Глава 14
Виктория
Обычно подготовкой у нас занимались секретари и помощники, но так как народу катастрофически не хватало, а я запоздала с материалом… Люба осталась с мелким, даже такой мелочью пришлось заняться мне.
Может, и к лучшему: хочешь сделать на отлично – сделай сама! Я быстрая, да и эта работа не требовала каких-то особенных знаний.
Я методично и ловко разложила папки аккурат количеству людей… Поправила чашки, воду…
– Что ж, ты успела, но выглядишь отвратительно, – заключил шеф, войдя в зал и убедившись, что я завершила подготовку до прихода заказчиков. Всё на местах, проектор включён, компьютер, монитор…
Всё готово к презентации.
Правда, я в мыле…
– Спасибо, – пробормотала, ещё раз обведя зал взглядом.
– Это не комплимент! – дал понять, что по-прежнему мной недоволен Дмитрий Сергеевич. – Как ты в таком виде будешь выступать?
– Что-нибудь придумаю… – нервно пригладила волосы, а редкие прядки, выбившиеся из причёски, заправила за уши. На автомате поправила пиджак, рукава…
Мне бы реально волноваться за свой внешний вид, а я глазами зацепилась за центр стола, где стоял макет проекта… уже с изменениями. Но чего-то не хватало.
– О чёрт! – запоздало поняла, что забыла… только где??? Дома? Нет, вроде было в пакете с работой…
– Что? – тотчас запаниковал Дмитрий Сергеевич, тоже обшаривая взглядом зал.
– Нет главного чертежа! – ударила себя по лбу.
– А где он? – рявкнул шеф.
– Я… я не знаю, – в полном отчаяние крутанулась я. – Всё было! Я собирала пакет с папками дома… – поковырялась в воспоминаниях.
– Тогда почему чертежа не оказалось среди них? – не унимался шеф.
– Я… – опустошённо покачала головой, – может выпал? – ухватилась за робкую мысль. – В машине!.. – меня осенило.
–– Млять!!! Агафонова! Я тебя уволю к чёртовой матери, – уже в спину проорал Дмитрий Сергеевич, а я мчалась обратно в свой кабинет.
– Я по делу, – бросила Любе, сюсюкающей с моим племянником. Больше не говоря ни слова, схватила сумочку, ключи от машины…
На улице было всё так же пасмурно, и дождь, как назло, моросил сильнее.
Да! Сегодня мне везло как утопленнику!
Но я была готова терпеть что угодно, лишь бы не завалить презентацию. А потом и умирать нестрашно!
Нужная папка обнаружилась, как и я предположила, на полу заднего сидения. Правда, чтобы её достать, пришлось повозиться и даже… сломать ноготь.
В офис возвращалась, уже опаздывая к началу. По ходу в своём кабинете оставила ключи и сумочку, глянула на себя в зеркало… Ужаснулась, истерично попытавшись хотя бы потёкшую тушь смазать, да растрёпанные волосы пригладить.
– Жуть! – дала себя оценку, но себя более тщательно приводить в порядок не было времени. В конце-концов, не внешний вид отвечал за работу, а человек. Да, красота, опрятность открывали двери, но они для меня давно распахнуты, теперь было нужно доказать, что я не зря занимала своё место!
В презентационный зал вошла преисполненная достоинства. Как бы не облажалась – пресмыкаться и лебезить не собиралась. За меня говорила моя работа! А опоздания… недопустимы, но не смертельны!
– Извините, – кивнула шаблонно, прижимая к груди главную папку с чертежом.
И к своему изумлению всё же сбилась с шага, когда за общим столом помимо уймы народа, работавших над проектом, рядом с шефом увидела того самого мужчину.
– Доброе утро! – сорвалось с моих губ неестественно и на выдохе.
Возвратные приветствия летели глухо и без энтузиазма. На меня смотрели с недовольством, осуждением, упрёком.
Но главным обвинителем и судьёй был этот мужчина!
И его взгляд говорил громче слов: холодный, надменный… приговаривающий.
Чёрт!
Ну не могло ведь всё быть настолько… несправедливо?!
Он… что… главный заказчик?
Баринов Вадим Олегович?
Похоже…
Его заместитель, Виктор Анатольевич, и юрист, Валентина Николаевна, сидели по другую сторону от него. Их уже знала по предыдущим встречам, а вот Вадима Олеговича – нет.
Каждый раз он оказывался очень занятым, поэтому начальными моментами занимались его представители. А его величество Баринов, соизволил приехать только на главную презентацию.
И раз сегодня у меня день в топку, так почему бы в довесок меня лицом в грязь сильнее не ткнуть… перед господином заказчиком? Им самим же…
Жизнь – боль!
– А вот и наша Виктория Романовна, – с улыбкой хлопнул в ладоши шеф, разряжая щекотливый момент. Он явно тянул время и развлекал заказчиков каким-то беседами. И теперь с радостью был готов их внимание перевести на меня.
Улыбался, но его взгляд… порхнул по мне, глаза люто блеснули, обещая громкие разборки чуть позже.
И даже если дальше всё пройдёт отлично, выговор мне влепят!
– Виктория Романовна, может пора приступить? – как бы между прочим уточнил Андрей, ехидно на меня посмотрев.
А вот от него стоило ждать подлости. Вон как лыбился… Радовался, что я на грани краха.
– Да, конечно, ещё раз простите за задержку, – мотнула головой я, будто стряхивала наваждение, и ступила к небольшой трибуне.
И уже несколькими секундами погодя начала презентацию.
Говорила чётко, по делу, без сбоев и неуместных пауз.
Да и с чего вдруг?!
Речь готовила сама. И над проектом работала больше остальных. Мне не нужны ни шпаргалки, ни подсказки. Всё что нужно, у меня в голове!
Подтверждала слова графиками и расчётами, которые были продублированы для каждого присутствующего в отдельной папке. Молчали все, кроме Вадима Олеговича. Он не ждал окончания выступления и вопросы озвучивал по ходу презентации.
Я не терялась, ответы давала точные и даже Дмитрий Сергеевич вроде немножко расслабился, но когда Баринов откинулся на спинку стула и уточнил:
– А что насчёт доработки на главном чертеже? Вы успели её внести?
– Да! – ни на миг не замялась. – Всё сделано! – взяла твёрдую папку с резинками, из-за которой опоздала на встречу.
Открывала с лёгким чувством, что что-то не так…
Свёрток показался странным – вздутым что ли…
Каково же было моё удивление… впрочем, и удивление всех присутствующих, когда внутри чертежа обнаружилась грязная салфетка! Она… смачно прилипла к бумаге и, как нарочно, отпечаталась на самых важных объектах огромной «простыни».
Я даже на несколько секунд выпала из реальности, соображая, как она могла здесь очутиться. Я не могла! И это точно! Хоть и уставшая была, но однозначно помнила, что все использованные салфетки бросала в мусорку!
– Виктория Романовна, уберите это немедленно! – сквозь зубы прорычал Дмитрий Сергеевич, вновь лютуя взглядом.
– Простите, – пробормотала я, брезгливо подцепив пальчиками салфетку, но только собиралась её выкинуть в урну, шеф покхекал:
– Вика! Прочь! Убери это… И… ты свободна! – сделал красноречивый жест «на выход!».
Это было капитальное… полное и безоговорочное фиаско!
Если моё опоздание шеф смог бы проглотить из-за того, как я отлично провела презентацию, то позорно уничтоженного чертежа, он мне точно не простит!
– Я сожалею, это… дикая оплошность, – сворачивая чертёж, повинилась я, и, чтобы не терять достоинства, заверила: – Дайте мне неделю, и я его восстановлю!
– Боюсь, мы и так переносили работу уже несколько раз. А для нас время решало всё… На участке уже идут подготовительные работы. Мы ждали контрольного… главного проекта с доработками.
– Всего неделя, – я постаралась поторговаться.
– Время – деньги, – отрезал Баринов, тоном не терпящим возражений. – Я несу колоссальные убытки из-за простоя, – сцепил руки замком Вадим Олегович, не сводя с меня прямого взгляда.
– Я понимаю ваше удовольствие… – с тяжёлым сердцем кивнула мыслям. – Но даже если вы откажитесь от нас, то вам придётся обратиться к другим. Это ещё большая потеря времени! А если позволите нам… пусть не мне, – решила поставить точки над «i», – но кому-то из моих коллег, то уверяю вас – чертёж у вас будет в максимально короткие сроки. Андрей Вячеславович, – махнула на Андрея, который тотчас побледнел, недоуменно вытаращив карие глаза. – Он сможет восстановить чертёж очень быстро. Подумайте, прежде чем рубить… Наша компания одна из самых сильных и достойных на рынке, и моя ошибка не должна её затронуть…
– Виктория Романовна, – настоятельно повторил моё имя шеф, намекая, что мне пора знать честь.
– Да, простите! Всего хорошего! – не позволила себя опустить взгляд… лицо. С чувством собственного достоинства, пусть и пошатнувшегося, спокойно отступила от стола, но уже ясно понимала, что это был сокрушительный удар по моей репутации и карьере.
– Да, подумать мне нужно! – задумчивый голос Баринова услышала уже у двери. – Тем более, у меня смежно намечается другой проект, который бы я очень хотел объединить с этим, – умолк, погружаясь в свои мысли.
Его расстройство и смятение понимала.
Правда, понимала, и не старалась оправдаться или как-то уменьшить свою вину.
Что могла, сделала, решение за заказчиком.
Никому не узнать, чего мне стоило показное спокойствие.
Но только вышла из зала, затворила за собой дверь, ноги меня подвели. Лбом упёрлась в стену, какое-то время приходя в себя. Но трезвая мысль, что в коридоре бывало весьма оживлённо, а я не смела позориться перед сотрудниками, вынудила идти дальше.