20
Вскочила с кровати, и вытряхнула сумку, дрожащими руками перебирая содержимое. Ну где же ты. Только не это. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.
Со стоном скатилась на пол, обхватив голову руками.
Ну как я могла забыть? Ведь они лежали на видном месте. Нельзя что ли было сразу их положить. Что теперь делать?!
— Ален — хриплым со сна голосом, позвал меня Рома — Что случилось?
Я смотрела на него и хотелось кричать. Такая идиотка. Будто мне мало проблем, так еще и это.
От нервов хлынули слезы.
Роман, чертыхнувшись, подсочил с кровати, оказавшись рядом со мной.
— Чего ревешь? — спросил, обнимая. Я уткнулась ему в грудь и расплакалась еще горше.
— Таблетки забыла — всхлипнула — И вчера не пила.
— Не страшно. Родим еще ребенка — короткий смешок мне в макушку.
— Ты дурак или прикидываешься? — разозлилась я, стукнув его ладонями по груди — Пусти меня.
— Ну тише, тише. Детей разбудишь — он поднялся и поймал меня, завалив на кровать. Навис сверху, удерживая взгляд:
— Хочу от тебя ребенка — выдохнул мне в губы и принялся яростно целовать.
То, что дальше происходило между нами, назвать занятием любовью, можно было только с большой натяжкой. Мы яростно отстаивали свои права, а в итоге потерпели поражение оба, сдавшись.
— Мне страшно — шепнула ему в грудь, уткнувшись носом.
— Мне тоже немного страшно. Но ты прекрасная мать. А я стану многодетным отцом.
— Рома, блин, не смешно совсем — обиженно заворчала я.
— А я не смеюсь. Я готов к детям еще после того раза, как порвался презерватив. Так что, у тебя выбора нет, придется стать моей женой.
— Это ужасное предложение. Ты хочешь жениться на мне по залету. Может, я вообще не беременна!
— Это несложно исправить — прошептал мне на ухо и потерся носом об шею, вызывая мурашки.
Ну что за человек! Ничем его не проймешь…
— Мама — прозвучало испуганно за дверью, а потом раздался всхлип. Я тут же оттолкнула Рома и начала одеваться. Мила проснулась и испугалась. А я лежу и страдаю фигней. Тоже мне, отличная мать.
— Ален, не нервничай. Тебе нельзя — раздалось за спиной. Я резко развернулась и, схватив подушку, стукнула этого клоуна.
— Сдаюсь — засмеялся он, отбрасывая от себя подушку. Я лишь фыркнула и пошла открывать дверь — Я беременных женщин не обижаю!
***
— Мам, мы с Ромой идем на рррыбалку! — рычит Илья, чем вызывает всеобщий смех. Буква «Р» дается ему плохо, но он очень старается.
— Я тоже хочу! — обижается Мила и тут же куксится, готовая разреветься.
— Это только для настоящих мужчин, Мила, а ты девочка — по своему пытается успокоить ее Илья, но получается только хуже. Крупные капли слез срываются с ресниц и всё: потоп обеспечен.
Но не успею я подойти к ней, как Рома ловит берет ее на руки и что — то шептать на ухо. Слезы дочери высыхают мгновенно, и она, широко улыбаясь, радостно кивает ему.
Я застываю, растерянно хлопая глазами: как у него так получается? И это уже не первый раз. Он будет прекрасным отцом.
Внутри что-то сжимается и появляется ком в горле. Я отворачиваюсь, чувствуя, как увлажнились глаза, и защипало в носу.
***
Оказывается, Рома пообещал Миле, построить замок для принцессы. Этим он сразу и занялся, после того, как усадил мальчишек рыбачить.
Пока все заняты были важными делами, я накрывала обед.
Мы расстелили покрывало у реки. Я раскладывала приготовленную заранее еду и наблюдала за детьми. Хоть они все были в спасательных жилетах, я все равно переживала. Мало что может случиться.
Но, слава богу, ничего плохого не произошло. Они даже поймали несколько мелких рыбешек, а когда надоела рыбалка, начали строить замки из песка.
Детей разморило на солнце, и они легли спать в теньке. День потихоньку подходил к концу.
***
Последний день на базе отдыха прошел в прогулках по территории, а после, в сборах домой. Детям очень понравилось и они не хотели возвращаться домой.
Да и мне тоже все понравилось, однако портило все то, что думала о забытых таблетках и возможной беременности.
Слова Ромы насчет детей и женитьбы я не восприняла всерьез. Ну не верилось мне во все это. Я постоянно ждала подвоха. Но если я все же забеременею…
Не знала, что буду делать тогда. В любом случае придется что — то решать.
***
Машина остановилась у подъезда. Я вышла, чтоб помочь детям снять ремни безопасности, но меня мягко отодвинули в сторону.
— Тебе нельзя поднимать тяжести — с веселым блеском в глазах заявил он. Сейчас я готова была его стукнуть. Он продолжал подкалывать меня. И явно собирается продолжать это и дальше.
— Поднимайтесь наверх, я сейчас достану сумки и тоже подойду.
Мы вошли в подъезд. Никита и Илья убежали вперед, а мы с Милой медленно поднимались по ступенькам. Я достала ключ и позвала Никиту:
— Сынок, ключ возьми! — мой голос раздался эхом.
— Мам, дверь открыта! — закричал Илья. Я испуганно вздрогнула.
— Мальчики, живо спускайтесь! — со страху у меня звенел голос. Топот ног и вскоре дети рядом.
Как это возможно? Я ведь помню, что запирала дверь. А вдруг там кто-то есть?
Страх, липкими щупальцами, прошелся по позвоночнику.
— Стойте здесь. Подождем Рому — тихо сказала детям, услышав, как хлопнула подъездная дверь.
Сердце стучало быстро и вспотели ладони. Может, я и нагнетаю, но сейчас мне страшно и рационально я думать не могу.
— Вы что здесь стоите? — Рома удивленно смотрит на прижавшихся ко мне детей.
— Та дверь не заперта — тихо отвечаю — Я закрывала ее на ключ, перед отъездом.
Лицо мужчины стремительно меняется: веселость сходит и появляется настороженность:
— Стойте здесь — отрывисто бросает он и оставляет пакеты. Начинает подниматься по лестнице.
— Будь осторожен — шепчу ему вслед. Мне страшно.
Проходит несколько минут, прежде чем он появляется.
— Что? — выдыхаю я.
— Звони родителям. Пусть заберут детей — тихо шепчет мне на ухо. Я киваю и дрожащими пальцами вытаскиваю телефон.
— Спускайтесь вниз.
Мы выходим из подъезда и я отпускаю детей на площадку. Они напуганы и не хотят уходить. Но Роме удается успокоить их.
— В квартире кто-то был. Все разгромлено — говорит мне, когда дети убегают играть.
Я ахаю и опускаюсь на скамейку:
— Как? Что, нас ограбили?
— Не знаю. Но до приезда полиции лучше не заходить.
— Боже, какой кошмар. Я ведь даже не подумала об этом. Нужно позвонить…
Он накрывает мою руку и легонько сжимает, успокаивающе:
— Уже вызвал. Потерпи немного.
— Спасибо — обнимаю его, утыкаясь лицом в грудь — Мне страшно.
— Все будет хорошо. Главное: все живы и здоровы. Когда твои подъедут?
— Минут через пять будут.
Я смотрю на детей. Они постоянно оглядываются в нашу сторону.
— У него есть ключ? — спрашивает Рома. Вначале, я не понимаю о чем речь, но потом до меня доходит.
— Ты думаешь это сделал Антон? — ахаю я.
— Он ведь приходил к тебе за деньгами.
— Боже, если это он, то я вообще в шоке. Как так можно?
Вопрос, конечно, риторический. Я в шоке от ситуации.
Возле подъезда останавливается такси. Мама испугана.
— Что случилось, дочка?
— Не знаю, но кажется в квартире кто-то был. Заберешь детей?
— Конечно. Полицию вызвала?
— Рома вызвал.
Мама только сейчас замечает что я не одна.
— Здравствуйте.
Он здоровается в ответ. Потом мы зовем детей и усаживаем в такси.
— Мы приедем позже, когда уладим вопрос с полицией.
Мама кивает. Они уезжают.
Спустя пару минут приезжает полиция. Начинают спрашивать.
Мы поднимаемся наверх и а в ужасе ахаю, потому что все веще перевернуты.
— Что — то пропало? — спрашивают меня. Вот так быстро я ответить не могу, но замечаю что не хватает телевизора.
Господи, каким же подонком нужно быть, чтоб красть у собственных детей?!
Я рассказываю об Антоне. Они записывают и делают фото и видео- съемку.
Мой ноутбук тоже пропал. А также планшеты Ильи и Никиты. Только дочкин остался. Наверное, он не взял его потому, что на экране есть трещина.
Жуть. Я словно в кошмарном сне. Едва держусь, чтоб не расплакаться от обиды.
Бедные дети.
Он не погнушался ничем. Обворовать собственных детей. Как же низко он пал.
***
Если бы не Рома, не знаю, как бы справилась со всем сама. Он был рядом и всё взял на себя. Я лишь ответила на вопросы и написала заявление. Закончилось это все поздно вечером.
— Давай заедем в ресторан, а потом отвезу тебя к родителям — он поцеловал меня в висок, и забрал ключи — До конца недели приготовлю детскую и переедете ко мне.
— Не нужно, Ром.
— Прекрати спорить. Иначе заберу вас сегодня же.
— Родители не отпустят. Они ведь тоже переживают.
— Вот недельку и погостите у них. Вопрос с твоей квартирой я решу. Вещи перевезу. Завтра после заберешь то, что нужно на первое время.
— Хорошо — согласилась я.
Выбор, конечно, есть. Я могу остаться у родителей, пока буду искать съемное жилье, но все же, я чувствую, мы должны попробовать пожить вместе. Возможно, морок романтики спадет, и мы поймем, что нам не по пути.
***
Дома меня ждали расспросы от родителей, про то, что случилось и кто был со мной.
— Думаю, это Антон. Я просто не знаю, кому бы вообще пришло в голову вломиться в квартиру и разнести там все. Да и красть — то особо нечего. Детей жалко.
— А он что говорит?
— Антон? Не знаю, я не смогла до него дозвониться.
— Прячется поди, гад такой. Не зря он мне не понравился с первого взгляду. Скользкий тип. Мерзкий — отец плюется через каждое слово.
— А этот Роман, у вас серьезно? — спрашивает мама.
— Думаю да. Он сделал мне предложение. И мы переезжаем к нему.
— Ты в нем уверена?
— Мам, он совсем не такой, как Антон. Рома — заботливый и надежный. Он с детьми отлично ладит.
— Ты любишь его?
Люблю? Не знаю. Я пока еще ни в чем не уверенна. Но у меня к нему гораздо больше, чем просто симпатия. Я, скорей, влюблена. А любовь..
Это пока сложно. Возможно, со временем, пойму.
***
На следующий день Роман заехал за нами. И хоть я и говорила, что мы справимся сами, он ничего слушать не стал. Отвез сначала до детского сада, по пути развлекая малышню разговорами, а потом мы поехали на работу.
И только я успела сосредоточиться над документами, как он вызвал меня к себе.
— Что-то случилось? — я вошла, а он тут же запер дверь на ключ.
— Ты забыла пожелать мне доброго утра — хитро подмигнув, замер в ожидании.
— Дааа? Ну ладно: доброе утро — улыбнулась ему в ответ.
— Целуй меня уже — нетерпеливо рыкнул, опуская руки мне на талию и поглаживая.
— Не помню такого пункта в договоре. В этот раз я все внимательно прочитала — ехидно ухмыльнулась в ответ.
— Хочешь новый составить? Я внесу туда все свои желания — зашептал он, опуская голову и щекоча короткой щетиной шею.
— Не знаю, стоит ли…
— Такую мечту обломала — притворно вздохнул он и, не давая мне больше времени на раздумья, поцеловал.