась хозяйка дома.
- Это так. Я отлично разбираюсь в скакунах, но, моя дорогая девочка, надо владеть информацией даже в таком неказистом деле, как скачки. Помнится мне, был один случай, когда несколько коварных и совсем неблагородных господ решили обманом заработать деньги, сговорившись с лидерами скачек. Не с владельцами лошадей, как вы уже поняли, а с всадниками. Поэтому, мало просто доверять своим знаниям.
- Ба, какая ты коварная, - пошутила леди Эшли и леди Долорес, тихо рассмеявшись, погрозила ей пальцем.
Мы приступили к десерту. Сегодня подавали блины с фруктами и сливками, и сладкую выпечку с масляным кремом. Я выпила две кружки чаю и съела два блина, прежде чем поняла, что с меня достаточно. Иначе не помещусь утром в платье, которое сшили специально для скачек.
Модистка – маг постаралась, и я стала владелицей роскошного наряда для выхода в свет на открытой местности. Платье было светло-зеленым в белую полоску, с кружевными верхними юбками и шляпкой в тон туалету, украшенной зеленой лентой, которая непременно будет восхитительно развеваться на ветру. А завтрашний день, если судить по кровавому закату, обещал быть именно ветренным.
Мы провели еще немного времени за столом, затем разошлись по своим комнатам. Уже лежа в постели, я отчего-то прислушивалась к тишине. Фэлтон и Олридж до сих пор не вернулись и мое сердце то и дело вздрагивало, когда в ночной тишине раздавался перестук лошадиных копыт.
Часы на каминной полке показали начало первого, когда я услышала, как во двор перед домом приехали всадники. Сама не знаю, почему, но я поднялась с постели и подошла к окну. Осторожно убрав тюль, выглянула наружу и выдохнула облегченно, увидев, как к лорду Фэлтону и к моему жениху уже спешит из конюшни конюх.
Мужчины спешились и направились к дому, а я снова легла спать и на этот раз уснула сном младенца, успокоившись и отдавшись во власть сна.
**********
Скачки были назначены на полдень, но уже с самого утра господа прибывали на поле, где должно было состояться соревнование.
Покинув экипаж, принадлежавший семье Фэлтон, я с долей смущения отпустила руку Дориана, поспешившего к карете, чтобы помочь всем нам выбраться наружу.
Мы встретились взглядами и сердце мое пропустило удар. Дориан, явно осознавая силу своей привлекательности, довольно улыбнулся, а я, проклиная собственную слабость, велела себе быть менее податливой на его обаяние, которое, впрочем, ничего не значило.
- Ой, лошадки!
- Как их много!
Близняшки бросились бежать по траве к загону, за которым несколько лошадей-призеров ждали своего часа, чтобы показать скорость и выносливость на скачках.
Леди Эшли и Олридж поспешили за девочками, а мы с обеими дамами Фэлтон, оказались на попечении главы рода.
- Милые дамы, к сожалению, вас трое, а у меня всего две руки, - пошутил мужчина и Ба первая ткнула в него сложенным веером, сказав:
- Меня можешь не сопровождать. Я пока еще в состоянии двигаться на своих двоих.
- А я хочу присоединиться к девочкам и посмотреть лошадей! – тут же сказала леди Элинор, и мы с Дорианом встретились взглядами, после чего он хитро улыбнулся и произнес:
- Получается, леди Агата, если вы сейчас не сбежите от меня, то мы составим отличную пару на этот день.
Он произнес все это так непринужденно и просто, а я…
А я снова нашла подтекст в его словах, отчего сразу стало обидно. Кажется, я слышу и вижу только то, что хочу.
- Что ж, давайте пройдемся, пока скачки еще не начались, - согласилась я и приняла протянутую руку мужчины.
Дориан на миг застыл. Моя рука утонула в его руке, но уже секунду спустя я переместила ее на локоть Фэлтона, ощутив, как сердце предательски сжалось в груди.
- Позвольте, я покажу вам конюшни. В это время там обычно ажиотаж. Многие стремятся посмотреть на лучших лошадей нашей страны поближе, до того, как начнутся состязания, - заявил Дор и мы пошли вперед, оставив семейство Фэлтон за спиной.
Не сомневаюсь, что на нас смотрели. По крайней мере, Ба. А может и леди Элинор. Только мне стыдиться было нечего. Мы с Дорианом находились у всех на виду и вели себя чинно, как и полагалось простым знакомым, а не паре.
И между нами ничего не было такого, за что я могла бы краснеть.
Только почему-то сердце думало иначе. Оно билось все сильнее и сильнее, а щекам сделалось жарко.
Я глубоко вздохнула и постаралась успокоиться проговорив:
- Вчера вы долго отсутствовали.
- У меня была важная миссия, леди Агата, - ответил загадочно Дориан, а затем, заметив мой вопросительный взгляд, ответил, - ничего особенно тайного, если признаться. Я просто пытался разузнать для Ба ставки на сегодняшний день. Зная ее, смею предположить, что она выложит круглую сумму на одну из лошадок, участвующих в забеге.
- На нее это похоже, - улыбнулась я и покосилась в сторону, заметив несколько ларей на колесах на которых продавали сладости и мороженое. Отчего-то подумала про близнецов и поняла, что девочкам понравилась бы идея полакомиться чем-то вкусным, пока взрослые будут следить за лошадиной гонкой.
- Скажите, Фэлтон, - начала я тихо, - цветы, которые постоянно приносят в мои комнаты, это ваших рук дело?
Он остановился и повернулся так, что мы оказались друг напротив друга. Я уронила руки вдоль тела и пристально посмотрела на мужчину, который показался мне слишком серьезным.
- А что, если да? Если я скажу вам, что это так? – спросил он спокойно.
- Я невеста вашего друга, - произнесла с долей укора, понимая, что сейчас смогу подтвердить или опровергнуть свои подозрения, и наконец пойму, остается ли еще тайной для Дориана наша фиктивная помолвка с Олриджем.
- Я это помню, - ответил Дор. – Но, поверьте, цветы – это просто дань моего уважения вам и преклонения перед вашей красотой.
Сердце на миг застыло.
Да он почти признался в том, что я ему нравлюсь, поняла вдруг и нахмурилась.
- Энтони это не понравится, - произнесла тихо.
- Леди Агата, если бы Энтони это не нравилось, сейчас на моем месте был бы он, а не я, - сказал лорд.
Резонно. И крыть нечем.
Я отвела взгляд. Лгать было противно, поэтому я решила ничего более не говорить и не касаться своих отношений с Тони.
Заметив неподалеку конюшню, вокруг которой столпились зеваки, непринужденно произнесла:
- Кажется, кто-то обещал показать мне лошадей! Или вы запамятовали, милорд?
Дориан улыбнулся и мы снова двинулись вперед.
У конюшен в основном находились дети и мужчины. Что первые, что вторые, сейчас были похожи. Дети, в красивых нарядах, в дорогих туфлях, карабкались на забор, чтобы рассмотреть тонконогих скакунов, стоявших в открытых стойлах, видимо, с целью позволить полюбоваться на будущих участников скачек.
- Папа, гляди, какой красивый жеребец! – пискнул какой-то малыш и его отец, приподняв ребенка выше, позволил своему сыну полюбоваться черным красавцем с белой звездой на лбу.
Я тоже остановилась и посмотрела на коня. Он отличался от других какой-то легкостью и живостью взгляда. Лошадей я любила и отлично держалась верхом, но никогда не обладала талантом определить победителя.
Дориан проследил за моим взглядом и произнес:
- Это Ворон, жеребец лорда Мердока.
- О! Тот пожилой господин, который носит забавное пенсне? – улыбнулась я, вспомнив старика, с которым познакомилась на приеме в доме Фэлтонов. Тогда эта встреча не показалась мне примечательной. Я просто поздоровалась с господином и его супругой и почти сразу забыла о них. Сейчас же, глядя на красивого скакуна, вспомнила и хозяина, стоило Дору назвать его имя.
- Да. Именно он. К слову, Мердок нечастый гость в столице. Он и прибыл в этом сезоне только по причине участия в скачках. У него всегда были славные лошади. А этот недавнее приобретения, если меня не подводит память.
Мы еще немного походили у конюшни, разглядывая скакунов, когда Дориана окликнул один из наездников, высокий мужчина в красном костюме для верховой езды. Его я видела в первый раз и совершенно точно прежде не встречала на балах или вечерах у зажиточных господ. Да и лицо молодого наездника отличалось простодушием и открытостью, слишком редкой для жителей столицы.
- Добрый день, милорд! – поздоровался мужчина. Он поклонился и Дор ответил ему легким кивком головы.
- Вижу, Стенли, ты снова участвуешь в скачках, - сказал Дориан, но мгновение спустя, опомнившись, представил меня наезднику.
- Это леди Агата Элдридж, Стенли. А это один из лучших жокеев столицы и первый наездник лорда Мердока, - проговорил он.
- О! Так вы поедете на Вороне! – улыбнулась молодому мужчине.
Стенли вежливо поклонился мне и ответил утвердительно.
- До скачек осталось полчаса, - добавил он, распрямив спину. – Если желаете, леди Элдридж, я могу провести вас на конюшню вместе с лордом Фэлтоном и вы сможете поближе познакомиться с Вороном. Возможно, сегодня он будет победителем королевских скачек, - не без гордости предложил молодой человек.
- Я буду вам очень благодарна, - ответила с улыбкой и Стенли открыл для нас загон, пропуская на территорию конюшни.
К этому времени наездники уже увели скакунов из открытых стойл. Лошадей начали готовить к скачкам. Я шла рядом с Дорианом следуя за Стенли, пока мы не оказались в просторном помещении, выделенном специально для дорогого жеребца.
Ворон уже был тут. Несколько работников конюшни чистили блестящую кожу животного, расчесывали и без того шелковую гриву, проверяли копыта, мышцу, готовили седло.
Завидев нас кто-то вопросительно посмотрел на Стена, но наездник лишь головой покачал, словно приказав всем молчать.
- Какой красавец, - проговорила я и застыла, рассматривая мощное животное.
Ворон, услышав мой голос, фыркнул и повернул голову, рассматривая незнакомцев. При этом он остался спокоен и терпеливо позволил взнуздать себя и надеть на спину седло.
Пока конюшие возились с подпругами, Стенли разговаривал с жеребцом, обняв его голову и прижавшись лбом к его морде. Меня приятно поразила подобная привязанность человека к коню. Было заметно, что Ворон любит своего наездника. Он стоял не шелохнувшись, пока его готовили к соревнованию.
- Я решила, что поставлю деньги на Ворона, - шепнула Дориану, когда мы направились из конюшни, простившись со Стенли и пожелав ему удачи.
- Отличный выбор, леди Элдридж, - проговорил Фэлтон и, неожиданно взяв меня за руку, остановил в нескольких шагах от выхода наружу.
Я удивленно посмотрела на него.
- Полагаю, моя Ба тоже сделает свой выбор в сторону Ворона, - продолжил Дориан. Он говорил о жеребце, но его глаза скользили по моему лицу и ощущение было, словно он прикасается к моей коже не взором, а руками.
Сердце снова оказалось не на месте. Я качнулась в сторону выхода, зачем-то пролепетав неуместный для подобной ситуации вопрос:
- Откуда вы знаете Стенли, милорд? Мне кажется, вы слишком разные по положению и…
- Все просто. Когда-то я ему помог. У Стена и его семьи было сложное положение. А я еще помню, каково это быть нищим.
Я сделала вздох. Шагнула было назад, но Дориан остановил меня не позволив сбежать.
- Леди Агата, что, если я признаюсь вам в том, что вы мне нравитесь? – спросил он.
Мое сердце едва не сошло с ума. Забилось так, что сделалось больно и одновременно, после таких слов, я ощутила удивительную легкость.
- Что? – пробормотала глупо.
- Да. Вы мне нравитесь настолько сильно, что я схожу с ума.
- Но ваш друг… - начала было я и осеклась. Дориан так посмотрел на меня, что сразу стало понятно: он все знает. И про наш договор, и про все остальное.
Так что для Фэлтона больше не тайна наша фиктивная помолвка с Олриджем. Именно поэтому он и позволил себе дарить мне цветы.
Боги великие, какая же я глупая! Да он же просто ухаживает за мной!
Я закрыла глаза и позволила Дориану притянуть меня к сильной мужской груди. Горячее и чистое дыхание мужчины коснулось моих волос, лица, а затем он сделал то, что хотел сделать еще на приеме в честь нашей с Тони помолвки.
Он меня поцеловал.
Наверное, мне стоило оттолкнуть его, а еще лучше поступить так, как в прошлый раз, но я не смогла. Вопреки голосу разума, закрыла глаза и позволила себя целовать. Позволила обнять себя за плечи и прижать крепче к мужскому телу, вдыхая тонкий запах дорого одеколона и медленно умирая и рождаясь от ласки твердых губ, прикасавшихся к моим.
Неужели так всегда и бывает? Неужели ощущения всегда такие яркие?
Да у меня внутри все переворачивалось, но не от возмущения, а от какого-то непривычного и чуждого восторга, заполнявшего сердце, проникавшего под кожу вместе с прикосновениями мужских пальцев к щеке, к шее, к плечу. Эти касания обжигали даже через ткань платья, но мне хотелось продолжения. Хотелось, чтобы он не останавливался. Хотелось, чтобы его губы продолжали эту дикую и сладкую игру.
Я забыла обо всем. О приличиях, которые несла, словно корону, об этикете, который с детства был моим вторым я. Все отступило под натиском новых чувств, таких ярких, как самый солнечный день, ворвавшийся из глубокой тьмы.
Я стояла с закрытыми глазами. Внутри все дрожало от нашего общего безумия с Дорианом, ведь я чувствовала его реакцию на наш поцелуй.
Я пыталась ответить. Наверное, неумело, вот только Фэлтон начал целовать меня еще безумнее, потеряв последние силы, чтобы удержать страсть.
Когда он замер, дыша тяжело в мой висок, оставив губы ноющими от прерванного поцелуя, я открыла глаза и поняла, что тоже дышу тяжело. Словно это я пробежала всю дистанцию. Словно у меня были скачки и, кажется, я вышла из них победителем.
- Удивительно, - проговорил Дориан тихо. Его голос был немного хриплым, а дыхание, щекотавшее завитки волос, теплым и нежным.
- Что? – проговорила, не совсем понимая смысл его слов.
- На этот раз вы меня не наградили пощечиной, - прозвучал ответ, и я отчетливо расслышала в словах лорда Фэлтона веселье.
- О! Если вас огорчает отсутствие пощечины, я все еще могу исправить это недоразумение! – пошутила и даже подняла руку, делая вид, что собираюсь ударить Дориана, но он ловко и нежно перехватил ее и завел мне за спину, отчего мы оказались еще более тесно прижатыми друг к другу.
В конюшне было пусто. Я заметила это только сейчас, но отчего-то не ощутила радости или разочарования.
Боги великие, да мне было все равно! А ведь так нельзя! Это может опорочить мою честь. Где это видано, чтобы приличная девица, да еще и незамужняя, целовалась вот так тайком с мужчиной!
Словно опомнившись, я отпрянула назад и брови Дориана приподнялись вверх, выражая удивление.
- Боги, милорд! Что же мы наделали? - ахнула я и ощутила, как внутри зарождается смех. Не выдержав пристального взгляда Фэлтона, я отвернулась и прикрыла губы ладонью, пытаясь подавить веселье. Мне казалось, что я сошла с ума. Над чем здесь можно смеяться? Я целовалась даже не с женихом, а, по сути, с совершенно чужим для меня мужчиной. Но вместо того, чтобы бежать прочь, стою, довольная и полная какого-то светлого чувства, будто все произошедшее правильно.
- Уверяю вас, леди Элдридж… - начал было Дориан, но тут выдержал паузу и, шагнув ко мне, взял за плечо, разворачивая к себе лицом. – Нет. Не леди Элдридж. Я больше не стану так тебя называть, - сказал он решительно. – Для меня ты всегда будешь Агата. Моя Агата.
Я проглотила рвущийся смех и застыла, осознав, что веселье как рукой сняло. Стоило лишь посмотреть в эти темные глаза с золотыми вкраплениями. Глаза, которые мне так нравились. Глаза, которые могут свести с ума.
Я открыла было рот, чтобы сказать Дориану то, что думаю, но он покачал головой, будто призывая мне молчать, и продолжил:
- Знаешь, никогда бы не подумал, что скажу то, что собираюсь сейчас сказать. Могу лишь посмеяться над самим собой. Прежде я не хотел связывать себя каким-то либо обязательствами. Я не желал жениться. Не видел в этом смысла, потому что не верил в любовь. Мне казалось, это просто сказка, или счастье, которое выпадает не каждому. А сейчас, - он сделал быстрый вдох, зачем-то посмотрел в сторону двери. Я подумала о том, что нас, возможно, ищут. Что скачки скоро начнутся и Энтони волнуется.
Или не волнуется? Что, если Дориан все продумал и Фэлтоны знают, где мы с ним находимся?
Но нет. Дориан был не такой. Иначе я бы почувствовала. Да, в нем было много гордости, своенравия, но не подлости. Он не из тех мужчин, кто обманывает. Я бы поняла, потому что…
«Потому что ты его любишь!» - шепнул тихий голос внутри.
«Прощай свобода?» - спросило сердце.
«Смотря, что ты называешь свободой!» - ответила я на его вопрос и снова посмотрела на Фэлтона.
Его взгляд потемнел и внезапно я поняла, как тяжело ему даются эти слова, это признание.
- То, что я хочу вам предложить, это всего лишь я сам. Моя рука и мое сердце, - сказал он и я от неожиданности открыла рот и тут же закрыла его, понимая, что не знаю, что сказать.
Щеки опалило огнем. Фэлтон протянул ко мне руки, поймал мою и притянул к себе, прижав ладонью к своей груди.
- Я не прошу вас дать мне немедленный ответ. Я просто хочу заменить Энтони и предлагаю вам разорвать с ним фиктивные отношения и дать мне шанс завоевать ваше сердце, - проговорил он охрипшим от волнения голосом. – Я не стану давать клятвы. Все это только слова. Я хочу на деле доказать свои чувства.
Сглотнув, опустила глаза.
Сердце в груди билось так стремительно и быстро, что голова начала кружиться.
Он что любит меня? Это признание в любви?
«Он только что сделал тебе предложение!» - подсказал кто-то более рассудительный у меня в голове.
Я посмотрела на Дориана. Мужчина ждал. Лицо его и вся фигура казались безмятежными, расслабленными. Но не глаза. В глазах бушевала буря, такая безумная и полная страсти, что я неожиданно поняла – мой отказ причинит ему боль.
Вот только отказываться я и не собиралась. Он попросил дать ему шанс, и я сделаю это. Ведь он тоже не безразличен мне, и я не хотела лгать и придумывать отговорки.
- Агата…. – начал было Дориан и тут тишину наполнил яркий звук, проникший в конюшню. Мы оба, я и Фэлтон, вздрогнули.
- Скоро скачки, - проговорил он.
- Да, - ответила я, глядя глаза в глаза мужчине, который только что признался мне в своих чувствах. Нет, прямо о любви он не говорил. Но слова, как и сказал Фэлтон, порой не нужны. Я видела сама, что нравлюсь ему и, кажется, поняла все еще раньше, а вот признаться смогла только теперь.
- Не стану торопить вас, Агата. Подумайте. Но я очень надеюсь, что вы скажете «да», - быстро добавил он и, прежде чем я смогла что-то ответить или что-то предпринять, поцеловал мою руку и повел меня в направлении выхода из конюшни.
Я шла за своим спутником, не чувствуя под ногами земли. Мы вышли на свежий воздух и это принесло немного облегчения раскрасневшимся щекам. А еще отчаянно захотелось пить.
Возвращались мы к ипподрому уже почти спокойные. Я чинно держала под руку Дориана и дышала уже медленно. Вот только сердце никак не желало успокаиваться и в мыслях мелькала одна и та же мысль: «Он тебя любит! Он просит тебя стать его невестой!».
- О, вот вы где! – Ба важно выплыла из толпы пожилых дам и направилась к нам глядя так пристально, что мне стало не по себе. Казалось, она сейчас лишь посмотрит на меня и сразу все поймет. Но леди Долорес приблизилась и проговорила:
- Скоро будут делать ставки. Дор, кого ты посоветуешь мне?
- Словно тебе нужны мои советы, Ба, - улыбнулся мужчина, а я вдруг возьми и скажи:
- А что, если поставить на Ворона?
Леди Долорес перевела на меня взгляд. Затем подняла руку с зажатым в пальцах списком участников, и пробежалась взглядом по именам наездников и их лошадей.
- Хм, Ворон, - проговорила она тихо. – Да, я видела эту лошадку. И того, кто поведет ее в бой, - пошутила леди. Затем она улыбнулась мне и добавила, - а вы, вижу, разбираетесь в отличных жеребцах.
- Ну что вы, леди Фэлтон, - улыбнулась я в ответ. – Просто лорд Фэлтон показал мне конюшню и познакомил с наездником Ворона. Мне показалось, что его конь перспективный и может показать отличный результат.
Леди Долорес услышала совсем не то, что я ей говорила. Она улыбнулась, затем посмотрела на внука и сказала:
- Дориан знает, что показать приличной леди. Запомните хорошенько, Агата, если этот негодник будет вас смущать, только скажите и я ему…
- Ба, ты, кажется, забыла, что мне уже не три года, - улыбнулся Фэлтон.
- Для меня тебе всегда будет три, дорогой. Поймешь когда-нибудь сам, когда у тебя появятся дети, а потом и внуки.
Я тихо рассмеялась и повернувшись, увидела Энтони, прогуливавшегося неподалеку вместе с Дэнби. Он и она вели за руки близняшек и смотрелись очень гармонично рядом. Словно самая настоящая семья. И в тот миг я остро осознала, что мешаю их счастью, откладываю его, пусть всего на несколько месяцев, но все же…
Наверное, таким образом я пыталась оправдать свое желание сказать Дориану: «Да!», а может, мне действительно было стыдно перед Энтони. Ведь я, пусть не по своей вине, но была теперь помехой к его долгожданному счастью.
- Вот вы где! -Дэнби поспешила к нам, сама не подозревая, что невольно повторила фразу своей Ба, сказанную минуту назад. – Куда вы запропастились? Мы вас искали.
- Я показывал леди Элдридж конюшню и познакомил ее со Стенли, - ответил за нас обоих Фэлтон.
- Вот как, - улыбнулась Дэнби. – И что, он по-прежнему представляет интересы Мердока? – уточнила она.
- Думаю, в карьере Стена все нерушимо, - ответил с усмешкой Дор.
Я опустила взгляд рассматривая близнецов. Девочки казались очень довольными. У каждой в руке был леденец величиной с мой кулак и несмотря на то, что приличным детям было не принято есть на улице, девчушки с завидным аппетитом поглощали угощение и не было никого, кто решился бы испортить им этот маленький праздник.
- Ах, ну, оставьте эти разговоры, - вмешалась в беседу леди Элинор, которая подошла к нам решительным шагом и продолжила, - идемте скорее занимать места, пока самые лучшие не заняли другие.
Я было покосилась на Энтони, ожидая, что он станет делать дальше. Но Тони и Дор переглянулись и в итоге я так и осталась держать под руку Фэлтона, в то время, как Олридж повел леди Эшли и ее детей на ряды, белевшие свежей краской.
Вот тут-то настроение мое немного испортилось, потому что у ступеней мы встретились с Уитни.
Семья моего опекуна явилась на скачки не вся. Отсутствовала Пенни и я невольно заволновалась, не заболела ли девушка. Только подойти и поинтересоваться здоровьем подруги не сочла разумным, слишком уж холодно на меня смотрел лорд Уитни.
Зато его супруга цвела, словно весенняя роза и на меня, о чудо, взглянула едва ли не с благодушием, которое я не замечала у этой леди прежде.
Возможно, она просто наконец успокоилась и перестала строить на мой счет планы, переключившись на какую-то другую достойную ее сына леди, а может на самом деле любила скачки.
Так или иначе, но мы обменялись приветствиями и, к моей радости, разошлись в разные стороны. Единственное, что показалось мне странным, это то, как обменялись быстрыми взглядами Дориан и Персиваль. Они посмотрели друг на друга так, словно знали общую тайну, объединявшую их.
Впрочем, мне наверняка показалось. Что может связывать двух столь разных людей? Ничего.
Когда мы поднялись на удобный ряд и заняли места, Ба тут же огласила:
- Я взяла афишу мероприятий на сегодня. Сразу после скачек будет небольшой прием на поле. Пока вы отсутствовали, - добавила она, покосившись сначала на нас с Дорианом, а затем на внучку с правнуками, и только после продолжила, - так вот, я прогулялась и посмотрела на чудесную полянку, где уже накрыли столы.
- Мы обязательно угостимся позже, матушка, - сказала ей леди Элинор и все обратили внимание на ипподром, откуда, разрезая воздух, прозвучал яркий звук гонга, сообщавший, что до начала первого этапа скачек осталось совсем ничего. Тут же по рядам пошли букмекеры, собиравшие ставки. Ба поставила приличную сумму на Ворона. Дэнби тоже выбрала одну из лошадей и Тони ее поддержал. И я не осталась в стороне. Вспомнив Стенли и его скакуна, решила, что поставлю пару монет просто ради интереса и в поддержку вороного коня, которому желала искренне победы.
- Ах, леди, вы обязательно выиграете, - сказал мне крепкий букмекер, мужчина уже немолодой, с пышными, лихо закрученными, усами, одетый в форменную одежду.
- Благодарю, - ответила я служке, и он пошел дальше, собирая деньги и подписи.
- Вы, как вижу, тоже не лишены толики азарта, - шепнул мне Дориан, который сидел между мной и своей матушкой.
- Это же очень волнительно, - сообщила я, а мужчина, полагаю, невзначай, коснулся моей руки, лежавшей слишком близко от его пальцев.
Я вздрогнула. Ощущение было таким ярким, что лицу сделалось жарко. Отчаянно надеясь, что не покраснела, я перевела взгляд на поросшие травой полосы для скачек и сделала короткий вдох.
А еще мне снова захотелось пить. Наверное, от волнения, потому что в висках застучали слова Дориана и его мольба, дать ему ответ.