глава 4

Я штудировала учебник по экономике, уже в который раз перечитывая одну и ту же страницу.

Учеба не шла, голова почти ничего не соображала, и за неимением лучшего варианта, я решила, что с саморазвитием с меня на сегодня хватит.

Экзамены в ВУЗ начнутся не раньше чем примерно через полгода, и это еще как минимум, а как максимум у меня есть в запасе никак не меньше месяцев семи, если не больше.

Можно было и не истязать себя такими объемами знаний. Но я так сильно хотела перевернуть свою жизнь сразу на сто восемьдесят градусов, причем начиная, с учебы, что торопилась с этим как никогда в жизни. Сама удивлялась своему рвению, и чтобы не сглазить его, пока об этом молчала. Даже Оле ничего не говорила.

Кстати, Оля, доча. Где она? Уже второй час ночи, но насколько мне известно, дома она так и не появлялась. Так-то по идее, у неё конечно, есть жених, Антон Барановский, и она может ночевать у него, если захочет, но что-то мне подсказывает, что она была сегодня не с ним.

Все последние дни, доченька только и делала, что плакала и пила, заодно проклиная затейницу судьбу, за то что завтра девичник не у неё а у её двоюродной сестры, Анжелики.

Наверняка и сегодня, опять явится в зюзю.

Вздохнула, спускаясь вниз по лестнице. В доме никого не было кроме меня, да женщины которая готовит нам завтрак по утрам. Но она наверное, давно уже спит.

Мой муж кстати, тоже дома давно не появлялся. Он говорил, что у него очередная командировка по работе, и хотя я особо в это не верила, но и деталями его разъездов не интересовалась. Не трогает меня и ладно. Лучшего и желать нельзя!

Я спустилась на первый этаж, отмечая что за барной стойкой по-прежнему, почему-то горит свет. Необходимо было его выключить, и я пошла в направлении гостиной, поскольку свет горел именно там.

Пока спускалась на первый этаж, увидела, что на улице, во дворе загорелись огоньки фар приближающейся машины, и чтобы проверить кто там в это время приехал, пошла в сторону входной двери.

Ольга вышла из желтой машины такси, просто в абсолютно невменяемом состоянии. Как ей удалось дойти до крыльца, ни разу при этом не навернувшись в кусты, для меня остаётся загадкой.

Она держала в руках початую бутылку с крепким алкоголем, и каким-то чудом умудрялась прикладываться к горлышку, и при этом она уверенно шла вперед, к дому. Если конечно, её бесконечные попытки не упасть на дорожку вообще, можно всерьез называть походкой.

-Оля…- я подошла ближе, внутренне содрогаясь от того, как сильно от Ольги несло алкоголем. Она как портовый алкаш, была способна намекнуть о своем приближении задолго до того как вообще, появлялась в зоне видимости.

-Что же ты так напилась? Доченька…

Ольга икнула, оперлась на мою руку и вместе со мной стала подбираться к дому. Не спеша.

-У него после….ик….после…завтра…свадьба, мам. – грубовато ответила дочь, и я воочию увидела как Оля поморщилась, лишь только от того, что вспомнила этот факт. – Он женится…женится….Не. На. Мне. – отрывисто сказала она, и черты лица ожесточились, максимально пугая меня своим видом.

-Я знаю, дорогая. – мягко ответила я, отбирая у дочери бутылку, которую она никак не желала отдавать. – Но у тебя ведь есть Антон. Твой жених. Это ведь тоже не плохо, ведь так?

-Антон? – истерично сказала дочка, глядя на меня как на сумасшедшую. – Этот Антон….он кто? Он какой-то чужой парень. Вообще, другой. Он …яв….ик…явно….не…Егор.

-Оль, ну чего ты так вцепилась в него? Он же старше тебя. Сколько ему лет? Двадцать семь?

Дочка посмотрела на меня каким-то задумчивым взглядом, который меня даже напугал немного.

-Ему двадцать…двадц…ик…двадцать пять, мамочка. Какие двадцать семь? Кто это тебе такое сказал?

«Он сам сказал» - пронеслось в моем мозгу, и мне стало совсем не по себе. Значит, Егор наврал мне тогда про свой возраст. Ему всего лишь какие-то жалкие двадцать пять лет. Не двадцать семь, как я думала, а всего-навсего двадцать пять. Я старше его почти на десять лет. На девять лет, если быть точнее…На целых, блин, девять лет….

Кошмар….

- Я не помню дочь, кто сказал. Но я почему-то думала, что он старше.

-Да мам, мы с ним в одной школе вместе учились, не помнишь? Он старше всего на четыре года. Он никак не может быть старше меня на семь лет. Ты что? Ты глупая? Папочка все-таки был прав….- проворчала Оля, а я поморщилась, понимая что Оля как обычно говорит про отца только хорошее, а про меня ожидаемо самое плохое. Как и всегда.

- Твой папочка, развлекается с очередными любовницами где-то в городе, хотя сказал что поедет в командировку, - сквозь зубы, еле слышно прошептала я, в надежде что Оля меня не услышит, а если и услышит, то не предаст значения. Однако дочь все услышала, и даже проворчала что-то в ответ.

-Ну ты же сама в этом виновата, понимаешь это? Сама. Все женщины в твоем возрасте давно колют ботекс в губы, и наращивают титьки в салонах у косметологов. А ты чего, а? А ты как была домашней клушей, которая ничем не интересуется, едва следит за собой, так ею и осталась. И хуже всего то, что и мне не даешь стать красивой для Егора. А я бы хотела, знаешь? Я бы так хотела быть для него самой красивой, маааам…. - Грозный и обвиняющий голос дочери внезапно перерос во всхлипы. – Ну почему он не замечает….не замечает меня….мам? почему? Я его люблю с пятого класса….еще….а он….он может быть геем, мам?

-Думаю, дело не в тебе. Просто так сложилась жизнь, понимаешь... это ведь не просто…

-Что? Ну что ты городишь, мам, а? Вот что ты городишь? Ты просто дууура! Папочка не зря тебе изменяет, ведь ты же просто непроходимая, тупая и вообще, слепая курица…ты….

-Так, Оль….

Я хотела придать голосу твердости, понимая что дочь уже переходит всякие границы.

-Мамочка, прости….я сама не знаю, что я несу…я такая пьяная, мам. И всё….ты самая добрая….а я….мамочка, мне так плохо….

То что ей плохо стало понятно минут через пять, когда дочь побежала к белому другу и начала довольно громко и болезненно опустошать свой желудок, отчего меня саму в одну минуту затошнило.

-Оль ты как?

Я сидела недалеко от туалета и с ужасом ждала когда дочь выйдет из маленькой комнаты. Однако время шло, но она что-то не торопилась выходить из туалета в спальню.

-Оль?

Пришлось открывать дверь насильно и вытаскивать мою захрапевшую на унитазе дочь в её покои. Что ж, вроде пока все обошлось нормально. Но все равно я чувствовала, что моя жизнь раскалывается на куски, а выхода из этой ситуации я так и не увидела.

Теперь я жила только одним. Я хотела чтобы дочь вышла замуж за Антона Барановского, двоюродного брата Егора, и весь этот фарс с нашей разбитой в дребезги семьей, наконец-то прекратился.

А еще я скучала по нему…Не хотела, но сильно скучала. Очень.

****

Запотевшее окно не позволяло рассмотреть уличный пейзаж, превращая его в смутные руины, омываемые летним дождем. Там не было ничего интересного, и даже видимость была нулевой, но я никак не могла оторваться от созерцания этого бесформенного пятна, ведь если я отойду, мне придется возвращаться в тот зал бракосочетаний, в котором сегодня женится парень, единственный из всех относившийся ко мне тепло. Единственный кто шептал, что я красивая, добрая, сексуальная, а еще…

-Эрика. – вздрогнула от звука его голоса, и сразу зажмурилась пытаясь совладать с нервами. Он здесь откуда взялся? Разве он не должен быть сейчас на церемонии?

-Я искал тебя. – кто-то накрывает меня своим теплым телом сзади, и его руки обвивают талию, а губы оказываются около моего уха. Слишком близко. Неожиданно волнующе и запретно сладко.

-Егор. – выдыхаю это имя, словно со стороны рассматривая руки, расположившиеся у меня на животе. – Не надо, прошу….

Говорю ему то, что причиняет боль мне самой, причем эта боль возможно даже сильнее чем физические удары. Я чувствую разочарование и тревогу, как что-то осязаемое. Хочу оттолкнуть и не поддаваться соблазну, который с каждой минутой нахождения его здесь, рассыпается по венам все сильнее. Еще немного и я ведь не сдержусь. Но нам нельзя….нельзя, нельзя,нельзя ….но как же хочется….Хочется... очень.

-Я скучал, Эрика. Проклятье, как же я скучал….- он сжимает меня в объятиях, а я чувствую что он пришел подготовленным. Что-то твердое и упругое прижимается к моим ягодицам, через легкое платье, сминая последнее в складки.

Не нужно этого допускать. Только не сейчас….

-Егор, пожалуйста…

-Хочу тебя! – он резко дергает за руку, разворачивая к себе, и тупо впечатывая в стенку. Не успеваю даже всхлипнуть как жадные губы захватывают мои, и делают это порывисто, дико, страстно. Его рука обхватывает бедро, и медленно ведя рукой вверх, сжимает платье, таща его навверх и останавливается только тогда, когда находит ягодицу. Он стискивает её ладонью и притягивает меня к себе.

Так жарко, горячо, интимно. Так пылко. У меня не получается выносить это молча. Я постанываю в рот парню. Молю его уйти, но сама цепляюсь за него как за спасительную соломинку.

-Егор, что ты…. Нельзя… Нас же увидят…Егор….

Он кивает на это и схватив за руку, тянет меня куда-то в темноту. Мы бежим по коридорам, и находим комнатку, которая так похожа на подсобку. Скорее это комната для ожидания, спрятанная от любопытных глаз гостей. Хотя мне сейчас все равно. Так сильно его хочу, так скучала, что едва не умираю от желания, почти погибаю…

Сам парень ведет себя так же дико как и я сама.

Стоит только прикрыть за собой дверь, он набрасывается на мои губы, целует их кусает, облизывает, всасывает. Я постанываю от легкой боли, и сжимая ноги между собой, чтобы невыносимая жажда растекающаяся внизу живота, стала хоть немного меньше, чтобы отступила, дала разуму выход на волю.

Я стараюсь остановить себя и его, и на минуту на моем лице отображается понимание того, что ситуация не правильная, и нам нужно срочно притормозить. Он читает это на моем лице, но похоже не согласен с моими мыслями.

- Не закрывайся от меня. Поняла? Поздно думать, я уже не отпущу. – чуть грубовато шепчет парень с силой раздвигая мне ноги, и совсем не бережно толкает меня к стоящему чуть поодаль от двери столу. Он чуть приподнимает, усаживая на него, и долго не думая тянет вверх длинное платье.

-Бл*дь, можно я его порву? – нетерпеливо шепчет Егор, чуть запутавшись в подоле юбки, внизу. – Мы сбежим отсюда, прямо сейчас, договорились? Сбежим, как только я тебя трахну…

-Егор….

-Сейчас детка, еще немного…я сейчас. – порывисто шепчет он, и видимо чтобы я не успела опомниться, накрывает мои губы своими, словно отвлекая. Насилует их. – Ох, черт, прости, Эрика, я так не выдержу долго. Прости меня, но сегодня будет грубо….

Он думает меня напугать этими словами, но вместо нормальной, ожидаемой реакции я чувствую, что начинаю течь. Я такая мокрая, чувствую бедрами смазку. Она чуть стекает вниз, охлаждая нежную кожу, которую словно в контраст смазке, согревает своими ладонями Егор. Он скользит пальцами внутрь, разрывая легчайшую ткань трусиков и сразу вслед за этим накрывает мою промежность теплой рукой.

Я настолько сильно возбуждена, что готова тереться об его пальцы как нимфоманка. Пока он порывисто целует мою шею, я стараюсь объять его всего. Обнимаю, прижимая ближе, и в этот момент слышу звук раскрываемой ширинки, после чего мою промежность снова окутывает легкая боль, приближающая меня к неге. Тихо вскрикиваю, но парень забирает этот всхлип новым требовательным поцелуем. Он сам чуть постанывает, вбивая мое тело в хлипкий стол. Шипит, когда я чуть прикусывая его нижнюю губу, слегка зализываю ранку, ощущая легкий привкус металла на губах.

- Больше не сбежишь? – он отстраняется всего на минуту, чтобы посмотреть в мои глаза. Может мне кажется, но в его собственных мне чудится признание.

Не знаю, что ответить. Понимаю, что все, что здесь происходит, это ни что иное как временное, грубое помешательство, по-другому это и не назовешь. Оно пройдет, я уверена…Сейчас…Немного времени и я возьму себя в руки, и все это остановлю…но сейчас…

-Эрика….- рычит, заставляя обратить на него внимание. – Скажи, что мы вместе. Я жду….

-Егор…я… - мне что придется обманывать его опять? Или лучше сказать , что я его использовала, и нарваться на новый приступ гнева?

Но ведь я не использую его. Это правда. Я и сама хочу быть с ним, никак не меньше чем возможно, хочет он. Но в нашей паре, самая старшая я. А это значит, что это я должна нести всю ответственность за все….

-Милый, - тянусь к его губам, чтобы хоть так избежать необходимости отвечать. – Не останавливайся, прошу….только не останавливайся, Егор….

Я чувствую, что на какое-то время он превращается в каменное изваяние напротив меня. Не двигается, не целует, только смотрит на меня безотрывно. Сканирует, словно хочет заглянуть в мою душу и узнать ответ на свой вопрос.

По-другому я все равно не отвечу ему. Не смогу. Я слишком завишу от него, чтобы признаться.

Время тянется, но парень так и продолжает стоять на месте. Я вижу, как его взгляд заволакивается чем-то отдаленно напоминающим пелену гнева. Он бьет кулаком в стол рядом со мной, сильно разбивая руку в кровь.

-С*ка! – орет, отходя подальше, и теперь я уверена, что больше он меня не тронет. – Ты гребанная, трусливая с*ка! Ты осознаешь, что ты все сейчас гробишь сама, м?! Сама!

После этого он резко подается вперед, и грубо переворачивает меня на живот, совсем не аккуратно хватая меня за руки и за ягодицы. Заставляет опереться об стол.

-Ай, Егор, мне больно! – я вскрикиваю, понимая что он нетерпимо врезается в меня сзади со всей дури. Мышцы обхватывают член плотно, и несмотря на обилие смазки и прелюдию, все равно растянуты недостаточно. Я ощущаю себя так, словно в мою плоть втыкают раскаленный металл. Он бешено вбивается в меня рыча проклятия куда-то в макушку, и чтобы было удобнее хватает за волосы и оттягивает их назад.

-Я готов был на все! Я собирался пойти против собственного отца! Против своей семьи! А ты?! Чего ты так боишься, идиотка?! Чего?!

Рычит, кончая прямо в меня, я это ощущаю отчетливо и мне это не нравится. Я плачу….

Он ждет несколько минут, тяжело дыша надо мной, после чего двигается, но как-то не сильно, словно для меня. Одновременно с этим я чувствую его пальцы на своем бугорке нервов спереди.

Это немного подстегивает желание, но не сильно. Момент безвозвратно упущен. Настроение не то.

-Егор… - теперь мне больно только там, где он держал мои волосы некоторое время назад, но в остальном ничего приятного от его действий я уже не чувствую. Сама готова выть от обиды, и слезы предательски катятся и катятся из моих глаз. Всхлипываю, и он это чувствует, слышит. Разворачивает к себе, уже мягко прижимая, целует лицо.

- Мы сможем быть счастливы вдвоем, слышишь? Я всегда буду о тебе заботиться. Могу поклясться, что ты никогда не пожалеешь, если согласишься хотя бы попробовать стать счастливой. Со мной.

В этот момент я чувствую как у Егора начинает вибрировать телефон. Возможно он вибрировал и раньше, но поскольку парень и сам двигался, это почти не ощущалось.

-Мы должны вернуться в зал. – безжизненно отвечаю на его вопрос, окончательно разрушая и его иллюзии и свои собственные.

Я уже ничего не хочу. Хочу это скорее закончить.

- Но там же...

- Ты женишься, я знаю. У нас бы все равно ничего не получилось бы, Егор. Мы слишком разные. И я не хочу пробовать что-то с тобой строить. Пожалуйста, давай все забудем.

- Я не стану ничего забывать! И тебе не позволю, поняла?

- Это твои проблемы. - пожала плечами. - И ты должен вернуться туда. Анжела не заслужила, чтобы её бросали у алтаря одну. Вот так, без объяснений.

Вижу как в его глазах мелькает сильное разочарование, но он быстро справляет с собой, в один момент превращаясь в робота.

-Ты уверена? – голос не просто холодный. Он напоминает заносчивого сноба, с которым я еще не успела познакомиться раньше. Теперь он стал сам собой. Напыщенный мажор. Хозяин жизни. – Ты пожалеешь об этом, Эрика.

Это последнее что он говорит, прежде чем еще раз смерить меня высокомерным взглядом, неторопливо поправить штаны, хмыкнуть и выйти отсюда хлопнув дверью.

Я молюсь, чтобы никто не узнал что мы уходили вместе. По моему помятому виду любой догадается, что мы здесь вовсе не разговоры разговаривали….. Одно радует, мельком отмечаю, что в этой комнате есть и раковина. Мне она как раз нужна.

****

Довольно сложно прийти в себя и вернуться в зал, где проходит свадебная церемония в этот момент, особенно, учитывая тот факт, что в данную минуту женится человек, который похоже начал для меня что-то значить.

Я могла бы радоваться, что победила свою собственную внутреннюю борьбу, ведь соблазн прислушаться к парню и при этом предать собственную дочь, подложить свинью своей племяннице, которую я искренне люблю, в очередной раз показать мужу, что я могу упасть ниже некуда, слишком велик. Удержаться сложно, но я смогла. Я справилась, через боль.

«Гребанная трусиха»…- в моей голове всплыла наполненная скрытым гневом, яростью и беспомощностью, фраза с которой в принципе, я сама была согласна. – «Чего ты так боишься?! Чего?»

И правда, чего?

Я боюсь, что моя дочь и мой муж отвернутся от меня окончательно. Я боюсь, что семья моего брата, возненавидит меня, и будет считать виноватой не мужа, который к слову, заслуживает моего предательства, а меня. Я ничего не представляю из себя, без него. Абсолютный ноль без палочки. Что сейчас, что тогда, когда мы еще даже женаты с ним не были.

Отхожу от крана с водой, скептично рассматривая свой внешний вид в зеркале. Косметика конечно же размазалась, но в целом, ничего критичного. А вот платье….платье пострадало серьезней.

Морщусь, понимая что весь низ жутко помялся. Это красивое, прозрачное платье, из дорогого сатина не предназначено для таких серьезных марафонов как сегодняшний. По низу идут друг за другом мелкие, едва различимые складки ткани, а вот на уровне пояса, там где Егор стискивал его сильнее всего, остались довольно глубокие бороздки и даже затяжки. Похоже, когда он возил мою задницу по этому неудобному столу, я успела несколько раз, зацепится за мелкие гвозди, и подцепить ими свое платье.

-Да чтоб тебя! – ругаюсь, с неприязнью понимая, что в таком идиотском виде, не стоит возвращаться в свадебный зал. Мой муж не такой идиот, сразу догадается что я тут занималась развратом, и поэтому выгляжу….ну, вот так… как шалава.

Что же делать?

Я стала шарить по полкам, в этом помещении, в поисках чего-то потяжелей. Естественно, что утюгу здесь неоткуда взяться, но может я смогу приспособить для подобного что-то другое. Нужно только найти что-то подходящее и все…

Так и не найдя ничего подходящего, я не придумала ничего лучше, чем намочить руки, и мокрыми ладонями разгладить складки на платье. Это аукнулось мне тем, что ткань стала влажной, и неприятно прилегала к моим ногам, причиняя некоторые неудобства. Но все равно подобный дискомфорт, это ничто, по сравнению с тем, что сделает со мной Юра, если догадается, что мы с женихом Анжелики, пежились в этой комнатке как кролики….

Что ж, платье теперь выглядело вроде ничего… Осталось самое главное; заставить себя вернуться в зал и делать вид, что все происходящее там, меня абсолютно не трогает. Что мне плевать. И вот это, пожалуй самое сложное….

Напоследок бросив на себя окончательный взгляд в зеркало, придирчиво осмотрела юбку, и насилу заставила себя открыть дверь в коридор. Сердце бухало в груди, как будто я тут курила травку, и в висках застучало сильнее, когда я поняла, что в коридоре слышны чьи-то глухие шаги. Мне почудилось, что там идет много людей. А потом, стало еще хуже, мне померещился голос Анжелики издалека….

-Эй, не надо так тянуть! Я тебе не мешок с картошкой! Эй! – голос племянницы раздавался совсем рядом. Я вжалась в стенку, стараясь вести себя как можно более незаметно.

А потом я услышала звук затрещины.

-За что?! – Анжелики вскрикнула практически рядом со мной. А потом её голос стал наоборот, удаляться вглубь здания. Похоже, они шли к черному входу.

-Много базаришь.. – еще дальше раздался грубый мужской голос.

Стояла на месте ни жива ни мертва. Несколько минут переваривала услышанную информацию, и судорожно размышляла, что же со всем этим делать дальше. Может стоит позвонить в полицию?

Больше ни минуты не раздумывая бросилась в торжественный зал церкви. Там сейчас стоял просто нереальный, раздраженный гул, больше напоминающий по интенсивности жужжание пчел в улье, чем обычные разговоры гостей на свадьбе. Первое, что бросилось в глаза, как только я вошла внутрь, это то, что Егор вместе со своими родителями сидел на возвышении рядом с алтарем, и там же находились родители Анжелики, то есть мой брат Дима и его жена Евгения. Стоило только появится в зале, как Егор сразу рванул в мою сторону, но заметив, что после этого на моем лице отобразился испуг, ведь я в этот момент искала глазами дочь, парень вернулся назад. Его взгляд чуть прищурился, но в целом, он постарался сделать вид, что мы не знакомы с ним.

-Ты где была? – кто-то резко рванул мою руку, чуть в сторону, и я увидела гневное лицо мужа. Он был явно недоволен, но похоже, не собирался демонстрировать это на людях. – И что у тебя за видок? Если бы я тебя не знал, решил бы что тебя кто-то драл. – недовольно покосился на мою юбку Юра. – Но мы же оба понимаем, что твоя старая мандатра никому тут нах не нужна.

-Мамочка! – ко мне подошла подозрительно светящаяся, довольная Оля. – Мам, он такой мужественный! – она шептала то и дело поглядывая в сторону хмурого Егора. – Они заставили Лику отсосать тому бандиту, и обещали, что убьют Егора, если она этого не сделает, а он не испугался. Он сказал ей не вестись, мам! Он такой смелый, мам! Мой краш! – Она сказала это чуть громче чем нужно, и мы увидели, что парень покосился в нашу сторону. – Ой, ты видела, он на меня посмотрел?! – еще более оживленно зашептала моя дочь.

-Да. – рассеяно ответила я, отмечая что из кармана Егора кое-что торчит. Когда я пригляделась к цвету мелкого лоскутка торчащего из свадебного костюма жениха, мое лицо покраснело словно маков цвет. Я вспомнила, что когда он разозлился и перевернул меня на столе, успел стянуть мои трусики окончательно. И сейчас, похоже их кусочек красовался в его кармане как трофей.

-Твою медь….- прошептала я, яростно прожигая взглядом человека, который вытащил их из кармана, казалось бы, незаметно для всех остальных гостей, и демонстративно сжав этот кусочек к кулаке, чуть различимо усмехнулся, и глядя мне в глаза, поднес сжатую в кулак руку к своему лицу. После чего мечтательно, вдохнул запах тряпки, незначительно раздувая крылья носа, делая вдох.

Я превратилась в натянутую струну, постаравшись взять себя в руки, и после этого перевела взгляд на своего мужа. Он смотрел на меня задумчиво. Очень задумчиво.

Звездец! Неужели Юра догадался обо всем?!